Сказка для ранимых

— Вы уверены, что вели себя хорошо? — герр Круспе расхаживал по комнате. Прямо перед ним лежала обнажённая девушка: хрупкая, белая, как снег. Приходившие к нему клиентки всегда походили на ангелов, однако в их умах царили будто заново возведённые Содом и Гоморра, поразительно, как такие утончённые красавицы окунались в омут разврата и жестокости. В силу стереотипной современности герр Круспе привык думать об обратном: казалось, что девушка на то и создана такой, чтоб олицетворять чистоту и невинность. Однако всё не так уж и просто, как хотелось бы, и Рихард усвоил этот урок после более подробного изучения человеческой натуры, как ни крути, но каждого могут внезапно посетить такие размышления, о которых было бы неловко говорить вслух. — нет, Герр, я была плоха, — Её голос был тих и нежен. Каждый день Рихард слышал фразы, похожие одна на другую. За несколько лет это стало для него спектаклем, который так и не выйдет в свет никогда. Вечными зрителями останутся он и очаровательные клиентки, для которых сюжет совершенно не знаком, но так нельзя было сказать о Рихарде. Это больше напоминало вечную репетицию. Генеральную репетицию, поскольку каждый акт, каждое движение должно быть безупречно. Лукаво поглядывая на обнажённую леди, Рихард намотал кожаную плеть на кисть. Пора. Занавес поднимается. На сцену! — Вы же понимаете, что Вам не остаться безнаказанной? — сделав ещё пару шагов, он плавно опустился на шёлковые простыни, оказываясь лицом к лицу с Ней. Она тут впервые, ей тревожно. Всегда есть некий мандраж перед неизвестным. Рихард поднёс палец к Её губам и плавно обвёл их по контуру. — Да, Герр, — всё так же тихо и с опаской говорила Она. Он знал, чего желает тело, он научился понимать все сигналы, движения, вздохи. Для Неё- это удовольствие, а не страдания. Боль является лишь проводником в бездну ощущений, без боли не бывает удовлетворения, как и любви не бывает без боли. — Считайте, что вы это заслужили, — Рихард отпустил плеть и поднялся на ноги. Вынув из кармана шёлковую материю, он затянул Ей глаза. — Не стоит этого видеть. Просто будь хорошей девочкой, — начало положено. Плеть опустилась на Её худенькое тело, описывая витиеватые узоры на коже. Само совершенство. Иногда становится грустно, когда приходится украшать столь гладкую кожу ссадинами. Однако порой в этом находится какая-то эстетика. Несколько замахнувшись, плеть прошлась по ноге юной леди. Реакция не заставила ждать. Леди дёрнулась, изогнувшись, как кошка. А гибкость была поразительна. Но можно ли было сравнить Её с весенними травами, развевающимися на ветру- Рихард не знал, ведь травы не терпят боли. Несколько минут спустя Герр поймал волну, движения следовали в такт с Нею, его задача- чувствовать, не касаясь, такая практика помогла с легкостью научиться определять эмоциональное состояние любого. Ноги сменялись бёдрами, а бёдра боками, а затем снова, как и полагалось по выработанному сценарию. За его практику были разные: терпеливые и совсем ранимые, худые и полные, но их объединяло одно- все были женщины. Будь они счастливы- не шли бы к нему. С уст девушки сорвался крик, но губы были в улыбке, порою эти крики проходили на смех, что и делало Её уникальной. «Совершенство, определённо», — только и звучало в мыслях Герра. — Будь тише, — прошептал Ей Рихард в самые уста, а затем прикусил Её губу. По телу Клиентки пробежала лёгкая дрожь. Она почти рядом, спектакль близится к финалу. Но всё же не спеша Герр подводил действия к финалу, он туго обмотал худые кисти Девушки концом плети, параллельно располагаясь между её ног. Он привык делать всё сам. Герр ценил ощущение и имел страсть дарить их. Пора взять глубже. Она снова изогнулась. Круспе зажимал её рот руками до побеления пальцев. Он шёл точно в такт с её дыханием, Герр знал, что не оставит Её разочарованной. Спустя пару движений, Круспе поднялся, дабы привести себя в удобоваримый вид, в то же время наслаждаясь опустошением. Спустя минуту он бережно высвободил леди из узлов, позволяя ей подняться. — Хорошая девочка, очень хорошая, — говорил он, грубо гладя Её по волосам. Занавес опущен. Она шустро накинула своё синее летнее платье, а после притянула мужчину к себе и крепко поцеловала в губы. Они не сказали больше ни слова, Она ушла в эти же минуты, как уходили все. Тихо, не спеша и навсегда.