Навсегда Верен

Больше недели Малфой не просыхал от огневиски и сейчас горло пересушило от жажды. Он снова сидел в гостиной поместья Ноттов, пытаясь понять, как ввязался в эту сумасшедшую идею со свадьбой. Встреча с Минервой Макгонагалл была назначена еще месяц назад. Старуха должна была проводить церемонию бракосочетания, как один из самых уважаемых магов Британии и прямо в это мгновенье пронзала его своим фирменным укоризненным взглядом. В глаза бил яркий свет из окон и спина затекла первый раз, наверное, за всю жизнь. Хотелось подорваться и покинуть этот театр абсурда, но вместо этого он молча наблюдал, как Грейнджер сосредоточено изучает старинный фолиант. Тео казался бледным и немного озадаченным. Уже больше часа они обсуждали все возможные варианты брачных клятв и кажется пришли к наиболее оптимальному варианту. Поттер в углу нервно перебирал полы своей мантии, необычайно раздражая своим назойливым шуршанием, его спутница жизни сидела возле Гермионы, придерживая ее за плечи. Драко откинулся на спинку дивана и потер переносицу, театрально вздохнув. Целая вечность прошла перед тем, как Макгонагалл поднялась с места и сухо попрощалась с присутствующими. Она слегка обняла свою любимую ученицу, посмотрев на нее с такой всепоглощающей жалостью, что ему захотелось сморщиться от неловкости. За ней удалились Поттер и Уизли, предварительно договорившись со своей унылой подругой о встрече этим же вечером, и десять раз переспросив ее о самочувствии. И вот они втроем сидели в огромной гостиной, Тео какое-то время бросал на него непонимающие взгляды, но вскоре сконцентрировался на разговоре со своей невестой. Драко пытался вспомнить, выпроводил ли миниатюрную блондинку со вчерашнего свидания, или же он все еще сможет застать ее, когда вернется после этой бессмысленной встречи с "лучшими представителями" его любимого львиного факультета. Голубки о чем-то тихо переговаривались у камина, пока он блуждал в своих неразборчивых мыслях, склеивая недостающие воспоминания за прошлую неделю. Казалось, они забыли о его присутствии в комнате, потому как уже через пару минут неловко обнялись, пытаясь скрыть друг от друга грусть. Тео подошел к Драко и бросив несколько рассеянных фраз на прощание, отправился через камин в Визенгамонт на заседание. Гермиона так и осталась смотреть на то место, где секунду назад ее жених исчез в синем пламени. - Ну что же, полагаю, мое присутствие здесь больше не необходимо, - он поднялся с дивана и развернулся в сторону камина. Гермиона вздрогнула, оборачиваясь, в ее глазах блестели капли слез. Прямо как в тот вечер на винограднике, когда она с презрением смотрела на него снизу вверх. Она молча отошла в сторону. К его горлу подступила новая волна раздражения. - И тебе хорошего дня, Грейнджер. - Прости, что? - Гермиона вынырнула с собственных размышлений и теперь смотрела на его недовольное лицо с непониманием. - Я говорю, что пойду уже, наверное. - Да, конечно. - Все нормально с тобой? - Не то, чтобы Драко хотел задавать этот вопрос, он скорее сам выскользнул из уст, как междометие. Он не заботился, а скорее пытался привести ее в чувство. - Настолько, насколько это возможно, - она повела плечами, не замечая колкости. - Ты всегда можешь передумать, - пожал плечами. - Тебе бы очень этого хотелось, не так ли? - Я никогда не скрывал своего отношения к этой свадьбе, - Драко снова засунул руки в карманы в своем привычном движении. - Но хотя бы ради лучшего друга мог бы проявить поддержку, - сейчас она перешла к своему поучительно-наставительному тону, который напоминал о временах Хогвартса. - Именно ради него я здесь и нахожусь. - Непохоже на то, что ты присутствовал здесь своими мыслями, разве что телом, всем видом показывая пренебрежительное отношение. Но это неправильно, настоящие друзья так не поступают. - Господи, Грейнджер, оставь свои поучения для семейной жизни, во время которой ты сможешь бесконечно пилить ими Нотта. - Ему нужен был сон и холодный душ, сейчас явно не лучшее время заводить подобные