Трудно быть пастырем

Когда поступил вызов, Стайлз стоял в отделе готовой продукции «Волмарта» и раздумывал: сэндвич с ветчиной или ролл с курицей. В ролле был вкуснее соус, но меньше размер. В сэндвиче — наоборот. Не только Гамлет задавался непростыми вопросами. Стайлз тоже любил пострадать муками выбора. Офицер Дерек Хейл разрешил эту сложную дилемму в своем духе: просто ее проигнорировав. — Едем, — сказал он, появляясь около Стайлза с пустыми руками, будто и не собирался еще десять минут назад купить воды им в машину. — - Каньон Сан Франсискито. У нас животное на дороге. — Надеюсь, живое? — Меньшее, что хотелось Стайлзу, так это видеть раскатанного по шоссе беднягу кота или бродячую собаку. В этом случае и ланч, пожалуй, не понадобится. — Пока да. — Сказали что-то определенное? — Догнать стремительного офицера Хейла удалось где-то в районе касс. — Девятьсот пятый Эс. — Что-то бродячее? — Нет. — Шумное? Лицо Дерека, насколько это можно было оценить, заглядывая сбоку, стало мученически-терпеливым.  — Ладно. Пошутил. Сдаюсь. — Дикое. Нет, Стайлз, мы не будем гадать какое. Приедем, узнаем. И выучи, наконец, коды. — Дикое? Серьезно? Звучит опасно. И много тут у вас опасных животных, кроме Коры и тебя? Дело было, конечно, не в том, что офицер Хейл выглядел опасным со своей черной щетиной, густыми бровями, и, когда раздувал ноздри тонкого носа. А ноздри он раздувал часто, ведь Стайлз знал толк в выведении из себя не только отца и инструкторов в Академии. Дело в том, что Дерек и две его сестры были оборотнями, и да, Стайлз иногда шутил весьма себе буквально. — Стайлз, мы граничим с горами и национальным заповедником. Поверь, кроме нас тут вполне могут быть опасные животные. Вообще-то обычно за сравнение с животными, Стайлз рисковал получить по шее, но видимо кому-то польстил эпитет «опасные». — То есть там может быть пума? Или рысь? Или медведь? У нас есть план на тот случай, если это медведь, кроме как в панике вызывать службу Контроля за животными и поддержку с воздуха? — Вызвать службу — это уже план. — Какой? Отступления? Господи, да что с тобой? — Забыв про ланч, Стайлз был готов приплясывать на месте от азарта, да они уже дошли к машине. — Это дикое животное самое интересное, что случилось с нами за последние месяцы. Чертовы дальнобойщики даже скорость не превышают. — Именно поэтому ты здесь. Разве нет? Да, именно поэтому, подтверждала долина, уныло раскинувшаяся вокруг «Волмарта». Здесь ничего и никогда не происходит, а, следовательно, и навредить кому-то достаточно сложно. — Здесь я, потому что у меня идеальный напарник, — отмахнулся Стайлз, забираясь в машину. — Иначе, поверь, я бы уже бомбардировал центральный офис своим высокохудожественным нытьем и заверениями, что исправился, и вернулся бы обратно. Так что, ты и только ты — это единственное, ради чего я остаюсь в этом царстве бездействия, лени и невкусных пончиков. Дерек Хейл хмыкнул. Самодовольный засранец.

