Сборник драбблов по соукоку.

Дадзай Осаму никогда не думал, что его парень Чуя Накахара когда-нибудь будет плакать. Он всё время колючий и ворчащий, но в тоже время любимый и нежный. Хорошенько может вдарить за дело, хоть он и младше. Чуя Накахара плакал только два раза в жизни, но в этот раз у него была истерика, длинною в четыре дня. Ничего не предвещало беды. Дазай ушёл в университет, а Чуя в школу. У них разница в два года. Осаму на втором курсе, Накахара оканчивает школу. Пусть рыжему не позволено пропускать школу по причине выпускного класса, всё же он прогулял три дня перед каникулами. Первый день был понедельник. У них в семье есть милая собачка по кличке Миша, породы золотистый ретривер. Пусть шатен и не любит собак, но эту малышку он растил с щенячества и по скольку она девочка, её надо хоть раз свести, чтобы не было никаких женских проблем, да и сам ветеринар посоветовал. А она у них девочка большая, четвёртый год идёт, а собаку желательно сводить с трёх лет, вот они и пытались во время зимних каникул найти ей мальчика. Мальчик-то нашёлся, да только стареньким оказался, семь лет. Потом во время второй течки, летом, им пришлось ещё раз искать мальчика, он оказался молоденьким, полтора года. Всё это дело происходило в течении двух недель. Им пришлось ходить в жару, ветер, не жалея себя. В итоге на последних днях течки Миша впервые сцепилась. Было очень много визгу и первая сцепка прошла у Чуи на руках. Примерно также он себя чувствовал в свой первый раз, но судя по собаке ей больнее. Собаки сцепились четыре раза и на следующую встречу, Миша чуть голову кобелю не откусила, и это стало знаком. Через месяц её живот начал расширяться, на следующей неделе её стали пинать её же щеночки. Прошло пару тройку дней и у неё обвисли груди. В понедельник, если считать с первой сцепки прошёл шестьдесят второй день и Чуя остался дома следить за своей любимицей, но ничего не произошло. И в полной уверенности, что у них ещё есть пару дней они проходили вторник и среду. Но когда рыжий вернулся домой, он застал, как его девочка сидит и скулит, иногда у неё дрожала челюсть. Накахара в панике звонит парню и говорит, что Миша рожает, и буквально через двадцать минут он был дома. Весь день со среды до двенадцати часов утра четверга у неё были схватки. Рыжему пришлось остаться дома, а мумии уйти, ведь его больше не отпускают. Естественно голубоглазый смотрел видео с родами и примерно представляет как это будет, и ему повезло, что его подругу оставили дома с учётом того, что она должна отпидорить всю квартиру. Чуя и Гин перегородили все возможные щели, куда могла спрятаться Миша, им пришлось разложить одеяло, которое было не жалко посреди комнаты, но собака всё равно пыталась убежать. Они додумались поместить одеяло под столом в угол, перекрыв стену картонками, чтобы не замазать. Когда рыжий уловил, что собака начала тужится, он сразу написал Осаму, но потом, поразмыслив, написал, что это ложная тревога. Через некоторое время шатен позвонил, видимо пара кончилась, и спросил всё ли у него в порядке и не один ли он, ведь не мужское это дело принимать роды, особенно если мужчина не подготовлен морально. На что Чуя ответил, что он с младшей Акутагавой. Попрощавшись, он напялил на руки резиновые медицинские перчатки, которые на нём смотрелись шикарно и сказал: — Бля, в них руки не дышат. — А ещё в них отсутствует чувствительность, — прилетело в ответ. — Можешь сам проверить. Он провёл по бугорку на животе и нихера не почувствовал. — Как только роды в них принимают? Руки не дышат, и нихера не чувствуется. — Мне кажется, что это хорошо, что ничего не чувствуется, потому что только от ощущения последа уже начинает тошнить.