Сказание о звере, покорившем небо.

"Пятьдесят лет назад окончилась война. На пропитанную кровью и ужасом землю снова вернулся относительный мир и покой". В чреве высокой горы Миомар, где тягуче плескалось озеро жидкого огня, меж камней лежало яйцо. За ним наблюдал в тайне ото всех, и даже от невылупившегося детеныша, Дух огня, охраняя малютку. Сам Дух напоминал сгусток трепещущего пламени в нечеткой форме котообразного существа с длиной бородой. Его родители, коих возможно уже и нет в живых, в отчаянии оставили свое чадо в этой крепости природы. Но вот, в один, казалось бы, ничем не примечательный день, в яйце появилась трещина, а само оно зашевелилось. Дух, изнывая от любопытства, но все так же оставаясь незримым никому в его землях, подлетел поближе. Скорлупа осыпалась на горячий, раскаленный воздухом этих мест, камень. Вот показалась крошечная лапка, следом длинный хвостик, головка и крылышки. Новорожденный, или, точнее сказать, вылупившийся детеныш, издал первый в своей недолгой жизни звук, больше похожий на писк котенка. Глаза у него были открыты, он сонно жмурился и шевелился на твердой поверхности в попытках найти хоть кого-то близкого, родного. Дух озадаченно погладил свою длинную бороду, он столько лет прождал этого часа, что сейчас даже не представлял чем, а, главное, как покормить ребенка. К слову сказать, детеныш с каждой минутой начинал кричать все громче и громче, явно намекая на то, что был бы совсем не прочь чем-то подкрепиться. Но, к сожалению, кроме магмы и руды во владениях Духа больше ничего не было. Решив проверить, Дух сделал в камне ямку, делая её наподобие тарелки, и, зачерпнув магмы, поставил её у крохотной мордочки. К величайшему удивлению, дракончику пришлась по вкусу необычная еда, а это не могло не радовать Духа. Выглядел детеныш так: размером сорок сантиметров (считая хвост), тельце было покрыто нежным пушком розового окраса, пятиконечные лапки без когтей с очень мягкими подушечками. Глаза большие, с вертикальными зрачками, в них были все оттенки зеленого. Беззубый рот, длинная шея и маленькие прозрачные крылышки. Перекусив, Малыш еще какое-то время повозился, а затем, замерев в одной позе, уснул, смешно причмокивая во сне. Когда Малышу исполнилось два месяца, он покрылся красно-золотистой чешуей, и уже мог твердо стоять на лапках, с любопытством суя свою морду в каждую щелку и трещину. Хоть когтей и шипов у него до сих пор не появилось, и мог он похвастаться только двумя верхними клыками, Дух решил, что пора его как-то назвать. Ведь не будет же он вечно "Малышом", верно? Когда дракончик с упорством танка точил коротенькие чешуйки, он вдруг услышал среди шума камней какой-то звук, эхом разносившийся по пещере! Прислушавшись, он четко услышал имя "Игройдис". В тот день он очень собой возгордился, решив, что его родной дом дал ему имя. А Дух, только ухмылялся в бороду. Но наш юный герой даже не подозревал о том, кто он и что он. Он не знал ничего из того, что находилось за толстыми стенами горы. Однажды, когда Игройдис спал пузом кверху, грея хвост в магме, до его чуткого слуха донеслись странные звуки. Что-то бумкало, бубнело, звенело и клокотало. Любопытный ящер, конечно же, не смог остаться равнодушным и, мигом перевернувшись на все четыре, замер, прислушиваясь, с какой именно стороны доносился звук. Дух огня летал рядом с его головой, хмурясь, и явно не одобрял действий "отпрыска". А тот ликовал. Наконец-то, за все время его жизни, начало происходить что-то интересное! Определившись с направлением, дракон побежал (в прямом смысле слова) на звук, по-собачьи высунув язык. Лабиринты туннелей и пещер, коих в этом месте было великое множество, казалось, издевались над ним, разнося звук по всем окрестностям. А где-то в середине выбранного драконом туннеля активно работали кирками и лопатами трудолюбивые гномы, даже не подозревая на кого нарвутся. - А-а-а! Чудовище! Ах, нет. Уже подозревают. И лицезрят собственной персоной. Дракон приветливо улыбнулся, по крайней мере, попытался, выставив напоказ свои два невеликих клыка. Бедные коротышки чуть в обморок не попадали как домино при виде такого гостеприимства. Побросав в дракона все, что у них только было, гномы кинулись обратно. Сжавшись в комок, Игройдис переждал град рабочих инструментов, отряхнулся и с любопытством сунул морду в проем нового туннеля. Юнец и сам-то был не намного выше гномов (даже не дотягивал до человеческого роста), так что без проблем последовал за ними. И вот уже через каких-то двадцать минут он пораженно застыл, широко распахнув глаза. Небо, трава, деревья, земля, широкая река – вот, что видели его глаза. И сердце от этого билось в два раза чаще и быстрее, а душа полнилась пьянящими пузырьками радости.