Сказание о звере, покорившем небо.

– Я бы на вашем месте этого не делал, – мрачно прокомментировал голос из-за спины. Дети с огромными глазами, быстро переглянувшись между собой, посмотрели назад. За их спинами, непонятно откуда взявшись, сидел крупный мужчина в грязной, когда-то белой, рубахе, под грудью нелепо завязан тканевый пояс, огромные штаны неисчислимое количество расштопаны-перештопаны. – Дядя Аграм, – склонила голову на бок девочка. – А что Вы тут делаете? – Присматриваю за вами, маленькие дьяволы, – в брезгливой гримасе показал желтые, но очень острые, зубы он. – Ваши родители не настолько глупы, чтоб оставлять вас одних с этим чудовищем. – Почему? – капризно надули губки близняшки. – Потому что зло к злу тянется. Вот вам наглядный пример – вы уже хотите эту тварь из клетки выпустить! – Он милый, – упрямо выпятила грудь Шамси. Её брат только нахохлился и стал очень похож на воробья. – Вы тоже ничего, – оскалился мужчина. – А стоит только на мгновение отвлечься, и всё! Пиши пропало! И служит тому наглядным примером половина нашего селения! Игройдис с интересом приоткрыл глаза. Этих двоих снова за что-то ругают, и хоть он не мог понять и слова, но природное любопытство вновь проснулось... – Это случайность! – попытались сделать вид, что им стыдно дети. Но взрослый как-то им не очень поверил. Хотя, что там скрывать, он им ни на грамм не поверил. – Сказочники, – сморщил нос Аграм. Он хотел сказать им еще несколько «комплиментов», но легкий скрип входной двери его отвлек. На кухню сначала влетела их мать, Чихару, а следом и отец – Ментотохпа. Что ж, у этого мужчины было тяжелое детство. Он не очень любит свое имя и всегда придирается к другим. Бегло оглядев комнату, женщина остановилась взглядом сначала на клетке, затем на детях. Прижав руку к груди, она шумно выдохнула, тускло улыбнувшись. – О, надо же, я удивлен. Мой дом остался целым, дети там, где я их оставил, и это мерзкое отродье в клетке. – Они хотели его выпустить, – кивнул Аграм на дракона, настороженно смотрящего на новоприбывших, слегка прижимая уши к голове. – Я даже не удивлен, – неприязненно хмыкнул он. Дети упрямо насупились и незаметно для всех взялись за руки. Ну, или почти для всех. Игройдис все-е-е видел. Хоть и мало что понимал. Все, что он понимал, так это то, что маленьких существ обижают большие. – Что решили на совете? – подперев подбородок кулаком, спросил Аграм. – Продадим, – жестко усмехнулся Ментотохпа и как бы для самого себя объяснил: – Убить – это слишком милосердно, а если продать дракона, можно не только хорошие деньги получить, но и убить оставшихся. Как только стражники, или еще лучше, маги, увидят вот ЭТО, они немедленно отправятся на их поиски. – Ах! – Нииол зажал своей сестре рот, а заодно, недолго думая, на всякий случай и свой прикрыл. "Бедные, бедные драконы, – думал он. – Я всегда думал, что это огромные страшные звери, а на самом деле это очень милые крохи с двумя зубками". Он посмотрел на свою мать. А та, усевшись за стол, активно поглощала воду из графина, маленькими порциями наливая её в кружку. То и дело она бросала нервные взгляды на Игройдиса, и каждый раз её передергивало, а глаза наполнялись неподдельным страхом. – В любом случае, – продолжил говорить их отец, подходя к гостю, соседу и просто лучшему другу, – спасибо, что присмотрел за моими демонами. – Сочтемся, – лениво кивнул тот. – Ну, бывай сосед. Удачи. – Дорогая, проводи Аграма. Женщина кивнула, поднялась и пошла провожать гостя. Посмотрев вслед Чихару, её муж довольно потер руки. Перед мысленным взором этого жадного до денег мужчины так и маячили огромные мешки с золотом и самоцветами. Он даже не заметил, как его губы расползлись в самодовольной ухмылке. – Папа... – осторожно протянули в один голос дети. Это-то и отрезвило мечтателя. Улыбка медленно повяла на его губах, а брови грозно сошлись на переносице, молниеносно развернувшись, Ментотохпа гаркнул на них: - Вы хоть знаете сколько сейчас времени?! Спать, немедленно!! Втянув головы в плечи, близнецов как ветром сдуло, только дверь зашаталась. Наскоро поскидав с себя дневную одежду, они переоделись в ночные рубахи до пят и забрались на кровать, с головой забравшись под одеяло. – Мне его жалко, – жалостливо хныкнула Шамси, таким образом, нарушая тишину ночи и открывая свой маленький совет. – Мне тоже, – шумно вздохнул Нииол. – Папа такой злой. – Он только монеток хочет получить! – Я знаю... когда он о них вспоминал, его лицо становилось очень добрым, – вновь вздыхает брат. Они помолчали, вспоминая доброго и ласкового папу, которым тот без золотого блеска бывал редко. Чаще всего, правда, когда выпивал, но все же.. – Мы можем что-то сделать? – тихим голосом вновь нарушила тишину Шамси. Нииол не ответил. Он, от напряжения кусая губы, думал над этим нелегким вопросом. Но мысленному процессу в юном мозгу мешали воспоминания о красивых зеленых глазах с вертикальным зрачком хищного зверя.