***

Первые четыре месяца испытательного срока после Академии Калифорнийского дорожного патруля пролетели незабываемо. Напарник Стайлза, офицер Финсток, упорно не хотел запоминать его фамилию, и Стайлз попеременно успел побывать «Билински», «Милински», «Стулински» и «Эй-ты-там». После последнего хотя бы не тянуло рваться доказывать, что фамилия вообще-то «Стилински», а у кого-то тут проблемы с головой. Еще офицеру Финстоку любили приходить на ум странные предположения, тут же трансформирующиеся в фактическую реальность, что очень затрудняло конструктивный диалог. Например, однажды, все утро они провели в попытках выяснить, что же дарит Стайлз папе на Хануку, пока Стайлз не взорвался и не заорал посередине пляжного кафе, куда их вызвали разобраться с дебоширом, что ни черта он не дарит папе на Хануку, потому что, мать его, они не евреи, и он пытается это объяснить уже четвертый час. «А что вы имеете против евреев?» — тут же скандально вопросила пожилая дама с ближайшего столика. «Странно», — невозмутимо сказал офицер Финсток, не обращая внимания на даму. «Я думал, все поляки — евреи», взял Стайлза под локоть и развернул к выходу. Надо ли добавлять, что Стайлз тут же измученно простонал, что он и не поляк. «Да насрать. Продолжишь в том же духе, и кем ты точно станешь, так это звездой интернета» — пообещал Финсток, намекая на закопошившихся со своими телефонами посетителей кафе. Но, несмотря на некую сумасбродную бестолковость, Финсток свое дело знал, и в моменты, когда приходило время не пикироваться словами и гонять стажера за едой, действовал решительно и с фантазией. Например, когда пришлось регулировать движение на автостраде неподалеку от аэропорта из-за крупной аварии. Чертовым водилам было наплевать на предупредительные сигналы, и в момент, когда Финсток вдруг стал сдавать в сторону у Стайлза, признаться, мелькнула мысль, что его напарник от отчаяния собирается протаранить кого-то в отместку за непослушание. Но вместо этого патрульная машина, гудя сиреной, принялась выписывать «змейку», размашисто виляя из стороны в сторону поперек всей автострады, пока на всех четырех полосах водители не начали гасить скорость. Врезаться в полицейский патруль желающих не нашлось. Потом Стайлз, укачавшись, блевал на обочине, но когда посмотрел ролик на Ютьюбе, вынужден был признать: смотрелось грандиозно. Пустеющее шоссе впереди и сотни автомобилей послушно ползущих за их Доджем. Особенно резвых, жаждущих проскочить по запасной полосе, Финсток подрезал и загонял обратно. Это походило на выпас овец. Тем же вечером под пиво с другом детства Скоттом он развил эту мысль, на что Скотт мягко посоветовал поубавить самомнения. Копам-то может и по душе считать себя пастырями, но водителям едва ли понравится приравнивать себя к стаду. И на самом деле овцы или коровы совсем не тупые. Дальше Стайлз не слушал, потому что Скотт учился на помощника ветеринара, мог рассуждать о животных вечно, а людей просто любил, и всегда был о них, куда лучшего мнения, чем эти люди заслуживали. К сожалению, офицер Финсток по отношению к людям попадал скорее в партию Стайлза, чем в партию Скотта, поэтому к стажерам он относился соответственно: а именно как к ленивым и бестолковым баранам. На середине четвертого месяца Стайлзу надоело быть кофеприносителем и байковнимателем. Ему тоже хотелось пасти овец. Разве не удивительно, что увидев подозрительного типа, который не с первого раза завел свой фургон, явно попутав скорости, сдал назад и очень, очень странно зыркал потом по сторонам, выезжая с заправки, Стайлз принял решение: брать! Очень самостоятельное решение. Ну, а что делать, если офицеру Финстоку как раз в этот момент приспичило отлить? Спустя двадцать минут погони, Стайлз загнал подозрительного типа в фигуральный угол. Еще через пару минут Финсток на патрульной машине их коллег догнал Стайлза. В фургоне оказались баллоны с гелием, а не нелегальные эмигранты, как можно было бы надеяться. «Там надпись! На боку! «Империя шаров»! Блядински, ты хотя бы читать-то умеешь?», — орал, страшно выпучив глаза Финсток, и объяснить ему, что все эти империи шаров как раз хорошая маскировка для перевоза мексиканцев через границу, оказалось нереальным. Будущую карьеру Стайлза спасли три грамма марихуаны. Ровно на столько, количество найденной при развозчике гелия травки превышало допустимый в Калифорнии лимит. Он отделался выговором и переводом из восточного Лос Анджелеса южнее, где не было километров пляжей и элитных особняков, не было аэропорта с его безумным трафиком, не было драйва и духа большого города. Южное подразделение обслуживало крохотные одноэтажные городки, мили и мили дорог, по которым носились дальнобойные фуры, и теоретически несколько ранчо Голливуда, куда, естественно, по закону подлости, их никто никогда не вызывал. Увидев впервые центральный офис подразделения, Стайлзу захотелось удавиться. Увидев впервые своего нового напарника, Стайлз понял, что у судьбы пути неисповедимы, а с удавлением надо бы подождать.

