20.
25 июля 2021 г., 09:00
Здесь такая одна,
(Тебе кажется) *Аигел, Топи
Замираю над сопкой, над скалой отвесной —
Сиянье, вырезанное в ткани небесной.
*Аигел, Чудовище
Порлокская долина встретила меня пронизывающим ветром, и пасмурной погодой, но я все равно замерла от восхищения, глядя на горы, зелёное пространство, и реку, что текла по низу. В солнечный день, тут должно быть просто восхитительно. Я обернулась, и позади меня обнаружился огромный дом, практически замок, с небольшой крепостной стеной и огромными кованными воротами, ведущими куда-то внутрь. Стены дома были из камня, что уже давно местами покрылся мхом, сейчас зеленым. С моего места были видны арочные окна, где-то витражные, где-то обычные* Я обернулась еще раз на долину, пока что думать, не желая о том, как буду отсюда выбираться, поскольку из-за выходки Драко я не успела решить вопрос с возвращением. Если мне еще позволят вернуться, после такой-то выходки. Ворота открылись от прикосновения руки, видимо тут наличествовала магия большинства волшебных поместий, когда дом признавал хозяина и пускал тебя внутрь, при условии, что в тебе течёт нужная кровь. Во внутреннем дворе, на мой взгляд, было запущенно. За воротами оказалась огромная придомовая территория, засаженная деревьями, кустарниками и цветами, которые сейчас росли как попало, но не посягали на территорию широкой каменной дорожки, ведущей на возвышение, к парадным дверям дома, находящемся на скале, на возвышении, и словно выросшем из неё. Я пока не обходила дом, но мне казалось, что часть дома, возможно находится внутри каменной громады. Что ж, проверить мне никто не мешает. Железные створки беззвучно закрылись за моей спиной, а я начала восхождение. Когда я узнала про поместье, я честно думала, что это будет скромный дом, ну максимум что-то в стиле того, где сейчас живут все чистокровные семьи Англии — относительно небольшое поместье, а не целый, мать его, замок, величиной с треть Хогвартса. Хотя, в то время, когда мои предки тут обустраивались, понятие того каким должен быть дом было совершенно иным. Да и времена по большей части — неспокойные. Хороший дом должен был выдержать оборону, и если с магглами все было просто — скрыл дом и нет проблем, то от магов спасаться — только посредством другой магии, плотно заворачивающей в кокон родной дом. Я только поднялась на первую ступеньку, как двери сами собой распахнулись, являя на свет неприветливую, бледную худую и черноволосую женщину, лет сорока, а то и больше, в опрятном чёрном платье, на мой взгляд — слегка старомодном. Она выглядела так… словно я знала её всю жизнь, но что-то в моей голове не давало понять, совместить, узнать это лицо. — Чем обязаны? — поинтересовалась она вместо приветствия, а я как-то оробела, не ожидавшая вообще, что тут кто-то живет. — К-Камия Мэлфорд — представилась я, стараясь разглядеть женщину получше — дочь покойных Элизабет и Роджера Мэлфордов. Приехала посмотреть на наследство. Женщина окинула меня все ещё хмурым, но вроде бы более приветливым взглядом, и махнула мне, чтобы я проходила в дом. — Роджер тоже умер? — спросила она, пока я шла за незнакомкой по длинному коридору с арками, чьи каменные стены были увешаны движущимися портретами, а пол застелен темным ковром, что обеспечивало тепло. Вообще тут было теплее, чем ожидалось, видимо температура поддерживалась магически. Я все пыталась судорожно вспомнить, где же я видела эту женщину. А я точно её видела, только моложе… — Да. Недавно. Его убили. — ответила я, все ещё чувствуя боль от потери. — Кто? — женщина не останавливалась, пока мы не пришли в большой, довольно светлый зал, с видом на запущенный сад. Такие же арочные окна, посреди стоит стол красного дерева на двадцать персон. — Беллатриса Лестрейндж — ответила я — по согласию Люциуса Малфоя. Я была там. — Белла… — покачала головой незнакомка — кто бы мог подумать. — А вы, в общем-то, кто? — спросила я, ставя рюкзак на пол, рядом с ближайшим стулом, решившись уже задать вопрос напрямую — Мина Мэлфорд — представилась она — получается, твоя тетка, так как сестра Элизабет. Чай, кофе, надолго? И я осознала, откуда я её знала. Сестра моей матери… я никогда о ней не слышала, но готова была дать что угодно на отсечение, что они с мамой были похожи как две капли воды. Я редко смотрела на мамины портреты, чувствуя эхо боли от её отсутствия, сожаление, горечь отца. Ее сестра была явно не из тех женщин, которые любят тратить время на пустые расшаркивания, тем более что я ее родня. Мне импонировал этот подход, но оставалось ещё одно важное дело, прежде чем я приступлю к знакомству с семьей. Нужно было послать сову Нарциссе, что со мной все в порядке. — Кофе, я не завтракала. — я решила говорить в той же деловой манере — планирую не больше чем на две-три недели, а может даже меньше. Мина кивнула, взмахнула рукой, к чему-то прислушалась и кивнула ещё раз. — Домовики скоро приготовят завтрак, я к слову тоже ещё не ела — она села напротив меня, подперев подбородок и с интересом разглядывая. — Похожа — вынесла она наконец вердикт — видна порода, как ни крути. Помолвлена? — Да, с Малфоем — кивнула я, расслабляясь. Мина наморщила лоб, словно что-то подсчитывала. — Либо он для тебя староват, и отсюда вопрос, что случилось с Цисси, либо у них родился сын. Я тут в горах вообще отстала от жизни, и не знаю, как у вас дела в остальной Англии — она по-доброму улыбнулась, видно расслабилась. Я улыбнулась в ответ, так же рассматривая свою тётю, о которой даже не ведала до этого дня. Невероятно красивая женщина — Цисси, это видно, Нарцисса? — я дождалась утвердительного кивка — жива, здорова. Я с ней виделась вчера вечером. После смерти отца, она взяла на меня временную опеку, и я живу у них. Люциус в Азкабане — я кривовато усмехнулась — схвачен за нападение на Министерство магии. Да, у них есть сын, Драко. Мина удовлетворенно кивнула, откидываясь на стуле. Она, как я уже упомянула, была худой, черноволосой, и все же выглядела