Two Stars, Set Adrift

***

Венок отталкивается от берега, а цветочное кольцо обрамляет реактор. На металлической поверхности выгравировано «Доказательство, что у Тони Старка есть сердце». То, чего он не совсем понял. Видимо, это еще один безответный вопрос в его длинном списке. Пеппер стоит у воды, слезы едва заметно стекают по ее лицу. Морган обнимает свою маму, по-настоящему не понимая, что на самом деле сейчас происходит. Все молчат, когда прощаются с павшим товарищем, другом, героем, павшим отцом и мужем. Питер немеет. Это все сон, он сейчас проснется, увидит Тони рядом, его ухмылку и приветствие «Привет, парень», но нет. Это реальность. И Тони мертв, но… нет, он просто не может быть, и Питер лишь мечтает сейчас почувствовать хоть что-то. Он слишком разбит, так что после похорон, когда подросток с голубыми глазами и светло-каштановыми волосами подходит к нему на крыльцо и представляется Харли Кинером, Питер лишь проскакивает мимо него в дом, мечтая о мире, где Тони Старк еще жив.

***

Харли Кинер. Это не волновало его. До этого вечера. Харли Кинер пытался поговорить с ним, а Питер его проигнорировал. — В Теннеси был один ребенок, — сказал ему однажды Тони, — он был очень смышленым, любил возиться со всякими технологиями и прочим. Думаю, вы поладите. — Вы были близки? — спросил Питер. — Я бы сказал, что он помог мне спасти мир, — он ответил. — Мы все еще поддерживаем связь, видимся в свободное время. Может быть, в следующий раз я возьму тебя с собой. — Как его зовут? — Харли. Харли Кинер. Он был первым ребенком, которого Тони взял под свое крыло. Он был его сынозаменителем. Такое слово вообще существует? Харли был первым, еще до Питера. Кинер знал Тони дольше, должно быть, скорбит сильнее, а Паркер просто оттолкнул его. Харли остался в доме Пеппер. Он живет в нескольких дверях от Питера, по крайней мере пока не пройдет полторы недели, по истечении которых он должен будет уехать обратно. Должен ли он пойти и извиниться, попытаться узнать его поближе? Нет, уже слишком поздно. Это может подождать до завтра.

***

На следующее утро Пеппер находит его на кухне после завтрака. Ее слезы исчезли, но боль, которая никуда не уйдет, еще плескается в ее глазах. Она вкладывает в руку Питера что-то маленькое и металлическое. Это диск. — Поднимайся к Харли и посмотрите это, — просит его Пеппер, — он ждет. Тони записал это для вас на случай, если… — она вздрагивает, глубоко вздыхая, — если он не выполнит миссию. — Спасибо, — говорит Питер, переходя на шепот. Он сдерживает слезы. Не сейчас. Пеппер кивает, и когда она выходит из комнаты, он замечает в ее руке стопку дисков. Для других.

