Детство в крови

Год 1996, день 4, месяц Май. Вечер, около 18:36 В небольшом поселении земель королевства грифонов, находящегося в состоянии постоянной войны — как гражданской, так и войны с другими королевствами — родился не совсем обычный грифон. Этого грифона, в первый же день его существования на свете, оставили у двери местного дворянина. Понятное дело этот, высокого мнения о себе грифон не обрадовался такому подношению со стороны неизвестных родителей пернатого, но и уносить куда подальше сие чудо он не стал, ибо если ты богатый грифон — ты умный грифон, и хитрый. Он сразу же придумал как в будущем использовать эту новую жизнь в своих целях, а потому подобрал дитя. У маленького клювастого существа с собой была лишь корзинка, в которой его и принесли, пелёнки, записка и медальон в виде грифона, держащего лапами и крыльями у себя перед грудью чёрно-красный не огранённый кристалл. Никаких инициалов на нём не было, да и сам амулет судя по всему был не из золота или серебра, и ценность представлял разве что моральную. Дворянин Шэрд потому и оставил эту побрякушку младенцу. Впрочем, Шэрд было не единственным именем. Те, кто его недолюбливали, называли дворянина «Кровавый Ворон», хотя многие коверкали это прозвище в куда менее цензурные версии… В письме же были написаны следующие слова: «Прости наша прелесть. Мы не сможем о тебе позаботиться. Так будет лучше. Но помни что мы всегда с тобой, и однажды мы встретимся. Твои любящие мама, и папа». Это было обращение к самому ребёнку, ниже, как и всегда полагалось в таких записках — а для грифонов подобные «подкидыши» нередки — просьба позаботиться о детёныше так, как для него было бы максимально комфортно и безопасно, обеспечив его дальнейшее будущее. Но письмо это, вряд ли когда-либо прочла бы та, что лежала в корзине. Ибо Шэрд не намеревался говорить ей, что у пернатой вовсе были другие родители. Однако письмо он не выкинул, и сохранил, как и всё, в чём была принесена грифина. Или не совсем грифина… Пернатая, для только что рождённого грифона имевшая куда больший размер чем полагалось, почти не имела перьев на крыльях, на теле проглядывалась короткая чёрная шерсть, а задние лапы и хвост, были уж явно не львиными. Да и ещё одна особенность у неё скорее всего не позволила бы ей нормально ужиться в обществе. Пернатая оказалась гермафродитом, поскольку имела полностью здоровые половые органы кобылки… и жеребца… и всё в одном теле. Год 1998 Сэр Шэрд все эти два года своей отныне неспокойной жизни еле уживался в одном доме с писклявой маленькой обузой — и это несмотря на то, что по большей части ею занимались сиделки и домработницы. Всё же Шэрда очень сильно раздражало это мелкое создание, ведь будучи грифоном хоть и достаточно молодым, перспектива ухода за маленьким отпрыском неизвестного семейства его нисколько не радовала. Однако и передать её он не мог. Уже вся округа знала, что у Шэрда, Кровавого Ворона, появилась дочь, что несло ему лишь благую критику и поддержку общественности в эмоциональном плане. Это играло на лапу грифону, и это была одна из причин по которой мелкую грифину он ещё не выкинул за двери. Порой Шэрд занимался с грифиной, когда был в хорошем настроении. Для начала он обучил её алфавиту… Который, к слову, дался пернатой довольно легко. Но вот письмо она не усвоила вовсе — двух лет было слишком мало для насильного обучения, и Шэрд продолжал терпеть, работая над своим будущим замыслом. Обучение продолжалось без остановки. Ошибки карались достаточно строго., но в меру возрасту и уровню усваивания информации маленькой грифиной. Пернатую в доме стало принято называть Ксантис А Вот. Дабы у той укрепилось ощущение родни с Шэрдом. Хотя он и вовсе был как окрасом так и видом иным: самым обычным грифоном, из чистых кровей. Орёл и лев в одном теле бело-коричневой окраски. Год 2004 (Шесть лет с момента начала обучения грифины) Шэрд начал учить юную Ксантис не просто алфавиту, письму и чтению, но и боевым искусствам. В первую очередь лапопашный бой. В свои восемь лет Ксантис уже превосходила всех сверстников по пропорциям тела, силе, ловкости, скорости регенерации и интеллекту, чем её приёмный отец активно пользовался, в ускоренном темпе обучая её всему что могло пригодиться в выживании в совершенно любых условиях, будь-то скрытное проникновение в чей-то особняк, или же выживание в диком лесу с