Реальность - это иллюзия

      Первые два дня пролетели незаметно. Видимо, дети совсем расслабились. Им рассказали об основной цели, но не дали пошаговой инструкции к её выполнению, что затрудняло ситуацию. Определённо, тут можно было и самим догадаться, что делать, ведь надо «научиться» работать в парах. Но каждый, пользуясь моментом, занимался своими делами. Бездействие не осталось незамеченным. Отец всё видел, но ничего не делал, лишь посылал предупреждающие взгляды. Он не высказывал ничего по этому поводу и просто наблюдал.       На одном из обедов сэр Реджинальд отсутствовал. Мама Грейс обосновала это тем, что у него важная встреча. Такие случаи бывали, и все уже привыкли, поэтому они вносили только определенные изменения. Вместо того, чтобы соблюдать правило «Когда я ем, я глух и нем», дети вовсю болтали, иногда находя общую тему для разговора. В этот раз тоже нашли, слишком она очевидная, плавает на поверхности. Им было интересно, с какой стати они работают в парах, без указаний отца, так ещё и с «нерабочим» дуэтом. Каждый выстраивал свои теории и гипотезы, пытаясь составить цепь объяснений для образовавшихся вопросов. Самая интересная и не менее забавная теория была от Эллисон. — «А что, если отец решил дать нам отдохнуть? Мы много старались, заслужили. Просто из-за своего чувства гордости он не смог сказать это по-нормальному», — в этот момент все замолчали, а в следующую секунду в сторону девочки были направлены косые взгляды. Она только непонимающе посмотрела и выпалила недовольное: «что?». Вся столовая залилась смехом. Может Эллисон и была права, но её слова слишком абсурдны, чтобы воспринимать их всерьез. Пятый же предоставил факты, обосновывающие, почему это не может быть правдой. В итоге тот обед закончился на весёлой ноте.       Весь первый этаж превратился в место для тусовок, так как стало известно, что отец сегодня домой не вернётся. Как бы странно это не выглядело, инициатором была по идее самая спокойная и рассудительная Ваня. А если быть более честным, то вечеринка получилась случайно. Некоторые из активных деток немного взбушевались, и Седьмая «пошутила»: «Может вы ещё и вечеринку устроите?». Сарказм в словах распознал только Пятый, другие же воскликнули: «Отличная идея», «Юху!» и разбежались по комнатам, договорившись встретиться через час. Музыку спонсирует Лютер, Эллисон взяла на себя украшения, Клаус решился стащить бутылку вина. Вечеринка обещала быть весёлой. Каждый должен был принести то, что сможет. — А я не думала, что ты у нас тусовщица, — произнесла Эллисон, неся в руках немного пыльную коробку. — Я тоже не ожидала, что соглашусь. — Эллисон поставила коробку на стол, сдувая пыль с неё. Распаковав содержимое, девочка с Ваней принялись ждать Восьмую, у которой откуда-то взялся диско-шар.

