Где бы ты ни был...

      — Тони, Тони, Тони, Тони, — как мантру повторяет Питер, сидя на своей кровати, прижав колени к груди.       Слезы не останавливаются уже несколько часов, он просто не в состоянии перестать плакать. Оно само. Маленькие солёные струйки стекают по щекам, по шее, затекают в уши, на белую футболку, из которой уже можно выжать как минимум литр слез. Питер кривит лицо, морщиться от душевной боли и мышцы лица от этого жутко устали.       Всё повторяется, опять. Мэй нет дома, однако это вопрос времени, ещё час или два и она застанет племянника точно в таком же состоянии, как и после смерти Старка совсем недавно. Паркер тогда изменился, очень сильно и как-же тётушка радовалась, когда Тони из другой реальности пришёл к Питеру, потому что тот сразу же стал прежним и даже более счастливым.       Он пропал, оставил его снова. Сколько ещё Железный человек сделает так, прежде чем Питер сдастся? В последнее время паучок слишком часто стал думать о самоубийстве. Даже не думать, а мечтать. Он ночами вместо того, чтобы спать, фантазировал о том, что бы было, если бы его не стало. Представлял, как Мэй приходит на его могилу и плакал, понимая, как ей будет больно и понимал, как больно ему. Но ещё он мечтал увидеть, как будет больно Тони. Паркер иногда так сильно злился на него, что хотел, чтобы тот страдал не меньше, а то и больше чем он сам. Это эгоистично с его стороны и даже очень, но сердце рвалось на куски в очередной раз.       Питер постарался взять себя в руки. Слегка побил себя по щекам и встал напротив зеркала, рассматривая опухшие красные веки. Кажется у него лопнул один сосуд в глазу, но неважно. Он смотрел на себя около минуты, а потом натянул фальшивую улыбку.       — Всё будет хорошо, — с энтузиазмом произнёс парень, но сам в это не поверил. — Ничего не будет хорошо. — Глубокий вдох и выдох, он направился в ванную, чтобы умыть лицо или утопиться.       Он включил воду и стал наблюдать, как она исчезает в отверстие раковины, на воду и правда можно было смотреть вечно, она загипнотизировала паучка. Питер облокотился о мраморные края и завис так надолго, до самого прихода тёти, хотя и не слышал, как она пришла, слишком глубоко погрузился в мысли. Поток слез не прекращался, они капали на пол, на домашние штаны, а некоторые сливались с водой, убегая в канализацию.       — Питер? — голос Мэй был приглушен, но все же вернул парня к реальности.       И только в этот момент Паркер понял, что не запер дверь.       — Что с твоим лицом?! Ты плачешь? Что случилось?! — заботы тётушки ему ещё не хватало, но дерзить не хотелось или обижать её, слишком мало близких у него осталось, слишком мало.       — Тони, — прошептал он, кидаясь в женские объятия.       Одно лишь слово, имя и Мэй все поняла, больше объяснять было не нужно. Как бы женщине не хотелось разбить нос этому наглому миллиардеру, главное было успокоить племянника и не дать ему сломаться вновь.       Где сейчас Старк? Что он делает? Думает ли о Питере? О да! Ещё как! Каждую секунду.

***

      Тони сидел в одном из бункеров, разбросанных буквально по всему миру, возобновляя телепорт в другую мультивселенную. Он действительно повернулся на этом школьнике. Влюбился в него и отдал ему свою душу безвозвратно. Конечно, он не смог забыть Питера, который рассыпался на его руках, но острая боль в груди резко сгладилась улыбкой другого мальчишки, так похожего на его паучка, который был именно таким, нужным ему. Иногда эти диалоги, выстроенные в собственном мозгу, сильно мешали продуктивной работе, скорейшему его возвращению.       Мстители больше не были частью его жизни или семьи, особенно Роджерс, с ним всегда Тони ссорился, как с супругом и уже давно было пора закончить эти отравляющие обоих отношения. Но где-то в глубине, все-же остался неприятный осадок или надежда на то, что он вернёт их преданность и дружбу. В любом случае, Паркер в приоритете.       Работа заняла времени больше чем Старк предполагал. Он не спал и не ел уже дня два точно, а ещё перед этим куча стрессов и встреча с какими-то там хранителями его вымотала, так что он незаметно для себя, уснул за столом в лаборатории.

Будто через призму Старк слышал гул шагов, отдающихся по стенам и потолку. Вроде бы изоляция лаборатории была идеальной, но этот стук… Тони встал из-за стола и осмотрелся. Кругом была темнота, но от точно помнил, что свет горел ещё мгновение назад. — Пятница, включи свет! — грубо потребовал Железный человек. Ответа не последовало, что очень удивило мужчину. Громкие шаги приближались и Старк замер. Ощущение, что кто-то находился прямо тут, рядом с ним, он почти чувствовал чужие руки на своих плечах, но каждый раз оборачиваясь, никого не находил. Гул был громче, окружал его, загоняя в ловушку, в тесный круг. — Кто здесь?! — переборов надвигающуюся волну страха, крикнул миллиардер. — Тони, — голос Питера протянул это имя до невозможного долго, ещё и эхо уходило в бесконечность. — Почему ты бросил меня? — Я не бросал, Питер, я никогда бы не бросил тебя, — Старк отчаянно тянулся в парню, представшему перед его взором, но чем ближе он подходил, тем больше отдалялся от него паучок. — Питер! ПИТЕР!

      Старк вскочил и упал со стула, утягивая за собой стопку листов с наработанными данными. Он мгновенно проснулся от кошмара, но прийти в себя ещё не смог. Может это знак? Может Питер приснился не просто так? Ему нельзя было засыпать. Он должен скорее закончить и вернуться или хотя-бы послать сообщение. Как в тот раз!       — Пятница, мы можем отправить послание Мистеру Паркеру? — Тони потёр ушиб на ягодице и ползая по лаборатории, стал собирать исписанные листки.       — Сэр, боюсь, что ваши расчёты могут оказаться недостаточно верными, однако у меня сохранились предыдущие координаты, по которым вы отправляли голографическое сообщение.       — То есть, все это время у тебя были верные данные и ты мне не сказала? — мужчина уронил собранную стопку бумаг, застывая с открытым ртом.       — Вы не спрашивали, сэр, — видимо чувство юмора искусственному интеллекту досталось от Старка.       — Ты издеваешься?       — Никак нет, сэр.