погоней на хвосту. Мастерством ближнего боя грифина овладевала с лёгкостью, но наказаниями за малейший пропущенный удар, шла резкая боль, и ещё одна серия ударов по незащищённой пернатой. Шутить с ней никто не собирался, и жалеть тоже. Дрался Шэрд с ней всегда в полную силу, каждый раз доводя пернатую до изнеможения. А если ему не нравился полученный результат — он избивал приёмную дочь и оставлял её без еды на несколько дней в наказание, дабы та лучше усваивала урок. Грифина как-то заикнулась по поводу общения со сверстниками, за что чуть не поплатилась возможностью летать, ведь её левое крыло за такую наглость было, в очередной схватке с Шэрдом, сломано в двух местах. Рана, конечно же, была вылечена, и причём идеально, так как Шэрд знал не только как драться, но и как спасать себя и других в случае необходимости, и Ксантис этому обучать он тоже начинал, но ставил на первое место обучение борьбе, ведь если ты умеешь сражаться лучше кого-либо, лечение тебе и не потребуется. А план Шэрда близился к своему началу. Год 2009 (Три года с начала обучению искусства ведения боя.) За долгие три года Шэрд А Вот научил уже не маленькую Ксантис в совершенстве владеть оружием ближнего боя, луками, арбалетами, щитами и всем, что может попасться под лапу в качестве орудия защиты и нападения — в том числе свои собственные лапы, что стали для неё ещё более грозным оружием чем мечи и кинжалы. Также она научилась орудовать карманными кражами, отпиранием замков, какой бы то ни было сложности практически любыми материалами, вплоть до собственных когтей и выживании в условиях потери всех вещей в лесу. Она могла различать съедобную пищу от несъедобной, каждый корешок, листочек и веточку, научилась охотиться и расставлять ловушки, а кроме того (что Шэрд не считал достаточно важным) — она научилась летать, причём, хотя полётам и уделялось крайне мало времени, грифина быстро научилась этому куда лучше большинства грифонов её возраста. Под конец третьего года тренировок. Ксантис ждала неожиданная новость. Теперь ей предстояло воспользоваться своими навыками на деле. На первое в жизни задание ей не давалось ничего, кроме её собственного тела и ума. Вот всё, что было ей предоставлено. А также само задание: украсть один важный документ из личного кабинета конкурента Шэрда. Ошибаться было нельзя. Так сказал отец. По прибытию к месту исполнению своего первого задания — это была небольшая двухэтажная таверна — грифина облетела его несколько раз с перерывами, и осмотрела со всех сторон, дабы получше узнать уже при внешнем осмотре планировку здания и ближайшие пути отхода и проникновения. Где именно лежали документы, грифина не знала, хоть ей и описали примерную картину того, где обычно хранил свои записи Сартам, тот самый конкурент Шэрда. Как только солнце скрылось за горизонт достаточно, дабы оно перестало озарять всё своим светом, грифина собралась с мыслями, и на своих четырёх лапах двинулась к таверне. В определённые дни та не работала по ночам для пересчёта прибыли и убытков за неделю или месяц. Пробравшись на второй этаж снаружи, аккуратно взобравшись на балкон и приоткрыв окно, пернатая навострила уши и начала действовать. Судя по её наблюдениям и слуху, хозяева уже либо спали, либо ходили на первом этаже. В случае чего она могла ретироваться в любое из окон или двери балкона… При осмотре помещений, в которых к счастью никого не было… пернатая так же… к сожалению не увидела ни малейшего намёка на документацию, или вообще какие-то письменные материалы кроме книг. Через двадцать минут поисков она всё же наткнулась на какую-то небольшую стопочку бумаг придавленную сверху фигуркой в виде грифона стоящего на задних лапах и держащего в передних какой-то шар. Это всё находилось на тумбочке. рядом с кроватью на которой спал грифон. Это была самая большая тихо храпящая проблема. Аккуратно пройдя в комнату, грифина несколько раз наступала на поскрипывающие доски, однако вовремя останавливалась и передвигала лапу, хотя грифон на кровати просто чудом не проснулся. Добравшись до бумаг, Ксантис, периодически посматривая на спящего грифона, осмотрела части бумаг, не перекрытые статуэткой, и, поняв что это явно связано с деньгами, аккуратно убрала статуэтку в сторону, заранее убедившись что она ни к чему не привязана. А то ведь станется… Подобрав бумаги, пернатая начала отходить назад, ибо развернуться тут было не очень удобно ввиду того что помещение было небольшим, да ещё и грифон на кровати мешал повернуться. Из-за неосторожного движения пернатая наступила на очередную скрипучую доску, которая отозвалась громким, звонким «криком», как будто из сухой доски через силу выдирают ржавый гвоздь. Понятное дело что таким звуком можно разбудить даже мёртвого.  — Ч-ЧТО ЗА?! — Вскрикнул подорвавшись с кровати грифон и сразу же окинув комнату взглядом, уставился на чёрную как ночь грифину с пачкой бумаг в лапе. — АХ ТЫ СУ… Грифон не успел договорить, так как в эту же секунду, бросившись на него, пернатая полоснула самца по шее когтями, вырвав добротный кусок мяса из его горла. В смеси с болью в теле и ужасом в глазах, первая жертва Ксантис, протянула правую лапу к ней пытаясь дотянуться до своего убийцы, затем схватившись за шею двумя лапами, закатив глаза, пернатое тело быстро прекращало трепыхаться, выдавая последние капли жизни, ручьями стекающей крови на кровать, а затем и пол. Глаза его медленно стекленели. Грифина с бесчувственной мордой, пронаблюдала за увядающей жизнью и, вытерев лапу о кровать, забрала пачку бумаг, покидая дом. В тот же день, менее чем через полчаса Ксантис вернулась в дом в котором, как она думала, была рождена, и — что уже было правдой — выросла. Она была похвалена, согрета, и покормлена Шэрдом. После чего легла спать в своей… Если можно так выразиться. Комнате в виде совсем не ухоженного каменного помещения с соломенной кроватью и старым деревянным столом, держащимся на вере в короля… Ну, в общем-то он валялся на боку без двух ножек. На следующий день, Ксантис проснулась из-за сильного удара в живот, который заставил её согнуться и схватиться за место, в которое был нанесён первый удар. Следующий пришёлся по голове., а затем уже куда только не попадало этой крылатой. И всё это сопровождалось криком разъяренного Шэрда: — КАК ТЫ ПОСМЕЛА?! ДУРА! Я ТЕБЕ ГОВОРИЛ ДЕЛАТЬ ВСЁ ТИХО! БЕЗДАРНОСТЬ! — Снова несколько ударов обрушилось на дрожащую грифину. — ТУПАЯ ТВАРЬ! Затем на самочку посыпались ещё несколько ударов. Наконец, успокоившейся Шэрд отошёл к двери комнаты и кинул пернатой напоследок: — НЕДЕЛЮ ТЫ ЖРАТЬ НЕ БУДЕШЬ! — после чего захлопнул тяжёлую дверь и запер её с другой стороны на навесной замок, зная, чему он учил приёмную дочь. Ксантис не понимала за что её только что избили., но вспоминая те стеклянные глаза. она догадывалась что именно сделала не так. Теперь же, в собственной крови, капающей с разбитой брови и разодранной левой передней лапы, она лежала даже не в силах плакать, ведь из неё эту способность выбили уже давно… ей было больно дышать… Больно открыть глаза… Больно… существовать… Отныне жизнь грифины превратилась в сущий ад. Теперь она могла лишь завидовать своей первой жертве, понимая что тот отделался проще и быстрее… Через неделю голодовки, на одной лишь воде, пернатая вновь выучив урок жизни, и что-то поняв для себя уже по собственным представлениям. Шэрд понимал что если пернатая не будет есть совсем, или будет питаться недостаточно, она умрёт, или будет неспособна работать дальше — потому кормёжка вскоре возобновилась. Но не прежняя жизнь. Теперь она выполняла по дому всю работу которую раньше делали горничные. Такое было ей наказание за провал. Через полгода Шэрд послал пернатую на очередное задание с кражей, на этот раз драгоценностей одного торговца. Пернатой нужно было пролизнуть между охранниками и складом, найти нужный сундук, и утащив из него всё что можно — уйти незамеченной. На этом задании Ксантис, проявила себя более изысканно, и ей кое-как удалось стащить содержимое сундука со склада. Однако на обратном пути, она, чуть не попавшись стражнику, была вынуждена в этот раз просто вырубить его, надеясь, что за это ей не влетит также, как это было прежде, после убийства. Кроме тог, с того же склада пернатая стянула набор брони и пару клинков, немного больших для неё — хотя она уже была при своём возрасте вымахала размером почти что со здоровую самку грифона. Но что удивительно — по приходу домой она вновь была наказана. Да, не так жестоко как раньше — лишь четыре дня без еды, и у неё забрали то, что она взяла себе, под предлогом что вещи ей будут лишь мешать… Пернатая так и осталась вновь — избита, озлоблена, голодна, лёжа в углу своей комнаты, с одним лишь своим телом, умом и ожерельем на шее, всё