Второй шанс.

***

      Михаил проходит на территорию офиса вместе с пареньком, который был немного ниже, чем киллер. Темноволосый, худой, желтые глаза. Сложно было назвать его членом опасной группировки, которая нагнула весь город и другие банды. А звали этого паренька Сергей. Сергей Фомин, попросил называть себя просто Серый. За все время, пока они шли по запутанным улицам он почти никогда не молчал. Рассказывал какие-то шутки, улыбался. Он не был похож на бандита. Он был похож на обычного человека, который жил обычной жизнью. Хотя Линдеманн предположил, что он просто притворяется, ведь, неизвестно, что у человека в голове. Сейчас он абсолютно спокоен, разговорчив. А по выходным разделывает людей под классику. У каждого свои тараканы в голове. Он осматривается: Ничем не привлекательный, не отличается от других. Около восемнадцати этажей, классика.       — Как видишь, офис восемнадцатиэтажный. В бастионе три отряда: наемники, коллекторы и разведчики и каждый отряд имеет свой этаж. Наемники — второй, коллекторы — пятый и шпионы первый. Остальные этажи — арендаторы. Они не лезут в наши дела — мы в их. Все взаимосвязанно. Если есть какие-то проблемы или вопросы, то их решают либо Генри, либо Ро… Рай. Либо Рай, вот. Кстати, а ты куда хотел пойти то? — Серый опять же добродушно улыбается, зачесывая темные волосы назад. Но как только он убирает руку, то те сразу опять падают на глаза. — лично я шпион.       — Не знаю пока что. Мне нужно время, — задумчиво отвечает Линдеманн, смотря на здание.       — Оно у тебя есть. Но когда я разговаривал с Райденом, то он очень бы хотел видеть тебя в наемниках. Не хватает там таких способных бойцов, как ты.       — Я подумаю над этим, — отрезает тот. — что сейчас мне делать?       — Да пока, собственно, ничего. Осмотрись, привыкай. Сходи к Демьяну или Денице. Может им помощь нужна.       — А Демьян и Деница — это кто?       — Демьян — глава наемников, а Деница коллекторов. А и да, ты знаешь об нашей «иерархии»?       — Нет.       — О-о-о сейчас объясню! — глазки шпиона загорелись. — смотри: существует главарь, так? Им является Райден. От главаря идут две ветви в стороны. Ими является наследник и заместитель. Когда Райден отойдет от власти по какой-то причине, то его место займет наследник. Если же наследника нет, как в нашем случае или же он умирает, то на место главаря становится заместитель. Вот. От этих троих идут еще ветви вниз — главари отрядов. Эти шесть должностей образуют Старший или же Высший круг. Потом еще три ветви — участники отрядов и последняя, самая низкая ветвь — новички, кем являешься ты. Понял?       — Да. Вполне. Спасибо. А Райден сам где? Фомин зависает на некоторое время, потом качает головой.       — Он, кажется сегодня весь день у себя в клубе будет. Может и всю ночь.       — У него есть свой клуб? — Михаил чуть склоняет голову на бок.       — Да. Не совсем свой. Он там как второй владелец.       — А первый кто?       — Брат его. Джон.       — Гм. Ясно. А вот эта уже интересная информация для самого киллера. Оказалось, у мафиози есть еще живые родственники. И бизнес свой имеется.       — Ладно, спасибо. Тогда… Я пойду?       — Да, конечно. Будут вопросы — обращайся либо ко мне, либо к кому-то еще. А можешь к Генри, хотя я бы этого не делал…       — Почему?       — Он слишком дерганный. Я не знаю, как его терпит Рай. Нервный, придирчивый и противный. Этим он меня бесит. Линдеманн ничего не отвечает и заходит в здание. Не так много народу, но почти все одиночковы. Дамы на калбуках, белая рубашка и красная либо темная юбка-карандаш и мужчины: черные туфли, брюки и рубашки с галстуками. Были люди, которые не соблюдали эту униформу и выделялись на фоне этих офисных крыс — люди из бастиона. Они не носили никакой формы, разбивались на маленькие группки; от двух до четырех человек в каждой. Но попадались и «одиночки», которые входили в какую-то комнатку и выходили оттуда, а потом и вообще уходили из офиса. Михаилу стало интересно, что это и он пошел туда. Оказалось, в этой маленькой комнатке была доска, на который были висели так называемые задания. Позже ему объяснили, что действительно в бастионе существуют одиночки-наемники, которые приходят сюда, берут задание, а потом получают деньги.

