Ошибочка вышла

Кроули сидел один-одинешенек в своей пустующей приемной и хмурился. Кровь отмыли еще не всю, да и серой нет-нет да попахивало. С подчиненными всегда так: только новичков по отделам распределишь, только секретарша хоть как-то в документообороте смыслить начинает — и тут конкуренты нападают, будь они неладны, завистники всю челядь вырезают, испепеляют и на мелки куски крошат. Как надоело-то. Где теперь новеньких опять брать? У двери осторожно кашлянули. А, с донесением. Ну хоть этот уцелел и то счастье. — Где тебя носило? — Так на перекрестке же. Клиент как раз пожаловал, отлучиться пришлось. И там это… неординарный случай. Ваша консультация нужна. Сам не справлюсь. — Рассказывай, — сдался Кроули. Вот ничего без него не могут сделать. Даже мелкую душонку купить. — Вначале все было, как положено: явился тип, обряд соответствовал, шкатулку в землю зарыл. — И? — Утверждал, что Снейп. Северус-Тобисович. Британец. Маг. Зельевар. Хотел, как и все. — Долголетия и богатства? — Не, девицу вожделел. Подозревал, что просто так она ему откажет. — Ну и какие проблемы? Ты принудить не в состоянии? Охмурить? — Так говорю ж, проблема. Я проверил — этот тип выдавал себя за другого. Явился маг, да не тот — Розье по рождению, — зельем каким-то накачался, облик заимел, как у того озвученного им Снейпа. Но у нас так ведь не положено. Клиент должен самолично явиться, сделку заключить добровольно, а не другого подставлять. Еще у этих двух типчиков метки есть — они числятся в рабстве у какого-то, якобы уже сгинувшего Темного упыря. Но метки активные, их принадлежность вопрос пока открытый. — Ты прав, зачем нам души, уже кому-то продавшиеся? Но какое интересное дельце вырисовывается. Я как раз заскучал, а оно вона как! Пошли, навестим да выясним подробности. Все лучше, чем здесь сидеть. *** В просторной алхимической лаборатории спецотдела работа кипела во всю: Снейп смешивал ингредиенты, выжидал и скептически оценивал результат — новое зелье никак не получалось нужного цвета, вот же досада. За спиной что-то хлопнуло, отдаленно напоминающее сработавший портключ. Снейп обернулся, мгновенно выхватывая палочку. — Исследования, — Кроули сморщил нос, запах был не из приятных, — изыскания и научные работы. Какая скукота. Мы собственно к вам с одним вопросом: имеется ли желание, ради исполнения которого вы готовы заплатить любую цену? — Что? Кто вы? — Желание, говорю, имеется? — Империо! Инкарцерус! Круцио! — на одном дыхании выдал Снейп, решив единым ударом обездвижить сразу всех… не зайцев, нет, демонов похоже. Пахло серой, валил черный дым, все затягивало тьмой и… и вообще из-под земли, кажется, пробивалось пламя. Кроули махнул рукой, и ничего ему не сделалось. Магия не сработала. — Сосредоточьтесь. Я повторяю: ради какого желания опять пошли бы продаваться, как когда-то в далекой юности? У Снейпа вытянулось лицо, и он отшатнулся. — Понятно, — вздохнул Кроули, присаживаясь на краешек стола. Подчиненный пристроился неподалеку. — Значит, действительно, не ваша инициатива. Розье знаете? Раз киваете, значит, да. Подстава налицо. Что за девица хоть? Снейп побледнел еще больше и попытался отрицать. Что вот нет любви у него ни к кому, никакой и даже ни разу. Попросил оставить Грейнджер в покое. Зачем-то еще и Поттером пригрозил. Кроули понимающе хмыкнул — сам не раз Дином Винчестером хвастался, обещал недругам, что братья за него не одну шкуру спустят. Видать, Поттер из числа охотников. Приглядеться бы. Стравить с Винчестерами и Кастиэлем, посмотреть, что из этого выйдет. Кроули одернул себя: не время мечтать. — Ну все понятно: заинтересованности в торговле ноль, девицу будет спасать ценой своей жизни, еще и хитрить мастак. Нет, — обратился Кроули к подчиненному, — нам тут не выгорит. Легче к тому Розье отправиться, пошантажировать малость, напугать. Тут в дверь вломилась взъерошенная и испуганная Грейнджер с палочкой наизготовку. — Профессор! Заклинание оповещения сработало! Кто напал? Когда?! — на ее мантии блестел значок аврора. Снейп вздрогнул и попытался прикрыть девицу собой. Та лишь непонимающе заморгала. Ну еще бы, прибежала спасать и биться, а тут такое… — Хмм… за такую можно было б. Ну вот чтобы на перекресток, — обронил подчиненный, но схлопотал хмурый взгляд от Кроули и тут же заткнулся. — Да все нормально! — Кроули вскинул руки, демонстрируя мирные намерения. — Я понимаю. Уважаю, можно даже сказать. Мы уходим. Больше никаких претензий. А напоследок подарочек. Просто так. За то, что развлекли меня сегодня. Совет да любовь, — и щелкнул пальцами… *** Одиночество ужасно надоело. Боль, обида, напрасные надежды — все выплеснулось одним неосторожным взглядом в ее сторону. Гермиона всхлипнула и кинулась навстречу. По столу покатились палочки, отложенные впопыхах. Мантии трещали, пуговицы с манжет и ее шелковой блузки с оборками отрывались и бисером сыпались на пол. Каждый поцелуй казался болезненно сладким и дурманящим. — Давно хотела сказать, но… — Тише… Тот тип что-то с ними сделал. Заставил признать очевидное. Аукнется ли? Да плевать… Ловить горячее дыхание с ее губ пальцами в попытке заставить замолчать было так… приятно? Пожалуй. Гермиона задыхалась в его жестких объятиях, чуть слышно постанывала. — Не отпущу, — твердил он, ведя языком по ее тонкой шее, сдирая последнюю одежду, зацеловывая там, где случайно оцарапал и его пальцы оставили красные следы. Гермиона льнула теснее и жадно отдавалась, раскрываясь, нетерпеливо подталкивая его пальцы туда, где горячо и влажно. И так было хорошо от понимания, что вот такое она себе уже воображала и в мыслях проделывала именно с ним, только с ним и ни с кем больше. Снейп рыкнул, удобнее перехватывая ее у бедер, заставляя откинуться на так вовремя подвернувшуюся кушетку. Довольный всхлип подхлестнул его, когда он толкнулся в нее членом. И сам с трудом выдохнул — как же хорошо, как запредельно сладко. Как же он любит ее: и эти зажмуренные в удовольствии глаза, и закушенную от страсти губу, и тонкие пальчики, ухватившие основание его члена, поторапливающие, подгоняющие, а потом и вцепившиеся в ягодицы. Царапины от острых ногтей добавили боли, но и наслаждения, ведь невозможно притворяться, сдерживать себя, когда тебя так хотят и отдаются, будто в последний раз. Может, и правда, в последний… Ей же там, вроде, сделал кто-то предложение? Ответила ли? И что будет дальше? Но ее стоны и торопливые поцелуи быстро прогнали все сомнения. Просто хорошо, да и всё. — Не отпущу. Никогда, — выдохнул Снейп, поглаживая Гермиону по влажной от пота спине после всего. Она, сонная и такая доверчивая, просто кивнула. — Люблю. И любить буду всегда. Услышала ли? Или спит? И плевать, что забытое зелье так и не доварено. Для экспериментов еще будет время. Главное — суметь не отпустить. Удержать поцелуями и уговорами до утра. А там видно будет.