Все было как обычно

- Фрэнк, что случилось? – обеспокоенно спросил Майк, толкая меня в сторону комнаты. - Все в порядке. В полном порядке. Я упал. По сути, я не соврал, я ведь и правда упал. Не без помощи, конечно, ну да ладно. Я зашел в комнату и сел на пол около своего рюкзака, в котором были вещи. Во-первых, надо переодеться, во-вторых, собрать вещи и сваливать отсюда. Куда угодно. Хоть домой. Думаю, отчим будет только рад тому, что меня побил кто-то кроме него. Премию выдаст, письменную благодарность, да еще и усыновит. - Айеро, пока ты мне не скажешь, что случилось, я от тебя не отстану. Отстанешь, Майки, куда ты денешься. Ты же не пойдешь за мной, верно? Да. Я не хотел говорить, видеть, слышать, что-либо ощущать. Было очень больно и трудно дышать, хотелось спать. Что, черт возьми, происходит? По взгляду Майкла можно было предположить, что все очень плохо. Он подсел ко мне и коснулся губами моего лба, затем что-то пробормотав. Я даже не расслышал ничего. Да. Все очень и очень плохо. - Фрэнк, твою мать, Айеро, что случилось? – уже почти прокричал он. - Все в норме, Майки, правда. Я поговорил кое с кем. Ничего особенного. Зачем я это сказал? Кто тянул меня за язык? На лице Майкла смешалось столько различных чувств, но это нисколько его не портило. Так. Мысли в кучу. Головой я неплохо ударился все-таки. Майки буквально кинул меня на кровать, отчего я взвыл. Дикая боль прошла зарядом тока по всему телу. Да, кровать мягкая, даже очень, но легче от этого не стало. Майки же сел рядом и стал стягивать с меня толстовку. В голове не осталось ни одной приличной мысли, потому что его раскрасневшееся лицо… оно, черт подери, заводило меня. Хотелось большего. Но не в этот раз. Нет. Нужно встать и уйти, извинившись за все. И больше никогда не возвращаться. Я не заметил, как он стянул с меня и футболку. Понял это, только когда он коснулся холодными пальцами моего живота. Я непроизвольно выгнул спину и тихо застонал, но через секунду пожалел об этом. Теперь мне пришлось практически свернуться от боли. Черт. Почему они не убили меня за школой? Было бы легче. Не так больно. И физически, и морально. В душе был какой-то неприятные осадок. В душе. Смешно, я думал, что продал ее, когда впервые поцеловал этого паренька. Боги, я влюбился по уши. Нельзя. Нет. Не сейчас. Не нужно. Пожалуйста. Говорят, душевную боль можно заглушить физической, но это все берд. Вранье для наивных дурачков, для тех, кто, почувствовав душевную боль, бежит резать вены, пить таблетки или лезет на край крыши, чтобы убить боль. Любую. Это было и для меня. Я ведь резал вены не потому, что надоело терпеть побои. К ним я привык. Нет, я хотел умереть, потому что уже не представлял себя без этого умного, милого парня, к которому меня тянуло, словно он был магнитом. Любовь с первого взгляда? Все может быть, хотя я и не верил в такое. Пришлось. Да, это была любовь с первого взгляда. Такая чистая и искренняя. Угадайте, кто испортил все, что так долго строилось? Конечно, я. Любой человек, который любит, старается удержать рядом с собой свою вторую половинку. Но нет же, есть такой человек, который все рушит. Убивает. И этот человек я. - Фрэнк, что с тобой? – тихий голос Майки. Как я люблю, когда он так говорит. Все, что угодно. Пусть называет меня придурком, желает спокойной ночи или приятного аппетита, но, умоляю, пусть он делает это тихо. Пусть говорит тихо. Только говорит, потому что я люблю его громкий стон, люблю, когда он стонет мое имя так громко, что уши закладывает. Люблю, когда просит большего, просит не останавливаться, хотя в глазах боль. Я люблю его всего. Теплые ладони, мягкие волосы, вечно аккуратно уложенные, его теплые глаза, редкую улыбку, голос, его ужасный характер. Я просто не могу без него. Но и с ним не могу, потому что я боюсь сделать ему слишком больно. Боюсь сломать его, лишить чего-то. Я вот уже пять минут просто держу его за руку и смотрю в глаза. И, знаете, это ни с чем не сравнится. Девушки слишком требовательны, они пытаются забрать столько чувств, сколько получится, а вот Майки… он отдает все, не прося ничего взамен. И за это я люблю его еще сильнее. - Полежи, хорошо? Я сейчас принесу аптечку и обработаю тебе раны. Уже в который раз он это делает. Да, мне больно, когда он прикладывает кусочек ваты к коже, к тому месту, откуда сочится кровь, но так приятно одновременно. Я ведь даже не пытаюсь скрыть болезненный стон, крик, всхлип, потому что знаю, что за этим последует мягкий, нежный поцелуй. Такой успокаивающий. Он затупляет боль, заглушает ее настолько, что будет плевать, если он после этого попытается меня убить. Кажется, я тону. В странных чувствах, в эмоциях, в