Мальчики

      Антон раздевал его неспешно, хотел всё делать медленно, чтобы каждый момент запечатлелся у него в голове, чтобы сохранить их в памяти на всю жизнь. Потому что никто не знал, это их очередная встреча, или всё же, на самом деле, последняя? И так же тягуче целовал Олега, хотелось, чтобы губы прикоснулись к каждому миллиметру его тела.              Сам Олег просто лежал, закрыв глаза, его разум до сих пор пытался сопротивляться, убеждая, что всё происходящее неправильно и этого не должно быть, но тело отвечало на каждую ласку. Оно хотело Антона, значит, и у самого Олега было это желание. Он всё же протянул руку к Антону и погладил его по спине, притянул ближе к себе и жадно ответил на поцелуй.              Он безумно хотел этого, и стало всё равно на всякие там правила, принципы и гордость. Решил сегодня откинуть все эти лишние мысли и дать себе то, что сейчас было так необходимо. Он тут, рядом с Антоном. Так что должен получить то, о чём на самом деле мечтал. Хоть и старался изо всех сил выкинуть это всё из своей головы.              Приподнял футболку Антона и стянул её через голову, выкинул куда-то в сторону, чтобы ничто им не мешало быть как можно ближе друг к другу. Наверное, на полу сейчас был такой срач: окурки, осколки, одежда. Но всё равно, сейчас это было не самым главным. Потянулся к спортивным штанам, как хорошо, что Антон был в домашнем, а не в брюках, или джинсах каких-нибудь. Потому что сам он всё никак не мог нормально расстегнуть ремень Олега.              В итоге Олег быстрее раздел Антона, а потом принялся за свою одежду. Они умудрились всё снять практически не разрывая поцелуя. Просто не было сил, да и не хотелось, отрываться друг от друга. Антон приподнялся и потянул за собой Олега. Лёг на спину и позволил парню нависнуть над собой. Как хорошо, что между ними больше ничего не стояло: ни одежда, ни какие-либо ненужные слова.              Вообще так интересно, что Антон даже не позволял посмотреть на себя, он не хотел, чтобы Олег отвлекался, желал только того, чтобы они слились в одно целое как можно быстрее. Словно боялся дать ему хоть секунду на то, чтобы всё обдумать. Но это и хорошо, что у Олега не оставалось права выбора. Потому что иначе он бы начал много размышлять о посторонних вещах и в итоге сделал бы совсем не то, что хотел на самом деле.              Антон так жадно и с силой прижимал его к себе, вдыхал запах, который до сих пор казался таким родным и слушал это рваное и ещё сильнее возбуждающее дыхание. Их поцелуй становился всё глубже и ещё горячее. Они увеличивали скорость, хотелось, чтобы Олег как можно скорее уже вошёл в Антона. Да, сегодня он хотел быть снизу, что для него вообще нехарактерно.              — Я хочу, чтобы ты был сверху, — Олег и сам удивился такому предложению.              Антон понимал, что, скорее всего, всю жизнь на него так сильно влияла внутренняя гомофобия. В том числе она играла свою огромную роль и в его интимной жизни. Раньше он бы никогда в жизни не позволил Олегу сделать это, потому что ему казалось чем-то неправильным то, чтобы находиться «внизу». Он же мужик, как он может быть в принимающей позиции? А то, что Олег тоже мужского пола его как-то никогда не волновало.              Олег слышал, как бешено стучит сердце в груди Антона. Он был так сильно возбуждён, или нервничал из-за чего-то другого. Теперь Олег покрывал его тело поцелуями, постепенно спускаясь всё ниже и ниже. Он дотронулся до уже твёрдого члена, а с губ Антона сорвался такой сладкий стон. Неужели он так сильно этого хотел? Значит, действительно скучал?              — У тебя есть смазка? — поинтересовался Олег, но Антон лишь отрицательно покачал головой. — Я не могу так, тебе будет пиздец как больно.              — Всё равно, — Антон не хотел, чтобы сейчас всё это прекращалось, он бы просто не пережил. — Разве я не заслуживаю эту боль? Я же тебя…              — Да, иногда я тебя ненавижу, — Олег произносил это, прижимаясь лицом к его животу, — но я не хочу тебя насиловать.              