***

      Около трех часов ночи. Темная иномарка ехала по ночному городу, мелькая по улочкам. Совершенно недавно группа, состоящая из «коллекторов» бастиона, вытряхнула приличную сумму из еще одного должника. В машине сидело три человека, включая Михаила. Тот пока не определся в какой именно из «отрядов» бастиона он вступит. На выбор было еще два: наёмники и шпионы. Пока что ему приходилось быть мальчиком на побегушках: куда отправят там и работает. Он уперся лбом в стекло, наблюдая за мелькающими улицами. Слышит чужие голоса; они переговаоиваются между собой, обсуждая удачную вылазку, шутят и смеются. А Линдеманн что? Ничего. Просто молча сидит сзади не встревая в чужие разговоры, не руша чужую атмосферу. Так же наемник не терпит машины. Слишком тесно в них.       — Эй, новенький, ты там живой вообще? Голос прервал все размышления Михаила, заставляя того вздрогнуть от неожиданности и перевести взгляд голубых глаз на того, кто обратился к нему. А обратился к нему сам глава «коллекторов» — Александр Деница. Он же и был за рулем автомобиля. Наёмник через зеркало заднего вида быстро изучил Деницу. Темные коротко стриженные волосы, аккуратно уложеные назад, карие глаза и маленький рубец над верхней губой. Михаилу сразу понравился этот мужик, да и голос у него приятный.       — Нет. Просто задумался. Не хочу прерывать ваши разговоры, — он выпрямляется и спрашивает: — нам еще долго?       — Неа. Слушай, может быть ты с нами в клуб поедешь? Пятница как-никак.       — Клуб? Нет, спасибо. Мне домой надо. Я устал.       — Вот заодно отдохнешь и расслабишься, — присоединился к разговору парень, который сидел на переднем сидении рядом с водителем. Миша задумывается. У него в голове зарождается план и тот нехотя соглашается.       … Кампания из восьми человек сидела за столом в небольшом клубе «Эдем». К коллекоторам присоединились двое наемников один из которых был знаком Михаилу — он присутствовал на испытании, а также трое шпионов.       — Кстати, Сталкер, а почему ты пошел в бастион? У тебя тоже проблемы с ворами, да? — неожиданно обращается к тому желтоглазый блондин.       — С ворами? — Линдеманн наклоняет голову, вопросительно поднимая бровь. — в любом случае у меня свои причины почему я пришел сюда. — пожимает плечами, а затем добавляет: — расскажите мне о Дилере, бастионе.       — Да что тут рассказывать. Дилеру чем-то неугодили воры в законе, он начал охоту на них. Бóльшая часть людей в бастионе была подчинена насильно, — Деница делает глоток, и переводит взгляд на стрелка. — Дилера не любят, но и бояться. И бежать из бастиона бесполезно.       — Бесполезно? — спрашивает Миша, наклоняя голову на бок. — почему бесполезно?       — Единственный способ покинуть бастион — умереть. Даже если и сбежишь, тебя все равно найдут и убьют. Вот такие дела. — Деница пожимает плечами.       — А известно что-нибудь о прошлом Дилера?       — Нет. Может быть известно его брату и Генри.       — У него есть брат?       — Да. Джон. Второй владелец «Эдема», Райден первый владелец. Михаил задумался, чуть прищурившись и поджав губы. А Сергей не соврал по этому поводу.       — Эй, Сталкер, а ты никак ли влюбился в Райдена то? — спрашивает один из наемников, прибывающий не в самом трезвом состоянии.       — Нет. С чего такие вопросы? — Миша переводит взгляд на наемника. Из разговоров он понял, что его зовут Дмитрий, а на испытании он убедился в его физических способностях. Из себя он представлял мужичка не большого роста, но с прямыми и густыми светлыми волосами. Маленькие желтые глаза смотрели на Михаила, а губы были искривлены в ухмылке.       — Я видел, как ты пялил на Дилера. Как у тебя горели глазки, когда он тебе руку протянул, — наемник улыбается, обнажая зубы. Киллер нахмурился, услышав такую догадку.       — Это не так. Вам показалось.       — Так ты ко мне на «вы». — наемник посмеивается. — мне не показалось, малой! Это видели все, кто был на испытании.       — Вы лжете. Между нами и господином Керком, кроме деловых отношений не…       — Кроме деловых и сексуальных отношений, — перебивает того Дмитрий и заливаться смехом.       — Я пойду, пожалуй, — Михаил поднимается. — спасибо за вечер.       — Ой, а что это, наша принцесса обиделась? Линдеманн предпочел не отвечать на вопрос и просто направился к выходу. До дома достаточно далеко идти, но делать нечего; тут оставаться он тоже не хотел, а просить кого-нибудь подвести до дома он не мог из-за своих принципов. Неожиданно, кто-то хватает Михаила за руки, заламывает их. Дмитрий и его «шайка», в которую входили не только наемники, но и шпионы, заметно оживились и подскакивали с мест. Деница понимает, к чему клонит ситуация и тоже поднимается.       — Эй, Дим. Хватит. Чем тебе так малой не угодил то?       — Закрой хлебальник. Я слежу за своими людьми, ты — за своими. Так что не лезте в НАШИ дела, господин Деница, если не хотите проблем. Идите лучше дальше собирайте копейки с людей. Мы просто покажем малому, как обходятся с голубыми, — издевательски говорит глава наемников, потом те выходят из-за столика, направлясь к туалету, куда волокли уже сопротивляющегося Линдеманна. Никто из присутствующих даже пытался как-то вступиться за киллера, так как видели татуировку Бастиона на шее мужчины, что тащил его. Михаила швыряют на плиточный пол, затем хватают за волосы и ставят на колени. Он поднимает голову и видит перед собой людей с которыми выпивал: наемников и шпионов. Где коллекторы он не знал. Спокойным взглядом обводит тех, а затем, таким же спокойным голосом начинает говорить:       — Вы, видимо, все вопросы решаете таким способом. Простите, я еще не знаю всех традиций… Не успевает договорить, так как получает кастетом по челюсти. Линдеманн дергает головой в сторону удара. Больно, но терпит, надеясь, что те перебесяться и отвалят.       — Шлюхам слово не давали, — сказал Дмитрий, сжимая кисть руки с кастетом. Эти слова заставили Сталкера взбеситься. Он обнажает зубы, поднимая голову.       — Я не шлюха блять. Между Райденом и мной ничего не было и не может быть! — цедит сквозь зубы и пытается подняться, однако мужик, который притащил его сюда, бьет со всей силы по спине киллера. Тот падает на живот и ситуация с испытания повторяется: удары со всех сторон, но уже с бóльшой жестокостью и злобой. Те заканчивают избиение и переворачивают Михаила на спину. Он видит распрывчато перед собой, слышит приглушенно, как те переговариваются между собой. Тело болит и киллер мысленно проклинает себя за то, что такой беспомощный в данный момент. Не так он видел свою смерть, совсем не так. Дмитрий подходит к тому, задирая его толстовку и оголяя живот. Потом достает из кармана складной нож. Его приспешники, поняв, что хочет сделать наемник, держут руки и ноги киллера. Холодное лезвие касается живота из-за чего Михаил вздрагивает и пытается вырваться. Тщетно. Кончик ножа легко режет плоть, входя в глубже и окрашивая себя в кровь. Он вырезает то, что прекажет хозяин и причиняя жуткую боль жертве. Он болезнено стоял, тяжело дышал и скрипел зубами от боли. Эта процедура длилась около минуты — но для Линдеманна она длилась чуть ли не вечность. Радовал факт того, что Михаил знал, что отомстит. Страшно отомстит.       — Слушай, новичок, а давай мы трахнем тебя, а? Тебе же не привыкать. — наёмник гадко улыбыется, растегивая ремень на своих джинсах. Эти слова для киллера как гром среди ясного неба. Он дергается и делает попытку вырваться — бесполезно. Ему в рот уже кто-то хотел сунуть член, но вдруг выстрел. На лицо Линдеманна попадают капельки крови, а тот, кто хотел поиметь стрелка орально, рухнул на землю с простреленным членом. Всех присутсвующих передернуло это проишествие и заставило их обернуться в сторону выстрела.       — Пошли вон отсюда, твари, — послышался мужской голос. Михаил не сразу понял что произошло и почему все так быстро смотались. Они приподнимается на локтях и видит Деницу вместе с Райденом. Только тогда до него все доходит. Он едва скалится. Зачем Деница привел сюда Рая? Они же только подтвердили сейчас несуществующую связь между ними.       — Проваливайте отсюда, — хрипло говорит Линдеманн и пытается сесть. — мне не нужна ваша помощь. Керк ничего не отвечает на это. Он пропускает чужие слова, подходит к Линдеманну.       — Идти можешь?       — Отъебись от меня! — рычит тот.       — Ясно-понятно, — Керк берет того на руки, не смотря на то, что Михаил яростно сопротивляется.       — Пусть приберуться тут и да. Спасибо, — на выходе говорит Райден.       — Да не за что…       — Отпусти меня на землю, ебанат! — злобно шипит киллер и бьет того в грудь.       — Угомонись, а. Он заносит того в кабинет и опускает на диван. Линдеманн сразу же садится, прижимая ноги к себе, не смотря на боль.       — Трахнуть тоже захотел? Не хочешь делить меня с кем-то? Скажи, ты ведь все это делаешь только потому, что выебать хочешь, да?! Давай, еби! Сломай, унизь, ты же можешь! Райден выслушал его речь, потом отошел и стал рыться в ящиках.       — Почему ты молчишь?       — Сними толстовку.       — Что?..       — Толстовку блять сними.       — Зачем?       — Я перевяжу раны, а потом ты съебешь в больничку и не высунешься оттуда ближайшие три дня.       — Да кто ты…       — Мне пригласить Диму и его компанию? Пусть закончат начатое. Линдеманн оскалился, но ничего не ответил, лишь молча снял толстовку.       — Зачем ты это это делаешь? Нет даже… Почему? Керк молча перебинтовывает его живот. Он уже успел прочитать, то, что они вырезали на животе киллера: «шлюха», «подстилка» и прочее. Он не понимал, почему злиться, но уже придумал, что сделает с ними. Да и Линдеманн задал хороший вопрос: почему он это делает?..

***

      Райден подъезжает к подъезду пятиэтажки. Фомин замечает машину, берет сумку и идет к ней; садиться на место рядом с водителем, а сумку в ноги.       — Доброе утро, Ром, — со слабой улыбкой сказал тот, глянув на брата.       — Я сколько раз просил тебя не называть меня Ромой? — раздраженно говорит тот, закуривая сигарету,  заводит машину и выезжает на дорогу.       — Ладно-ладно. Это самое… Рай. Мы можем взять с собой…       — Боброва. Мы можем взять с собой Боброва. Конечно, Сереженька, мы возьмем с собой Андрея. Я разве когда-то был против? Не-е-ет. Ты что?       — Сколько суток ты не спал?       — Твое не дело. Серый, какого хуя постороннее люди знают о том, куда мы едем?!       — Он не посторонний человек. Он — мой друг. Лучший друг.       — У меня тоже был лучший друг. В любом случае я тебя не раз...       — Прекрати все равнять на себя и выдавливать жалость из других людей. «Меня предал лучший друг! Ты не должен ни с кем дружить, Серёжа, с тобой все случится также. Лучше будь под моим крылом и слушай мое нытье!». Рай, от этого меня тошнит, понимаешь? Да, тебя предали. Но хватит напоминать об этом и жить прошлым. Сейчас же все классно, нет?       — Серый. Я просто не хочу, чтобы случилось с тобой такое же или еще того хуже. Серёжа смотрит на брата, вопросительно подняв бровь. Ох как Фомину хотелось всечь Райдену.       — Да ладно? А то есть сейчас моя жизнь прекрасна?       — Ты несколько секунд назад сказал о том, что все классно в твоей жизни. Разве нет?       — Рома, это ты испоганил мою жизнь. Ты затащил меня в бастион! Ты боялся, что я  сдам тебя ментам, разве не так? Ты заставил меня жить в тени, заставил отказаться от матери, от друзей и от Сени в том числе! Я хотел нормальной жизни, а не вот этого всего. Я не хочу ходить по городу и бояться, что меня могут убить. Ты просто трус, Ром. Ебанный мать твою трус. Может быть тебя и боятся, но ты сам всех боишься. Ты убиваешь, но боишься, боишься, что опять попадешь на зону и все повториться. Мстишь людям, хотя многие не причастны к произошедшему… Сережа смотрит на того некоторое время, а потом продолжает:       — Говоришь верить тебе, так как ты мой брат. Тогда ответь мне: почему Джон продал информацию о тебе? Откуда мне знать что ты не поступишь со мной точно также или хуже? Керк ничего не ответил на слова Серого. А ведь он частично прав: Райден действительно затащил Серёжу в бастион, когда тот узнал о поставках наркотиков, он сломал жизнь брату, хотя пытался уберечь. На душе стало вдвойне поршивее, когда Фомин напомнил о предательстве брата. Это была своеобразная месть за то, что Рай убил отца, которого Джон уважал, а Райден ненавидел.       — Да ты прав, Серый, — ухмыльнулся тот, откинувшись на спинку кресла. — я трус. Спасибо, что помог мне в этом удостовериться. Всегда было интересно каким меня люди видят со стороны.       — Блять. Я не совсем это…       — Закрыли тему. — отрезал Райден.       — Мы заедем за Андреем?.. — тихо спрашивает Серёжа.       — Да. Рай всей душой не хотел брать Боброва с собой, хотя бы по двум причинам: первой — хотел поговорить с Серым с глазу на глаз, а второе — просто не особо верил. Да, было много хороших воспоминаний связанных с ним и его братом, но лишь одно. Лишь одно воспоминание перечеркивало все. Он боялся, боялся, что он предаст точно также как и его брат. Наблюдает, как эти двое копашаться у подъезда, смеются и разговаривают о чем-то. Понимает, что поездка не будет тихой, как он планировал, но и изменить ничего не сможет уже. Наконец-то они садится в машину.       — Доброе утро, Рай, — поздоровался запыхавшийся Андрей.       — Утро добрым не бывает.       — Андрей, он просто не с той ноги встал.       — Я и не ложился, — закуривает сигарету и заводит машину. Ехать примерно около трех-четырех часов, а у Райдена не было никакого настроения на веселье из-за произошедшего в «Эдеме». Он сейчас думал над тем, что происходит с ним. Почему он видит в нем родственную душу? Линдеманн точно так же как и Керк скрывался за масками, ему было интересно, что тот скрывает? Каких скелетов в шкафу прячет…       …— Ром, а ты разве не пойдешь к маме?.. — спросил Сергей, вылезая из машины и глянув на брата.       — Нет. Я не готов, это раз, а два - вы ей должны были сказать, что я мертв.       — Если мы ей скажем это, то она не переживет этого.       — Серёг, послушай. Я с ней не жил и не помню ее, а она не должна помнить меня. Плюсом, я ее ненавижу.       -- Рай, ты лжешь. Керк отрицательно качает головой, смотря на брата. Прежняя безмятежность и холод во взгляде.       -- Это правда, братец мой. А теперь лапки в зубы и пиздуй. У вас время до вечера. Райден вылезает из машины и закрывает дверь, затем хлопает паренька по алечу, кидает злобный взгляд на Андрея и уходит куда-то вперед по тратуару. Сергей провожает того взглядом. Он понимает, что Райден всей душой хотел встретиться с матерью, поговорить с ней, почувствовать ее тепло. В отличие от своего брата, Фомин прожил с матерью и был счастлив. Он был маленьким и постоянно расстраивался, когда его брат заходил на минут десять, а потом уходил. Он просто не понимал, почему тот не может остаться вместе с ними. А еще помнил, как Костя, еще один брат, который был на два года младше Рая, постоянно ругался с матерью и уходил из дома. Можно сказать, это играло Серёже немного на руку, ведь, он получается единственный оставался у мамы. Только после того как Фомин закончил восьмой класс, Райден рассказал ему, почему не мог жить с ними. Все из-за…       — Серёжа, етить тебя за хуй! Фомина аж передергивает и тот оборачивается и смотрит на Андрея, который выглядывает из подъезда.       — Ты замёрз там или как? Пойдём! Там уже тётя Саша уже чаёк заварила, вас с Ромой ждёт.       — Ты сказал ей, что Рома с нами?       — Да. А разве не должен был? Кстати, а где эта многоэтажка?..       — Андрей, ты дебил…       Райден же вплоть до вечера ходил по городу. Он помнил каждую улочку, знал, куда она ведет. Раньше он бы ни за что не пошел бы на улицу вот так бы открыто, потому что боялся осуждающих взглядов по поводу его внешности. Носил капюшон или маску, чтобы хоть как-то скрыться. А теперь привык. Просто привык косым взглядам и прочему. Ему теперь было просто плевать на все. Подходит к школе, останавливаться, смотря него. А ведь тогда он и не подозревал, что все закончится вот так. Что он станет таким.Чуть улыбается, вспоминая школьные годы. Ктож знал, что все закончится именно так? Воспоминания начинают лезть в голову, но Керку уже углупого плевать на них. Он смирился. Ничего не вернуть, ничего не изменить. Он навещает другие места, в том числе и не оставляет без внимания дом отца. Все осталось таким же, как было несколько лет назад — мрачным. Мрачная трехэтажка. Грязный двор. Но Райден улыбается. Отца больше нет в живых. Он убит. Нужно возвращается обратно, плюсом позвонить этим двум придуркам, что бы тоже закруглялись, но он планировал сделать это, когда будет подходить к дому. Но еще Рай заметил людей, которые постоянно следили за ним. Неужели кто-то сейчас разнообразит его вечер или же он просто зашел на территорию очередной шпаны, которая считает себя главными. Взвесив все, он больше склонялся ко второму варианту. Потому что знал как ведут себя «авторитеты». Значит все-таки будет скучно. Специально уходит в переулки, которые тоже прекрасно знал. Ведь, он убегал по ним от отца.       — Хей, дядь, баблишко есть? — противный голосок раздается за спиной у Райдена. Тот оборачивается, смотрит на людей. Трое. Им от силы лет семнадцать-восемнадцать. Все высокие, худые. Однако замечает у «главного» нож и сразу меняется в лице, боязвило пятясь назад.       — Ч-что вам нужно? — спрашивает тот, смотря на них и специально изменив свой голос на более высокий тембр. — я полицию сейчас вызову! Убирайтесь по-хорошему. А играть Рай роли умел. И это ему нравилось. Он видел злобный оскал и блеск азарта в чужих глазах. Совсем дети.       — Ты ебанутый? Деньги давай, или прирежем тебя, сука.       — На каком основании я должен отдать вам деньги?..       — Ты зашел на территорию моей банды. Это мой район и ты, как неместный, должен заплатить, чтобы пройти тут. У Райдена сносит крышу. Он упирается рукой об стену и начинает смеяться, немного согнувшись. Керк и сам не понимает, почему смеется. Другие же впали в ступор, ибо вообще не ожидали такой реакции.       — Боже… Ахахах. Вы… Пиздец, бизнесмены. — спустя какое-то время начинает говорить Рай. Выпрямляется и убирает волосы с глаз, улыбается. — сколько заработали то?       — Тебя это ебать не должно!       — Ясно-понятно, нисколько. И не заработаете. А знаете почему? Потому что первое: вы выбрали неудачную территорию, а второе — ваши запугивания… Как помягче сказ....       — Пацаны, бей его! В это время на Райдена набрасываются двое приспешников. Пропускает пару ударов, что приходятся на челюсть и корпус. Дает почувствовать вкус власти, отходит, пока не упирается спиной в стену. Все они погнали улыбаются. Глупцы. — Ну что, дядь? Дашь денег? — Пожалуй нет, — ухмыляется. — Тогда, ублюдок, мы заберем их у твоего трупа! — двое опять кидаются на Рая, но на этот раз уже с ножами. Тот же уходит в сторону, перехватывает одного за руку и заламывает. Отбирает нож и со всей силы бьет в спину. Один готов. Засекает, что второй опять нападает и опять уклоняется затем вонзает острие лезвия в затылок. Вытаскивает и смотрит, как бездыханное тело падает на пол. Он поворачивается к главарю и видит, как тот направляет на Рая дуло пистолета. Керк усмехается и начинает сам медленно подходить к тому лишь грустно улыбаясь.       — Мужик, яж выстрелю! — голосок то начинает дрожать, Райдену это нравится.       — Стреляй. Пацаненок сглатывает и нажимает на курок. Но… Но выстрела не было.       — Ой, кажется кто-то забыл снять с предохранителя. Какая жалость,  а я думал ты меня избавишь от страданий… Он подходит к пацаненку, глупо улыбаясь. Дилер приближается чужому лицу, рассматривая прекрасные серые глазки. Аккуратно пальцем убирает прядь волос с молодого перепуганного и бледного от страха личика. Подносит лезвие ножа, одной рукой зажимает парень рот, а другой вырезает на лбу "RK". А пацан то плачет, слезы текут по щекам и болезно мычит. Райден бьет пацана в пах коленом и отпускает, тот же падает на землю, выкрикивая проклятья. На этом бандит не останавливается и вонзает нож в чужую кисть по рукоять, а потом со всей силы бьет стопой в поясницу. Может сломал, может нет, но малой кричал знатно. Керк отходит и осматривает картину. Ну может слегка перестарался, а так - красота. Плюсом чужое нытье и угрозы... Музыка же. Прикуривает сигарету и уходит из этого места.       … По малолюдным дворам доходит до машины, садиться и набирает номер Серёжи. Тот сбрасывает и выходит из подъезда. Рай открывает дверь машины. Почти не помнит, как дошел обратно и откуда кровь. Помнит только троих пацанов, а дальше пробел. Ничего более.       — Вы долго там еще? Где Андрей?       — Андрей у своей матери и да Рома, тебя хочет ви… Что с тобой блять произошло?       — Это так важно? — он вылезает, смотря на Серого сверху вниз. — звони Андрею и поехали обратно.       — Рома?.. Знакомый до боли голос. Он только что избавился от воспоминаний и вот опять они лезут в голову. Слышит, как она начинает подходить к ним.       — Не подходи, — цедит сквозь зубы, но не поднимает головы.       — Но… Но почему? Что с тобой случилось?.. Райден резко хватает Сергея, обвив одной рукой чужую шею и сдавливает ее. Он поднимает голову, смотря на мать. Он должен навсегда упасть в ее глазах.       — Отпусти, придурок! Мне… Мне нечем дышать… — он хрипит и извивается. Она заглядывает в чужое лицо и цепенеет, прикрывает ладонью рот.       — Р-Рома… Это сделал отец?.. — тихо спрашивает она.       — Нет, Ромы больше нет. Я - не он. Он мертв. Не важно, кто я. Не важно жив я или мертв. Меня уже нет, как человека, нет души, ничего. Я убийца. Убийца отца и сейчас ты убедилась, что могу убить и брата, да, Серёж? Ты же ей рассказал, как я сломал тебе жизнь, правда? — отпускает младшего брата и тот падает на колени, жадно глотая воздух и кашляя. — Забудь меня раз и навсегда. Райден разворачивается к ним спиной.       — Прости, что не оправдал твои ожидания, — тихо говорит и садиться в машину, после чего уезжает. А эмоции опять пробираются ввиде ебанного кома к глотке. Держит их в себе, хотя понимает, что еще чуть-чуть и он сорвется. Уезжает за город и останавливается где-то у леса. Находит свои таблетки и пьет их в перемешку с наркотиками. Откидывается на спинку сидения и прикрывает глаза.       -- Скоро вечный сон, скоро будет хорошо.

***

      Райден приезжает обратно в бастион где-то к шести часам утра. Он не отвечает ни на чьи звонки: будь то мать, Серёжа или Андрей. Ему сейчас не до кого. Единственное, что он сейчас хочет — это заснуть и выспаться нормально. Заснуть то он заснул, но проспал от силы часа три. Встал ничего не соображая и ничего не помня. После кружки крепкого кофе ему удалось прийти в себя и он знал, на ком сейчас отыграется. Оказалось, что и Линдеманн еще и сбежал из больницы, но его состояние было стабильным. Кусок придурка.       Михаил с интересом наблюдал за тем, как голодные псы рвут живого человека. Как он истошно кричит, молит о помощи, молит прекратить. За смертью главного зачинщика позавчерашнего проишествия наблюдали его приспешники, которые тоже были замешаны.В их глазах читался настоящий ужас, они боялись. Боялись умереть вот так. Но не знали, что их ждет нечтно другое.       Они лежат связанные, облитые бензином и тряпкой во рту. Брошена спичка и вспыхнуло рыжее пламя, а затем стоны. Они не могли кричать. Линдеманн гадал, что может быть хуже: соженным или же растерзанным заживо? Скорее всего второй вариант, ведь там есть шанс, что перегрызут артерию и все. Твои мучения окончены. Но тут… Тут ты будешь гореть, гореть пока не сдохнешь и не факт, что от болевого шока. Правда, Михаила все еще терзал вопрос: почему Райден заступился за него?