***

Прошёл час, все собрались и были готовы отжигать по полной. За исключением кое-какой личности… — Где Пятый? — спросила Восьмая, вся увешанная мишурой, в треугольных очках и мексиканской шляпе (где она вообще всё это достала?). В руках у девочки находился стакан с апельсиновым соком, только выглядел он немного странно, слишком уж мутный. — Его нет, — к девочке подошел Лютер, не менее странно выглядевший. А в руках у него находилось что-то посерьезнее обычного сока. — Странно, — Номер Один немного постоял рядом и ушёл. Восьмая задумалась. Она считала, что её брат любит шумные посиделки, что идея с вечеринкой ему зайдет, и он будет королем танцпола. Но Лира не видела его среди остальных. Может, у него болит голова, или живот скрутило? Не думаю, что причина кроется в этом. Он, конечно, тоже человек, но почти непробиваемый, меньше всех жаловался на своё самочувствие. Ему не было плохо, по крайней мере внешне точно. Короче, с этим вариантом пролетаем. Что же тогда? Уходит от ответственности? Ха, если отец узнает об этой тусе, то получат все, даже те, кто не участвовал. Просто за то, что не остановили. У Пятого же прекращать любые противоречивые действия получается лучше всех. Он как бычий танк. Слово не вставишь и против не попрешь, поэтому все выигрыши в спорах доставались ему. Даже самые упрямые оставались в проигрыше, но с Восьмой приходится трудно. Она поражает своей упертостью, нежели твердостью слова, как настоящий баран. Поэтому мальчик предпочитает не встревать с ней в словесную перепалку, можно пострадать. Не только морально, но и физически тоже. Если словом у Лиры брать не получается, она берёт силой, правда неосознанно. Может невзначай ударить. Не всегда это замечает, да и не всегда извиняется. «Поделом тебе», — единственное оправдание, которое у неё есть. Так что Пятый определённо получит шишей, но если он распишет это всё в своём ключе, добавит свои мысли, то возможно и в плюсе останется. Он хитрый, найдет, что сказать. Но, тем не менее, тот факт, что брат отсутствует на возможно их единственной вечеринке, почему-то расстраивает Восьмую. Она не понимает из-за чего и ходит дальнейшие десять минут с кислым выражением лица. Волшебный сок вообще пришлось отложить в сторону. Всё, о чем она могла думать, так это оставить весь движ, самой наведаться к братцу в личные покои и выяснить причину столь невозмутимого (скорее, только для Восьмой. Остальным, по большей части, было фиолетово) отсутствия. Ей эта идея показалась очень заманчивой, поэтому она долго не мешкалась.       Лира собралась и ушла, но прежде, чем выйти, выпила весь стакан сока залпом. Не дай бог, чтобы туда кто-то плюнул или выпил всё. Этот сок, между прочим, один из её любимых, она не даст ему так просто пропасть. Выпив, она почувствовала лёгкое головокружение и помутнение в глазах. Определённо, с напитком точно было что-то не так. Только Восьмая не сильно об этом задумывалась. Раньше этих симптомов она не замечала из-за музыки и безумных танцев. Так что и в этот раз Лира не обратила на это должного внимания.       Восьмая стремительно пошла к комнате Пятого. Правда, поднимаясь по лестнице, она споткнулась о ступеньку. У неё получилось сдержать равновесие. Почти удача! Преодолев препятствие в виде лестницы, девочка добралась до комнаты брата и постучалась. Послышалось шуршание. Немного погодя, Пятый открыл. — Привееет, — растянув приветствие, девочка сделала хуже. Дверь захлопнули прямо перед носом, не дав толком начать. Дошло до неё не сразу. — Вообще-то это было некультурно! — она топнула ногой, ожидая, что ей хоть что-нибудь, да ответят, но ничего. Это возмутило. — Может, ты откроешь и извинишься? — продолжила она, но ничего не происходило. Класс, её игнорят. В принципе, как и в большинстве случаев. — Пятый, открой, пожалуйста!!! — и произошло ровно ничего. Восьмая не собиралась сдаваться. Рано или поздно он откроет, нужно просто дождаться. Она осталась на прежнем месте, но добавилось недовольное мычание. Громко, чтобы было слышно. Очень громко, чтобы раздражало. Сложно такое игнорировать. — Может, ты уже свалишь и не будешь мешать? — резко перед Лирой распахнулась дверь. Подняв глаза, она заметила разъяренного брата. Сейчас перед ней отличная возможность взять то, за чем пришла. — Привет, — Восьмая легко помахала рукой в знак приветствия. Она знала, что сейчас её выслушают, поэтому не упустила шанс немного его подразнить. Как никак, для дальнейшего развития разговора нужно хотя бы поздороваться. По крайней мере, будет легче, — Почему ты не со всеми? — Пятый в выражении лица не поменялся. Отвечать он не спешил, — Тебе там не нравится? — мальчик сощурил глаза. — Ты в курсе, что всё маленькие детки уже должны