разговоры, он распалялся как спичка. - Господи, что ты за человек, Малфой? - Такой же, как и ты Грейнджер, две руки, две ноги, голова.. - серые глаза сузились до размера острых щелей, - только вот в отличии от тебя, я решаю свои проблемы самостоятельно, а не обременяю ими других. - А что для тебя значит, быть человеком, Малфой?! Человек не становится человеком только потому, что родился с парой рук и ног. Быть человеком - это работа над собой. Огромная работа над самим собой. Над собственными чудовищными, корявыми, гнусными проявлениями. Над собственными мерзкими стараниями и стремлениями. Только работа с этим позволяет человеку быть человеком. Быть верным! Чувствовать! Сопереживать другим и быть с ними в тяжелые времена, помогать друг другу и поддерживать. Хотя что ты можешь знать об этом... Она развернулась и буквально понеслась вверх по лестнице на второй этаж. Ему потребовалось время, чтобы переварить смысл услышанных слов и налиться свинцовой яростью. Он мог уйти, но не сейчас, не сегодня. Он ударил кулаком в дверь ее спальни до того, как успел понять, как отказался здесь. Она распахивает дверь, разъяренная, запыхавшаяся, дышащая через открытый рот. Он буквально вдавливает ее внутрь комнату своим телом, нависая и угрожая. - Ты хочешь знать, что такое верность?! Хочешь поговорить об этом, маленькая мерзкая гриффиндорка?! Не я ли потерял свою семью от слепой верности ее убеждениям, от безоговорочной поддержки их действий. Не я ли молча был верен и поплатился за это жизнями дорогих мне людей? Верность это существительное, наполненное смыслом, общими воспоминаниями, которые особенно ценные, незаменимые. Она не должна восприниматься как должное. Быть верным означает говорить близкому человеку, когда он неправ, когда никто другой этого не сделает. Верность надо заслужить, ее необходимо строить на фундаменте общего опыта, лояльности. Верность - это настоящая дружба, это готовность сказать правду и предостеречь. Ты ничего не знаешь обо мне. Ты хочешь взять его сердце и лишить его права выбора и я, как его верный друг, не могу этого допустить. - Он переходит на крик, не замечая чрезмерной жестикуляции. - Ты думаешь я хочу этого? Ты думаешь у меня есть выбор? - Она кричит на него в ответ, размахивая руками. - Выбор есть всегда! - И Тео сделал свой! Почему тебе так претит мысль о том, что он добровольно согласился связать свою жизнь со мной? - Она складывает руки на груди, - может потому что я грязнокровка? Не можешь поверить что твой лучший друг захотел помочь такой как я добровольно? Думаешь, я заставила его? - Она подходит ближе, не скрывая своего презрения. Одно резкое движение и он хватает ее за затылок. Так странно держать руками ее маленькую голову, которая кажется хрупкой как никогда. Он проводит большим пальцем по острой скуле, тактильно ощущая гнев. В голове нет мыслей, они все улетучились. Все еще мучает жажда, но до того, как он успевает об этом подумать, она впивается губами в его рот, кусая его нижнюю губу и втягивая ее жадно и яростно. Это не поцелуй, это физическое противостояние. Он разжимает челюсти и впускает ее горячий язык к себе в рот, грубо притягивая второй рукой тонкую талию. Она врезается в его тело с бешеной силой, от чего они оба пятятся назад, упираясь в стол. Гермиона хватает его предплечье, впиваясь ногтями в бледную кожу, он рычит ей в рот, прикусывая тыльную сторону щеки. Пьянящий запах бьет в ноздри, наполняя тела острым желанием сорвать мешающую одежду. Гермиона толкается бедрами вперед, ощущая его возбуждение. Они цепляются руками, грубо изучая друг друга, не прерывая поцелуй. Гермиона сильнее сжимает веки, она падает в бездну и осознание этого бьет по голове со страшной силой. Еще одно резкое движение и она отпрянула от него сразу на метр. Драко прерывисто дышит, разжимая кулаки. Гермиона подносит дрожащие пальцы к губам, они все еще не прерывают зрительный контакт, в поиске правильных слов, но ничего не приходит на ум. Кто-то должен уйти и он просто уходит. Не отворачиваясь, не прерывая связь.