Место, которого ты достоин

Огненная огромная лапа описала полукруг перед страшной мордой, заполняя пространство мерцающей дымкой. Через мгновенье перед Ибрагимом вместо лохматого чудища стоял светлый прекрасный юноша. Вокруг него расходились красные лучи, отражаясь в восхищенных глазах грека. Паргалы невольно залюбовался совершенством существа. Голубые глаза внимательно и насмешливо пытались вглядеться прямо в глубину свежей души, но натолкнулись на жесткую преграду. Паргалы также насмешливо улыбнулся в ответ чуть склонив не менее прекрасное лицо вправо. - Пойдем! - велел Люцифер и двинулся вперед, озаряя мрачное место своим красным светом, страшное место, наполненное болью и стонами. "Люцифер - свет несущий!". Зачарованно смотря на ровную стройную спину, грек ринулся за ним. Вдруг прекрасный юноша обернулся и спросил лукаво: - Почему ты идешь позади меня? - Да как же я смею, - вздрогнув от воспоминаний юности, скромно ответил Паргалы. - Я хочу, чтобы ты шел рядом со мной, как мой спутник. Ибрагим несмело улыбнулся и подошел ближе. - Я хочу, чтобы ты был рядом со мной. Падший ангел протянул свою правую руку и Ибрагим, немного поколебавшись, вложил в нее свою. Страшная боль пронзила его существо, поднимаясь от пальцев и концентрируясь на клейме... - Ну что ты скажешь?! - требовательно спросил Повелитель у Юсуфа-эфенди. Пожилой лекарь почтительно поклонился Государю. - Мы опоздали, Повелитель. - Как опоздали?! Что ты говоришь? Что это значит?! - Яд уже распространился по телу. Ничем помочь нельзя. - Какой яд?! - Так паша вчера был отравленной стрелой ранен. -Почему мне не доложили?! - Паша не хотел омрачать вам праздник. Повелитель в изнеможении опустился на стул рядом с постелью Паргалы. Разглядывая со страхом его землистого оттенка бледное лицо, черный треугольник смерти вокруг посиневших приоткрытых губ, крупные капли холодного пота на впавших висках, мокрые темные волосы, на его бледную голую спину, правую лопатку прикрывали бинты. Тело лежало неподвижно, лишь тяжелое затрудненное дыхание слегка приподнимало грудную клетку. Сердце сжалось в комок, вызывая страшную боль и панику. -Как же так? "Я не верю! Ты не можешь меня покинуть! Бейся, бейся, Сражайся! Не дай смерти завладеть тобой! Слезы отчаянья стекали по длинному носу и капали на голое плечо и лицо Ибрагима. Вдруг длинные ресницы затрепетали, синеватое веко слегка приоткрылось и внимательный черный глаз посмотрел вокруг. Безвольные губы шевельнулись -Повелиииитель... Сулейман вне себя от радости вытер слезы. - Да это я , Ибрагим! Не говори, не утруждай себя! - Вот и конец... Я же говорил вам... - Не говори так! Мы с тобой еще столько должны сделать! Столько побед нас ждет! Я сам своими руками вырву печень тому, кто это с собой сделал! И ты это увидишь. -Мне пора... Жесткий кашель начал сотрясать неподвижно лежащее тело, глаз потух и закатился. -Ну что? Хочешь ли ты вернуться? Ты увидел того, кто ждет тебя? Ибрагим сморщился и помотал головой. - Пойдем дальше. Я хочу посмотреть на новое место своего проживания. -Ты повелеваешь мной? - улыбнулся Люцифер. - Я не вижу страха в твоих глазах. -Невозможно увидеть того, чего нет. -Ты очень самонадеян и смел, - улыбнулся падший ангел. Сумрачный лес расступился перед ними. - Ты узнаешь это место? - Да, с уверенностью -ответил грек. - Это Лимб. - Достоин ли ты занять здесь свое место и до конца вселенной испытывать безбольную скорбь? -Нет, грехи мои