В хладе храмовых колонн

Неро спит и видит сон. Кажется, это сон о доме. О широких зеленых просторах, мягкой улыбке Кирие, теплых руках, что прижимают его к себе, далеком синем небе. Неро чувствует себя спокойно и легко — раньше он не замечал, как груз прожитых лет и возложенных на его плечи обязанностей давил и мешал вздохнуть. Теперь он почти что счастлив, но небольшая тревога все равно продолжает изматывать его изнутри. Неро пытается вспомнить, чего — или кого — ему не хватает, но не может ухватиться за верную мысль. Кирие? Кредо? Нико? Стайки вечно суетливых детей, которую он привык звать семьей? А может, все-таки Данте? Они давно не виделись, Неро отправлял ему пару писем со скудными новостями, но ответа так и не получил. Данте всегда слишком занят. Всегда и слишком. Думая о Данте, Неро непроизвольно улыбается. Ни одна обида не может вытеснить из его груди нежное тепло и желание быть таким же сильным. Неро хочет получить заслуженное признание, пусть он всего лишь человек с толикой демонических сил, и ради этого признания он будет вставать с колен и сражаться дальше. Быть как Данте, быть рядом с Данте, быть лучше Данте — Неро полон амбиций и стремлений. Он не пытается возвести в абсолют свое желание сравниться с Данте, он знает, что в жизни есть много других вещей, кроме силы. Неро просто хочет стать чуточку лучше. Может, еще и чуточку важнее для Данте. Неро спит и видит сон, в котором его желания становятся реальностью.