See Who I Am

      Зима все больше вступала в свои права, потихоньку укрывая замок пушистым белым одеялом. Лучше, впрочем, тут не становилось. Привычная, что приход зимы прочно поселяет в тебя ощущение грядущего рождества, на деле я получала — ожидание новых декретов от Амбридж.       Упразднение и запрет всего, что только было возможным оставляло ощущение концлагеря и безнадежности.              — Я не смогу ходить на твои занятия — сообщить это Гарри, закончив терзать несчастный блинчик, на одном из завтраков, оказалось на деле не самым сложным из решений. То, что сейчас было на моей тарелке, было больше похоже на жертву боевых действий, чем на еду.       Гермиона тут же нахмурилась, глядя на меня.       — Что, в чем дело?       Этот вопрос был сегодняшней причиной моего недосыпа, так как крутился в голове практически до рассвета.       Пойти на занятия который ведёт Гарри, значит рано или поздно его подставить. Мне не хотелось, чтобы Темный Лорд или Пожиратели были в курсе, что в Хогвартсе что-то подобное затевается, хотя я честно говоря была совершенно не уверена, что кто-то из них будет расценивать детей, как реальную угрозу.       При всем при этом, я верила, что Гарри рано или поздно воспитает отличных бойцов, насколько их можно было бы сделать из детей.       Выжил же он как-то все разы до. Сомневаюсь, что из-за красивых глаз.       Именно это все было моим аргументом, который я постаралась максимально горячо и убедительно донести до Гарри, Рона и Гермионы.       Грейнджер была не слишком довольна и пеняла на то, что я провалю экзамены, на что мне оставалось лишь призрачно улыбнуться и пожать плечами.       — Значит, провалю. Лучше я не сдам экзамены, чем окажусь предателем — твёрдо сказала я, вставая из-за стола, показывая, что разговор окончен. Мне правда не хотелось обсуждать сейчас экзамены.       Не самая большая проблема это была, на мой взгляд. Я не умаляла ценности экзаменов, не отрицала того, что хочу получить нормальное образование, конечно же надеялась, что все же стану мракоборцем. Нужно было просто периодически смотреть в глаза реальности, и подгонять ее под те или иные величины.              На выходе из столовой, я столкнулась с Малфоем.       — Как дела, Мэлфорд? — светски поинтересовался он, стоя передо мной, руки в карманах. Ленивая усмешка, от которой я почти привыкла, так как старалась не обращать на нее внимание, все то время пока мы не сталкивались нос к носу. В общем — вообще не замечала, занятая абсолютно другими вещами, и другой улыбкой.       — Получила давным-давно от твоей матушки письмо с приглашением на рождественский бал — ответила я, огибая слизеринца по дуге. На периферии сознания от чего-то появилась неприятная мысль, что за вот этим его дурацким вопросом кроется какая-то гадость, которая мне совершенно не понравится. — ответила на него положительно. Что-то случилось?              Как дела, Мэлфорд?       Всегда лучше, до твоего появления, Малфой.              Драко окинул меня изучающим взглядом, чуть наклонив голову на бок. Я не видела раньше никогда у него такого выражения лица. Пока шли эти два месяца, у него как будто резко тумблер переключился? Или все же он вспомнил о воспитании?       А может он вытрахивает свою мерзостность с Панси?       — Ничего такого — наконец ответил он, светски улыбнувшись — мама попросила меня придумать в каких цветах мы с тобой будем. Хочет прислать тебе рождественский подарок, как все еще моей невесте.       — Все еще? — зацепилась я за фразу, и скрестила руки на груди. Мне показалось, или там прозвучала какая-то угроза?       Малфой ухмыльнулся и подошел ближе, все так же, не вынимая руки из карманов       — Между нами, Мэлфорд, есть одна большая разница. Я трахаюсь с Паркинсон, а ты с Уизли — тихо сообщил он мне.       Пожалуй, только сейчас я заметила, что в дополнение к платиновым волосам, он получил еще и серые, до серебра глаза.       Выглядело это красиво, но мне стало жутковато, когда до меня начал доходить смысл. Младший Малфой, видимо решил, что начинает потихоньку пресыщаться нашей игрой, и хочет поиграть в другую, пробуя отрастающие зубки.       — Удивлена, что ты говоришь мне это тет-а-тет — за моей ухмылкой скрывалась ни что иное как самозащита, пусть я даже и не трахалась с Уизли, как мне было заявлено       Я была окинута взглядом, полным отвращения. Вот это Драко контролировать еще не научился — выражение лица, словно ему навозную бомбу под нос сунули       — Конечно же это не те вещи, на которых я буду орать на каждом углу, Мэлфорд — сказал он — такой позор моей семье не нужен. Впрочем, как и невеста из-под одного из этих нищих.       Я разозлилась. Вот теперь, я нашла соломинку, за которую смогла уцепиться.       — Я. Не. Трахаюсь. С. Уизли — отчеканила я, так же приближаясь к Малфою, чувствуя, как сжимаются мои кулаки — я не твоя Паркинсон, которая в пятнадцать лет готова лечь под тебя, лишь бы хоть немного и не на долго обрести желанный статус, не невесты или жены, так хотя бы подстилки.То, что мы гуляем и общаемся значит ровно то, что мы с ним учимся на одном, мать твою, факультете. Очень жаль — продолжила я, шипя ему уже практически в лицо — в первую очередь для тебя же, что я не поступила на Слизерин и избежала возможности сразу войти в круг твоих чрезвычайно близких друзей.       Мы сверлили друг друга взглядами еще некоторое время, пока этот самодовольный ублюдок не нарушил молчание.       — Если узнаю, что ты с ним спала, поверь, я расскажу и твоему отцу и своему. И хорошо, если ты переживешь эти разборки — процедил он, и развернувшись гордо удалился, оставив меня в коридоре с гулко бьющимся сердцем.       Кем именно он мне угрожал — не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться.