***

— Меня твое спокойствие даже унижает. Я, конечно, понимаю, что у нас не убийство на трассе и не лобовое столкновение, но ехать с каменной рожей и даже не пытаться разработать план действий… Мигеля помнишь? — Какого именно Мигеля? — Рука Дерека расслабленно лежала на руле. — Мигеля Марию не помню, как там дальше. Копа с Азор, который приезжал погостить к нашей начальнице архива, которая ему какая-то дальняя родственница. — С которым, вы напились пива и едва не подрались, пытаясь выяснить, что круче: футбол или бейсбол? — Что? Ну, да. Неважно. Так вот знаешь, чем на Азорах полиция занимается? — Это он тебе в перерывах между бокалами рассказал? — Дерек! — Чем? — Спасает гагар. — От кого? — Господи. Да не от кого! От них самих. Гагары, знаешь, они, бывает, залетают на трассу, попадают в свет фар и цепенеют… — Как олени? Стайлз надул щеки. Дерек примиряющее поднял обе руки, но тут же вернул их на руль. — Как гагары. Там целая инструкция по спасению гагар. Как, куда и что. Еще они штрафы выписывают. За неправильную парковку. Если ты сейчас спросишь «кто», я тебе врежу. Копы. Не гагары. — Не спрошу. К чему вообще ты начал про копов с Азор и гагар? — К тому, что когда у них там один тип убил нескольких человек, они так растерялись, что вызвали отряд с материка. Искать типа на острове, который можно объехать за полчаса. Потому что, гагары и штрафы за парковку, они, Дерек, расслабляют и бдительности конец. И профессионализму тоже конец. А потом вызов контроля за животными на инцидент на трассе — это великий план. Дерек понимающе замычал. — Намек понятен? — Вполне, — так же спокойно и расслабленно сказал Дерек. — Клянусь, что с диким животным, даже если это пойдет в разрез инструкциям, мы справимся сами, а то и ты в одиночку. Я не буду тебе мешать, просто постою на обочине и сделаю пару фоток для Инстаграма. — Вот и постой и сделай. Возможно, в голосе Стайлза было больше агрессии, чем следовало бы, но, черт возьми, ему действительно не хватало адреналина в отличии от взрослой законопослушной ответственности. — Договорились, — покладисто согласился Дерек и тут же резко затормозил, потому что дорога, петляющая между холмов вдоль бесконечных изгородей, сделала очередной поворот. — Кажется, приехали. — Да ты шутишь! — сказал Стайлз, недоверчиво глядя через лобовое стекло. — Козы?!

