Not Fast Enough

Томас отодвигает кресло Гамильтона подальше, вместо этого просто взяв его на руки. И если раньше Алексу становилось только хуже, когда его тащили, как мешок с картошкой, то сейчас он чувствовал себя совершенно иначе. Будто ему нравилось. Будто он был важен. Когда парни наконец вошли в дом, Гамильтон думал, что его снова бросят на диван, где придется провести остаток дня, но… Нет. Томас посадил его на кухонный стол. — Ты поможешь мне приготовить ужин, — промурлыкал Томас. — Я… Что? — Что слышал. — Я не могу скакать по кухне как ты, — пробормотал Александр. — Скакать? — Томас рассмеялся. — В этом нет необходимости, — он протянул ему нож и разделочную доску. — Ты в оптимальном месте, чтобы помочь мне с готовкой. Гамильтон схватил нож и доску и присоединился к Джефферсону, который уже нарезал овощи. Парень слегка улыбнулся, наконец чувствуя себя полезным. Звук ножей, стучащих по деревянным доскам, казался каким-то терапевтическим. — Кажется, я понимаю, почему ты так любишь готовить, — произнес Алекс. — Кто сказал, что я люблю готовить? — отозвался парень, приподняв бровь и слегка наклонив голову, посмотрев на своего помощника. — Это написано у тебя на лице. Ты слегка подпрыгиваешь, когда ходишь, и счастливо напеваешь все время. — Я что-то напевал? — Ты всегда напеваешь, когда готовишь. — Да?.. Я и не догадывался, — Томас улыбнулся. — Даже твои волосы становятся более пушистыми. — Мои волосы? — Да. Они как показатель твоего настроения. Гамильтон взял доску и ссыпал фарш на сковороду. Приятное шипение наполнило воздух, а в руке Томаса из ниоткуда появилась ложка. — Ты сможешь все это размешать? — ухмыльнулся Томас, протягивая ложку Алексу. Последний быстро выхватил ее и угрожающе помахал прямо перед лицом кудрявого. — Я засуну это тебе в задницу, говнюк. — Извини, но я думаю, у тебя не получится, — лицо Томаса расплылось в злорадной ухмылке. Гамильтон фыркнул, опуская ложку в сковороду и энергично помешивая. Джефферсон неодобрительно цокнул языком, наблюдая за движениями парня. — Ты не должен быть таким грубым, — прошептал он. Его мягкая рука опустилась на кисть Гамильтона и принялась замедлять его движения. Томас пристально смотрел на еду, передвигая руку Алекса медленными, контролируемыми движениями. Лицо Гамильтона было повернуто к сковороде, но взгляд остановился на лице Томаса. Его черты лица соответствовали мягкому прикосновению руки: теплые, нежные, заботливые. Оказывается, его глаза не такие темные, как казалось Алексу. Ближе к растопленному шоколаду. То, как губы Томаса слегка приподнимались в улыбке, когда он тихо напевал, делало всю сцену похожей на сон, растянувшийся на целую вечность. Глаза Томаса с длинными ресницами скользнули вверх и встретились с глазами Гамильтона. Его улыбка вмиг стала шире. Джефферсон — чертовски заразная личность, заставляющая Алекса улыбнуться в ответ. — Вот, — тихо произнес Томас, вытаскивая ложку из сковороды. — Мы же не хотим переусердствовать, правда? — Его прикосновение задержалось на кисти Гамильтона на несколько секунд дольше, чем необходимо, прежде чем он убрал руку. — В следующий раз я научу тебя делать фарш, потому что эта попытка была ужасной. — Эй ты, придурок, мой фарш был идеальным, — запротестовал парень. — Да? Знаешь, я так не считаю, — Томас тихо засмеялся. Гамильтон хмуро посмотрел прямо в глаза Джефферсона. — Я никогда не учился готовить, — почти неслышно проворчал он. Рука в драматическом шоке прижались к груди Томаса. — Боже мой, неужели? Никогда? — Не делай из мухи слона, — Алекс смущенно отвел взгляд. — Нет, все хорошо, — парень гордо улыбнулся. — Хорошо?.. — Конечно. Я могу научить тебя всему, что знаю. Начиная с фарша. Хотя бы так я буду знать, что ты учился у кого-то, кто знает, что делать. — Ох, отлично! Тогда, ты можешь познакомить меня с тем, кто «знает»? Видишь ли, сейчас я живу с полным идиотом, который ни черта не знает. Томас усмехнулся. — Я попрошу тебя приготовить себе еду, а потом посмотрим, кто ни черта не знает. Вот, щепотку всего этого, и пару капель этого, — проинструктировал он, всунув в руки Алекса пару коробочек и бутылку. Когда он, наконец, подошел к плите с одной очень специфической пряностью, он посмотрел вниз, чтобы проверить прогресс Гамильтона. Неудачный, к сожалению. — Я сказал, пару капель! Не полбутылки! — Это не половина бутылки! — отрезал Александр. — Ладно! Но это все равно в сотню раз больше, чем нужно! — Томас схватил ложку и попытался вычерпать приправу, но его усилия остались напрасными. Гамильтон ухмыльнулся, выхватив ложку из рук Джефферсона, и перемешал все вместе. Его пальцы резко берут последнюю пряность из руки Томаса и тоже добавляют в сковороду. Тоже слишком много. — Пахнет и выглядит очень вкусно. — Я бы не согласился, — пробормотал Томас, возвращая все пряности на свои места. — Теперь это чертовски остро… — Отлично! Томас вздохнул и покачал головой, мягко улыбнувшись. — Ты просто невозможен. — Я кулинарный гений, вот кто я такой! — произнес Гамильтон, облизывая ложку. Джефферсон выхватил ее и легонько стукнул парня по лбу. — Хей! Томас лишь улыбнулся.