      ***

      До Рождестве оставалось всего ничего времени.       Ребята, не только с Гриффиндора, но и с Когтеврана и вроде бы с Пуффендуя, начали ходить на занятия в выручай-комнату. Все попытки рассказать мне об этом я жестко пресекала, и в конце концов, почти все привыкли, что при мне лучше не высказывать восторгов по поводу их успехов.       Я вообще ничего не хотела об этом знать, чтобы ненароком не подставить ребят, если буду вынуждена на это пойти.        Амбридж закручивала гайки, строча все новые запреты.       Филч днями и ночами патрулировал коридоры, не спуская глаз, но ни разу не приблизился хоть сколько-нибудь близко к загадке, где же проводит занятия толпа учеников. Он смог примерно угадать коридор, устроил там вахту, но выручай-комната не была бы таковой, если бы не выручала пока что, желающих безболезненно в нее входить и выходить.       Ходили слухи, что Филч продавил Амбридж на открытие пыточной. Я надеялась, что это и правда, лишь слухи, хотя чем дольше я знала эту женщину, тем более крепло мое подозрение, что еще немного и учеников действительно могут начать пытать за нарушение дисциплины.       К Дамблдору я так и не попала. То его не было на месте, то он был слишком занят. От ордена тоже никаких новостей не было, поэтому мне оставалось только что импровизировать по ситуации.       Когда появилось предложение от Амбридж, вступить в отряды добровольцев, которые будут за дополнительные баллы вынюхивать ситуацию с тренировками — я сцепила зубы, подписалась и с тоской в сердце стояла на вручении значков.       — Такое ощущение, что ты пытаешься всеми силами отвести от себя подозрение — процедил Рон, с ненавистью глядя на новый аксессуар в моем гардеробе. Осуждать его я не могла — это было бы глупо. Сейчас, я была для них нежелательным человеком.       Многие сокурсники смотрели на меня с плохо скрываемым презрением, смешанным с недоумением — я делала все это, по-прежнему оставаясь в хороших отношениях с основателями ОД, я была на самом первом собрании где все это было решено.       Решающим фактором было все же то, что, во-первых, их до сих пор не обнаружили, во-вторых, я сама предложила это помещение, знала где оно находится и до сих пор никого не сдала.       — Да, действительно — я смерила его холодным взглядом, и Рон, порозовев, в итоге потупился. — потому что, если до тебя не дошло я знаю где эта комната, как ее вызвать, и кто там торчит — зло процедила я — я не о своей шкуре пекусь, я знаю, что если пойдёт масштабное расследование, то мне придётся все выложить, а с этим значком, я точно вне подозрений. Хотя бы так, я правда стараюсь оградить, правда не только себя, от возможных последствий.       Малфой, кстати похвалил мое решение. После того разговора в коридоре, мы сохраняли агрессивный нейтралитет — как еще назвать ситуацию, в которой мы периодически недобро друг на друга смотрели, но молчали — я не находила.       Чтоб ему пусто было.       Слухи, о том, что он активно спутался с Панси, гремели уже во всю, и из некоторых углов с такими подробностями, что я невольно краснела, вроде бы, они правда переспали.       В конце концов, Малфой сам об этом мне сообщил и не опровергал ничего.       Хотя, какой парень будет говорить о том, что это вранье? Кажется, сейчас у них это очень выгодная ситуация, когда один из «везунчиков» наконец расстается со своей девственностью. Типа взрослый.       Аккурат перед рождественскими праздниками, мне исполнилось шестнадцать.       По этому поводу, я получила-таки подарок от Нарциссы, с запиской что на Рождество будет вторая часть.       Ее подарком, оказалось платье. Конечно же, с магической усадкой по фигуре.       — Ох, ничего себе — выдохнули Гермиона и Джинни, которых я позвала на примерку       Малфои не скупились. Это точно. Девочки наколдовали зеркальную поверхность, потому что ростового зеркала тут не было, к сожалению, и я смогла оценить подарок от будущей свекрови.       Длинное, в пол, из невероятно-нежной и тонкой серебристой ткани, оно было при этом достаточно плотным и тяжелым. Лиф строгий, никакого выреза, с высоким горлом был расшит зелеными камнями, причудливо играющими в свете. Длинные плотные прямые рукава, на спине хитрая система шнурков. Сидело оно на мне как вторая кожа, а стоило его расстегнуть — свободно опадало на пол.       Подол не был пышным, платье и правда было в меру строгое, в сравнении с тем, что обычно я видела на дамах — многие не стеснялись демонстрировать ну очень уж глубокое декольте, или вырез до бедра, намекающий, что белья-то под платьем и нет.       — Тебе идет — сказала Гермиона, рассматривающая меня с оценкой во взгляде — напоминаешь средневековую принцессу — она улыбнулась, и спрыгнула с кровати — еще волосы поднять вот так — она собрала мои черные волосы в набросок прически — в уши серьги, но только скромные, типа гвоздиков. Волосы, кстати, тоже можно украсить. Шпильками, гребнем — она обошла меня — очень красиво — резюмировала она в конце концов — и что хорошо, смотрится с твоей бледной кожей.       Я посмотрела на себя в зеркало, и признала, что на фоне загорелой Гермионы, я была как Джинни. Но Джинни была рыжая, а они вообще практически не загорали. Исключение были близнецы, которым сгорать на солнце было, по-моему, привычно, с занятиями квиддичем, и они обретали легкую золотистость.       — А давайте мальчиков позовем? — подпрыгнула Джинни, хлопая себя по коленке — хотя нет, они все равно зайти не смогут. Можешь выйти к ним, такая красивая, вот они удивятся.       — А так, я не красивая — хмыкнула я, снимая платье. Идея выйти так к мальчикам чтобы что-то им доказать, показалась мне донельзя глупой.       