***

Дерьмо было щедро рассыпано по дороге в виде мелких шариков похожих на шоколадное драже. Стайлз естественно тут же вляпался, старательно поскреб ботинком по асфальту под пристальным взглядом Дерека, стоящего в середине стада, как Гулливер среди маленьких лохматых лилипутов. Смотрелось это комично. Стайлз представил, как присоединится сейчас к Дереку, и будут они торчать идиоты идиотами среди разбредающихся коз, а мимо кто-то проедет, кто-то с мобильником и аккаунтом на Ютьюбе и дальше Стайлз представлять перестал. Чтобы не расстраиваться.  — И все-таки это было бродячее животное. Девятьсот пятый Эс. Ты перепутал коды. — Уже без разницы. — Дерек не смотрел на него, занятый видимо изучением проблемы. — Кончай умничать и иди помогать. — В чем? — на всякий случай уточнил Стайлз, не двигаясь с места. — Стоять среди коз с дурацким видом? — Ты же хотел сражаться с опасными животными. — Это козы. — Тебя просто не разу не бодали. — Дерек сделал осторожный шаг, словно шел по глубокой воде. — Надо согнать их с дороги. — Спасибо, Капитан Очевидность. А где собака? — Какая собака? — Ну, разве коз не пасет собака? — Коз пасет человек. Называется «пастух». Или они должны пастись сами в специально отведенных для этого местах. Взгляд Дерека устремленный на дыру в изгороди был свиреп не по ситуации. — Прелесть, — неискренне восхитился Стайлз такой гипотетической самоорганизации козьего стада. — Но я все — таки думаю, должна быть собака. Ну что, звоним в Контроль? Дерек сделал паузу, перевел дыхание, видимо накапливая очередную порцию терпения и сил. — Нам надо загнать это стадо за изгородь, выяснить, кто владелец ранчо и выйти с ним на связь. Иди сюда или я тебя убью. — Ты сначала из коз-то вылези, герой. — Стайлз! — Значит, в Контроль мы не звоним. А может тогда Скотту? Ладно, ладно, опусти брови. Я понял.  Стайлз хрустнул пальцами, помялся на месте и все-таки пошел помогать.

***

Это было полное фиаско. Стадо коз напоминало воду, которую пытаешься удержать в ладонях. Серые пушистые твари проскальзывали между ними, уворачивались и косяками скользили то в одну то в другую сторону, упорно отказываясь уходить за изгородь. Если Стайлз с Дереком прекращали бегать, махать руками, издавать странные возгласы типа «хей! хей!» и «пошли!», стадо сбивалось в единую кучу, и они вязли в нем как в болоте. Стайлза пару раз боднули в ноги, и это оказалось ни фига себе не безболезненно. Особо резвого козленка Дерек дважды выуживал из толпы и переставлял подальше. Дерек даже рычал, но, видимо, без визуальной составляющей такие звуковые эффекты не работали. — Ты должен обернуться. — С чего бы это? Они уже были злые и изрядно взмокшие. — Их точно пасут собаки. Поэтому на нас им наплевать. Обернешься, сможешь согнать их в кучу, пока тут никто не появился. — Я не собака. — Да какая разница! Волк, собака. Думаешь, они специалисты в типологии видов? Куснешь пару раз за пару непослушных жоп, и мы спасены. — Это ты сейчас шутишь? — Нет! — рявкнул Стайлз, взмахивая руками в попытке удержать равновесие, потому что тот самый козленок наскакивал на него, не то в попытке поиграть, не то забодать насмерть. У козленка на спинке было черное пятно, поэтому вычислялся он отлично. — Я в панике! Я не хочу еще и в этом участке войти в историю. А если мы сейчас кого-то вызовем, то, клянусь, нас опозорят на всю Калифорнию! — Господи, — с отвращением процедил Дерек. — Даже не знаю, кого я сейчас ненавижу сильнее. И решительно двинулся к патрульной машине, сиротливо замершей у обочины. Стайлз машинально подхватил пятнистого козленка и, прижав к груди, с интересом склонил голову на бок. — Что, правда, рискнешь? — У нас есть выход? — Передняя дверь машины со стороны водителя распахнулась. — Ну-у, — протянул Стайлз и забыл, что хотел сказать, когда на автомобильной двери появилась форменная рубашка. Непонятно, от кого там пытался спрятаться Дерек, но видно его торс с литыми мышцами было преотлично. Жаль, ниже пояса чертова дверь скрывала обзор. Дерек присел, и через мгновение появился уже в виде крупного черного волка. Козы тревожно заблеяли. Из эпицентра событий, пожалуй, стоило свалить. Стайлз плотнее прижал к себе козленка и попятился.