***

Питер выдавливает улыбку, когда заходит в комнату, но парень на кровати выглядит не лучше, чем он сам. Тем не менее, он старается изо всех сил и представляется. — Хей, я Питер, — говорит он, садясь рядом с подростком. — Ага, я знаю. Тони рассказывал мне о тебе. Ты… Мальчик-паук? — в его словах нет ни капли злобы. Питер может сказать, что Харли хочет отвлечься. — Человек-паук, — Паркер исправляет его. — Прости за вчерашнее, на крыльце. — Все нормально. Я понимаю. — Харли слегка улыбается, и Питер не может не заметить, как свет проявляется в его глазах. Он делает глубокий вздох. — Пройдем через это вместе, да? Питер запускает диск. Слышит щелчок, жужжание, а потом голубенькая, в натуральную величину голограмма Тони Старка оживает рядом с ними. Слезы появляются на глазах Питера, затуманивая взгляд, но он старается не заплакать и фокусируется. «Привет, ребятки,» — его голос такой мягкий, такой знакомый, и Питер очень хочет встать и обнять изображение, прежде чем вспомнит, что это лишь проекция. Здесь нет Тони. «Надеюсь, вы еще не влипли в проблемы. Я хотел, чтобы вы встретились раньше, но, если вы уже здесь,» – Не-Тони жестикулирует, — «Харли, это Питер, Питер, это Харли.» — глухой смех вырывается из горла Питера. «Если вы смотрите это, значит я мертв,» — Тони закатывает глаза, — «Господи, звучит так клишированно, правда? В любом случае, есть много вещей, через которые придется вам пройти, но эта запись нарекает вас двоих моими наследниками, естественно, вместе с Пеппер и Морган. Пеппер будет управлять компанией и всем остальным, но деньги вы получите — достаточно, чтобы вам и вашим семьям было на что жить.» — Тони обращается к другому подростку, и Питер просто исчезает, потому что, черт возьми, он наследник Тони, и это так больно слышать его голос, видеть его лицо, даже зная, что это все нереально. Он видит, как Харли начинает плакать из-за слов Старка, и он хочет его утешить, но не знает, как это сделать. «И Питер,» — мужчина возвращается к нему, — «я хочу, чтобы ты знал, что именно ты меня мотивировал. Помогал жить дальше, ведь я был готов сдаться за эти последние пять лет. Я падал так много раз, но ты поднимал меня снова, ведь я знал, что где-то есть способ вернуть тебя,» — слезы начинают стекать по его лицу, но Питер не позволяет эмоциям поглотить себя. «Ну же, Человек-паук, если я смогу продолжать без тебя, то и ты должен идти дальше без меня,» — голограмма Тони встает. — «Харли, Питер, вы двое будете творить удивительные вещи, я знаю это. Когда-нибудь, вы станете героями и люди будут смотреть и равняться на вас. Потому что мы Старки и это то, что мы всегда делаем,» — фирменная ухмылка Тони, после чего синий свет исчезает. И Питер ломается. Он начинает рыдать и скрывает лицо ладонями, ограждая себя от взгляда Харли. Паркер не знает, почему он это делает, ведь Кинер тоже сломлен, все внутри него взрывается так же. Тони действительно мертв. Вся сила скорби и горя бьет по нему, прямо как несущийся поезд, и ни одна из его сил не может это остановить. Где-то внизу эхом пролетают по дому крики Морган. Она наконец-то поняла, что отец, которого она любила три тысячи раз, ушел. Пеппер пытается утешить ее, но после такого жизнь Морган все равно изменится, Питер знает это по себе. Даже если она соберет всю себя по частям заново, всегда найдется тот кусочек, которого будет не хватать. «Ну же, Человек-паук» — вспоминает он слова Тони, и слезы снова текут по щекам.

***

Питер напивается этой ночью. Тони держал весь алкоголь дома, и сейчас Питер пользуется этим в полной мере. Он хочет оцепенеть снова, как в день похорон, когда он не должен был разбираться с миром и его проблемами. В доме очень тихо. Большинство гостей возвратились домой или, в случае с Мстителями, в любое другое место, где можно жить. Здесь только Пеппер, Морган, Хэппи, Питер и Харли. Чувство жужжания в голове кажется ему потрясающим. Будто он в другом мире, может просто забыться и делать все, что захочется. Кого волнует, что об этом думают другие? Он никогда не напивался, но знает, что на утро после всего дерьма, которое он сейчас употребляет, будет очень хуево от головной боли. Но ему плевать и от этого только лучше. Харли находит его, когда он берет очередное пиво из холодильника. — Чувак, тебе не нужно это, — говорит мальчик, забирая бутылку из рук Питера. — С тебя хватит на сегодня. — Верни, — хнычет Питер, хоть он никогда и не был нытиком, но еще один напиток ему необходим. — Нет, — говорит Харли, — ты и так пьян. Ты хоть совершеннолетний? — Мне семнадцать и мне плевать, — ворчит Питер, — тебе тоже вроде не двадцать один. — Нет, но у меня определенно больше опыта с алкоголем, и это, — Харли тыкает на пустые бутылки со стаканами, — более, чем достаточно. Держу пари, что ты даже не вспомнишь это утром. — Иди нахуй, — бормочет Питер под нос и рвется к очередной бутылке, но Харли держит ее над головой. Черт возьми, он точно выше него. — Паучок, — вздыхает Харли, — ты действительно думаешь, что Тони захочет увидеть, как ты напиваешься к чертям после его смерти? Питер начинает злиться, но не отвечает. Он пытается прыгнуть, но земля уходит из-под ног, и Паркер опирается на Харли, он смотрит прямо в его глаза, на его волосы и… Почему Кинер так великолепен? Харли отталкивает Питера, хватая за руку, дает ему время встать. Как только он это делает, Питер понимает, что сделал, но Кинер не выглядит рассерженным, так что все, вроде бы, в порядке. — Моя очередь, — Харли открывает пиво и делает глоток. Питер смотрит и видит, что горе подростка не исчезло. Он пришел на кухню, чтобы тоже забыться. Харли продолжает пить, и сквозь туман в глазах Питера, который начинает раздражать, он видит, как слезы текут по лицу Кинера. К черту. Питер оборачивается к Харли и обнимает его. Харли опускает пиво, чтобы уткнуться в плечо Питера. Он чувствует, как внутри него сейчас все снова ломается, эмоции возвращаются волной быстрее, чем у Паркера есть шанс остановить их, но сейчас они оба не одиноки. Несмотря на попытки подростка остановить его, Питер пьет очередную бутылку, ожидая опьянения Харли до той же степени, что и он сам. Они засыпают на диване, следы напитка засыхают, и если Пеппер вдруг обнаружит двух спящих друг на друге мальчиков, накинет на них одеяло, то ничего не расскажет об этом.