Просто начиная с того, что если бы я и хотела, чтобы меня кто-то из них видел такой, то только, пожалуй, Фред.       Джинни посмотрела на меня с укоризной и долей смущения, осознав, как прозвучала ее фраза.       — Нет, конечно — сказала она — ты красивая всегда. Просто в этом платье… как-то особенно.       — Джинни хочет сказать, что остальное время ты простая и привычная, а тут — вау — перевела Гермиона.       Тут ее осенила какая-то идея.       — Стой! Надень обратно — скомандовала Уизли, огненным шаром соскакивая с кровати.       — Что такое? — недовольно поинтересовалась я, впрочем, действительно надевая подарок миссис Малфой обратно.       — Гермиона, сделай пока что-нибудь с ее головой! — крикнула Джинни, уже вылетая из комнаты.       Грейнджер пожала плечами, и пошла на меня с палочкой наизготовку.              По итогу ее волшебства, на моей голове воцарился небрежный пучок, с художественно выпущенными прядками.              А Джинни вернулась с фотоаппаратом.       — Попросила у Колина Криви — сообщила она, пока я крутилась перед камерой, между ее указками как встать и что делать.              Еще через некоторое время, достаточное нам, чтобы перемерять, сфотографироваться и вдоволь надурачиться, платье было упаковано обратно. Завтра, я отправлю его отцу, а Нарциссе нужно будет написать письмо с благодарностью, что все прекрасно подошло.       Гермиона подарила мне толстенную записную книжку, в хорошей кожаной обложке, с факультетским теснением, слегка смущенно сообщив, что это, во-первых, чтобы я не забывала кто я, а во-вторых, если вдруг я захочу описать все, что со мной происходит. Страницы были заколдованы так, что если кто-то без разрешения решит туда сунуть нос, то увидит изыскания на тему нарглов.       Неожиданно, от миссис Уизли пришел огромный, бесформенный рыжий с красным свитер, с буквой «К» посередине.       И записка:              Камия.       Я бываю к тебе несправедлива, но все это из-за того, что наступили страшные времена. Надеюсь, что мой свитер будет греть тебя, как и поддержка всех остальных.       Будем рады, если ты заглянешь на Рождество в Нору, после важных дел       С днем рождения.       

Молли Уизли

             Куча поздравительных открыток, со всякой милой сердцу мелочевки.              Отец, я знаю, подарит мне подарок перед Рождеством, а то и под елку — он любил так делать. Один подарок на день рождения, второй на Рождество, и всегда — что-то полезное.              Внизу меня сгреб в охапку Фред, при всех, немного закрутил по гостиной, в два голоса с братом распевая — «С Днем рождения, Мэлфорд», коверкая при этом мою фамилию неправильным ударением.              — Мы с братом, тут экспериментировали — заговорщицки сказал Джордж.       — Не факт, что вообще когда-нибудь выставим это на продажу, но идея — топ — подхватил Фред.       Оба они оглянулись на остальных, увлеченных сейчас очередным турниром в шахматы, между Роном и Гарри.       — И что за интрига? — с улыбкой спросила я, глядя на два совершеннейше довольных лица.       Они выдержали театральную паузу, снова переглянувшись, а я почувствовала приступ нежности, при взгляде на Фреда. Сейчас, близнецы казались мне совершенно разными, так близко от меня. Чуть различная мимика, чуть разные черты лица. А разница, по итогу, выходила колоссальная.       Наконец, Фред вытащил из внутреннего кармана небольшой фиал, на первый взгляд заполненный водой, но на свету от камина стали заметны легкие вкрапления блесток. У фиала была в комплекте тонкая изящная цепочка, чтобы можно было повесить на шею и ходить как с кулоном.       — Близнецы Уизли представляют. Эксклюзивная разработка корпорации «волшебные пакости и вредилки» … — шепотом, но очень пафосно начал Джордж.       — … Неповторимая в своем совершенстве формула, позволяющая вам сделать нечто невероятное… — Фред.       — … Вашему вниманию, леди…       — … Зелье невсамделишной смерти! — торжественный конец, под барабанную дробь ладоней об колени.       Я аккуратно взяла в руки фиал, хмурясь, и с недоверием глядя на близнецов.       — Невсамделишная смерть? — переспросила я.       — Ага — хором был мне ответ — мы уверены на сто процентов, потому что проверяли на себе. Мелюзгой рисковать не стали, в Азкабане больно неуютно — Джордж закинул обе руки за голову, разваливаясь в кресле.       — Когда ты выпьешь зелье, все окружающие решат, что ты умерла на самом деле — сердце не будет биться, дыхания не будет, все будто бы на самом деле.       — Но! Оцени гениальность. Тебе нужно трижды пошевелить большим пальцем ноги, и ты снова жива!       Я с трудом понимала сейчас задумку мальчишек, и как это вообще реализуемо. Было очень похоже на запрещенную темную магию, потому что в ином случае, я не представляла, как можно было это провернуть, и скорее всего, оно было вне закона. О чем, я тут же высказалась в слух, и была награждена снисходительными взглядами двух пар глаз.       — Вот именно поэтому, вряд ли оно когда-нибудь окажется на прилавке нашего магазина.       — Но, тебе вероятно очень пригодится. Рано или поздно — Фред, говорящий эту фразу выглядел не слишком довольным.       И он был чертовски прав, в своем замечании.       — Хорошо, мальчики. Тогда такой вопрос. Я же буду все слышать и осознавать, под его действием?       — Конечно. А иначе как ты будешь шевелить пальцами?       Резонно.       — А сколько длится его эффект?       Братья переглянулись, пожали плечами.       — Вообще, у нас есть подозрение, что пока ты не умрешь по-настоящему или не снимешь эффект сама — ответил Фред — мы так и не смогли проверить временные рамки, но три часа у тебя есть точно. Нас хватило только на это время.              