что осталось от настоящих родителей. Злоба в её теле, ненависть и жестокость, росли с каждой секундой жизни, а страх увядал. Год 2011 (Через два года после первого убийства на первом задании) За два года непростой жизни. Ксантис выполнила не мало поручений своего приёмного отца. Каждый раз она получала либо благодарность в виде небольшого подарка вкусной едой, либо и наказание, в виде доставшей её вконец голодовки и жизни под замком. Каждый раз, как бы грифина не старалась, она каждый раз была наказана за малейший проступок при выполнении задания. В край натерпевшись от Шэрда издевательств, под конец лишившись всяких страхов, самого главного, боли и страха, не выдерживая того, как с ней обращаются, она начала планировать то, о чём никогда бы и не подумала. После очередного задания, на котором Кстантис выместила немного злобы, убив всех кого только можно было, как удачно, найдя новое, кое-какое оружие — в виде длинной катаны, принадлежащей одному пернатому — грифина вернулась домой. При первой встрече с Шэрдом, Кстантис выдала в мельчайших подробностях то, как и кого она убила, продемонстрировав оружие как трофей. -…ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ?! — Крикнул возмущённо Шэрд, едва немного отойдя от шока.  — Заткнись! — Впервые за долгое время сказала пернатая в адрес Шэрда оскалившись и слегка опустив уши. Она смотрела прямо в глаза этого грифона рыча и буквально капая слюной на пол как дикое животное не сдерживая злобы. — С меня хватит! — Добавила пернатая, после чего сразу же, не отводя взгляда от глаз Шэрда, что его дезориентировало. Достав катану из-под левого крыла, приподнимая его, Ксантис резким ударом отрезала грифону его передние лапы чуть выше локтей. Тот закричал… хотя нет, скорее взвыл Шэрд от дикой боли, и упал на грудь, к ногам Кстантис, рыдая, извиваясь и крича, дёргаясь на полу. — Ты не мой отец. Ты жалкий… жадный… жестокий урод. Но за навыки — спасибо. Сказала грифина, бесчувственно наблюдая за страданиями самца, после чего подняла правую лапу которой держала катану вверх лезвием, развернула оружие остриём вниз и резко вонзила его прямо в сердце грифона через спину. Лезвие, пробив грудь пернатого, скребнуло по полу. Издав ещё несколько задыхающихся криков, хрип и скулёж… несколько раз обессиленно дёрнувшись, Шэрд испустил дух, так и оставшись лежать недвижимой грудой мяса пред ногами той, которую он вырастил, выучил, но мучил столько лет. Оставив его труп пригвоздённым к полу при помощи катаны, Ксантис развернулась и принялась блуждать по дому, обчищая его до нитки. Найдя полное обмундирование которое разыскала на своём втором задании, которое теперь ей подходило в пору, два клинка, да ещё и полный набор всевозможных сумок для перевоза грузов, она стала складывать в них всё самое ценное, если что, освобождая уже забитые наименее ценными вещами карманы для более важных вещей. Также, она наткнулась на запылённые, поеденные мышами и слегка подгнившие свои старые вещи — те самые, в которых её сюда принесли, и письмо, явно лежащее здесь годами… Сжав его в лапе, пернатая вновь оскалилась и сунула бумагу в одну из сумок, на самый низ, под драгоценные камни и золотые монеты. Набрав также пару килограммов еды из шкафчиков, которая, как ей думалось, должна была храниться дольше всего, грифина выдвинулась в путь. Напоследок только она взяла с камина масляную лампу, зажгла её, и со всей силы кинул на пол возле Шэрда, отчего лампа разбилась, и масло разлилось по его телу и полу вокруг, быстро воспламеняясь. Улыбнувшись увиденному, пернатая вышла на улицу, закрыла за собой дверь и направилась, по выдранному куску карты который висел над камином, к неизведанным землям… За океаном. Что это были за земли?.. Шэрд никогда не рассказывал, а значит и подобных ему там не должно быть. Значит там её место… Значит там — начнётся вторая часть её истории. Истинная.  — Мама… Папа… Зачем вы так?.. — Спросила Ксантис шагая по окраине леса, посматривая вниз, зная что на груди у неё висит всё тот же талисман.  — Я. — Она наконец одумалась. — Я не Ксантис! — Грифина остановилась и зарычала со злостью. — Я не Ксантис! — От этого крика птицы с окраин леса поднялись в небо. — Я. Ирлиана… Это. Это будет МОИМ именем! — Выдала грифина, и перейдя на бег, двинулась к береговой линии, чтобы отыскать подходящий корабль, ведущий её к новому будущему.