***

Следующие дни проходят будто в тумане. Пеппер постоянно заваливает их делами, которые нужно сделать, и это, честно говоря, облегчение для Питера. Все это отвлекает от событий, произошедших в последние дни. Каждый день он и Харли помогают Пеппер разбирать вещи Тони, просматривают документы «Старк Индастриз» и иногда помогают женщине определить, является ли что-то, сделанное Тони, опасным. Когда дело доходит до бумаг, Питеру становится скучно, хоть это и заставляет его задуматься. Морган взволнованно бегает между, стараясь изо всех сил помочь, хоть и все время мешает, но она очаровательна и сразу же добреет к мальчикам. Однажды Пеппер пускает Харли и Питера в лабораторию Тони. Это одна из самых лучших вещей, произошедших с Питером со времен последней битвы. Харли приносит некоторые вещи из гаража, которые Тони сделал для него, а взамен Питер показывает ему свой новый костюм. Кинер смотрит в изумлении на веб-шутеры Питера, задавая вопросы о том, как же они работают, пока он делает ту липкую формулу для паутины. Они роются везде и в итоге обнаруживают прототип металлической перчатки-репульсора, незаконченной, но совсем другого размера и цвета, нежели костюм Тони. Там выгравировано «Х.К.». При виде этого Харли опять почти ломается.

***

Они снова напиваются вместе. На этот раз они пьют, чтобы быть просто счастливыми. Питер узнает, что у Харли есть сестра по имени Эбби, его отец бросил его мать очень давно, и что он встретил Тони, когда тот ворвался в гараж Харли. — Я встретил Тони, когда он попросил меня сразиться с Капитаном Америкой, — говорит Питер, откидываясь на спинку дивана и кладя ноги на колени Харли. — Он рассказывал, — на лицо Харли было что-то среднее между ухмылкой и улыбкой, зажженная сигарета была между пальцев, — сказал, что ты был той еще занозой в заднице. — Да, но слушай, я наподдал Человеку-муравью, — взволнованно отвечает Питер, потому что эта битва была одним из самых удивительных событий в его жизни. — Хорошо, слушай, Человек-муравей сделал что-то и резко вырос до размера грузовика, самолета или еще… Питер пересказывает бой с его точки зрения, а Харли слушает, оба завлечены историей, что забывают о реальности, даже без помощи алкоголя.