До рождественских каникул было все ближе.       — Я собираюсь с родителями кататься на лыжах — сообщила Гермиона, пока мы сидели у камина.       — На лыжах? — я нахмурилась, пытаясь вспомнить что это такое, а потом осознала, что это скорее всего какое-то маггловское развлечение, как оно и оказалось — это когда магглы, цепляли к ногам две дощечки и на них либо спускались с горы, либо просто гуляли по прямой.       — Очень интересное развлечение — фыркнула я — ходить, когда тебе что-то мешает на ногах.       — Это не ходьба — терпеливо объясняла Гермиона нам с Роном и Джинни, что имеет ввиду — ты… как бы скользишь вперед…       Рон, конечно же с сестрой и близнецами проведет Рождество в Норе. Гарри сначала загрустил, что останется один, а потом воспарил духом, после приглашения Рона присоединиться.       — А ты? — спросила меня Джинни — ну, помимо бала?       Я пожала плечами. Идея провести Рождество в Норе, выглядела для меня как отличный способ отдохнуть после светского раута.       — С папой проведу какое-то время — наконец ответила я — а там, посмотрим       — Приезжай тоже к нам — улыбнулась Джинни — думаю, мама будет не против.       — Она меня пригласила, когда поздравила с Днем Рождения — улыбнулась я.       Я собрала уже все вещи, и сидела внизу, ожидая часа отбытия, болтая с ребятами.       Наша близость с Фредом осталась где-то там, в Выручай-комнате. Мы снова для всех были странными друзьями, которые не прочь обниматься. Я была очень благодарна ребятам, что они не пытались распускать сплетни. Периодически я ловила на нас странные взгляды от девчонок, Джинни пыталась со мной поговорить на эту тему, но безуспешно.       Смотрел он правда уже на меня заметно иначе. Периодически, я ловила его взгляд, как мне казалось, задумчивый. Чего скрывать — мне было приятно его внимание. Джордж, который конечно же наверняка все знал, пытался нас подкалывать.       И как же мне не хотелось с ним расставаться на каникулы…       Помимо всех важных вещей, которые меня волновали почти постоянно, теперь в голову еще и лезло настойчивое — а вдруг все это не серьезно? а вдруг он найдет кого-то? может он на самом деле всегда так делает, спит с девочками, а потом находит другую.       Меня выдернули из обсуждения с Гермионой сходства и различия рождества у магов и Магглов, самым бесцеремонным образом — подхватив за талию, и фактически перенеся через кресло.       — Ну что, тебя ждать на каникулах в Норе? — спросил Фред, по-прежнему держа меня за талию, и я была уверена, что в этом явно ничего дружеского не было для окружающих.       Я прикрыла глаза.       — Не знаю пока. Я точно приглашена к Малфоям, вместе с отцом, на Рождественский Бал — сказала я — но, я очень-очень постараюсь после него приехать в гости.       — Значит на удачу, мы должны поцеловаться под омелой!       Прежде чем я успела хоть что-то сказать по этому поводу, на глазах почти всего Гриффиндора меня поцеловали.       Знакомый вкус его губ, напор с которым он прижимал меня к себе, со знакомым жестом, когда он держал меня сзади за шею, предлагали мне разомкнуть губы и ответить, тем более, что мое тело отвечало очень логично — жаром, учащением сердцебиения, и желанием зарыться руками в его рыжие непокорные волосы, что я частенько делала, когда мы оставались один на один. Я на секунду, даже, поддалась всему этому, но соприкосновение наших языков подействовало на меня отрезвляюще.       Это же все видят, Мерлин всемогущий!       Сначала была тишина, а потом свист, крики, улюлюканье, где-то на заднем фоне, словно в другой вселенной, сквозь толщу воды — почувствовала я себя достаточно глупо.       В конце концов, я выпуталась из рук Фреда и, уверена, красная как рак –обернулась, встретилась глазами с почему-то побледневшей Гермионой, увидела, как Джинни прижимает обе ладони к щекам, в шоке. Отвисшую челюсть Рона, широкую улыбку Гарри.       Я схватила рюкзак, и ушла к каретам. Благо, подошло время отправляться на поезд.       Уходя, на Фреда я не взглянула, очень злая на него за этот поступок.              — Джордж проиграл десять сиклей — сообщила мне Гермиона, садясь в поезд, глядя на меня сочувствующим взглядом — Фред, конечно поступил безответственно.       — На что спорили? — как можно больше безразлично поинтересовалась я.       — Джордж думал, что ты ударишь Фреда.       — Мм — ответила я, уставляясь обратно в окно, где начиналась метель.       — И… Фред не понял почему ты убежала из гостиной — закончила Гермиона — может… ты хочешь поговорить?       Я вздохнула, поправляя юбку на коленях и подняла взгляд на Грейнджер.       — Да мне не о чем говорить, к сожалению — сказала я — кроме того, что к сожалению, кажется я влюбляюсь в этого несносного Уизли. Но об этом я не могу и не хочу разговаривать — я виновато улыбнулась — потому что мне кажется, что я творю самую огромную глупость, на какую только можно пойти.       Гермиона пересела ко мне поближе и молча обняла.       — Я так и подумала, когда увидела тебя там, после вашего поцелуя — отсев в сторону, сказала она — ты выглядела так, словно тебе пришло срочное распоряжение явиться на ковер к… нему.       — Ну, ощущения, как раз те самые — криво улыбнулась я, чувствуя легкую паническую тошноту.       Дверь нашего купе бесцеремонно открылась. За ней обнаружился Малфой, с неизменной стайкой своих прихвостней. Увидев Гермиону, его лицо скривилось, и Драко тут же отвел свой взгляд, на меня.       — Мэлфорд. Я вынужден настаивать, чтобы ты составила мне компанию — напыщенно изрек он — сразу с поезда мы отправляемся в поместье моих родителей, и я не хочу тебя потом искать по всему поезду.       