велики, - гордо улыбнулся Ибрагим. Приглашающим жестом он махнул вглубь, вдоль горящей дороги. Люцифер одарил своего гостя нежной лукавой улыбкой и они продолжили свой путь. Не сдерживая более слез, пытаясь набрать воздух в задыхающуюся грудь, Повелитель стремительно выбежал из жуткой комнаты на воздух... "Ибрагим, Паргалы Ибрагим, мой сокольничий, управитель покоями, Великий Визирь, наместник и главнокомандующий, я не отдам тебя в руки смерти. Мы не склонимся перед судьбой, Ибрагим. Мой партнер по охоте, мой попутчик, спутник жизни, свидетель моего горя и счастья, радости и печали, побед и поражений. Хранитель моих сердечных тайн. Мой брат. Искренне мной любимая любовь Хатидже, ее слезы и ее корона. Мой единственный близкий друг, который был со мной в радости и в счастье, и видел первую улыбку моего сына Мустафы. Я отдал тебе свое сердце, и его невозможно вернуть обратно. Эй, чернобовый, когда твоя стрела будет лететь ко мне в сердце, если я не расправлю грудь, принимая ее железное острие, то я не мужчина. Эй, друг, ты забрал мое сердце, а сейчас посягаешь на мою жизнь, но я давно положил свою жизнь и душу к твоим ногам.И я молю у господа Бога, чтобы он не испытывал меня болью и трауром по тебе" Грозные порывы ветра почти сбивали с ног. С восторгом прикрывая от пыли глаза, Ибрагим, рассматривал величественный трон короля Миноса, который должен распределять души по кругам. - Здесь находятся сладострастники и прелюбодеи, - пытаясь перекричать бурю и крики мучающихся душ, -сообщил Люцифер, - Хочешь ли ты тут остаться? - Это слишком легкое наказание! - крикнул в ответ Ибрагим, сверкая черными воинственными очами. - Мои грехи гораздо серьезнее. А это не грех, а приятное разнообразие! Люцифер засмеялся и потянул его за руку дальше. Скорбный Матракчи тихонько подошел сзади к рыдающему Повелителю и молча поклонился. -Матракчи! Паша быстро теряет силы. Лекарь говорит, что ничего нельзя сделать? Как же так! Скажи что-нибудь. -Понимаете, Повелитель, есть одно средство... Голубые радужки выпученных глаз, уставились с мольбой в темно-карие прищуренные глаза Насуха-эфенди. -Что ты за средство знаешь? -Я знаю есть лечебный источник. Его вода любой яд вытягивает. Только не знаю, поможет ли? - Все лучше, чем просто так ждать его смерти! Немедленно отправляйтесь! Возьмите с собой Нигяр-калфу, она будет ухаживать... От отвратительного запаха гниения, перебивающего даже запах серных источников, Ибрагим брезгливо сморщился и закрыл рот и нос рукой. Но под насмешливым ,брошенным искоса, взглядом демона, горделиво вскинул голову и демонстративно вдохнул отвратительный воздух. -Чревоугодие, - улыбнулся Люцифер, - есть ли у тебя такой грех? -Он не настолько велик, чтобы достаться на закуску этому милейшему существу, - с гримасой отвращения, Ибрагим кивнул на Цербера, увлеченного пожиравшего довольно упитанного грешника. Люцифер скользнув плотоядным взглядом по подтянутой фигуре грека, мило усмехнулся и потянул его прочь... Мрачная мокрая пещера слегка освещалась светом факелов. Носилки, которые несли несли молодые евнухи, раскачивались. Сбоку, семеня ногами, и со страхом озираясь по сторонам, шел Сюмбюль ага, За ним, гордая возложенной на нее миссией, тихонько передвигалась Нигяр-калфа. В центре пещеры они увидели дымящееся углубление, наполненное мутной жидкостью. Сюмбюль присел на корточки и сунул палец внутрь. - Ай, кипяток! И как паша это вытерпит? Матракчи с усмешкой