***

По поводу семьи Хейл Стайлза просветили почти сразу после перевода. Чистокровные оборотни, потомственные копы, родители погибли при исполнении, старшая сестра — агент ФБР в Лос-Анджелесе, младшая — слушатель полицейской академии, стальные яйца и крутой нрав. Стайлзу, конечно, показалось, что Джинни, секретарь их пресс-службы, просто запала на офицера Хейла и потому слегка предвзята, но это не меняло того, что в одном она была точно права: Дерек Хейл и ходячий секс рифмовались. И к ходячему сексу не прилагались жена или подружка. Стоило попытаться затащить его в постель хотя бы для того, чтобы проверить свой гей-радар, который вкрадчиво намекал: пробуй. В отличие от офицера Финстока офицер Хейл разговаривал мало. Если бы Стайлзу требовался постоянный собеседник, наверное, пришлось нелегко, но Стайлз великолепно общался и сам с собой. К концу первой недели он заметил, как Хейл, читающий во время обеда книгу, прислушивается к его трепу, не отрывая взгляда от страницы. К концу первого месяца процесс адаптации прогрессировал до коротких ремарок. В начале второго он не отказался от предложения Стайлза пропустить по стаканчику в компании Скотта, приглашенного для отвода глаз. Потом пришлось согласиться ходить в качалку, и уже там, на исходе четвертого месяца, Дерек просто шагнул в его душевую кабинку, прижал к стене, подхватив под лопатки и затылок, и тихо сказал, прежде чем впиться в губы тем, что любили называть голодным поцелуем: «все, хватит». Что «хватит» Стайлз так и не понял. Такой он был мастер изящной словесности, этот Дерек Хейл. Но целовался отменно. А трахался еще лучше. И готовил самые вкусные стейки из тех, что Стайлзу доводилось есть. Ну и кто бы осудил Стайлза за его решение остаться?

***

Козы блеяли. Вокруг них молча носился Дерек. Стайлз подбадривал его энергичными воплями, стараясь не заржать, успевая смотреть видео про выпас скота, снятое дроном. Козленок прыгал рядом, забавно вскидывая зад, и отчаянно вилял хвостиком. Дорога, слава всем богам, была пуста. А потом что-то случилось. Стайлз даже упустил момент, когда козы, разбредшиеся кто куда, сгруппировались и потекли серым блеющим ручьем к прорехе в сетке — рабице, выбрасывая в стороны протуберанцы в виде единичных бунтовщиков, который бдительный черный волк тут же загонял обратно, щелкая зубами в опасной близости от пушистого зада. Это было даже лучше видео на Ютьюбе. В этом стоило принять участие хотя бы ради того, чтобы ухватить свой лавровый лист. Подхватив козленка, Стайлз пристроился в тыл редеющему потоку, и едва последний хвост махнул перед его носом, ловко сунул козленка в дыру, лихо потянул край сетки, закрывая разрыв. — Какого черта ты делаешь? — тут же заорали от машины. — Ликвидирую дефект. — Наручниками?! Стайлз посмотрел туда, где браслет скреплял ячейки сетки. — Медалька мне за находчивость? — Эй, кэп, а ты что, там голый? — раздалось вдруг с противоположной стороны дороги, Дерек, грязно выругавшись, оперативно присел со штанами в руках, а Стайлз обернувшись, увидел мужика в ковбойской шляпе. Мужик перебирался через жерди изгороди, особой грацией и видом, являя собой аллегорию тяжелого похмелья. — Что, опять эти чертовки сбежали? Ну, такие же резвые! Глаз да глаз нужен. А я только это…отлить. Вы, офицер, одевайтесь спокойненько, я ничо, не подсматриваю. Я ж только отошел. А тут гляжу — машина ваша. За коз спасибо, а то б укатало какую фурой-то, беда же. Стайлз перегородил ему дорогу, и мужик нервно затоптался на месте. Пахнуло крепкой смесью перебродивших и свежих спиртов. — Да чего вы? Я ж только отошел. И того…хорошо же. Вот успели одежку натянуть. С рыком, в котором с трудом определялся приказ заткнуться, Дерек появился перед мужиком как архангел Гавриил, сжимая, вместо меча, планшет с бланками штрафов и заорал, по-волчьи морща нос: — Руки на капот, ноги на ширину плеч! Вы задержаны за нарушение правил штата Калифорния по выпасу скота и за создание потенциально опасной аварийной ситуации на дороге… Стайлз подождал, пока закончится спич о правах и осторожно поинтересовался: — Можно я возьму твои наручники?