Тугой узел скрутился в животе и тут же расслабился. Если бы ему кто-то рассказал, вряд ли бы за мной пришли.       — Полагаю, мистер Малфой, что отказ не принимается — спокойно сказала я, вставая и подбирая свои вещи — увидимся после каникул, Гермиона.       Она смерила Малфоя взглядом полным отвращения, помахала мне рукой, и я пошла вслед за Малфоем, оттеснив плечом Паркинсон и услышав ее недовольное шипение, которое комментировать не стала.              — Отец сказал, что на приеме будут обсуждаться новые перестановки в Министерстве — лениво развалившись на диванчике в купе, другой рукой приобнимая меня сообщил Малфой       Как хорошо, что пахло от него хотя бы приятно, я не без удовольствия разместила локоть где-то в его боку, и скоро Малфой будет вынужден поменять позицию.       Его парфюм был… слишком взрослым на мой взгляд. Тяжелый, терпкий, не идущий ему, но очень приятный скорее всего на ком-то другом. Фреду бы такой тоже не подошел — его запах был лесным, возможно еще кожа, цитрус и что-то такое.       Малфой должен был пахнуть… зимой. Как ни крути, но его эта заносчивость рано или поздно должна была перерасти в то, что транслировал его отец — опасную грациозность, сдержанность, шик.       — … поддерживают Поттера. Они с Дамблдором, оба свихнулись — выдернул меня голос Нотта, звучащий резко и злобно. Я посмотрела на парня, и увидела на его лице ровно то, что он транслировал — злость и презрение.       Паркинсон скучала, не забывая периодически одаривать нас с Малфоем взглядами полными презрения и злобы. Крэб и Гойл задремали — от них-то участия в беседе вообще никто не ждал, кроме как на уровне примитивных вопросов по любому поводу.       Начала болеть голова. Боль с висков постепенно продвигалась к затылку, туда же добавлялась тошнота. Меня тошнило от этого окружения, от близости к Малфою, от мерзкого начала праздников, когда я буду вынуждена крутиться среди всего этого гадюшника. Улыбаться им, быть вежливой.       Кажется, я тоже задремала, на плече у Малфоя.       В Лондоне он достаточно вежливо меня разбудил, сообщив что мы прибыли. А головная боль никуда не делась.              Кинг-Кросс заваливали крупные снежные хлопья, и мне пришлось взять Драко под руку, чтобы не оскользнуться пока мы шли к нашим родителям, ожидающим у конца платформы. Что еще один мужчина рядом с ними мой отец — я догадалась сразу.       С последнего раза, он выглядел напряженным, осунувшимся и каким-то словно слегка постаревшим.       Я обняла его, кажется чуть крепче чем всегда это делала, и поцеловала идеально выбритую холодную щеку, получив в ответ сухой поцелуй в лоб и грустную улыбку.       В Мэнор мы прибыли трансгрессируя прямо в огромную прихожую, еще не успев почти обменяться словами, кроме приветственных. Сейчас, вне приемов, когда я прибывала уже в царство хрусталя, богатства и свечей — тут было довольно неприветливо, от чего я зябко повела плечами, позволив папе снять и повесить пальто.       — Гостевые комнаты на втором этаже — Нарцисса сделала жест рукой, предлагая последовать за ней — ваши комнаты рядом, Роджер. Если что-то понадобится, вызывайте домовиков.       Обе комнаты были аскетичны, но со вкусом обставлены. Что в одной, что в другой — по огромной кровати, косметическому столику с зеркалом, шкаф для одежды, зеленый ковер. Стены были выполнены в цветовой гамме Слизерина — зелень и серебро. За огромным, практически панорамным арочным окном, можно было увидеть оранжереи, чьи крыши сейчас были укрыты пушистым снегом, беседку, и аккуратные дорожки.       Еще одна дверь вела в персональную ванную комнату, где был небольшой каменный бассейн, огромный умывальник и зеркало.              — Надолго мы тут? — спросила я у отца, заглядывая к нему и опираясь плечом на дверной косяк. Нарцисса ушла, сообщив что будет ждать нас на чай в библиотеке, в конце коридора, а еще через пару часов подадут ужин.       — Завтра прием, сегодня у нас с Люциусом важные дела, поэтому мы решили, что будет уместно погостить тут денек-другой. В твоем шкафу уже висит платье, украшения прибудут завтра утром — сообщил мне отец, перебирая какие-то бумаги, которые вытащил из дипломата, стоящего на стуле, у косметического стола — После приема, вечером, вернемся домой.       — А… мое приглашение на каникулы в….       — Мы поговорим об этом, когда вернемся домой — резко ответил мне отец. Это прозвучало слегка обидно, так как я не рассчитывала на такую реакцию. Кажется, он был недоволен перспективой моего Рождества в Норе.              Библиотека в Мэноре была воистину впечатляющим зрелищем. Огромные стеллажи с книгами занимали все стены, до которых дотягивался взгляд. Я решила, что будет время, обязательно пройдусь и посмотрю.       Когда я вошла, парочка домовых эльфов суетилась, накрывая чайный столик. Там было три чашки с гербом Малфоев, бутылка огневиски и два тяжелых хрустальных стакана.       Ну да. Чай для девочек огневиски для мужчин.       Хотелось, подойти, взять бутылку, открыть сделать хороший глоток, а потом смело посмотреть в глаза каждому зашедшему. Но, я конечно же этого не сделала.       Первой пришла Нарцисса, тепло мне улыбнулась, окинула стол внимательным взглядом и чему-то кивнула.       — Присаживайся — она показала на одно из уютных мягких кресел, с высокой спинкой, и я не стала выказывать невежливость, опустилась через кресло от нее. — как учеба? — вежливо поинтересовалась она, разливая чай пока только в две чашки, мановением волшебной палочки.       — Хорошо. В этом году экзамены, немного нервничаю, но точно сдам — дипломатично ответила я, взяла себе чашку с блюдцем, ненавидя эту атмосферу средневековой викторианской чванливости.       — Уже решила, чем будешь заниматься, когда выпустишься? — Нарцисса внимательно меня разглядывала, попивая свой чай. Я на некоторое время почувствовала себя насекомым под лупой.       Ну, правильно. Мы с ней никогда так тесно не взаимодействовали, в конце концов, я будущая невестка, и ей конечно хочется понимать, что за фрукт перед ней.       Только вот какой ответ на ее вопрос, будет правильным?       — Точно министерство. Если конечно обстоятельства позволят — наконец нашлась я. Про Аврорат в этой семье конечно же говорить было бы верхом глупости.       Женщину мой ответ, кажется, полностью удовлетворил, тем более, что в библиотеку пришел мой отец, отец Драко и сам Драко, уже переодевшийся в брюки и рубашку, застегнутую на все пуговицы. Сам Драко выглядел каким-то слегка потерянным, но стоило нам встретиться взглядами, он взял себя в руки, тут же нацепив привычную маску высокородного спокойствия.       Дальнейшая беседа пошла нейтральным, усыпляющим руслом. Обсудили школу, отличную программу Амбридж, что вообще ей конечно же нужно занять место директора школы. Ни слова про «взрослые» дела, нашу с Драко предстоящую свадьбу.       Мне откровенно хотелось спать.       Ужин был не менее скучным, правда за ним прибавилось лиц — люди из министерства, которые чувствовали себя, кажется, достаточно неуютно.       После ужина мужчины удалились в кабинет Люциуса разговаривать, я сходила в библиотеку и по совету Нарциссы взяла книгу об истории семьи Малфоев — лучшее знакомство с будущей семьей. Завтра, перед балом, она сказала, что покажет мне оранжерею.              Я разместилась на кровати в своей комнате, положив томик биографии Малфоев рядом, не имея сейчас желания его открывать, и вместо этого, порывшись среди вещей достала свой блокнот, который оказался уже горячим.              Привет. Отец попал в Мунго, на него напала змея. Он в тяжелом состоянии. Мы все на Гриммо 12, будем праздновать тут — сообщение от Фреда было непривычно сухим, но с учетом обстоятельств — неудивительно. Узел тревоги скрутился в моем желудке.       На Артура Уизли напала змея. Зимой.       Как это случилось? Что произошло? Где он нашел змею в Лондоне, зимой? — торопливо написала я, отчетливо мало понимая, в произошедшем.       Ответ сразу не пришел, видимо Фред был занят домашними.       Я даже представить не могла, каково ему сейчас. Мне было дико даже представлять, попади мой отец в подобную ситуацию.       В дверь постучали.       Я судорожно запихала блокнот под подушку, убрала перо, раскрыла книгу где-то на начале       — Войдите — сказала я, надеясь, что мой голос не звучит испуганно.       В комнату вошел Драко, закрывая дверь за собой. Выглядел он каким-то нервозным, что меня очень удивило. То есть — держался, старался держаться он привычно-вышколено. Руки в карманах, расслабленная походка, но вот лицо его было напряжено.       Он прошелся, не глядя на меня до окна, и встал ко мне спиной, глядя на снегопад на улице.       — Чем обязана? — поинтересовалась я, откладывая книгу, и садясь на кровати.       Между моим вопросом и его ответом растянулась небольшая пауза, в которую, в моей голове пронеслось сотни мыслей о причине посещения.       — Он здесь — ломким голосом сообщил мне Малфой, и я поняла, что та пауза, была всего лишь временем, которое ему нужно было, чтобы не сорваться в истерику.       По спине промаршировали мурашки, растекаясь по рукам, и кажется, волосы у меня на загривке встали дыбом.       — О… Откуда ты знаешь? — мне голос тоже изменил, и пришлось тихо прочистить горло, после первой буквы, прежде чем продолжить       — Слышал — лаконично ответил мне Драко, отвернулся от окна, и мы встретились взглядами — проходил мимо кабинета отца, и услышал Его голос. Его ни с чем не спутаешь — это прозвучало с какой-то горькой усмешкой.       Драко был сейчас другой. Непривычный. Он был напуган.       Но больше всего, меня удивляло, что он пришел ко мне в этом раздрае, не постеснявшись показать эмоции. Или же он их сейчас не контролировал, и думал, что великолепно держит себя в руках, и делает вид что он крутой парень.       Это было на него более похоже.       — Он чуть не прикончил одного из Уизли — сообщили мне, возвращаясь к созерцанию погоды за окном.       Там, снежинки танцевали под ветром, и это едва угадывалось под светом луны. Я видела белые росчерки, которые капризой ветра иногда меняли движение, а бывало — свободно падали.       В этом свете, Драко был невероятно бледен, а его волосы — белыми как снег. Словно, он столкнулся с чем-то невыразимо ужасным и поседел в столь юном возрасте.       Но, конечно же это лишь игры воображения и освещения.       — Значит, так было нужно — он же ждал моего ответа? Я и ответила. Совсем не то, что думала.       Драко наконец отошел от окна, и замер рядом со мной, изучающе глядя на меня.       — Ты же путаешься с одним из них? — его голос приобрел привычные интонации, Драко нашел якорь, за который смог зацепиться и восстановить душевное равновесие.       — Мы, вроде решили оставить этот вопрос в прошлом — ответила я, выдерживая взгляд серых глаз       Ответом мне была очень неприятная кривая ухмылка.       — Я слышал, что для него не существует никаких умственных преград, Мэлфорд — Драко продолжал смотреть мне в глаза, а я упорно хотела выиграть эту игру — рано или поздно, он узнает. И я даже не буду ничего сообщать Темному Лорду, или даже отцу с матерью — он сделал шаг вперед, теперь более давяще нависая надо мной. Так близко, что я почувствовала запах мыла — Малфой видимо недавно принимал душ — как только он узнает, расплата будет хуже всего, что ты, можешь себе представить.              