моложе, чем мне показалось, хотя на деле, должна была быть старше. Сейчас, в свете солнца я бы дала ей не больше тридцати или тридцати пяти лет. На мой вкус, чуть тонковатые губы, высокие скулы, внимательные глаза глубокого зелёного цвета. Волосы чуть уже тронула седина, но скорее — тут сверкнёт, там покажется. В остальном, у неё были густые прямые волосы, что сейчас были свободно распущены по плечам и доходили до тонкой талии. — Послушала меня, хорошо. Не безнадежная — сказала моя тетка, побарабанив пальцами по столу. — В чем послушала? — не поняла я — Дала сыну сильное имя. — ответили мне — назвала бы иначе, потеряла бы. Род Блэков, как и род Малфоев значительно ослабел, за счёт того, что они размножаются в основном внутри малого количества семей. В отличие от нас, Мэлфордов, и остальных умных людей, которые понимают, что чистота крови — это пол дела. — Но мы же тоже только с чистокровными женимся — нахмурилась я Мина кивнула — Верно. Но не только из Англии, и вообще стараемся избегать помойки, в виде священных двадцати восьми — последнее было произнесено с издевкой — Цисси и Лилбет очень сблизились во время учёбы в Хогвартсе, и только поэтому ты выходишь замуж за Малфоя, а не за кого-то покрепче кровью. — А вы где учились? — спросила я, желая хотя бы временно отойти от темы моего замужества. Я сюда приехала про семью узнавать, а не обсуждать тех, от кого по факту сбежала. — В Дурмстранге. И давай на ты. — Ого — ответила я — мы думали, что туда девочек не набирают. Мина искренне, громко рассмеялась, обнажив небольшие белые крепкие зубы, среди которых как-то сильно выделялись клыки, но ее это не портило. Хотя впечатление создавалось жутковатое, предавая её лицу хищное выражение. Впрочем, Мина улыбалась в остальное время только губами, и странность была заметна только когда она так хохотала. — Принимают — отсмеявшись сказала она — не всех, правда, а кто имеет предрасположенность к определенным видам магии. Но девочек там прилично, как из Англии, хоть и в меньшей степени, так и из всей Европы, наиболее одарённые. Невероятно. Я тут могла наконец выяснить из первых уст подробности про мрачную школу, о которой ходили самые противоречивые слухи. На четвёртом курсе, у меня не хватило смелости поговорить ни с кем из тех мальчишек, которые приехали оттуда болеть за Крама. Очень уж они были внушительные и мрачные. — Так, а какие у вас там факультеты? Что за магию изучаете? Какие дисциплины? Где находится — забросала я вопросами тетку, чувствуя жадное желание узнать побольше. Тем временем, перед нами появился завтрак — омлет с овощами, два тоста с сыром, кофе с молоком. Мина с улыбкой покачала головой, беря приборы. — Накинулась ты конечно на меня знатно. Что ж. Находится школа в районе Кольского полуострова, где это не спрашивай — я тебе потом карту мира покажу. Могу сказать, что там жутко холодно. Изучали в основном боевую магию, ну и по мелочи — зельеварение как у вас, животных, в квиддич играли. Деления по факультетам у нас и не было, деление по курсам, от младших к старшим. К последним курсам разделялись уже на конкретные направления что были интересны, кто доучился. Я зацепилась за последнее — А что… не доживали? Мина рассмеялась второй уже раз. — Вот вас там напугали — покачала она головой, вытирая выступившие слезы — нет, просто учеба сложная, не все выдерживают. Уходят из школы, кто куда. Кто на дому доучивается, кто в другие заведения переходят. Хогвартс на самом деле не очень любят, за некое ханжество в отношении дисциплин. Не так страшна темная магия, как идиот, использующий ее, не зная и не понимая. Я почувствовала обиду за свою альма-матер, но вслух ничего не сказала — слушать было интересно. Царапнуло небрежное отношение к темной магии, и слова Мины вряд ли бы понравились работниками министерства, но с другой стороны — она живет тут, в глуши, занимается своими делами, и скорее всего никакого вреда не несет. Мина за завтраком, ловко управляясь с едой, рассказала мне несколько историй про школьные годы, и когда мы уже перешли к кофе, я вспомнила, что все ещё нужно предупредить Нарциссу. -Мина, у вас… у тебя есть совы? Мне нужно предупредить миссис Малфой, что я добралась и со мной все хорошо. На это моя тетка улыбнулась. — Да зачем совы, сова лететь будет слишком долго. я сейчас через один из портретов сообщу. Она вышла из кухни, оставив меня одну. Движимая неким невероятно глупым, в том числе, порывом, я достала блокнот из сумки, с легкой досадой на дне души отметила, что он все еще пустой и холодный, и написала в него: Если захочешь поговорить, я в Сомерсете, в районе Порлокской долины, в семейном поместье Мэлфордов. Две-три недели буду тут. Вопреки обыкновению, написанное не исчезло, оставшись на странице. Я нахмурилась, касаясь букв, в надежде, что вот сейчас, они возможно рассосутся. Видимо, магия блокнота дала сбой. — Путевой дневник? — спросила Мина, возвращаясь обратно и снова садясь, напротив. Тетка вызывала у меня безотчетное доверие, поэтому я ответила честно: — Нет, связь с другом. Мы с ним недавно… поругались, я решила сообщить, что ему есть где меня найти и поговорить. — И подозреваю, что Цисси о наличии этого друга, знать не обязательно? — добродушно спросила женщина, на что получила утвердительный кивок от меня. — Ни ей, ни её сыну, ни кому-либо близкому ко мне и семье Малфоев — мрачно ответила я. — Одна проблема, блокнот видимо сломался, и сообщение не отправляется. Это был экспериментальный образец, который он сделал еще в школе, и предупредил, что могут быть… проблемы. — Давай посмотрю. Сама развлекалась в школе с подругой чем-то подобным. Магия эта действительно не слишком стабильна, только поэтому до сих пор маги пользуются письмами, портретами, каминами и Патронусами. — Сообщение можно передать через Патронуса? — удивилась я, протягивая Мине дневник — Если ты достаточно сильный маг — кивнула Мина, хмурясь, водя пальцами по блокноту. По нему пару раз пробегали синеватые искры. — Вы