Навсегда Верен

"— На небе только и разговоров, что о море и о закате. Там говорят о том, как чертовски здорово наблюдать за огромным огненным шаром, как он тает в волнах. И еле видимый свет, словно от свечи, горит где-то в глубине…" - к/ф "Достучаться до небес"

Ему снился длинный пляж с песчаной косой на горизонте. Мутные волны серого цвета разбивающиеся о мокрые скалы и огромные чайки. Дикие, орущие чайки, стаями кружившиеся вокруг морской глади в поисках пищи. Он стоял босиком на сухом, холодном песке и прислушивался. Казалось, вдали звучал женский голос, но из-за шума прибоя, он не мог разобрать ни слова. Драко открыл глаза, спальня все еще была погружена в полумрак, но почему-то Эндрю, домашний эльф, уже стоял у двери. - Мистер Малфой, - голос домовика звучал уверенно. Именно за это Драко нанял его, насильно освободив остальных домовых. Эндрю единственный был согласен уйти без слез и истерик. В нем был внутренний стержень, за который Малфой и платил неплохое ежегодное жалование. - Извините, что потревожил ваш сон, но у ворот Мэнора находится Мисс Грейнджер, она утверждает, что прибыла по просьбе мистера Нотта. Я бы не стал вас будить, если бы пять минут назад не прибыла сова семейства Ноттов с фамильным гербом. Малфой развернулся и поднял с прикроватного столика короткую записку. "Дорогой друг, Прошу прощения за столь ранний визит моей невесты. Дело не терпит отлагательств. Будь добр, предоставь ей свою библиотеку на пару часов в знак солидарности за случай в Эдинбурге. Надеюсь, ты все еще помнишь об этом небольшом долге. Теодор Нотт" - Проведи мисс Грейнджер в библиотеку. - Он понимал, что Тео не стал бы просить его, не требуй дело особой срочности. Эльф поклонился и поспешил покинуть хозяйскую спальню. О, если бы только Тео мог представить, сколько гнева накопилось у него внутри. Он чувствовал его каждый раз, когда видел, как его лучший друг с нежностью прикасается к своей невесте, обнимает ее, гладит по спине и любыми способами обозначает их скорейшую свадьбу. Эти мысли доводили его до исступления каждый раз и сейчас, увидев ее имя на пергаменте он снова почувствовал укол злости. Наспех одевшись он спустился в столовую, где на столе уже остывал скромный завтрак. Он сел за стол и снова позвал домовика. - Позаботься, пожалуйста, чтобы Грейнджер тоже поела. Уверен с ее геройским рвением к работе, она забыла с утра об этой детали. Зачем он это сделал? Весь завтрак Драко раздумывал о том, насколько правильно было совершать подобный знак по отношению к Гермионе. Он прикрылся газетой ради пущего приличия, но не смог прочитать и строчки, полтора часа буравя взглядом одну и ту же страницу. Отрицать происходящее было бессмысленно, блуждать по поместью тоже. Еще немного помедлив, он направился в библиотеку. Она сидела за его рабочим столом, будто это было обыденным делом. С чувством выполненного долга раскладывая бумаги по стопкам и сортируя найденные книги. По открытому окну и мокрой чернильнице Драко понял, что сова Теодору уже отправлена, задание выполнено, и Грейнджер в данный момент позволяла себе не спеша убирать рабочее место. Она нежно прикоснулась к ветхому пергаменту мочками пальцев, и немного наклонившись слегка подула на него, убирая остатки пыли. По движениям он сразу определил, как она любила порядок, и в этом увидел отражение своей личности. Он разрывался от желания развернуться и зашагать прочь и приблизиться к ней максимально, чтобы ощутить на себе тонкую струю воздуха, исходящую из ее рта. - Почему ты не притронулась к завтраку? - Драко дал о себе знать лишь через несколько минут. Понимая, что это наблюдение перерастает в нездоровое преследование. - Я позавтракала дома, - она намеренно делала ударение на последнем слове, акцентируя внимание на его значении. Драко удивленно смотрел на нее, не замечая этого. Неужели она поставила свои потребности выше дела клиента, пусть и не личного, но все же ее жениха. Ведь она верила, что он невиновен. Уловив его недоумение Гермиона незаметно улыбнулась и продолжила более уверенно, - Неужели ты думал, что я бросилась к тебе по первому зову Тео? - Именно так я и подумал, ведь ты - знаменитая золотая девочка, - он выделил интонацией два последние слова. Акцентируя внимание на своем насмешливом тоне. - Ну что же, то, что я пришла сюда добровольно уже огромное одолжение Теодору. - А что же такого страшного в моем поместье, что ты могла раздумывать над тем, чтобы здесь появляться. - Сейчас ему действительно было интересно. - Во-первых, у меня с ним связаны не совсем приятные воспоминания. А, во-вторых, мне совсем не хотелось просыпаться в несусветную рань в свой выходной. - Ну что же, надеюсь, Тео сполна отплатит тебе за "доставленные неудобства", - он развел руками, направляя свой взор в открытое пространство комнаты и развернулся к выходу. - Кстати, спасибо, - неужели она хотела, чтобы он остался? Гермиона поднялась с широкого кресла, покрытого лаком, и направила палочкой стопку книг на дальнюю полку. - Вижу, ты удобно устроилась, расставляешь книги на свой манер, оккупируешь мой стол, - он все еще стоял к ней спиной, смотря в сторону полетевших томов по древним рунам. - Мне показалось, что алфавитная система не совсем удачна для древнеримских трехтомников. - Не успела прийти в мой дом и уже критикуешь его устои. - Драко наконец повернулся и увидел, как ее лицо просветлело. Он пытался не слишком обнадеживать себя по этому поводу. Но в грудной