И Драко был чертовски прав.       — Проблема в том, Малфой, что узнавать нечего — вернула я ему интонацию, на что ответом мне было хмыканье       Он покинул мою комнату, в полном молчании, вернувший обратно свое душевное равновесие. Я же, получила раздрай и страх.       И ощущение, что сегодняшней ночью, меня будут мучать кошмары.              Блокнот нагрелся. Я достала его из-под подушки, всерьез обдумывая желание написать Фреду, что все кончено. Но сил у меня на это сейчас не было никаких.              Выполнял задание для Ордена. Гарри было… видение, он нам и сообщил об этом. Папу навестили, он не при смерти, вроде, но и ничего хорошего. Это была змея Темного Лорда. Какие-то новости будут позже, мы с Джорджем пока вынюхиваем все что можно, и надеемся, что папе помогут       Как у тебя там дела?              Я почесала пером бровь. Страхи мои только множились от этих новостей. Конечно же я не стала ему писать, что причина папиных несчастий сейчас сидит где-то неподалеку.              Какой ужас. Передай мои пожелания скорейшего выздоровления. Сочувствую вашему несчастью, и мысленно тебя обнимаю       Я в змеюшнике сейчас. Завтра утром бал, вечером домой. У отца тут какие-то дела, поэтому нам предложили немного погостить. Спросила про рождество с вами — отец ответил довольно резко, но думаю, что он нервничает из-за чего-то другого.       Тут уныло, благообразно и слишком чистокровно. Меня от этого тошнит. Хочу поскорее тебя, и вас всех увидеть.              Ответ теперь пришел довольно быстро              Я невероятно соскучился по тебе, а еще очень переживаю за отца. Прокляни там всех за меня, и пора бы тебе уже начинать возить с собой вредилки — бал с ними точно был бы веселее.       С удовольствием бы сейчас закрылся с тобой где-нибудь в одной из комнат, и показал бы наглядно, чем рыжие Гриффиндорцы лучше бледных слизеринцев.       Пойду дальше шпионить за местными обитателями. Хочу тебя, скучаю, жду встречи.              Я грустно улыбнулась от написанного, и прикрыла блокнот, уставившись в один из изумрудно-серебристых гобеленов. Нужно было определенно все это заканчивать, если я не хочу Фреду и его семье гибели. Драко прав — Волан-де-Морт просто влезет в мою голову, возьмет оттуда все что можно, и убьет их всех.       Скорее всего и меня тоже, но это будет потом, и вряд ли быстро. По законам чистокровных семей типа Малфоев, я была отвратительной грязной предательницей. Хуже только если бы я спала с грязнокровкой или магглом.       На какое-то мгновение, в моей голове пролетела совсем неприличная картина, где мы развлекаемся с Гермионой в выручай-комнате, слившись в страстном поцелуе. Все семейство Малфоев и Темный Лорд бы, узнай об этом, скорее всего закончились бы на разрыве сердца, попутно забрав нас с Грейнджер — Авадой.       Но, если вдруг я захочу экзотичную причину смерти, такая подходит намного больше, чем сопливая история Ромео и Джульетты, с Фредом и мной в главных ролях.              Как мы мертвые и истерзанные лежим где-то тут, в подвалах, тяня друг к другу руки, в последнем стремлении       Я резко мотнула головой, изгоняя страшную картину мертвого Фреда из своей головы.       Если ты этого не хочешь, то на Рождество порвешь с ним, деточка. — противный голос в голове наводил тоску, но был прав.       Я провалилась в сон кажется под утро, и чуть не проспала завтрак, которому что я что Драко спустились кажется одинаково не выспавшимися и замученными. Во всяком случае хмурый Малфой выглядел так, словно не спал всю ночь.       Наш вид заработал три хмурых взгляда, с переглядываниями за столом, а потом лица Нарциссы и Люциуса расслабились, словно они без слов оба пришли к какому-то заключению, которое их устраивало.       — Как спалось, Камия? — миссис Малфой участливо на меня смотрела, изящно орудуя ножом и вилкой в тарелке, нарезая омлет       — Я всегда не очень хорошо сплю на новом месте, Миссис Малфой — ответила я полуправду, отпивая кофе — откровенно говоря — не выспалась, и хотела бы узнать, насколько будет уместен дневной сон, чтобы не ударить в грязь лицом на балу.       — Уместен — кивнула Нарцисса — ничего страшного в этом нет.              После завтрака я поднялась к себе, чтобы принять душ — может полегчает. Не успела я туда зайти, как в комнату вошел отец, прикрывая за собой дверь, и под моим недоумевающим взглядом вешая заклинания.       — Папа? — я положила полотенце и свежее нижнее белье обратно на кровать, куда я их сложила буквально пару минут назад, активируя воду для набора бассейна.       — Я пришел тебе сказать, что скорая свадьба, которая объявлена на "только через пару-тройку лет", сейчас может вызвать много вопросов — сообщил мне он, вгоняя меня в крайнюю степень удивления. Я вообще не представляла к чему это он. — и поэтому, кажется настал момент рассказать тебе про противозачаточные зелья, потому что магией ты еще год пользоваться вне Хогвартса не можешь — и пока я смотрела на него во все глаза, пытаясь уловить смысл того, что он мне говорит, продолжил — Хотя заклинание тоже скажу, в Хогвартсе сможешь его применять. Мистер Малфой, скорее всего подкован в таких вопросах, я как-то не…       И наконец-то до меня дошло       — Фу, папа! Нет! — перебила я его, и видимо на моем лице отразилась такая гамма эмоций, что отец опешил.       