поглядел на Главного евнуха. - Наш паша и не такое вытерпит. Впереди раздавался страшный грохот. Две огромные толпы бежали навстречу друг другу, катя перед собой огромные глыбы, сталкивались и расходились. - Почему мы прошли мимо? - крикнул Ибрагим. - Это не твой грех - ты не глупец, не транжира и не скупец. Твой ум рационален, Однако мы дошли. Запах болота был настолько оглушающим, что казался видимым и осязаемым. - Это Стигийское болото. - Оно прекрасно, - засмеялся Ибрагим. Здесь страдают грешники, одержимые гневом или ленью. -Достоин ли ты плыть в этом чудесном болоте? Достаточно ли ты боролся с этими грехами. Сколько раз твоя невоздержанность доводила тебя до больших проблем? Вот уже несколько дней паша находился без сознания , погруженный в горячий источник. Его голова покоилась на обтянутых полотняным платьем, коленях Нигяр-калфы. Не покладая рук, она постоянно поливала его безвольное тело целебной водой, массировала точки на висках и шее возлюбленного. Матракчи, задумчиво поглядывал на свою невесту. "Какая она милая, добрая, заботливая. Наконец-то у меня будет жена, дети. От нее родятся красивые, добрые нежные дети. Они будут играть во дворе нашего дома..." " Паша, Если бы вы только знали, как разрывается мое сердце. Я не могу вас потерять. Мой мир разрушится без вас. Я не смогу дышать без вас. Я так безнадежно влюблена в вас... Когда вы дотронулись до моей щеки, тогда давно, я думала, что у вас будут неприятности из-за меня, мне достаточно только смотреть издалека, как вы ходите, как смеетесь, как гневаетесь, как хмуритесь... Только живите, только живите..." - Бывало ли, что твой гнев полностью охватывал душу, вытесняя здравый смысл? Ибрагим задумчиво сел на мокрую землю, прямо на скользкие растения, покрывающие берег. Люцифер изящным движением опустился рядом с ним, придвинулся так, что голый бок грека опалило его жаркое тело, рука обняла за плечо. Паргалы слегка поморщился, но потом навесил безразличную маску на лицо. "Разве это боль? Все впереди..." В левой руке у Люцифера появился длинный заостренный сверкающий меч. Четко очерченные губы коснулись левого уха Паргалы, опалив кончики волос на виске. - Хочешь ли ты увидеть тех, кто тебе близок? Тех кому ты дорог? Тех, кто соберется на твои похороны, проводить тебя? Хочешь ли ты услышать их мысли? - Не хочу! Люцифер, усмехнувшись, прочертил по булькающей омерзительной поверхности огненный круг. -Смотри! Помимо воли Ибрагим взглянул в горящую жидкость, как в зеркало. Белый саван лежит на ковре... на его ковре...Вокруг свечи... Вокруг люди... Повелитель? Стоит над головой и читает молитву с величественным видом. "Мой Ибрагим! Никогда ты меня не обнимешь. Как я буду жить без тебя!" Хатидже... Прямая безмолвная мертвая ничего нет ни одной мысли. Смерть. Она уже мертва. Валиде. На красивом лице скорбь. "Ну вот ты и исчез из нашей жизни! Теперь я буду спокойна!" Гюльфем... "Как же Госпоже тяжело. Как тяжела боль утраты. Он был таким красивым и сильным... Все там будем..." Махидевран... "Как ты посмел! Как посмел уйти! Кто теперь защитит меня и Мустафу от Хюррем!" Хюррем... Руки подняты ладонями кверху. Делает вид что усердно молится. Улыбка расплывается на прекрасном лице. Она хохочет, хохочет, вздыхает облегченно " Вот я и добилась своего! Ты проиграл! Ты умер! Гори в аду, дьявол! Гори в аду, змей!" -Тварь! - крикнул Ибрагим и нырнул прямо в болото, обуреваемый страшным гневом. -Скорее, скорее! -Закричала Нигяр, когда голова паши вдруг подпрыгнула на ее коленях. Он забился, и размахивая руками, тяжело , но глубоко, втянул пропитанный испарениями воздух. Насух-эфенди бросился на помощь. Вдвоем они удерживали бьющегося в судорогах Ибрагима. На его губах запузырилась пена, он стал захлебываться ею, и вдруг снова о опустился в свое обжигающее ложе... -Ну что, ты готов плавать здесь вечно?