клетке уже порхала птица под названием "она хочет, чтобы я остался". - Это не то, что я хотела сказать. Я хотела сказать, что у тебя отличная библиотека, некоторые фолианты я никогда в жизни не видела и даже сомневалась в их существовании. И конечно у меня есть предположения по улучшению их классификации. - Драко закатил глаза, пока она произносила это предложение, в глубине души расплываясь в улыбке, но лицом оставаясь беспристрастным. - Вижу, тебе приглянулся свиток по древним рунам. - Да, мне показалось особенно интересно, как автор трактует некоторые знаки власти. - Неужели? - Он знал, что провоцировал ее на развернутый ответ. Знал, что это ее любимая территория и жаждал этого огня в карих глазах больше всего на свете. Гермиона принялась расписывать свою позицию, углубляясь в историю магии, подробно описывая свои ощущения, давая собственную оценку понятиям. Ему хотелось подойти ближе, хотя бы немного. Но ноги не слушались, они приросли к полу. За всю пятнадцатиминутную тираду заучки с его "любимого" львиного факультета он успел вставить всего пару реплик, все же ощущая свое превосходство в знании рун. Драко имел доступ к библиотеке Малфоев намного дольше, чем Гермиона и успел изучить гораздо больше редких изданий. Он с умилением отмечал, как она удивляется его замечанием с неприкрытым интересом. Наконец, Гермиона скрестила руки на груди в победной позе и торжественно изрекла: - Ну что же, наверное ты не так уж глуп, и Тео был прав на твой счет. - Неужели я заслужил похвалу от своего верного школьного товарища? - Да, и не одну. - Что ж, я польщен. Между ними повисла пауза, но на удивление, она не была неловкой. Они продолжали изучать друг друга, но теперь молча. Рассматривали при дневном свете какое-то мелкие детали во внешности и мимике. Очевидно, им обоим хотелось молчать и слушать сердцем, но это не могло продолжаться вечно. - Как долго твоя семья собирала такую внушительную библиотеку, - она задала это вопрос неожиданно, без единой предпосылки. Он сначала был удивлен, но о чем она еще могла говорить, когда не знала, как начать новую беседу. Библиотека Малфоев действительно была огромной. Длинные высокие стеллажи с книгами. Книги. Много книг. Старинные огромные фолианты. Все пропитаны древними знаниями, собиравшимися поколениями талантливых волшебников. Он лично следил за чистотой и надлежащим содержанием всех экземпляров коллекции. Гермиона не могла не заметить этого и подобное бережное отношение к знаниям восхищало ее до глубины души. - На протяжении многих столетий мои предки путешествовали по миру, изучая собирая древнейшие артефакты, в том числе тексты. Мы всегда питали слабость ко всему редкому и уникальному. - Интересно. - Она еще окинула взглядом просторную комнату, - я заметила, что твое семейное дерево скрыто за тем шкафом. - Откуда тебе известно об этом, - Драко был озадачен этим вопросом, заставшим его врасплох. - Очень просто. Именно в библиотеке храниться древо древнего чистокровного рода, оно должно быть расположено не слишком близко к источнику света, но в достаточной видимости с любого ракурса. То есть, следуя элементарной логике, здесь - Она развернулась и подошла к дубовому лаковому серванту, наполненному до краев свитками и бумагами. Он был не слишком плотно придвинут к стенке и Гермиона смогла заглянуть за него краем глаза. На стене был изображен толстый ствол с многочисленными ветвями. Что-то подобное она видела в доме на площади Гриммо. Драко собирался что-то ответить, чтобы отвлечь ее внимание. Но Гермиона снова заговорила, немного задумчиво, рассматривая многочисленные ветви его фамильной истории. - Расскажи о своих предках. - Через минуту она посмотрела на него, наконец отвернувшись от шкафа. Драко хотел с самого начала пресечь эту тему, но она присаживалась на кресло с таким вдумчивым выражением лица, что он просто не мог отказать. Он расположился на широком кожаном диване напротив и начал свою любимую историю об Арманде Малфое, прибывшим в Англию с Вильгельмом Завоевателем. Слова складывались в предложения легко и непринужденно, он ушел с головой в прошлое, наслаждаясь рассказом, будто сам слышал его впервые. Он все говорил и говорил, лишь иногда перебиваемый ее удивленными возгласами. Забыв о времени и обстоятельствах. Будто не было больше людей в этом мире, и не было больше глаз, только эти напротив. Когда он закончил, Гермиона все еще продолжая молча рассматривать его руки, как завороженная. Он не хотел прерывать это мгновение. Минуту, когда она смотрела на него, будто на незнакомого человека. Без груза прошлого и неизвестности будущего. С неподдельным интересом и теплотой. Только спустя какое-то время она осознала, что в комнате давно царит тишина. - Чудесная история, такое чувство, будто тебе часто доводилось ее рассказывать, - она улыбнулась, намекая очевидно на то, что он таким образом соблазнял девушек. - Да, я услышал ее от бабушки и после этого сотню раз рассказывал перед сном своей матери. Думаю, она возненавидела ее в какой-то момент, - он всегда улыбался вспоминая о Нарциссе, но сейчас, впервые, в этой комнате, пропитанной воспоминаниями о ней, не почувствовал боли. Гермиона прерывала их зрительный контакт и поднялась с подлокотника кресла. Очевидно, ей стало неловкость от упоминания Леди Малфой, между ними снова возник шлейф из прошлого. - Наверное мне пора. - Останься. - Одно слово. Восемь букв. "Ты можешь уйти, но я хотел бы, чтобы ты осталась".