Сочинения.

      Моей следующей целью была маленькая деревушка с птичьим названием — Галкино. Узнал я о ней в одном из форумов, где люди скидывают всякие заброшки и прочие места, где можно «пощекотать нервишки» или же «просто провести время одному». Что именно меня привлекло в этом посте, так это отсутствие отзыва. Просто фотка и, скажем так, географические координаты. Даже размещал его некий Аноним. На снимке был небольшой дом, забор наполовину разломан, крыльцо перекошено, углы и ступени, по видимому, покрыты плесенью, окна мутные, где-то деревянные тускло-синие рамы и вовсе пустые. Дерево, которым было выстроено здание, почернело от сырости, на черепичной крыше местами порос мох, кирпичная труба, из которой когда-то шел дым, наполовину обвалилась. На заднем плане огород, которым давно не занимались. Разные кустарники, засохшие со временем, деревья, на которых раньше росли фрукты, заснули вечным сном и наводят еще больше мрачности этому забытому месту своими внушительными размерами и голыми ветками, разбросанными в разные стороны, так и норовившие схватить, утащив под землю. В общем, как раз то, что мне нужно.       Положив в рюкзак все самое необходимое для двухдневного путешествия и вызвав такси, я вышел на улицу, чтобы как можно дольше насладиться утренним воздухом. Была половина пятого утра, а электричка, на которой я должен был доехать до деревни, отправлялась в пять часов сорок минут. Было лето и солнце, только-только проснувшись, выглядывало из-за горизонта красно-малиновым полукругом, окрашивая в розовый цвет мимо проплывающие облака, которые еще вчера были тяжелыми черно-серыми тучами, грозившими упасть на землю, раздавив все, что только можно. Свежий, после ночного дождя, воздух кружил голову, проснувшиеся птицы щебетали, желая друг другу доброго утра, легкий теплый ветер нежно ласкал открытые участки тела, а на трассе практически не было движения. Лишь иногда можно было услышать проезжавшие одну или две машины, но после наступала тишина, прерываемая лишь сладким пением птиц.       Тем временем мое такси подъехало и я, не желающий расставаться с этим прекрасным утром, сел в автомобиль. Дабы скрасить путь, открыл плейлист и ткнул в первый попавшийся трек. Устремив взгляд на мелькавшие мимо многоэтажные дома, я погрузился в раздумья. Из-за отсутствия транспорта на дороге, водитель смело держал скорость около ста километров в час и до железнодорожного вокзала мы доехали всего за десять минут. Я вышел из машины и направился к дверям вокзала. Чтобы телефон не сел раньше времени, я выключил его.       Оплатив билет, я сел в самый отдаленный угол помещения, закрыл глаза и, облокотившись головой о холодную стену из серого мраморного кафеля, стал прислушиваться к окружающим звукам. Людей на вокзале было немного. Кто-то ждал поезда, кто-то электричку, кого-то встречали, кого-то провожали. Было слышно, как вскрикивал ребенок, то смеясь, то хныкая, но в основном было тихо, ибо все переговаривались шепотом, чтобы их интимный диалог не было слышно. Должен признаться — получалось плохо. Вокзальное эхо разносило шепот в радиусе метров двадцати и даже я, отстранившийся от людей на максимальное расстояние, какое мне могло дать это помещение, слышал невнятное шипение, а иногда и некоторые слова.       Время проходило мимо меня, как на зло тянув свои шаги. Сделает шаг и стоит, ехидно улыбаясь. Знает, что я хочу, как можно скорее оказаться в том доме и специально медлит. Но, Время, ты немного ошиблась. Такого качества, как терпение, у меня достаточно и мне ничего не стоит подождать минут сорок электричку, час поездки и еще минут тридцать до окончательного прибывания к месту, ради которого я сейчас сижу на железнодорожном вокзале, невольно слушая, чем и как долго болела Алиночка. Впрочем, мне надоело подслушивать разговор двух дам в возрасте. Вновь воспользовавшись телефоном и наушниками, в ушах заиграла песня, ограждая меня от внешнего мира. — Электричка… — Галкино прибыл на вторую платформу. Счет вагонов начинается с конца. Стоянка 10 минут. — женский голос, испорченный динамиком микрофона, больше похожий на голос некого робота, разнесся по всему вокзалу. Как оказалось, я единственный, кто едет. Ну, меньше народу — больше кислороду. В семь часов утра мои ноги ступили на платформу Галкинского вокзала, а еще через двадцать минут пешей прогулки (транспорта не было.еще бы) я был на месте.       Сама деревня была действительно маленькой — всего домов десять. Все люди, наверное, еще спали, поэтому никто не увидел городского человека, направляющегося к старым развалинам. Оно и лучше, меньше шумихи.       Дом был в точности, что и на фотографии. Находился он на самой окраине, дальше всех, что значительно подняло мне настроение, ибо никто и ничто не помешает мне.       Внутри дом был таким же, что и снаружи. Штукатурка обвалилась и местами из стен выглядывали кирпичи, с потолка лианами свисала паутина, а в углах размножалась плесень. Прогнившие половицы скрипели под каждым моим шагом, что очень раздражало.       Исследовав весь дом, обнаружилось всего две комнаты: спальня и кухня. Во второй остались: нерабочая газовая плита, полностью проржавевшая и почерневшая от времени, старый умывальник с грязно-рыжей дорожкой и шаткий беленый стол с потрескавшейся краской. В спальне же вообще ничего не было. А нет, было — здоровенная такая сороконожка. Завидев меня, она в считанные секунды юркнула в довольно-таки большую дыру в полу. Нет, спать я точно буду на кухне. Кстати о сне, т.к мне пришлось встать в четыре часа утра, а мой организм к такому не готов, я решил вздремнуть. Не прошло и пяти минут, как я лег в спальный мешок, меня одолел сон..