- насмешливо спросил Люцифер, вытягивая спутника из болота. - Силен твой гнев, не можешь ты его обуздать. Ибрагим долго кашлял, стоя на четвереньках на краю болота, выплевывая из легких отвратительную жидкость и , наконец, смог втянут бедный кислородом воздух ада, обжигающий его изнутри. Упрямо тряхнув головой, грек поднялся на ноги и ответил - Есть грехи, застилающие гнев, я готов терпеть те муки, которые заслужил. Идем! Преодолев пламенеющий город Дит, Люцифер, крепко сжимающий ладонь Ибрагима, подвел его к зловонному рву, окружающему седьмой круг ада. -Ты же знаешь, для кого предначертан этот круг? - Знаю! -твердо ответил Ибрагим. За спиной Люцифера распустились огромные кожаные крылья, он подхватил грека поперек талии и громко хлопая крыльями поднялся ввысь. - Смотри! - крикнул он ему в самое ухо. -В этой кровавой реке варятся убийцы, Знаешь почему вода такая красная? -Знаю! - крикнул Ибрагим, -это кровь жертв! -Много ли человек ты убил? Много ли крови на твоих руках? - Я воин- конечно, много! - Не лги! До этого круга мы еще не долетели!М ного ли невинных жертв на твоей совести? Кого тебе стало жалко? Чьей смерти ты хотел бы избежать. В чьей смерти ты раскаиваешься? -Я ни о чем не жалею! -Посмотри на этот лес, это самоубийцы, они обращены в деревья, их терзают гарпии. Достоин ли ты быть среди них? Сколько раз ты задумывал покончить собой? - Я достоин! -крикнул восторженно Ибрагим, поражаясь совершенству звуков, красок, гармонично извивающихся страдающих деревянных тел. Скрип перьев гарпий сливался в знакомые с детсва скрипичные мелодии. -Ты жалеешь о чем- нибудь? -Нет, я ни о чем не жалею. Опусти меня здесь! Здесь мое место! Голубые глаза внимательно вгляделись в черные зрачки. - Нет, я желаю быть с тобой навсегда. Ты должен попасть дальше, в девятый круг. -Я не предатель! И никогда им не стану! Я же уже умер! Все закончилось! Опускай же меня скорее! - нетерпеливо крикнул он на Люцифера. Темные ровные брови Люцифера изумленно изогнулись от невиданной дерзости, он восхищенно разглядывал своего спутника. - Твой настоящий ад еще ждет тебя. Ступай! Ты недостаточно нагрешил, чтобы быть моим товарищем. Но помни, я буду тебя ждать. Глубокий поцелуй прервал возмущенную реплику Ибрагима. Длинный шершавый язык преградил дыхательные пути. От недостатка кислорода с оглушающей быстротой менялись краски под закрытыми веками... Маленький Тео бежал по лесу. Впереди он слышал звуки скрипки, скрипки матери... -Мама! Мама! Высокая белая фигура обернулась. Родные черты резанули болью по сердцу. -Тео! - Мама! Мама! Я хочу к тебе! Забери меня мама! - Нет, Тео, беги домой! - Мне страшно, мама! - Ничего не бойся, Тео! Тебе еще рано! Слезы капали на безмолвное лицо паши. Вдруг он сделал глубокий вдох и с ужасом стал озираться вокруг. Прямо над собой он увидел сияющее лицо Нигяр-калфы. - Скорее, скорее, паша пришел в себя! - Я молилась за вас, -улыбаясь тихо произнесла она. - Мои молитвы вернули вас мне. "Вот кто был рядом со мной. Вот кто меня вернул"- пронзила мозг изумленная мысль.