нем самом. Спасение утопающего – дело рук самого утопающего, а я спасаться не хочу. Мне нравится этот убийственный красочный океан. Я вдруг вспомнил тот сон. В котором Майкл пытался меня утопить в озере. Странно, но, кажется, смысл до меня начал доходить только сейчас. Да, он топил меня в себе. В своей улыбке, усмешке, во взгляде. Только вот в этот раз мне не нужна аптечка. Нет. Я знаю, что если он сейчас поцелует меня, когда я попрошу своим всхлипом, я не смогу остановиться. Я не смогу уйти, а сейчас это так необходимо. Я встал с кровати и натянул на себя грязную футболку с пятнами крови. - Далеко собрался? – усмехнулся он. - Да, Майки, далеко. Я серьезно. Ты послушай, ладно? Так нужно. Я не могу тут больше оставаться. Так нельзя. Я боюсь все поломать, понимаешь? Он лишь кивнул и улыбнулся уголками губ. Нет. Только не сейчас. - Прости, Майки. Я схватил оба рюкзака и быстро вышел на улицу, стирая с лица слезы, неизвестно откуда взявшиеся. До дома я дошел довольно быстро, кинул в комнату рюкзак и сел на кровать. Меня хватило на пятнадцать минут. После этого я достал из кармана телефон и набрал его номер. Я не могу без него. Он мой. Только мой. Навечно. Увы, трубку он не брал. Мне вдруг стало страшно, внутри все сжалось. Это придурок мог сделать все, что угодно. Нет. Не мог. Нельзя. Или… мог. Конечно. Он мог, слишком велика вероятность. Я выдохнул и быстро вышел из дома, прихватив ключи от маминой машины, валявшиеся в гостиной. - Куда собрался? – грубый голос отчима. - Заткнись. Просто вот возьми и закрой свой рот, ладно? Хоть раз промолчи, ты достал уже! – я вышел из дома раньше, чем услышал порцию гневных высказываний в свою сторону. Пять минут. Всего пять минут, а я уже около дома Майкла. Я увидел, что дверь подъезда открыта, оттуда выходила какая-то старушка. Быстрее, ну же. Шевелись, мать твою. Я аккуратно проскочил внутрь, как только она отошла на шаг от двери, и как можно быстрее побежал по ступенькам вверх. Десятый этаж. Десятый. Он рядом. Плевать на сломанный лифт, плевать на все. Дверь в квартиру была открыта. Джерарда дома нет? А, ну да, он собирался куда-то уехать. Мне потребовалась одна лишь минута, чтобы оббежать всю эту небольшую квартирку, заглянуть в каждый уголок и убедиться, что его нет. В квартире нет, куда он мог пойти? Крыша. Черт подери. Высоко. Страшно. Наплевать. Если он с собой что-то сделает, я не смогу это пережить. - Майки, - мой голос разрезал тишину и заставил парня, сидящего на самом краю, вздрогнуть и обернуться. В глазах его были слезы. Господи, какой же я идиот! - Майки, пожалуйста, иди сюда. Умоляю. Он лишь покачал головой и стал смотреть вниз. Нет. Смотри на меня. Не смей смотреть туда. Пожалуйста. Я наплевал на свою боязнь высоты и подошел к самому краю. К нему. Он не обратил на это внимание, просто вот так же сидел и молча смотрел вниз, стирая с щек слезы. Пусть он сейчас толкнет меня вниз, пусть это все окажется глупым сном, умоляю. Я не смог долго находиться там, начала кружиться голова. Еще секунда, и я полечу вниз. Серьезно. Поэтому я схватил парня за руки и оттащил его от края. И тут его будто подменили. Он начал плакать, даже не скрывая этого, вырываться и кричать. И все было бы не так страшно, если бы он не прокричал, что ненавидит меня. Стало вдруг так холодно и больно, будто в сердце загнали огромный нож. - Майки, смотри на меня, слышишь? Смотри мне в глаза, мать твою! – я уже сорвался на крик, да. Плевать. Я прижал парня к полу, чтобы он оставил глупые попытки вырваться. Конечно, я был сильнее, но долго удерживать его я бы не смог. - Убирайся! Видеть тебя не хочу. Да, Майки, я уберусь. Сразу же, как только все тебе скажу. А потом исчезну, если ты так хочешь. - Слушай сюда. Я никуда не уйду, пока ты меня не выслушаешь. Не отстану никогда. Буду вечно ходить рядом и долго говорить. А еще петь. Да. Громко. И спать тебе не дам. И буду вечно около тебя курить, потому что ты ненавидишь это, я знаю. Поэтому успокойся и послушай, ладно? Короткий кивок. Неужели, сработало. Хоть что-то хорошее. А вот теперь проблема: я не знал, что нужно сказать. Ладно, слова должны прийти сами. - Майки, я идиот. Самый настоящий. Не нужно было говорить тебе всего этого полчаса назад. Я ведь не смогу без тебя, понимаешь? Никогда. – все. Конец. Серьезно. – Я закончил. И если ты так хочешь, чтобы я ушел, хорошо. Я уйду. - Никуда ты не уйдешь, придурок, - он притянул меня к себе и поцеловал. Не так нежно, как обычно. Он сделал это, как я. Грубо, властно, кусая губы до крови. Но как же это было приятно. И, конечно, я никуда не уйду. Будет глупо, если я еще когда-нибудь попытаюсь сбросить свое счастье с крыши десятиэтажного дома.