***

 — Я так и не купил ланч, — сказал зачем-то Стайлз на обратном пути спустя пару минут натужного молчания. — Вообще-то это было превышение полномочий. Но ты же знал, что не собираешься на самом деле его арестовывать? — Ловко ты их загнал. Если бы чувак вернулся раньше, могли бы выдать тебя за К — 9. А так, конечно, я тебя понимаю. Сверкнуть помидорами перед первым встречным. Ничего не говори. — Если ты заметил, я ничего и не говорю, — недовольно отозвался Дерек. — А мог бы и сказать. — Что именно? — Ну, не каждый день мы спасаем коз. — Спасал их я, а ты ржал на обочине носом в мобилу. — Я просто не был готов к тому, что вселенная поняла меня слишком буквально. — Что, быть пастырем на деле не так пафосно, как в твоей теории про копов-пастухов? — Тон у Дерека отдавал сарказмом. Он смотрел прямо перед собой и совсем не смотрел на Стайлза. Даже краешком глаза. — Ну, извини. — Мне кажется, ты злишься, потому что тебя застукали голышом. — Меня бы не застукали голышом, если бы ты помогал мне, а не полировал задом машину, лазая в интернете. — Я изучал стратегию! — И как же это нам помогло? Стайлз открыл рот, подумал и закрыл. Дерек был прав. Никак. — На самом деле, тебе не хотелось позориться. Ты сам это сказал. Но наша работа, это не только красивые гонки за «Ламборджини» по трассе, Стайлз. Иногда она вот такая. И если тебя это не устраивает, может задумаешься? — На что намек? — Никаких намеков. Ты сказал, что остаешься здесь, потому что я — идеальный напарник. Но если в твоем понимании быть идеальным напарником, это делать за тебя грязную работу, то катись-ка ты к черту. Как от комичной ситуации с козами они перешли к опасно-скользкой теме «ты меня используешь» Стайлз не понял. И как назло ни один каламбур или метафора, способная разрядить обстановку, не шли на ум. К тому же не было бы обидно, вздумай он действительно использовать Дерека. Но он даже и не собирался, если, конечно, не считать за использование склонение к горячему и необузданному сексу. — Я не потому остаюсь. То есть, не потому что ты — идеальный напарник и будешь делать мою работу. Не додумывай за меня. Мне нравится быть копом, и никакие козы не собьют меня с этого пути, даже если сегодня я слегка налажал. Я остаюсь, потому что ты…то есть ну… Мне казалось, что мы — хорошие напарники, и не только напарники, и вообще, я могу написать отчет, когда мы приедем. Ты ненавидишь бумажки, я тоже их ненавижу, но я готов. — Почему бы просто не сказать, что ты исправишься, и что у нас не просто секс? Тон Дерека уже не звенел ожесточенной обидой, и это была определенно победа. «Да!», сказал Стайлз про себя. — Разве второе не очевидно? — А что насчет первого? — Тон Дерека потеплел еще на несколько градусов.  — Понимаешь, «исправляться» какой-то неправильный в моем случае глагол. Он подразумевает чувство вины и глобальные изменения, а ведь я не так уж и налажал, если подумать. Все-таки это я залатал дыру и остановил обратный трафик коз, который как ты правильно заметил, мог спровоцировать опасность на дороге и все такое, поэтому термин «подкорректировать» мне нравится больше. На самом деле я офигеть какой ответственный и серьезный. Господи. Стайлз замер, и только его рука продолжала жить своей жизнью, ощупывая бок, там, где на него давил ремень безопасности. — Офигеть, какой ответственный, — непонятным тоном повторил Дерек. — Уже хочешь забрать слова обратно? — Пожалуй, стоит. — Стайлз виновато поджал губы. — Наручники. Я забыл их на сетке.

***

Истины ради, стоит добавить, что в будущем Стайлз Стилински все — таки исправился. .