Пака не трогать!

      Пока Мин судорожно придумывал как еще продемонстрировать степень своей обиды и глубину своего возмущения, Джин с Намджуном отсмеялись и начали давать инструкции. Лучше бы продолжали издеваться дальше, это было в разы менее странно и смущающе. Ему выдали блокнот и ручку, пересадили за письменный стол. — Юнги, я буду краток, нам бы все же немного поспать перед вылетом и не забыть зубные щетки и паспорта. Попытку собрать вещи заранее я считаю проваленной. — Джин, я могу этим заняться, пока ты ему объяснишь что к чему! - Джун искал пути отступления. — Чтоб он потом только мне пытался голову снести? Ну да, конечно! Садись на место и вступай в эту трогательную беседу в любой понравившийся момент, — старший был чудовищно серьезен, это Юнги уже объективно пугало. — Кхм-кхм, я вообще-то все еще здесь! И можно не говорить обо мне в третьем лице, как-то не очень вежливо! Джин внимательно посмотрел на Юнги: — Джун, ты видишь, что он творит? Мин, ты сейчас как агнец на заклании, вот с вежливости и начнем! Пиши…       Список получился из 58 пунктов, и то Юнги под утро спас храп Намджуна. Судя по тому, что Мину высказал со всеми возможными метафорами и аллегориями Джин, первому крупно повезло, что остальные 6 участников так хорошо держат себя в руках и не пытаются его расчленить раз в неделю. Джун даже как-то вскользь намекал, что у кого-то из макнэ-лайн был почти до конца проработан план с растворением трупа в соляной кислоте.       Если попытаться разделить на блоки сказанное, то станет вполне очевидно: никто не может понять, почему Юнги орет и бесится, а не пытается сформулировать что и от кого ему нужно, глухих и тупых тут вроде нет; никто не понимает, что он чувствует, что Мину нравится, а что — нет; когда он уходит в себя без попыток вернуться, это пугает всех до нервной дрожи.       Юнги выходил из комнаты НамДжинов под утро в глубокой задумчивости и легком ужасе, что с ним сложно другим Мин всегда знал, но что настолько. И все как-то старались его понять и найти общий язык. Кажется, Юнги с удивлением сегодня ночью выяснил, что он им не безразличен. В собственной комнате диспозиция поменялась несильно: ВиГуки спали в кровати Тэ, макнэ даже рюкзак собрал и кинул рядом, никто не собрался, а этот смог, вот же задрот. На кровати Мина обняв его подушку и аккуратно положив ноут рядом спал Пак. И он был хорош, сложно было не рассматривать его детально: мягкие скулы, нереальной длины ресницы, румянец этот его все еще детский. Пак чему-то там во сне улыбался, Юнги смотрел на младшего и улыбался вместе с ним. В итоге он просто сел на пол рядом с кроватью и полез в архив делать резервные копии треков, это никогда не бывает лишним.       Разбудил его Чимин большой кружкой кофе и попыткой забрать ноут из рук: — Просыпайся, через полчаса уже за нами приедет стафф, надо не опоздать в аэропорт!       Что-то шло не так, Юнги чувствовал это, было очевидное усиление мер безопасности по всем фронтам. Во-первых, их всех не везли в одном минивэне, а рассадили по разным машинам; даже непонятно ехали ли они в аэропорт одной дорогой. Во-вторых, охраны стало в 2 раза больше, и этих ребят на утреннем митинге группе не представили. Новенькие выглядели как те, кто умеет стрелять на поражение, и это напрягало еще больше. Юнги ехал с Хоби, при входе в аэропорт они переглянулись, и Хоби просто кивнул. Он всегда производил на Мина впечатление человека довольно хорошо разобравшегося в себе, и весь оптимизм и легкость общения совершенно не отменяли в Хоби высокий интеллект, стойкость и готовность брать на себя ответственность. — Ты видишь это? Что-то же происходит? Это не паранойя? — тихо говорил ему, смотря в другую сторону, Мин. — Нет, я вижу все то же, что и ты. Нужно спросить у Намджуна и заловить кого-то из менеджмента, они нам чего-то не говорят. Даже после последней премии, когда толпа снесла ограждения и всех прижали к углу здания, ты же это естественно помнишь, тебе еще бровь рассекли? Такого усиления охраны не было.       В зале ожидания их наконец собрали на экстренное совещание. Джун стоял рядом с Бан Шихеком, главой агентства BigHit, то закусив губу, то матерясь почти в полный голос. Босс говорил монотонно и тихо, но спокойствия это не добавляло, напряжение росло. — Вы все заметили, что тур начался необычно. Слишком много охраны, слишком много контроля. Мы должны позаботиться о вас, и у нас есть на это причины. Сначала промоушена на ваш домашний адрес и на электронную почту агентства постоянно поступают угрозы в адрес двух участников. К сожалению, это не обычные экзальтированные письма от разочарованных поклонниц, тот кто пишет знает ваше расписание, логистику и даже имеет доступ к помещениям внутри агенства. Мы работаем с этим и днем, и ночью, но сейчас будьте аккуратны. Не забывайте носить трекеры и не передвигайтесь без охраны. — Так кому и чем угрожают? — нервно спросил Мин. — Ким Тэхену - тяжелыми увечьями, Пак Чимину - убийством, — дрогнувшим голосом после минутной паузы честно ответил главный.