пользуетесь невербальной магией? — это был больше вопрос, чем утверждение. — Как ты видела, у нас в школе в основном пользуются посохами — женщина отложила блокнот в сторону, глядя на меня с долей сочувствия — а постоянно таскать с собой эту штуку — намучаешься. Поэтому — да, у меня есть конечно палочка, и не только, но невербальная магия, признак действительно сильного мага, не занимает рук и можно развернуться. К слову, связь со вторым объектом связи — разорвана. — В каком смысле? — нахмурилась я — нарушения в заклинании? — Или второй блокнот уничтожен — кивнула женщина. А мне стало очень грустно. — Что у вас случилось? — Мина протянула мне две руки ладонями вверх, и я положила туда свои руки. То, что она воспользуется Окклюменцией, никак не было ожидаемо, я подобралась, привычно восстанавливая в голове сцену похорон отца, не желая пускать ее дальше, но воздействие Мины было таким мягким и бережным, в отличие от того, что было обычно со Снейпом и Темным лордом, что я не смогла долго держаться, привычная к беспардонному вторжению, при котором я привычно выставляла щиты. Мина вползла в мою голову туманом, разыскивая любые щели и бреши в моей броне, и в конце концов бастионы пали. Она вытащила из моей головы все. Обратно в реальность я вернулась с тошнотой и ознобом, несмотря на то, что она действительно копалась мягко и бережно, ни в одном из ощущений, не заходя слишком далеко, но передо мной уже стояла кружка горячего крепкого чая и вазочка с черным шоколадом. Я молча убрала руки, взяла кусочек и начала механически пережёвывать, глядя на горы за окном. — Покажи руку — мягко попросила она, и я мотнула головой. — Я под обетом — сказала я, отпивая чай. Глаза Мины тут же метнулись на мою руку, на которой была метка. — Мордред и Моргана! — потрясённо выдохнула она — да они там вообще с ума посходили?! Ты же ещё ребёнок! Мина встала со своего места, обогнула стол, и села рядом со мной, заглядывая в глаза с болью и сочувствием. Она накрыла мою руку своей, с тонкими пальцами и длинными ухоженными ногтями, чуть заострёнными на кончиках. Кожа у неё была прохладная, нежная. — Я ничего не могу вам рассказать, я дала непреложный обет. Даже два — упреждая все вопросы родственницы сказала я — что будет дальше — неизвестно, и я надеюсь, что ничего, за что мне потом будет стыдно или больно. На кухне повисло молчание. Затем, Мина заговорила, тщательно подбирая слова. — Что бы там ни было, тебе тут всегда двери открыты. Вне зависимости от того, что ты будешь вынуждена сделать. Я вижу, что ты хорошая девушка, которая вырастет в отличную женщину, в конце концов заведёт семью и будет счастлива. Сейчас — грядёт война, а на войне, к сожалению, все что-то теряют. Главное — держись за свою человечность. — она сжала пальцы, утешая меня, и затем обняла. От Мины пахло цветами и травами, запах который ожидаешь ощутить от деревенской травницы, а не от хозяйки замка. И этот запах окутал меня уютом семьи, от которого в носу защипало. Какое-то далекое забытое чувство материнских объятий, которых мне так не хватало всю жизнь. — Расскажите мне о себе — попросила я, отстранившись, пока совсем не расклеилась. — я про вас даже не слышала ни разу. Мина хмыкнула. — Не удивительно — чуть сварливо сказала она — мы с сестрой не очень-то и ладили. Виделись только летом, разные школы, разные интересы. А на её свадьбе — вообще поругались. — Почему? — спросила я — У меня есть дар. Отчасти врожденный, отчасти развитый в Дурмстранге, и набравший силу в уже зрелом возрасте. Я вижу будущее, но не как эти ясновидящие, изрекают свои пафосные пророчества, а как обыденное логическое продолжение жизни, в ключевых моментах. И вижу, как его можно поменять, в тех случаях, когда его можно поменять. К сожалению, твоя мама выбрала не того мужчину в мужья, и получила тот итог, о котором я её предупреждала. Я нахмурилась слушая. Вопросов меньше не стало, наоборот, только больше. Ох чую, я неделей тут не отделаюсь. — Дело в том, что кровь Долгоффов была проклята в незапамятные времена, их род должен был прерваться. Долгое время они с этим боролись, многие погибали, принимая на себя проклятие. Как это случилось с твоей мамой. Смена фамилии сути не решила, потому что проклята была именно кровь, а не род. я ей это сообщила в день свадьбы, отдельно отметив что есть ещё время передумать и сохранить себе жизнь, но она, глупая, решила, что ей под силу все, выгнала меня, побаловалась с магией оттягивающей проклятия, и умерла после родов, о чем я её тоже предупреждала. Я иногда, как та Кассандра, что является с вестями, которые никто не хочет слышать, и ее отовсюду выгоняют. — А я? — не могла не спросить я — я теперь тоже проклята, потому что ношу кровь отца? Мина покачала головой. — Нет. Кровь Мэлфордов сильнее, я не вижу на тебе никаких проклятий, кроме одного, не в известном смысле — она коснулась пальцами места, где рукава блейзера скрывали метку — но это временно. Ты пройдёшь свой путь, и если сделаешь все по совести, то будешь счастлива. Я хотела у неё спросить, а что меня вообще ждёт, но решила отложить это напоследок, перед тем как отбыть отсюда дальше. — А откуда вообще пошли Мэлфорды? Я насколько знаю, из Шотландии? Мина с улыбкой вздохнула и откинулась на стуле, отбрасывая волосы за спину. — Ну что ж, расскажу тебе так, как мне рассказывала бабушка, а ей рассказывала её бабушка и так — до самых корней великого дерева, что держат наш мир — подмигнула мне женщина, и я почувствовала восторг до мурашек, в предвкушении сказки (а сказки ли?) — В давние-давние времена, пока земля была единой и не раздиралась бесчисленными делёжками, существовал единый народ — Туата Де Дананн, что сейчас зовётся так только в Ирландии, а в иных местах — Сиды, Сидхе, Ши, Фейри. Феи. Народ тот жил в долинах и холмах, людям старался не досаждать (разве что настроение было шаловливое) и жили они вечно. Пока не уставали. И была в том народе девушка, что влюбилась однажды в человеческого мужа, и легла с