лежать в кроватке и спать? — лёгкий кивок в ответ, — Так что ты здесь делаешь? — что-что, а настроение себе он немного поднял. Наблюдать, как злится Восьмая — одно из его любимых дел. Девочка прекрасно поняла, что до неё пытались донести. — Пятый! — она ударила парня в плечо и недовольно сложила руки, — Я не уйду, пока не объяснишь. — Аргх, — Пятый пропустил сестру в свою комнату. Закрыв дверь, он повернулся в сторону раздражителя. Девчонка слишком надоедает, пришлось пойти на компромисс. — Почему ты не пришёл? — смотрит по-детски и невинно, изредка похлопывая ресницами. — Не пришёл, тебе-то что? — проявляет холодность. Пятый не из тех людей, которые любят делиться своими тайнами, секретами и прочим. Такой же скрытный, как отец. — Потому что я — твоя сестра! — И? Такая же, как и остальные. И правда, не было ничего, что делало бы её особенной, тем более в глазах брата. Она не знает, почему считает себя чуть роднее Вани или Эллисон. — И что? Я пришла по твою душу, а не они, — Лира подошла к брату, подняла свой взгляд на него и состроила щенячьи глазки. Кто может против них устоять? Они должны были пробивать на жалость, побуждая дать желаемое «щенку», но был один маленький нюанс: с пятым это не работало. — Если это всё, ради чего ты пришла, то дверь сзади, задерживать не буду. Восьмая нахмурилась. Выглядела она как капризный ребёнок, которому не дают конфетку. Девочка крепко обняла братца. Раз не хочет говорить об этом, поговорит о другом, — Часы назад хочу. Верните на базу. — С чего бы мне их возвращать? — парень усмехнулся, — Ты на меня так налетаешь, что всё желание пропадает. — С того, что если не отдашь, все твои кишочки наружу полезут, — Лира сильнее обняла Пятого, но он бы так не сказал — сдавила. Мальчик молчал, думал, что сказать. Долго ждать ответа не пришлось. — А ты не забыла о нашей маленькой договорённости? Исполняешь моё желание, и я отдаю назад часы. Думала, применила немного физической силы, и все должны делать то, что тебе захочется? Глупости, это работает только на слабых людях, которые не могут ответить тем же. Смешно то, что злит от собственной глупости, — Пятый ненадолго почувствовал, как хватка стала сильнее, а девочка стала ниже. После она резко его отпустила и начала злобно топтать по помещению. Комната наполнилась криками. — Ты, ты, ты — Лира резко развернулась к брату и стремительно двигалась в его сторону, — такой… — высоко взмахнула руками и набрала побольше воздуха в грудь, чтобы высказать всё, — АРГХ! Сладких снов тебе, — Восьмая направилась к двери, всё что она может сделать, так это повозмущаться и наговорить про себя кучу гадостей. Она шла и делала именно это, но так сложились звёзды, что судьба наградила её невезением и неуклюжестью. Она споткнулась о чуть выпирающую половицу, упала и ударилась головой о дверную ручку. Пятый подумал, что сейчас она встанет и пойдёт дальше, не забыв при этом громко хлопнуть дверью, но что-то она не спешила подниматься. Он заподозрил что-то неладное. — Восьмая? — девочка не отзывалась, тогда он подошёл посмотреть поближе, —Восьмая? — Пятый присел на корточки и слегка приподнял сестру. Она вырубилась. Почему все проблемы всегда ложатся на плечи 13-летнего мальчика? Он осмотрел голову. Удар пришёлся ближе к височной части. Не поранилась, но шишка будет большая.       Парень взял на руки сестру (она зараза не лёгкая) и понёс её к ней в комнату. Зайдя, он решил осмотреться. Мальчик может и бывал здесь, но не сильно заморачивался деталями. Уютненько.       Пятый уложил сестру на кровать. Почувствовав под собой что-то мягкое, девочка поудобней устроилась. Парень уже собирался уходить, но задержал взгляд на Восьмой. Не часто застаешь её такой. Не ворчит, не раздражает, а просто мирно спит. У мальчика даже проскочила мысль о том, что было бы неплохо увидеть её без всего этого недовольства, что постоянно от неё исходит.       Волосы Лиры распластались по подушке, а открытое окно позволяло проникнуть легкому свету вглубь комнаты, освещая шелковистые русые волосы девочки. Она начала ворочаться во сне. Некоторые локоны упали на лицо, тем самым мешая их обладательнице. Девочка лишь поморщила нос, и Пятый понял, что к чему. Он убрал непослушные локоны за ухо.       Как только с проблемой было покончено, Пятый ушёл к себе в комнату и присел за стол. Он не знал, что делать. Надо было придумать «наказание» для девчонки. Желательно, не слишком грубое или чрезмерно жесткое, с толикой издёвки. Такое, что удивит Восьмую, но она всё равно сделает. Он сидел и думал над этим вопросом, хватило его минут на десять. Пятый, ничего подходящего не придумав, отправился спать. Мальчику ещё предстоит сработаться с Восьмой. Это, знаете ли, нелёгкая задача.