* Гин пошла на кухню и взяла миску с водой, начиная чуть ли не насильно поить Мишу. Чуя огляделся и не нашёл куда бы можно было класть щенков, но он сообразил, что их можно класть на подстилку и рыжий положил её рядом. Миша начала активней тужится, а Акутагава и Накахара, как два идиота повторяли и побуждали к действиям. — Миша, мало! — вдруг сказал парень и собака опять начала тужится. — Миша, мало! И так несколько раз, пока она конкретно не начала пищать и суетиться. Чуя, чтобы убедиться, поднял одну лапу и увидел головку. — Фу, бля! — и быстро положил её обратно. Гин повалилась на пол и начала смеяться, но быстро подскочила и закричала: — Подожди, я не разглядела! — она повторила недавние действия парня. — Фу, бля! Миша начинает кричать и в этот момент из неё выходит первый, она быстро переводит голову туда и начинает лизать, и перегрызать то, что нужно. — О, Чуя, чужой вылез! — на веселе говорит девушка и начинает тормошить щенка за загривок*. Малыш сделал свой первый вдох вместе с писком и брюнетка спокойно убирает руку, убедившись в том, что он жив. Собака в непонимании попыталась откусить малышу голову, но Чуя вовремя ударил её по морде с криком: «Дура, блять!». Гин подхватывает новую жизнь и начинает вытирать, одновременно тормоша, ибо надо, чтобы он кричал. — Гин, кто это? — Хм, — она перевернула его животом к себе и начала смотреть, позже улыбнулась, — это девочка. — А это нормально, что нет последа*? — Проверь. — Как? — Посмотри внутрь. Девушка обречённо вздохнула и отдала щенка в руки парню, у которого они тряслись как только ему на руки положили маленькую жизнь. Гин вытащила послед и отдала его собаке, в то время когда Накахара проверил есть ли молоко. Убедившись, что есть, он положил девочку к маме, помогая взять сиську. Три щенка были рождены в течении полтора часа, две девочки, один мальчик. Миша начала опять суетиться и ребята были уже готовы принимать ещё одного, но ничего не случилось. Время становилось больше двадцати минут, парень и девушка начали волноваться. — Как так? Четыре сцепки и три щенка? — негодующе спросил рыжий. — Блять, но я чувствую ещё несколько штук. Вот, потрогай. Помнишь, когда первая лезла здесь была такая же выпуклость? — она подняла одну заднюю лапу и начала трогать место между животом и лапой. Там реально чувствуется щенок. — Давай ещё чуть-чуть подождём? — Окей. Спустя час ничего не произошло. Чуя быстро подбегает к телефону и набирает до скрежета зубов знакомый номер. — Осаму, нам нужна помощь ветеринара. Миша уже долгое время не рожает. — Чуя, у нас нет денег. — У них есть друг ветеринар. — Значит сейчас позвоню им. — Чуя, давай почитаем про стимуляцию? Накахара щёлкает пальцами и залезает в интернет, набирая нужный ему вопрос. Брюнетка выхватила телефон и начала бегать глазами по тексту. — Так. Если собака… Ага, ага, бла, бла, бла. Во. Чтобы вызвать роды, надо простимулировать верхнюю стенку матки или погонять собаку по лестнице. Суй два пальца, ты в этом мастер. — Ты больная? Пойдём лучше по лестнице погоняем. — Так третья ещё не поела, — Чуя сглатывает и опять надевает перчатки. Стимуляция не помогла. Через некоторое время позвонил Осаму и сказал, что у них нет никакого знакомого ветеринара. Накахара скрипнул зубами, понимая, что они, хозяева кобеля, последние уроды. Думая что всё, они пошли к Гин домой, убираться. Акутагава не смогла прийти обратно, и Накахаре пришлось одному идти гулять с собакой, одновременно пытаясь сделать так, чтобы ему собака руку не откусила. Переложив щенков в тазик который нашёл в ванной, он взял ошейник и поводок, застегнув и насильно став выводить Мишу на улицу. Чуя заходит в подъезд и начинает пробовать последний способ вызвать роды. Миша начинает бежать на верх, и рыжий позволяет это сделать, но потом тянет назад на себя. Так они делали минут десять, но всё же сдавшись, он смиловался над собакой и поднялся наверх. Открыв дверь и расстегивая ошейник, Чуя дал новоиспечённой маме убежать к детям. Вздохнув, рыжий пошёл готовить себе ванну. Раз три щенка, значит три, конечно хотелось бы больше... Спустя двадцать минут домой приходит Дазай, а через пять минут прибегает с криком: — Четвёртая! Чуя быстро смывает шампунь с головы, выскакивает из ванны и, вытираясь, он натягивает трусы и выбегает