Ритуал

Открыв глаза, она обнаружила себя в стоячем положении, но привязанной к монолиту, шершавая поверхность которого была испещрена концентрическими кругами и кельтскими символами. Невольница дёрнула руками раз-другой, но верёвки – плотно обвивающие кисти – не поддались. Точно также были стянуты ноги и кожистые крылья. Тот, кто вязал узлы, знал, как правильно обездвижить демона-фомора. Прекратив брыкаться, демоница оглядела окрестности. Она находилась посреди поляны, на которой там и сям высились продолговатые монолиты. Поляну со всех сторон – насколько демоница могла повернуть рогатую голову – окружала плотная стена леса. Солнце давно скрылось за деревьями, так что верхушки их крон отчётливо вырисовывались на фоне тёмно-бирюзового неба. Когда демоница вновь попыталась вырваться, извиваясь и дрыгая конечностями, на окраину поляны вышла процессия из нескольких десятков людей, каждый из которых держал факел. А ещё из-за монолитов показались мужчины, вооружённые топорами и луками. Ну конечно, кто же хоть на миг оставит без надзора пленённого демона? – мысленно задалась риторическим вопросом невольница. Вереница людей приблизилась и демоница разглядела среди них татуированных девушек, одетых только в набедренные повязки. Жрицы – поняла пленница, скорчившая презрительную гримасу. Процессия разделилась на два ряда, окруживших монолит с фоморой. Дальний круг состоял из музыкантов, приготовивших флейты, бубны и карниксы, чьи раструбы выглядели как головы сказочных существ, а ближний круг был представлен девушками-жрицами. К пленнице подошла рыжая женщина в синем балахоне. – Мне неведомо, как вы подкараулили меня и усыпили, – прорычала демоница. – Но я знаю, кто ты, Дивона, верховная жрица! Невольница ожидала, что женщиной овладеет страх, ибо плохой знак, если фоморам известны человеческие имена – на их носителей демоны могут наслать проклятье! Но ни один мускул на лице Дивоны не дрогнул, она оставалась каменно-спокойной. – Я выпотрошу тебя и сожру твои внутренности! – демоница чуть подалась вперёд, демонстрируя кинжаловидные зубы. – А по окончанию пира заберу твой дух и преподнесу его как дар к подземному престолу богини Домну! Дивона сохранила невозмутимость, без всякого выражения смотря прямо в разъярённые глаза демоницы. Верховная жрица подчёркнуто неторопливо достала из-за пояса кинжал, лезвие которого было завёрнуто в кожаную ткань. – Хочешь принести меня в жертву своим ничтожным покровителям?! – демоница расхохоталась. – Глупцы! Пролитие моей крови не даст вам благословений, а только проклятья. Тебе ли не знать об этом, верховная жрица? – Да, нам нужна твоя жизненная влага, – мягко ответила Дивона. – Но не кровь. Дивона передала кинжал другой жрице. – Что? – недоверчиво спросила демоница. – О чём ты? Верховная жрица отцепила серебряные фибулы, удерживающие балахон. Синяя ткань соскользнула на землю, явив взорам собравшихся обнажённое тело Дивоны. Пленница растерянно оглядела женщину с головы до ног: кудрявые рыжие пряди, колеблющиеся от лёгкого ветра; тени от факелов, пляшущие на аккуратной груди с веснушками; тонкая талия и полные бёдра; тёмный пушок лобка. – Ты не посмеешь! – испуганно выдохнула демоница, когда Дивона протянула руку вперёд. – Не посмеешь! Ладонь легла на крупную грудь пленницы. И тогда демоница забилась с новой силой, пытаясь ослабить путы. Но всё, что получалось, так это елозить раздвоенными копытами по земле, выкапывая мелкие ямки, и шипеть, показывая змеиный язык. Дивона сжала демоническую грудь с чёрными соском. Затем жрица опустила руку, чуть щекоча напряжённые кубики пресса фоморы – твёрдого, как камень. А в самом низу Дивона поймала длинный член демоницы, до этого болтающийся между ног от неистовых рывков владелицы. Музыканты дунули в карниксы и флейты, над поляной разнеслись гулкие звуки от ударов по бубнам. Те люди, что не имели инструментов, хором запели ритуальный речитатив. Рычание демоницы почти не слышалось из-за музыки и многоголосицы. Однако как бы не бесновалась фомора, она не могла противостоять зову плоти: от ласк верховной жрицы член окреп и начал подниматься. Когда головка фаллоса упёрлась в живот Дивоны, верховная жрица припала устами к члену, страстно лобзая его. К демонице и Дивоне подошла пара младших жриц. Одна девушка опустилась на колени и начала вместе с верховной жрицей осыпать член поцелуями, а вторая девушка гладила груди фоморы, время от времени облизывая её соски. Но вторая младшая жрица совершила непростительную ошибку, вздумав ласкать лицо демоницы. Улучшив момент, пленница вцепилась зубами в руку неосторожной девушки. Младшая жрица завопила от боли и дёрнулась, высвобождаясь. Правда, оставив два пальца в пасти демоницы. Фомора быстро нашла применение для добычи, сплюнув кровь и пальцы на лицо верховной жрицы. – Не останавливайся, продолжай своё служение, – Дивона не удосужилась стереть кровь со своего лица и вытащить кусок пальца, застрявший в кудрявых волосах. – Продолжай целовать его. Несмотря на испуг, первая девушка повиновалась, вернувшись к прерванным ласкам. А раненую жрицу заменила другая девушка, на сей раз куда более осмотрительная. Когда из головки члена потекло предсемя, Дивона повернулась к демонице спиной и, взяв член, направила его между своих ног. Испытав удовольствие в момент проникновения, фомора запрокинула голову, скрежеща кончиками рогов об поверхность монолита. Поначалу только Дивона двигала бёдрами, пропуская член вглубь себя. Но постепенно демоница включилась в совокупление, толкая свой таз вперёд – благо верёвки не спутывали мускулистый торс. От наслаждения у фоморы задрожали крылья. Окончательно стемнело, ночной небосклон усыпало звёздами, наблюдавшими за диковинным обрядом. Площадку с монолитами освещал свет факелов и костров, предусмотрительно разожжённых охотниками на демонов. Фомора заорала во всё горло, перекричав музыкантов и хор. Дивона быстро развернулась и плюхнулась на колени. Широко распахнув руки и подняв лик к небесам, верховная жрица приняла на шею и грудь тёплую струю демонической спермы. Когда поток ослабел, и семя больше не выплёскивалось, а тягуче стекало, младшая жрица подставила под него бурдюк. Смолкли музыка и пение. – Великолепно, – сказала Дивона, слизав сперму со своих губ. – Из твоей влаги получатся хорошие снадобья. – Вы взяли то, что хотели, – устало произнесла демоница. – Отпустите же меня. – Рано, – Дивона поднялась. – Здесь ещё несколько верховных жриц и каждой нужна твоя влага, а ночь только-только началась!