ним. Они поженились, у них родились дети — так к людям пришла магия. Так говорят в нашей семье. Правда ли вымысел — кто знает. Шли годы, мужчина старел да хирел, а жена его оставалась столь же прекрасной, что и в первый день встречи. Муж её вскоре умер. Вскоре — по эльфийским меркам, конечно же, и она, оставив своих, уже взрослых детей, коих родила немало, а они в свою очередь родили внуков, ушла обратно в вечнозелёные холмы, дав им имя клана — Драммонд. Драммонды жили честно и мирно, ширя свои владения, существуя веками. Первенцы рода жили неприлично долгое время по людским меркам, и были сильны, и магически одарены больше, чем последующие. Женясь с другими кланами и потихоньку теряя магию, ибо она растворялась в людях. Но, спустя долгие сотни лет, когда магия практически из рода ушла, оставив только мелкие бытовые чудеса, родилась в клане, необыкновенно сильная волшебница. Женщина, что родила её, сказала, что в ночь перед родами, пришла к ней необыкновенной красоты печальная дева, коснулась живота и сказала, что дочь её должна будет покинуть эти земли и сменить род, чтобы нести дальше силу великой крови, что проистекает от самих Туата Де Дананн. Шли годы, Фенелла Драммонд и правда, достигнув возраста шестнадцати лет покинула отчий дом, как, то велело ей совершить предназначение и прибыла в Нортумбрию, где в день же прибытия без памяти влюбилась в Томаса Мэлфорда, молодого человека, с приличным наделом. А поскольку сама она была принцессой клана и имела внушительное приданное, то на свадьбу явился весь клан, и одарил чету сверх меры, оплакивая покидающую их любимую дочь, попутно взяв клятву, что до скончания времён они обяжут старших детей рода нести родовую фамилию сквозь века, не давая прерваться великой силе Туата Де Дананн, заключая браки только с волшебниками. Томас Мэлфорд, помимо того, что был красавцем и по местным меркам — богачом, был ещё и волшебником отличной силы. Вроде как, тоже ведущим свой род от магического народца. Когда-то давно, Туата Де Дананн свободно ходили среди людей, не давая себе запрета на чувства с ними. Так и зажили они, Томас да Фенелла, в радости, счастье и любви. Нарожали большое количество детей, старший сын женился на волшебнице, их старшая дочь тоже вышла замуж за волшебника, и подбирались они всегда из сильных, крепких родов, где мужчины и женщины выделялись своей красотой и волшебной силой, ибо как гласило предание — только такие отпрыски, были потомками великого народа Дану. Фенелла и Томас отстроили этот замок, позже им помогали дети, и хочу сказать тебе, что замок этот был высечен целиком из скалы магией, а где-то и мягкими руками нашей пра пра пра. Шли дни, года, века. Фенеллы с Томасом уж давно нет в живых, но их заветы живут в нас, вместе с кровью, которая пока не хочет ослабевать. Слабых магов у нас в роду нет. Ленивые — да, были. Кто не хотел множить силы. Но потенциал всегда был, есть он и в тебе, и я думаю, что при должном упорстве, ты можешь стать очень сильной волшебницей, умеющей не на много меньше величайших магов времен. Мина замолчала, глядя в даль затуманенными глазами, все ещё погружённая в свою сказку. А я задумалась сразу о нескольких вещах. Во-первых, конечно забавно было бы оказаться потомком древних эльфов. Во-вторых, я считалась у себя старшей рода, и была точно уверена, что Малфои никогда в жизни не пойдут на то, чтобы их сын сменил фамилию. Кажется, организовался случай, отмазаться от свадьбы, что не могло не воодушевлять. — Значит, я обязана уговорить будущего мужа сменить фамилию? Правильно? — озвучила я свои соображения И была награждена довольно снисходительным взглядом. — Камия. Начнём с того, что я постарше тебя буду — с улыбкой сказала Мина — по правилам, когда родня погибает, старшинство наследуется по крови и возрасту. Я твоя родная тетка, твоя личная ветка прервалась при смерти Лилбет, значит я автоматически становлюсь старшей, так как до этого старшей была она. Если я умру — то старшим рода станет мой сын, который старше тебя на два года, а в случае его смерти уже — ты. — У вас есть сын, старше меня на два года, но вы младше моей матери… — я пыталась подсчитать цифры, которых я не знала. — Не заморачивайся. Мы с Лилбет — близнецы — хмыкнула тетка — просто в Дурмстранге очень… горячие парни, перед которыми сложно устоять. Мой супруг сменил фамилию, как только я узнала о смерти твоей матери. Я мотнула головой, окончательно запутавшись в сложностях наследования фамилии, и Мина вздохнула. — Так тоже бывает, я тебе в принципе все объяснила про наследование старшинства. Если мы с сыном погибнем, не оставив наследников, то твой супруг должен сменить фамилию, ну или же вы должны будете развестись, а ты найти себе нового мужа, который согласится на эти условия, или же твой старший ребёнок должен будет продолжить цепочку. — А если, каждый останется при своей фамилии? — не смогла не спросить я — оставить фамилии каждый своей семьи? — То, старший ребёнок обязан быть Мэлфордом — твёрдо сказала тетка. На это тоже никто не пойдёт — подумала я — чистокровные слишком пекутся о наследниках. Но пока жива Мина, я вольная выбирать. К сожалению вариант, избежать свадьбы с Малфоем из-за строгих семейных правил растворился, так и не успев осуществиться. — А где ваши сын и муж? — спросила я — Сын на каникулы уехал к невесте, в Швецию. Тодор где-то в России с дипломатической миссией к шаманам. Раз уж они не хотят присоединяться к магическому сообществу там, может согласятся примкнуть к Британскому. У них там сейчас вся страна кувырком идёт, несколько союзных стран решили отсоединиться и стать независимыми, на фоне этого начали открываться интересные перспективы. Мне в прочем, разве что немного любопытно, а в остальном — я больше люблю быть тут, и гулять в долине. Мы с тобой как-то уж совсем заболтались, а я даже не показала тебе семейное гнездо — Мина встала, протягивая мне руку, которую я взяла, позволяя увлечь за собой. Если снаружи сад был запущен, то внутри — чистота и аккуратность. Кое-где лежали ковры и дорожки, кое-где лежала красивая мозаичная плитка. И я даже терялась куда смотреть — на пол под ноги, чтобы рассмотреть рисунок, на стены с портретами, или же на потолок, куда со стен вырастали нарисованные деревья, давая ощущение крон, переплетшихся наверху. Я подошла к одному такому дереву, не удержавшись коснулась и ахнула, ощутив под пальцами кору. — Бабушка говорила, что это Фенелла их рисовала — сказала Мина, стоящая рядом — вечерами можно услышать, как шуршат листья наверху. — Прости за глупый вопрос, но зачем селиться в горах, если ты любишь лес? — спросила я, крутя головой. — Я тебе чуть позже покажу, Фенелла любила одинаково и то, и то. Осмотр замка занял приличное количество времени. Тут была огромная кухня, которую обслуживал небольшой штат домовиков, в семейной столовой мы уже были, имелась ещё и гостевая столовая — с неподъёмным столом красного дерева, огромным канделябром над ним. Конечно же — библиотека, и книги там были на давно забытых языках, или тех, что я не знала. Несколько замеченных мной трудов на английском, были из списка запрещённых. Кажется, в этом доме не чурались тёмной магии, но о выпускниках Дурмстранга рассказывали и не такое. В конце концов, мне ли их осуждать? Комнату я выбрала с видом на долину. В ней был открытый неостекленный полукруглый балкон, на котором скорее всего будет очень здорово встречать закаты и рассветы, и любоваться на звёзды. Комната выходила на сторону сада и ворот, и находилась на головокружительной высоте. Почетное место в комнате занимала огромная старинная кровать с подголовником, стоящая на каменном подиуме, и застеленная толстыми одеялами и шкурами. — Тут бывает очень холодно по ночам — пояснила Мина на мой вопрос о целесообразности шкур, если замок греется магией — а чары довольно старые, и, если честно, я не очень хочу их подновлять. Обнимать мужа холодной ночью под тёплым одеялом, очень романтично, знаете ли — она мне подмигнула, вызвав ответную улыбку, с легким смущением. Против воли, я очень хорошо представила, как бы тут было здорово с Фредом. Лежать обнявшись, обсуждать планы на магазин и будущее… Я заставила себя перестать об этом думать, оставила тут свой рюкзак с вещами, и мы пошли дальше. Портреты, что были на стенах, были конечно же живыми и изображали всех родственников, которые были до. Я поняла слова Мины про породу, потому что определенное сходство было видно невооруженным взглядом — все, как один, с черными как смоль волосами и бледной кожей. Похожие черты лица, тонкокостность. Все женщины на портретах — с распущенными волосами, в простых легких платьях, чаще цвета сочной темной травы или осеннего леса, иногда — в белых, и вопреки распространенной моде — не в напряженных позах, а на фоне горного пейзажа, который был виден из окон замка, в зимнем, весеннем, летнем или осеннем оформлении, сидя на балкончике на стуле, или же на перилах. Моей маме тут тоже конечно же нашлось место. На своей картине, она сидела под огромным раскидистым деревом, видимо где-то внизу, в саду, в белом платье на манер старинных английских, времен волшебника Мерлина, и читала книгу. Я некоторое время стояла, глядя на картину от которой веяло спокойствием, и пошла дальше, с легкой светлой грустью на душе. В середине дня подали обед, а я уже чувствовала, что устала и хочу спать, после длинной экскурсии, многих разговоров. Мина сообщила мне, что Нарцисса просила передать, что заберёт меня через три недели, если не понадобиться раньше, и очень недовольна тем, что я так сбежала. Если бы я не сбежала, то сейчас была бы в очень напряженной атмосфере. За обедом, тетка с хитрым выражением лица выложила четыре колдографии на стол, среди которых я с удивлением увидела Виктора Крама. Остальные парни мне были неизвестны, но чего греха таить — очень хороши собой. — И что это? — спросила я, полнимая глаза на женщину. — Твои гипотетические женихи, если бы ты не была договорена с Малфоями — Мина закусила губу — на случай… непредвиденных обстоятельств, мы все же отобрали с мужем давным-давно запасные варианты, среди семей с уже родившимися мальчиками. Если бы Драко не выжил по каким-то причинам, мы бы все равно с тобой познакомились. — А у меня вообще есть варианты выйти замуж по любви? — раздраженно спросила я — тем более, что вот уж Крам вряд ли согласится поменять фамилию, потому что все знают Виктора Крама, но никто не будет знать Виктора Мэлфорда. Хотя звучит красиво, чего уж таить. Мина покачала головой. — Дорогая, ты немного не понимаешь масштабов. Начнём хотя бы с того, что он зарабатывает конечно хорошо, но и ты не знаешь, что за активы у нас в семье — женщина убрала фотографии со стола — смена фамилии ничто, в сравнении с тем, что он бы получил. — Замок? — пожала я плечами — библиотека с книгами, которые он вряд ли сможет прочитать? — Ну, Виктор то как выпускник той же школы что и я точно сможет прочитать книги в нашей библиотеке — кривовато улыбнулась Мина — и те крохи, что на счету твоего отца в Гринготтсе, поверь — капля в море. Мэлфорды жили веками и копили своё богатство. Я побарабанила пальцами по столешнице, все ещё плохо представляя дела своей семьи, частью которой я являлась, и честно — мне это нравилось все меньше. Слишком много загадок, с которыми я не уверена, что хотела бы разбираться. — А что с остальными Драммондами? — резко поменяла я тему — клан еще жив? Мина посмотрела на меня с легким осуждением, видно недовольная тем, что я не хочу обсуждать с ней свое текущее положение дел, но что поделать, сменила тему вслед за мной. — Да, они существуют. Достаточно могущественный клан… для маглов. Магии у них не осталось, история с Фенеллой теперь их легенда. Живут себе в Шотландии, занимаются своими делами и знать ничего не знают про магию — сухо сказала она мне. До ужина я ушла с Миной в библиотеку, где мы перебирали книги, которые могут быть мне полезны, на время моего пребывания. Она вручила мне толстенный том