***

На четвертую ночь после похорон Тони начинаются кошмары. Питер просыпается с криками, и он знает, он надеется, что это никогда не повторится, но воспоминания о превращении в пепел не уходят. Он чувствовал себя таким беспомощным, он оставил Тони, ничего не мог сделать, чтобы остановить это. Затем жизнь Тони угасла на его руках, пока не осталось ничего, кроме сломанного человека в железном костюме. Воспоминания во сне слишком яркие. На шестую ночь он спотыкается по пути в комнату Харли, падает в его постель, потому что больше не может быть один. Кинер ничего не говорит, лишь позволяет остаться, обнимает его, пока не стихнут рыдания и Питер не сможет спать спокойно. После той ночи он не возвращается в свою комнату.

***

Громкие рыдания выбивают Питера из сна. Через коридор слышен плач Морган. Питер знает, что она ощущает тоже самое, что и он, но не имеет понятия, как по-другому охарактеризовать ситуацию, похожую сейчас на призыв Тони. Ее крики разбивают ему сердце. — Что мне делать? — он шепчет Харли, который обеспокоенно смотрит в темноту. — Я не знаю, — шепчет он в ответ. — Я пойду проверю ее.  Харли встает с кровати и на цыпочках идет в комнату Морган. Питер встает вслед за ним, идя в комнату Пеппер, но он сразу выходит, когда понимает, что не сможет разбудить ее. Она провела слишком много ночей, успокаивая Морган. Справедливо, что два мальчика пытаются помочь ее дочери. Когда Питер заходит в комнату Морган, Харли сидит на ее кровати, держа ее на коленях. 

— Я хочу увидеть папу! — она рыдает, хватаясь за руку Харли. — Почему он не возвращается? 

— Тшш, — Кинер гладит ее по волосам. — Однажды, ты его увидишь. Все будет хорошо, — Питер чувствует, как внутри Харли что-то ломается, ведь он лжет. 

— Я скучаю по нему, — жалобно произносит Морган. Она прислоняется к груди Харли, свернувшись в комочек. 

— Я тоже по нему скучаю, — шепчет он разбитым голосом. Питер садится рядом, обнимая Кинера за плечо, позволяя Морган лечь на них обоих.

 Все трое сидят вместе, пока она не засыпает.

 Когда они возвращаются в комнату Харли, Питер наклоняется и целует его впервые. Медленно и уверенно. В его желудке нет фейерверков, или чего-то подобного, эмоции пропитаны горем, и Харли отвечает на поцелуй, толкая Питера к стене. Кинер на вкус, как соль, алкоголь и сигаретный дым, мышцы его рук напрягаются и сгибаются, когда он поднимает Питера, позволяя его ногам обхватить талию Харли. 

Питер проводит по волосам Кинера, целует его, пока ничто и никто рядом не существует. Они теряются друг в друге, выражая это через прикосновения и вещи, которые нельзя произнести вслух, пока они не падают на кровать, оборачиваясь друг вокруг друга, чтобы никогда не отпускать.



***

Слишком быстро пролетает время. Питер должен уехать в Нью-Йорк, а Харли в Теннеси. Даже если Хэппи и Пеппер рассказали Морган в чем дело, она не понимает, почему ее братья уходят. Она бежит к ним, цепляясь, пока они ждут машины. Питер приседает и обнимает ее. — Ты еще увидишь меня, окей? — говорит он ей. — Мы оба вернемся, я тебе обещаю. Харли кладет свои вещи и обнимает их обоих, взъерошив волосы Морган. — Не переживай, — говорит он. — Морган, в следующий раз мы сделаем тебе свой костюм. Он будет просто бомбическим. — Можно на нем будет радуга? — спрашивает она. — Все, что захочешь. — Я люблю тебя одну тысячу раз, — говорит Морган, достаточно тихо, чтобы только мальчики слышали ее. Харли уходит первым. Хэппи открывает дверь, и это ужасное чувство, когда нужно прощаться. Питер хочет что-то сказать, но не выходит. Харли тянет его на себя, обнимая. Паркер смахивает слезы Кинера. Они могут быть ближе, но не здесь, не сейчас, когда Морган и Хэппи рядом. Питер смотрит на мальчика у которого теперь гараж Тони, с прототипом-перчаткой в руке, которую никогда не сможет ему отдать и шепчет: — Если я смогу продолжать без тебя, то и ты должен идти дальше без меня. Он чувствует ухмылку Харли на своей щеке, поцелуй в ухо и…

 — Ну же, Человек-паук.