Он невольно вспомнил, что разрешал делать с собой, когда хотел заглушить душевную боль. Ему казалось, что лучше уж пускай издеваются над его телом, и те посторонние люди с радостью пользовались его позволением. Им было всё равно, что чувствовал Олег и вообще в целом на его состояние, они лишь удовлетворяли свои извращенские желания. А он так не может. Особенно по отношению к Антону. Ведь когда-то же он так сильно любил его.              — Пожалуйста, — Антон взмолился. — Ты аккуратно, только не останавливайся.              Согнул ноги в коленях, он хотел, чтобы Олег вошёл в него, хотел почувствовать, каково это. Он в жизни бы не доверил такое дело кому-либо другому. Олег облизал пальцы и начал неспешно вводить один в Антона. Чёрт, а ведь они же даже не собираются предохраняться! Олег просто надеялся, что Антону можно доверять. Но сейчас совсем не хотелось думать о всяких там инфекциях и тому подобном.              — Дыши, — прошептал на ухо и вновь накрыл его губы поцелуем, надеясь, что это может уменьшить боль и дискомфорт.              Олег двигался максимально аккуратно и не торопился вводить другие пальцы. Он хотел хорошо растянуть Антона, чтобы тому было не так больно. По возможности. И откуда у Олега взялась такая нежность по отношению к нему? Ведь ещё каких-то полчаса назад казалось, что в их отношениях есть только ненависть. Неужели Олег и правда всё ещё любит его? Но он этого совершенно не хотел.              Входил Олег тоже медленно, и что странно, ему не очень-то и хотелось ускоряться. Они начали так неспешно, потом вспыхнула безумная страсть, а сейчас вновь хотелось замедлиться и заземлиться. Торопиться не было никакого желания, ведь казалось, что из-за этого быстрее настанет конец. А его оба боялись.              Всё это время Олег продолжал целовать Антона, а тот стонал в его губы. Но было не очень понятно это он от боли, или от наслаждения? Но он просил продолжать и запрещал останавливаться. Мысли о том, что всё может прекратиться пугали, хотелось навсегда остаться в этом мгновении. Чтобы быть вот так вот вдвоём. И желательно, чтобы весь мир вокруг них исчез. Чтобы больше не приходилось думать и что-то выбирать.              Они так хотели раствориться друг в друге. Хоть им и было хорошо вместе, но всё равно каждое прикосновение было пропитано тоской, а каждый стон напоминал о том, что неизвестно, что ждёт их в будущем. Но его может и не существовать, приходилось всё время напоминать себе, что сейчас есть лишь настоящий момент.              Антон издал хриплый стон, полный боли, но он и сам не знал, что бы он значил. Какая именно боль рвала его сильнее всего. Удивительно, но физическую он практически не чувствовал. Его уничтожали мысли о том, что это и правда может быть последний раз, когда они с Олегом вместе. Он не мог этого допустить и понимал, что готов на что угодно, лишь бы Олег не уходил и не оставлял его одного.              Неожиданно Олег ускорился, он уже был близок к разрядке. Антон сжал свой член, он хотел, чтобы они с Олегом кончили вместе. Но пугало и то, что будет потом. Олег уедет? Антон был обязан как-то уговорить его остаться. Может это встреча всё же была зря? Ведь теперь, кажется, что без Олега нет жизни. Без него вообще больше уже ничего и никогда не будет, и эта пугающая пустота полностью поглотит и уничтожит.              Неожиданно их страсть стала слишком сильной, больше не было сил держать себя в руках. На секунду Олег подумал, что ему даже всё равно, что сейчас чувствует Антон, он полностью отдался своему желанию. Он больше не хотел держать себя в руках. Хотел быть как можно ближе и как можно глубже в Антоне. Вот так без слов, без объяснений. Всего раз насладиться этим моментом, а потом будь что будет. Хоть конец света.              — Люблю, — последнее, что прошептал Антон, а у Олега не нашлось сил ответить. Да и нечего было.       