теории невербальной магии, сказав, что мы будем ей заниматься. — До совершеннолетия я не имею права колдовать вне стен Хогвартса — покачала я головой, на что Мина лишь загадочно улыбнулась. — Девочка моя, поверь мне, пока ты тут, никто оттуда ничего не узнает — сказала она — в подвале есть комната, зачарованная от подобной слежки, как раз для практики. Бабушка заколдовала ее, когда я была маленькой, чтобы начать меня тренировать перед поступлением в Дурмстранг, чтобы я не прибыла туда совсем уж безрукой, и продолжала заниматься со мной на каникулах. Контроль за несанкционированным колдовством существует по всей Англии, чтобы ты понимала, а не только за теми, кто учиться в Хогвартсе. Это были очень хорошие новости, потому что подтянуть магию я бы не отказалась совершенно. В первую ночь тут, я спала как убитая, в первый раз за все время уснув сразу, как моя голова коснулась подушки. Возможно, этому способствовал травяной настой, который мы пили перед сном вместо чая. На следующее утро, за завтраком я получила совой свои результаты экзаменовСТАНДАРТЫ ОБУЧЕНИЯ ВОЛШЕБСТВУ
РЕЗУЛЬТАТЫ ЭКЗАМЕНОВ
Проходные баллы: Превосходно (П) Выше ожидаемого (В) Удовлетворительно (У) Непроходные баллы: Слабо © Отвратительно (О) Тролль (Т)КАМИЯ МОРНА МЭЛФОРД ПОЛУЧИЛА СЛЕДУЮЩИЕ ОЦЕНКИ:
Астрономия………………….В Уход за магическими существами… В Заклинания………………….П Защита от Темных искусств…….В Прорицания………………….У Травология………………….П История магии……………….У Зельеварение…………………П Трансфигурация……………….П Мина, заглянув мне через плечо удовлетворенно кивнула. — Неплохие результаты, но уже вижу, что нужно подтянуть. Ты куда после школы собираешься? — Министерство, в Аврорат — прозвучало это тоскливо, потому что я была совершенно не уверена, что получится. Мина на меня смотрела с непроницаемым выражением лица, потом улыбнулась. — Неожиданный выбор с учетом… — она махнула рукой, обозначая это мистическое «с учетом» — но, в любом случае, не худший выбор, хотя я бы тебе рекомендовала смотреть в другие области, более… статусные. Возможно, даже, не в Англии. — Я хочу бороться потом с тем, чем сейчас по сути должна заниматься — хмуро сказала я — надеюсь, после всего, будет достаточным аргументом, что я была на стороне Ордена, в столь юном возрасте. Мина грустно улыбнулась, беря меня за руку. — Камия, я очень надеюсь, что тебе не придется столкнуться с грязной стороной довольно жестокого взрослого мира, чем бы все это не закончилось для тебя. Мы с мужем постараемся тебе помочь в любом случае, семью у нас бросать не принято. Я с благодарностью сжала ее пальцы, и снова решила сменить тему. — Мина, мое второе имя… — Да, что-то значит — кивнула женщина — тоже одна из довольно старых традиций, давать старые Шотландские имена, чтобы не забывать откуда мы пришли. Твое имя — значит «любимая». Мое второе имя — Логан, что означает «пустота» или «неизменность». Очень иронично, с учетом моего дара. Мина Логан Мэлфорд. Звучало красиво — А у твоего сына? — полюбопытствовала я — Мартин Алан Мэлфорд. Алан — значит «щедрый». Своего рода, вторые имена как оберег, но глядя на тебя я не уверена, что это работает. — А… у мамы? — Мы не называем вторые имена ушедших — покачала головой Мина, откидываясь на стуле — считается, что так мы их можем призвать случайно обратно, а я очень надеюсь, что Лилбет обрела там покой, и быть может тоже ушла в холмы. — В холмы? — нахмурилась я — Да, по поверьям, все из рода ранее Драммондов, а теперь Мэлфордов, кто обладает силой, не умирают, а уходят к Туата Де Дананн, чтобы среди Ши резвиться в вечно зеленых холмах. Я очень уважаю старинные легенды нашей семьи, но из этого народа уже никого давно не видели. А вот тело своей бабушки после смерти — вполне. Думаю, что если вскрыть наш склеп, то она будет там лежать себе спокойно. — А Вейлы? — Не имеют к нам практически никакого отношения — твердо ответила Мина — только как часть волшебного народа. Я кивнула, удовлетворенная ответом. — А моя бабушка, Ваша с мамой… — Жива — кивнула Мина — сейчас путешествует, вернется, наверное, в следующем году. У нее друзья в Болгарии, у многих женятся внуки, поэтому она там надолго. Сразу отвечая на следующий вопрос –, дедушка умер, изучал проклятый амулет, не учел что-то в защитной формуле. Его с нами нет лет десять. После завтрака мы пошли с Миной в подвал, о котором она вчера говорила. Я честно еще не касалась книги о невербальной магии, о чем и сообщила, но тетка на это пожала плечами. — Я скептически отношусь к теории магии, но в той книге которую я тебе дала, есть много полезных советов, как освоить ее побыстрее. Подвал внизу, был оборудованным для магии местом. Стены и пол были обиты чем-то мягким, видимо, чтобы минимизировать риск травм. — Мы сюда в последствии будем приносить то, что понадобится для практики, но сейчас начнем, пожалуй, с самого на мой взгляд простого. Мина прошлась передо мной взад-вперед, а затем села на пол, похлопав перед собой, чтобы я тоже присела. — Итак. Перво-наперво, помни, что невербальные заклинания сильно слабее вербальных — сказала она — вопреки тому, что тебе могло показаться. Я тебе говорила, что это признак сильного волшебника, но только в том характере, что для таких заклинаний очень важно несколько вещей — полное спокойствие и сосредоточенность, и четкое понимание конечной цели заклинания. Это помимо того, что ты должна еще и мысленно произнести формулу. — Зачем тогда такие сложности, если с палочкой все равно — лучше? — Ну начнем хотя бы с того, что проводником магии может быть в принципе любой предмет, с достаточным количеством определенных магических компонентов внутри, как то: перо феникса, жила дракона, волос Вейлы и тому подобное, внутри волшебных палочек. Это может быть посох, с тем же принципом сердцевины, конечно же более дорогой и трудоемкий в производстве, или же кольцо с камнем, определённые из которых так же являются проводниками — она продемонстрировала мне довольно крупный толстый перстень, с тяжелым черным