Связано оно было больше с тем, что идея секса с Малфоем меня не прельщала, а не то что сам секс       — Драко зашел ко мне вечером, это правда, но только сообщил что слышал, что в доме есть особый гость — сказала я, вновь беря в руки полотенца и одежду — мы немного обсудили это и потом ушли спать каждый в свою комнату. Конечно же, я перенервничала, и долго не могла уснуть, а не то что ты подумал. Возможно, у Драко та же проблема со сном случилась       — Прости, Камия — смущенно сказал отец, поправляя галстук, который надел уже с самого утра, затем достал из внутреннего кармана склянку с чем-то голубоватым, и небольшой отрез пергамента, не больше половины ладони — но, в любом случае, раз уж заговорили, возьми. Мало ли… что — в конец смутившись закончил он, положил все это на стол и в полной тишине вышел.       Я покачала головой и удалилась наконец в ванну, приводить себя в хоть какой-то порядок.              После дневного сна моя голова немного прочистилась, и я уже относительно спокойная собиралась у себя в комнате. Внизу было чуть слышно гул голосов — прибывали гости.       Я последний раз посмотрела на себя в зеркало и осталась довольна. Миссис Малфой вышла от меня буквально пару минут назад, к моей молчаливой злости, тоже мягко намекнувшая, что наша скоропалительная свадьба вызовет ненужные сплетни, поэтому возьми, я позаботилась об этом вопросе и дала мне точную копию той склянки, что дал мне отец и рассказала, как пользоваться противозачаточным заклинанием. Все это было подано в достаточно спокойной, отстраненной манере, за которой чувствовалось что она никак не могла и помыслить, что до нее с тем же уже тут был мой отец.       Видимо, она считала, что раз у меня нет матери, то она имеет право вести со мной подобные разговоры. Я, изо всех сил сохраняя остатки воспитания, попыталась уверить ее что ничего не было, но кажется, мне не поверили.       Впрочем, за безэмоциональным выражением лица, до, во время, и после моих заверений, что-то прочитать было сложно.       Я финально пробежалась пальцами по изящной прическе, в которую мне вплели серебристую сеть с мелкими изумрудами, на предмет выбившихся волос (что было бесполезно, при учете что это была магическая укладка, которая не пострадает даже в ураган) разгладила несуществующие складки на платье, и дождавшись стука от Драко, вышла из комнаты, чтобы с ним под руку спуститься вниз.       Конечно же я не стала ему говорить о подозрениях наших родителей. Я вообще с ним говорить не хотела.              Сегодня прием был иной, чем в последний раз. Все были более сверкающими, нарядными и веселыми. Была слышна легкая музыка, по программе я помнила, что будут танцы. Вокруг царила атмосфера расслабленности.       Спасибо, что я родилась в светской чистокровной семье, и меня учили танцевать. В прошлом году, перед Святочным балом, я даже помогала Макгонагалл учить танцевать сокурсников. Моим партнером по танцам был Дин Томас, который потом меня на бал и пригласил, попытался потом неловко поцеловать, и на этом в общем-то все и закончилось.       — Мы с родителями собираемся на юг Франции до конца каникул — лениво сообщил мне Драко, с которым мы открывали танцевальную часть вечера, вместе с его родителями.       Вокруг степенно вальсировали другие пары, среди которых я краем глаза заметила отца, ведущего в танце худощавую блондинку в длинном бежевом платье, очень дорого расшитому камнями, которые сейчас переливались в свете       — Хорошо — ровно сообщила я — мы пока с отцом не решили, как проведем праздники. Точнее, он наверняка уже все решил, просто не успели обсудить. В прошлом году мы летали в Швейцарию, там совершенно изумительно украшают все к праздникам.       — Пару раз был. Там живут дальние родственники, действительно приятные места.       Светские разговоры. Как же я их ненавидела.       Дотанцевали дальше мы молча. Я смотрела куда-то в пространство, иногда на гостей и мне больше было интересно, с кем танцует отец, чем то, где отдыхали Малфои.       Да мне все было интереснее Малфоев, будем честны.              Домой мы прибыли за полночь. Папа успел выпить, и выглядел куда более добродушным, чем я видела его эти дни.        — Что за женщина, с которой ты не пропустил ни одного танца? — спросила я, ожидая пока домовики споро освободят и расчешут мои волосы.       Я устала, хотелось спать, но также, хотелось внести ясность в мои праздничные дни.       — Мелинда Рузвельт — ответил отец — прибыла сюда по делам из Америки, давняя знакомая отца Драко. Очень… приятная женщина.       — Надолго она?       — Точно до конца февраля — отец налил себе огневиски и сделал глоток, задумчиво глядя в пространство       — Понравилась? — я хитро посмотрела на отца. Давно мы с ним так просто не разговаривали. Кажется, вечность, с тех пор как между нами повисла история с Темным Лордом и моего принятия в Орден.       От таких разговоров мне становилось тепло, и страхи на какое-то время отходили в сторону.       Отец посмотрел на меня как-то очень снисходительно, но потом тепло улыбнулся и потрепал по освобожденной от украшений и прически голове.       — Понравилась, я даже позову ее на свидание в ближайшее время — откровенно поделился он, и мое сердце забилось чуть чаще.       — Ну, тогда ты просто обязан отпустить меня на Рождество к друзьям, чтобы я тут вам не мешала — с невинным видом сообщила я, нарочно не глядя на отца.       Он хмыкнул. Вздохнул, а потом расхохотался.       — Буду это расценивать как месть за утренний разговор — отсмеявшись сказал он, вытирая выступившие слезы, а затем его тон стал более серьезным — я с утра доставлю тебя на Гриммо 12, но очень прошу без глупостей.       — По рукам — сказала я, протягивая ему ладонь       Он хлопнул по ней, скрепляя наш уговор.       Ну, что ж. Мелинда Рузвельт. Без иронии — спасибо за отличные каникулы.