из комнаты. Прибежав в комнату, парень увидел, что Осаму держит в руках, как он понял девочку, но она была слишком маленькая. — Чуя, чё встал?! Помоги, она не пищит! — Накахара падает на колени и берёт малышку на руки. Рыжий в истерике дергает щенка, но она не реагирует. — Ну давай же, давай! — он чувствует как у него трясутся руки и как сильно бьётся его сердце. — Дай её мне, — просит Дазай. Шатен забирает её и несёт на кухню. — Что ты хочешь сделать? — Она не дышит носом, у неё слизь в носу, надо выкачивать. — У нас же нет шприцов. — Тебе лучше на это не смотреть. Чуя надевает штаны, при этом слыша на кухне воду. По спине пробежался холодок. Что этот придурок хочет делать? Прибежав на кухню он застал момент, когда шатен выплёвывает что-то, а потом поласкает рот. — Чуя, принеси что-нибудь, её надо согреть. Кивнув, Накахара выходит из кухни и идёт в комнату на поиски чего-нибудь. В принципе, на малышей можно покромсать старое полотенце, но для начала его нужно найти. Рыжий приходит уже с полотенцем, а Дазай с мизинца кормит малышку. — Чем ты её кормишь? — Молоком разбавленным тёплой водой. — Смотри мне, чтобы ей плохо не стало. — Да ничего не будет, нам, кстати, нужна пипетка. — Может позвоним им и попросим купить? Пускай ещё участие в этом примут. — Звони. Чуя сопровождает свой уход кивком головы и через некоторое время старший слышит, что Накахара просит приехать и купить смесей с пипеткой, ведь у них родился слабый щенок. Осаму опустил свои карие глаза на маленькую жизнь и грустно улыбнулся. Первая его мысль, когда родилась малышка, была: "Она не выживет». Они приехали вместе со смесью и набором пипеток, но они были пластмассовые и не подходили, поэтому Дазаю пришлось уехать в аптеку вместе с девушкой, на некоторое время оставляя рыжего за главного. Парень и девушка уехали на долгие полчаса, и за эти полчаса у Миши успели отойти воды и она начала тужится. Осаму быстро снимает куртку и переобувается, прибегая на помощь парню. Он застал тот момент, когда Чуя тормошит щенка за загривок, а он не реагирует. Никаких признаков жизни. Шатен молча подходит, кладёт руку на плечо своего парня и забирает щенка, уходя. Чуя быстро хватает влажные салфетки и начинает вытирать собаку, не давая ей вылизываться. Чёрт, Осаму как-то упоминал про зелёные воды.* Старший ушёл хранить мёртвого, а младший остался с собакой. Хорошо, что она не успела его понюхать. Чуя изо всех сил сдерживает себя, но его выдают трясущиеся руки. Блять, так обидно. Это был мальчик и он был такой упитанный, такой хорошенький. Дазай приходит, когда Миша начинает рожать шестого, и это оказался тоже мальчик, но не без проблемы. Опять внутри застрял послед. Накахара, вытаскивая противную штуку, ощущает как у него трясутся ноги и как они у него подкашиваются, но вскоре он смог выдохнуть спокойно, ведь малыш пискнул. Если собака собирается рожать ещё, то для рыжего это был последний щенок. Так и было. Последних троих принял Дазай. Все трое родились попой вперёд, но два без пузыря. Мальчика почти не пришлось откачивать, но вот девочка. Её откачивали сорок минут и Осаму был уже готов сдаться, как малышка пошевелила лапкой. Они принимали роды до трёх часов ночи. Да и долго-то они не спали. Предпоследняя малышка дала шороху, застыв. Её опять пришлось приводить в чувства. А на следующий день…умерла слабенькая. А Чуя знал, он знал, что она до утра не доживёт из-за одного случая. После кормёшки малышка начала булькать и опять дышать ртом. Миша начала суетиться и скулить, а малышка пытаться пискнуть. Она булькала и очень слабо шевелилась, и в этот момент Накахара заплакал в голос. Он столько сдерживался, что просто в этот момент тихо поплакать у него не получилось. Когда рыжий обнаружил бездыханное тело малышки, он пошёл будить Дазая. Он потормошил её, попытался привести в чувства, но ничего не получилось и он произнёс: — Когда она родилась, первая моя мысль была: «Она не выживет». И знаешь как я удивился, когда она прожила два дня?