камнем — это черный агат. — А мне можно кольцо? — спросила я, разглядывая его с любопытством. Идея, где я не машу волшебной палочкой казалась мне заманчивой. Мина мимолётно улыбнулась. — Есть один мастер, в России, который занимается созданием подобных колец. Вот когда освоишь магию в должной мере, хотя бы палочкой и невербальную, можно будет задуматься и о кольце. Но, во-первых, это дорого, во-вторых тоже есть свои нюансы в колдовстве, а в-третьих — тебе нужно будет уехать туда достаточно надолго, пока подбирается нужный камень, металл, и идет изготовление. Это все же персональная магия, требующая колоссальных сил и времени. Но об этом позже, сейчас вернемся к невербальной. Я кивнула, все еще заинтересованная кольцом, но понимая резоны, выставленные Миной. — Так вот. Сложности это или нет, но невербальная магия хороший помощник, когда действовать нужно скрытно. Так же, при хорошем уровне мастерства, можно работать и проводником, в твоем случае — палочкой, и невербальными заклинаниями, но ты должна осознавать, что это уже уровень концентрации, до которого идут годами. Не пытайся сразу овладеть этим искусством. Начнем мы с заклинания Левикорпус. Мина встала передо мной, я последовала за ней. Мгновение, и я уже вишу, подвешенная за лодыжку, даже не понимая, что произошло, затем меня аккуратно опустили обратно на маты. — Теперь ты. Четко представляешь конечный результат, мысленно воспроизводишь формулу Конечно же, в этот день у меня ничего не вышло. Но мое расстроенное выражение лица, Мина сказала, что очень хорошим результатом будет, если я освоюсь с ним хотя бы день на третий, но после обеда я снова попросила заняться со мной, и мы отправились вниз. Наши с теткой занятия очень разбавляли дни, и помогали мне отвлечься от всего, чем я и пользовалась. Я не хотела думать о Фреде, который видимо уничтожил наше единственное тайное средство связи. Я не хотела думать о Малфое, с которым мне было объективно сложно. Я не хотела думать о том, сказал ли Фред кому еще о метке Я не хотела думать, практикует ли моя тетя Темную Магию. Возможно, последнее было верхом инфантильности, с учетом того, чем я планировала зарабатывать после того как окончу школу, но сейчас, все это волновало меня в последнюю очередь. Мне нравилась Мина, нравились наши разговоры про семью, ее историю, кто чем занимался. После смерти отца, я снова чувствовала себя в семье, и мне это нравилось. Странности за Миной я все же подмечала, иногда, после того как она касалась меня, она мрачнела, но наотрез отказывалась говорить хоть что-то. — Когда умерла моя сестра, твоя мать, я зареклась предсказывать родным — неизменно отвечала она — это твой путь и твоя жизнь. Ты мне нравишься, и я хочу, чтобы ты шла по своему пути сама. Тем более, тебе уже напредсказывали Да, я рассказала ей про предсказание Трелони. Мина тогда просто сухо кивнула головой, но комментировать не стала, снова сказав, что свой путь знаю только я сама. На четвертый день Левикорпус мне поддался, и от неожиданности я уронила Мину, которая смеясь сумела выровняться в воздухе, опуститься на обе ноги, и сказала, что все в порядке. Нужно закрепить результат, а потом пойти отпраздновать. Помимо невербальной магии, когда я уставала и злилась, мы заново повторяли программу пятого курса и немного шестого, чтобы у меня не пропадало желание учиться. Прошла первая неделя в замке, в которую я отлично спала, много смеялась и начала себя чувствовать сильно уверенней. Мина так же мне помогла разобраться в себе, в один из вечеров, когда я не выдержала и за чашкой горячего вина со специями (вечер выдался холодный, с океана пришел ветер с дождем) рассказала про Фреда, про мои к нему чувства, про мои ощущения от этого и про Малфоя. Мы тогда очень долго сидели, но тетка сказал мне тогда, что, если чувства настоящие — простит, рано или поздно. Насчет Малфоя — действовать по обстоятельствам и велению души, как никак — будущий жених, и ничего с этим, к сожалению, не поделать. — А если я не захочу за него замуж? — спросила я, сидя с ногами в кресле, глядя в камин — Я тебе показывала кандидатов — голос Мины был спокойным. Она вообще, по-моему, не злилась и не переживала. Я видела ее либо спокойной, либо участливой, либо смеющейся. — думаю, никто из них не откажет. Быть женой Крама показалось мне конечно интересной идеей. Но сегодня у меня было какое-то упертое настроение и желание наконец разобраться с этими дурацкими обязательствами. — Нет, если я не захочу выходить замуж за Малфоя, и за всех… этих. Если так выйдет, что у меня будет шанс, связать жизнь с Фредом? Я посмотрела на Мину, чье лицо в отсветах огня было ожидаемо-спокойным. — Такой вариант тоже есть — наконец сказала она — либо ты сделаешь что-то, что покажет силу твоих намерений, и Дану признают твое право и дадут знак, либо семья признает твоего потенциального мужа достойным, либо… ты отречешься от семьи. Во втором варианте, сразу могу сказать, что я не считаю Уизли такой уж достойной для тебя кандидатурой, не смотря на твои чувства. Они сильные волшебники, но то, что и мать, и отец рыжие, указывает на то, что они явно разбавили кровь. — Все чистокровные семьи Англии, так или иначе разбавляют кровь — заметила я — чем они хуже Малфоев? — Ничем — пожала плечами Мина — кроме той разницы, что я так же, против Малфоев, но договоренности твоей матери превыше. — Почему эти глупые правила не дают никакого шанса на счастливый брак с тем, кого я действительно люблю — хмуро сказала я в пространство. Именно сказала, а не спросила, внутренне уже зная ответ. — Потому что учиться надо было в другой школе, гарантирую, там бы ты влюбилась в кого надо — криво усмехнулась тетка, вставая с места — уже поздно, Камия. Несмотря на то, что Мина мне нравилась, были у нее черты характера, с которыми мириться мне было сложно, хотя бы в вопросах семьи и долга, она проявляла завидную толстокожесть. С тех пор, больше с ней о чувствах я не говорила, осознав, что это ее вряд ли трогает. Как