***

За окном тьма, окутывающая всё, что есть. Только лунный свет и уличные фонари позволяют разглядеть всю картину. В это время года светать начинает довольно поздно, не так, как летом. Можно прекрасно выспаться, потому что никакие солнечные лучи не потревожат. Казалось бы, всё прекрасно. Но непонятно то, каким образом можно проснуться в 5:00 часов утра? Без помощи соседей, своих родных или злополучного будильника. Восьмая сладко потянулась, широко зевая и жмурясь. Голова болела, а девочка лежала в собственной комнате, хотя отчётливо помнит, что в последний раз была у брата. Она попыталась вспомнить, что вчера случилось, но ничего не получалось. Всё было так смутно, да и жуткая головная боль. Откуда она вообще взялась? Ладно, с этим вопросом разберётся позже.       До первых лучей солнца и пробуждения остальных ещё далеко, а девочка чувствует себя бодро. Раз сейчас раннее утро, вероятность того, что отец скоро приедет, мала (ну, по рассуждениям Восьмой). Значит, у неё есть время убрать бардак за семейкой, чем она и займётся. Спустившись вниз, она заметила кучу мусора и Клауса, который сладко спал на диване в обнимку с бутылкой вина. Зрелище конечно милое, но не самое приятное. Заняться своим братом она предпочла после уборки. Весь мусор Лира уложила в огромный мусорный мешок, а вещи расставила по своим местам, пыталась вернуть нормальный вид гостиной. Остались только посуда и вынос мусора. Сама она быстро не управится, поэтому помощь бы пригодилась. Будить своих сестёр и братьев в пять часов утра, чтобы убраться, займёт всё время выделенное до приезда отца, но что делать? Есть Клаус, его в любом случае пришлось бы разбудить. Девочка вытащила из рук Клауса пустую бутылку вина и отправила её к остальному мусору. — Эй, проснись, — девочка легонько потрясла брата за плечо. Он не сразу откликнулся, но после нескольких попыток всё же подал звуки.— Что? — Не мог бы ты мне помочь? — Восьмая, это ты? — сказал он, зевая. Четвёртому было сложно открыть глаза, — голова болит. Лира, что ты забыла в моей комнате, который час? — Ты в гостиной, а сейчас около 6. Нужно, чтобы ты помог, так что вставай, — она разговаривала шёпотом, потрепала «пьяницу» по голове и отошла на несколько шагов. Мальчик вставать не хотел, но по голосу сестры понял, что от него не отстанут, — Надо вынести весь мусор. Поможешь?       Четвёртый только недовольно промычал, но с дивана встал. Вместе они быстро справились, и Клаус отправился к себе в комнату. За эту короткую прогулку он постоянно клевал носом, но помощник из него вышел очень даже хороший. С основной работой было покончено, теперь можно идти дальше. Восьмая отправилась на кухню перемывать всю грязную посуду. После она решила попробовать уснуть, но если не выйдет, найдётся другое дело. Братцы с двумя сестрицами будут должны Восьмой. Она проделала огромную работу, убрав весь бардак. Надеюсь, отец ничего не заподозрит, а Погго с мамой не расскажут о произошедшем маленьком «бедствии».