***

             Олег буравил взглядом потолок, он не мог повернуться налево и встретиться взглядом с Антоном, тем более, он чувствовал, что парень пристально смотрит на него. Хотелось разглядеть каждую деталь его лица и тела и навсегда сохранить их в своей памяти. Потому что мысли о том, что это действительно может быть их последняя встреча, пугали. Антон не был готов отпустить Олега, особенно сейчас.              Протянул к нему руку и аккуратно погладил по щеке, Олег невольно вздрогнул от этого лёгкого прикосновения. Он всё же повернулся к Антону, но не знал, что сказать. Они просто лежали молча, не сводя друг с друга взглядов.              — Мне так хорошо с тобой, — Антон первым нарушил молчание. — Всегда было хорошо.              Но Олег ничего не произносил в ответ, он не знал, что сказать. Вместо этого потянулся к нему с новым поцелуем, сам не до конца понимая, зачем вообще всё это делает. Но лучше уж так, чем снова о чём-то говорить и поднимать трудные темы о прошлом. Он целовал так мягко, едва касаясь губами. Страсти больше не было, он устал. А Антон продолжал гладить его по щеке кончиками пальцев. В данный момент он чувствовал себя просто прекрасно.              Потому что последнее время выдалось очень тяжёлым, Антон вообще не понимал, как его вывез. Все им были недовольны, для всех он жил какую-то неправильную жизнь. Даже для себя, по идее. Особенно для себя. Он был ужасным мужем и отцом, сыном он был ещё хуже. Все постоянно повторяли об этом. Поэтому он и решил сбежать от них подальше. От бывшей жены, например. Но и к родителям он вернуться не мог. Они и так были им разочарованы, учёбу он не закончил, хотя они потратили немало сил и денег на то, чтобы отправить его за границу, как он и мечтал. Его музыку и вообще все увлечения всегда считали бредом. И не понимали, как единственный и любимый сын мог променять на неё своё прекрасное будущее. Так ещё и на последнем курсе притом додумался это сделать. Хотя Антону становилось смешно от таких заявлений, как будто это не родители всегда попрекали его за плохие оценки. Словно не они называли его тупым и говорили о том, что он их только позорит перед всем миром.              Сначала были в бешенстве, когда узнали, что он женится по залёту, опять же назвали тупым и безответственным. Но и когда он разводился, тоже были недовольны. Антон их не понимал. И жить с ними не хотел. Поэтому и выбрал вновь переехать в Караганду, в надежде, что тут сможет вернуть свои прекрасные и беззаботные времена.              У Антона прочно засела в голове мысль о том, что он ошибка, и какими только способами он не пытался избавиться от неё, но ничего не выходило. И помочь ему смог один лишь Олег. Его поцелуи словно доказывали то, что Антон имеет право быть счастливым. Хотя бы на каких-то несколько часов. Ведь скоро Олег вновь уедет, Антон снова останется один, опять будет чувствовать себя одиноким и никому ненужным.              Но Олег всегда делал с ним что-то невероятное, он менял его в лучшую сторону, он был его музой. И что интересно, больше всего он вдохновлял Антона на расстоянии. Свои самые популярные и душераздирающие песни он написал именно тогда, когда у них с Олегом были совсем непонятные отношения.              Как, например, тогда, когда он узнал, что они с Викой вместе. Или тогда, когда он настолько сильно скучал по Олегу, что был готов лезть на стену от пожирающей тоски. Или когда писал тексты в те самые ночи, когда вспоминал их школьные годы. Особенно те прекрасные времена, когда они только начали познавать свои чувства. Спустя года они почему-то воспринимались так горько. Как тот самый день, когда бабушка Олега их застукала, казалось, что после это всё и начало рушиться.              Антону хотелось прямо сейчас взять гитару и начать что-нибудь сочинять. Всё же Олег так сильно его вдохновлял. Интересно, именно с этим была связана такая сильная любовь к нему? Иногда Антона даже задумывался, а что если он до сих пор любил не самого Олега, а лишь его образ, который считал своей «музой»? Но сейчас, находясь в его объятиях, понимал, что это бред. Всё это время ему был нужен сам Олег, он настоящий. И Антон так не хотел, чтобы Олег его покидал, мечтал, чтобы они наконец-то вступили в полноценные отношения, и по-настоящему были вместе. Но согласится ли на это Олег? Антон очень сильно сомневался. Казалось, ему больше нет места в его жизни. Его полностью заменила Вика. Как же это всё глупо и смешно.              — Блин, есть хочу, — Олег улыбнулся и отстранился от Антона.              — Пойдём на кухню? — поднялся и начал собирать с пола одежду. — Пиздец тут свинарник.              Пришлось пойти в кладовку за веником и совком и заняться уборкой, Олег в это время хозяйничал на кухне и готовил им яичницу с сосисками. Антон остановился на пороге и залюбовался Олегом. Тот так гармонично смотрелся в этой съёмной квартире, словно всегда тут был, как будто это место было создано для него. Может всё же рискнуть и предложить Олегу всё бросить и тоже перебраться в Караганду? Сделать вид, что всех этих лет, разделяющих их, никогда и не было?              Олег был растрёпанным и очень сонным. Он заваривал чай, и выглядел в это время таким сосредоточенным. Антон никак не мог сдержать улыбку. Да он же по-новой влюбляется в Олега, чёрт возьми! Тихо подошёл к нему сзади и обнял, Олег вздрогнул от неожиданности, но его руки не убрал.              — Давай завтракать, — повернулся к нему и улыбнулся, от этого на душе становилось так тепло. — Или обедать уже.              Они ели в тишине, Антон только поинтересовался, на сколько Олег приехал? Тот ответил, что сам не знает, но у него с собой одежды на несколько дней. Он ещё и сам не решил, когда вернётся домой. А стоило ли вообще это делать? В целом, с Антоном было неплохо. И давно у него не было такого крышесносного секса. Но что, если его дома ждёт Вика? Понял, что даже не проверял телефон, да и не хотелось это делать.              — Кстати, как ты себя чувствуешь? — поинтересовался после того, как заметил, что Антон никак не может удобно сесть.              — Думал, будет хуже, — улыбнулся. — Пойдёт.              — Прости, — Олегу становилось немного неловко от того, что не смог сдержаться и, возможно, причинил Антону сильную боль.              — Всё хорошо, правда, — погладил его по костяшкам пальцев.              После завтрака закинули посуду в раковину и вернулись в зал, расправили диван и легли спать. Всё же у обоих была бессонная ночь. Один летел, а другой его ждал. Невольно вспомнилась их первая совместная ночёвка после того, как они поговорили и помирились. Хорошие всё же были тогда времена.              Олег отрубился моментально, ведь этой ночью он совсем не отдыхал, в самолёте ему совсем не спалось, да и разве успеешь что-то сделать за полтора часа? Он заснул так быстро и так крепко, что даже не почувствовал, как к нему прижался Антон. А тому просто хотелось обнять, как можно сильнее, чтобы быть как можно ближе. Вот так бы заключил в свои объятия и больше никогда бы не отпускал. Но, увы, это невозможно.              Антон так и не смог заснуть. Он просто обнимал Олега и вдыхал его запах. Голова кипела от мыслей, он размышлял, что ему стоит сделать и сказать, чтобы Олег не уезжал, чтобы не бросал его. Но никакие идеи так и не приходили. Он даже успел отчаяться. Просто хотел, чтобы Олег стал его парнем, чтобы они любили друг друга и были счастливы до конца своих дней. Неужели он просил так много? Был даже готов Бога об этом умолять. Но примет ли этот Бог его таким, какой он есть? И простит ли он его за всё?              Похуй на всех богов мира, ведь по-настоящему помочь ему могла всего одна вещь. Только у неё была эта чудотворная сила. Поднялся и вышел на балкон. Там у него стоял прекрасный удобный стул, на котором Антон любил проводить время, размышляя о жизни. Там его спустя время и застал Олег, проснувшийся от того, что замёрз. Всё же объятия Антона его грели.              Антон сидел с закрытыми глазами, а в ушах были наушники. Он медленно курил, делая глубокие затяжки. Олег встал напротив него и внимательно изучал расслабленное лицо, на котором застыла счастливая улыбка. Здесь всё было странным: и поведение Антона, и запах и сама сигарета. Олег дотронулся до его плеча, и Антон открыл глаза.              — О, ты уже встал, — он продолжал улыбаться.              — Что ты делаешь? — подозрительно посмотрел, пытаясь понять, что происходит.              — Хочешь? — протянул ему косяк и освобождая свой любимый стул.              — Что ты куришь? — Олег сам удивился тому, как холодно прозвучал его голос.