я узнала позже, в принципе обряд бракосочетания своей магией должен был мне дать чувства к супругу, в случае, если бы они отсутствовали изначально, и действовало это в обе стороны — такова была особенность родовой магии, чтобы продолжать Мэлфордов, согласно завету предков. На следующей неделе, практически одновременно домой прибыл муж Мины, с моим кузеном, который вернулся от невесты. Тодор Мэлфорд был так же, черноволос, но поскольку он был родом из Болгарии — ничего удивительного. Почти шесть с половиной футов ростом, худой, с прямыми волосами средней длины зачесанными назад, карими глазами, пухлыми губами и достаточно жестким лицом. У него был низкий глубокий голос, звучащий в том тембре, что отдается вибрацией где-то внутри, и я прекрасно понимала, почему Мина вышла за него — он был красив, всегда чисто выбрит, и держался с достоинством аристократа и грацией хищного зверя. За обедом, на который мы собрались все вместе, я узнала, что он еще и зарегистрированный анимаг и превращается в черную пуму. Мартин взял лучшее от своих родителей, буквально не на много ниже отца, явно занимающийся спортом — как оказалось, бывший загонщик в команде по квиддичу, с мягкими черными кудрями (интересно, в кого у него вьются волосы?) так же, как и отец, с пухлыми губами, а вот с глазами вышло интересно — один как у отца, карий, а второй — изумрудно-зеленый, в мать. Вот тут, я с легким стыдом была готова признать, вспоминая кузину отца и мои подозрения в ближнеродственных связях, что против таких ближнеродственных связей — я ничего не имела. Он был веселый, постоянно шутил, и практически три часа выспрашивал меня про Хогвартс, факультеты, чем занимаемся. Удивился, как мы при таких свободных нравах и дисциплине в школе, не избавились от Амбридж раньше, когда я рассказала про злоключения прошлого года. В Дурмстранге было не разгуляться, там царила суровая дисциплина, но и преподаватели подбирались достойные — что следовало из сравнений двух школ. А еще, Мартин курил, что меня поразило до глубины души, причем не трубку, что была нормой среди волшебников, а палочки, которые он скатывал из бумаги, заполняя ее табаком, и вставлял белую штуку, называющуюся «фильтр». Дурную привычку он подсмотрел у маглов, и объяснил это тем, что с трубкой возиться ему не нравится, слишком тяжелый табак. Табак Мартина пах вишней, и Мина с Тодором не высказывали ничего, против вредной привычки сына. Это были дни, по-настоящему семейные и спокойные. Я уже любила этих людей, чувствуя себя невероятно комфортно. На завтраки и ужины собирались все, за обедом Тодор отсутствовал, будучи на работе. Мартин пока ничем серьезно не занимался, после выпуска взяв два года на путешествия и свадьбу, собираясь потом устроиться в Швеции, в тамошнее министерство, в отдел международных связей. Поэтому, мы проводили много времени втроем, или же я занималась с Миной, или же — мы с Мартином гуляли, или летали на метлах над долиной. Приближался мой отъезд, чем ближе к нему, тем мне становилось грустнее. Тут, в замке из скалы, даже в самый неуютный вечер, мне было лучше и спокойнее чем с Малфоями. Снова вернулась моя нервозность касательно Драко, что сказалось на моих занятиях невербальной магией. К этому моменту у меня получалось недурственно — Левикорпус, отражать его таким же невербальным Либеракорпусом; Алохомора, Акцио, и пока единственное боевое — Эверте Статум, которое я практиковала уже с Мартином, и на своей шкуре поняла, зачем нужны мягкие стены. Это заклинание отбрасывало так, что жертва переворачивалась в воздухе Я была недовольна итогом уроков, конечно же, потому что рассчитывала овладеть большим количеством невербальных заклинаний, но Мина и Мартин, хором меня утешили, что за три недели это уже — изрядный прорыв. Так или иначе, я не могла не признать, что идея погостить тут, была лучшей за все время. Даже с моей возобновившейся нервозностью, я чувствовала себя спокойнее, собраннее, крепче, чем, когда оказалась на пороге замка. Возвращение к Малфоям виделось мне лишь досадной необходимостью, хотя я малодушно не понимала — зачем. — Почему ты не хочешь меня забрать? — спросила я у Мины, в последний вечер, когда мы неизменно сидели у камина, правда вдвоем — Мартин сегодня помогал по работе Тодору, они должны были вернуться очень поздно. — разве не лучше, если я буду тут, в семье? Мина покачала головой. — Хотела бы, да не могу — сказала она — возможно, это изменится, и ты сможешь жить тут, рано или поздно, но пока тебе безопасней быть в семье жениха. — Почему? — я удивилась этим словам. Мне казалось, что жить в этом замке намного безопаснее чем там, хотя бы из-за охранных чар. — Потому что я смотрела путии варианты — расплывчато ответила мне женщина, так упорно и не желающая рассказывать о моем будущем –и в тех вариантах, где я забираю тебя сюда, все заканчивается трагично. Я не готова жертвовать тобой — Мина посмотрела на меня, и в первый раз я увидела у нее на лице горечь — и своей семьей. Ничего страшного, если ты будешь проводить тут каникулы, но жить тебе тут пока что нельзя. Не в этом году, во всяком случае. Тебе нужно сделать некоторые вещи, которые позитивно отразятся на будущем, и не только твоем, поэтому родственный эгоизм и любовь к тебе, я предпочитаю отбросить. Нет, больше я тебе ничего не скажу — последнее она сказала довольно резко, увидев, как я открыла рот собираясь было попросить ее конкретизировать сказанное — я не хочу, чтобы ты наделала ошибок, и приложила за эти три недели все усилия, чтобы ты осталась жива. На рождество будем тебя рады тут снова видеть, девочка моя. Так прошел наш вечер, остаток которого мы провели в молчании. Утром, я со своим рюкзаком вышла за ворота, получив порцию теплых объятий, с грустью на сердце. Нарцисса, видно на меня уже не злилась, прибыла она одна, чтобы забрать меня обратно в поместье Малфоев. Начался Август * за основу я брала Предъямский замок в Словении, с воображаемой поправкой на старый Шотландский стиль.
