fucking Russia.

В туалете стоит ужасный запах, дело даже не в том, что это туалет. Шестые классы курят тут электронные сигареты, а те, что покруче, вейп. Эрнест сам неоднократно становился свидетелем этого, в прочем, в его прошлой школе было хуже. И все же да, дело еще и в том, что это туалет. Когда-то возможно здесь и было все новое, чистое, но люди в своей сущности свиньи, а дети вдвойне. Поэтому приходиться не обращать внимание на обстановку, выходит неплохо. — Я пиздецки счастлив встретить тебя. — Еще минуту назад нос щекотал приятный запах сигарет и чего-то сладкого, исходящий от футболки Жени, а теперь в груди что-то тепло колит от этих слов. Эрнест не любит маты, запах сигарет и ходить в кино с кем-то, но Жене идет матерится, именно его сигареты пахнут лучше всего, а Соня сказала, что если он действительно хочет разобраться со своими чувствами, то стоит пригласить Грезева на свидание. «Сходи с ним в кино, ничего такая, интимная обстановка» Несмотря на то, что Ангелов готов называть их встречу как угодно, но не свидание, он предложение принял и сделал то, что сделал. Теперь смотрит на друга сверху вниз, все еще ощущая тепло от чужого тела (или это ему кажется), добавляя ко всему глупую улыбку. — Пошли, иначе кондукторша нас съест. — Женя хватает его за предплечье и тянет. Был момент, когда Женя болел. Он лежал с температурой, кажется это была середина февраля, а Эрнест носил ему домой конфеты для горла. Ангелову тогда пришлось сидеть с Тарасом. Хороший парень, смешной. До того, как подружиться с Женей, Эрнест говорил с ним от силы три раза, все остальное время видел их с Грезевом рядом. И выглядели они настолько гармонично вместе, что вспоминать сейчас об этом не особо приятно. — Вчера я ехал на автобусе домой, — начал Тарас в своей привычной манере, — там была кондукторша. Мерзкая такая, которая будет орать на тебя даже после того, как ты оплатил ей проезд. «Молодой человек, ничего не знаю, куда вы дели билет? Нет, я Ваши деньги не видела, чего вы мне врете.» Так вот, наша химичка похожа на нее. Это тогда показалось очень смешным, Эрнест поделился этим с Женей. Теперь в их классе минимум три человека называют Елену Ивановну «кондукторша». Она об этом не знает, оттого ведет себя еще больше похоже. *** — Что я должен надеть? Что мне ему говорить? О чем? Мы должны как-то особенно себя вести? — Зачем ты так паникуешь? — Раздается голос подруги из динамика телефона. — Я никогда не ходил на личную встречу с человеком, который мне симпатичен. — Повисает тишина. Глупо, потому что сам Эрнест прекрасно знает, что его подруга столько же опытна в этих делах, сколько и он. Но от чего-то кажется, что она знает, что и как будет лучше, по крайней мере вся надежда на нее. — Будь собой, боже, — дописав что-то, девушка поднимает голову, чтобы взглянуть на Ангелова. Инстаграм испортил качество, но через пиксели можно понять, что он лежит, — это не так сложно. Вы же как-то общались до этого. — Мы не ходили на свидания. — Эрнест всю географию смотрел на своего соседа и думал только о том, что ждет их вечером. К концу урока он признался для себя в том, что это свидание. Теперь признался не только себе. Но Соня, судя по всему, с самого начала знала, что да как, так что это ее нисколько не удивило, она продолжала: — Оставь это, все пройдет хорошо. — Это волшебным образом помогло, а дальнейшие слова о том, что стоит поспешить, чтобы не опоздать, помогают взять себя в руки и дойти до шкафа. Погода стала лучше, если сравнивать с прошлым днями. Утром светило солнце, ветер почти не дул, поэтому песок лежал спокойно на земле, давая возможность наслаждаться проведенным на улице временем. К вечеру становится холоднее, Эрнест решает надеть водолазку цвета нежно-голубого, настолько, что кажется, это белый. Черные обтягивающие джинсы, а сверху кожаную куртку, массивные ботинки. — Выглядишь так, будто собираешься соблазнить лучшего друга. — Подкалывает его Соня, на что парень отключает видеочат (все это время они разговаривали о том, как все должно пройти). Эрнест смотрит на себя в зеркало еще около двух минут, поправляет воротник, куртку. Он то заправляет водолазку, то достает ее из джинсов. Он не может успокоится, почему-то хочется выглядеть идеально. Так, чтобы Женя увидел его и был в восторге, чтобы не пожалел, что согласился. Именно сейчас Эрнесту кажется, будто от его внешнего вида зависит успешный исход сегодняшнего вечера. «Я зайду за тобой» — изначально планы были именно такие, но разговор с подругой, волнение и долгие сборы заставили его задержаться. На часах пол шестого, они решили, что должны быть в кинотеатре в шесть, а дальше решить, на какой фильм пойдут. Идти до дома Жени (Эрнест, к слову, никогда не был у него в гостях, но часто подходил к его дому) примерно полчаса, если не спешить, черт. «Я уже вышел, просто иди навстречу» Сердце начинает быстро стучать, еще быстрее, чем когда он предлагал ему этот поход. Столько всего, их встреча теперь имеет статус свидания, все так серьезно, так волнительно и немного страшно. Солнце все еще светит, но стало холоднее, если сравнивать с утром. Ветер начал дуть, но не особо сильный. Пройдя минут десять, в далеке Эрнест видит парня низкого роста в красном худи. Он не думает долго, сразу понимает, что это Женя, ускоряет шаг. На лице Грезева улыбка, он тянет руки, но потом быстро опускает. От этого на секунду становится грустно, но Ангелов быстро приходит в себя. Настолько, насколько может в его состояние. — Ты совсем не одет по погоде. — Вздыхает Эрнест, вместо приветствия. Женя закатывает глаза, хватает его под руку (тело словно прошибает током от этого), тянет за собой, прямом как сегодня на урок химии. — А тебе ее жарко? Коженка, серьезно? Ты куда собрался? Внутри что-то обрывается, сильный порыв ветра дует, поднимая песок, кидая его в людей. Эрнест наклоняется к Жене, чтобы прикрыть его. — Да ладно тебе, — как только это прекращаются, они начинают идти в сторону того торгового центра, где находится нужный им кинотеатр, — Ты выглядишь хорошо. В Жене есть много хорошего, но одну черту его характера Эрнест ценит больше всего. Женя внимательный, он замечает разочарование за несколько секунд и исправляется. Эрнесту все же кажется, что это не столько от души сказано, сколько ради приличия, но это то, что он хотел услышать, когда выбирал лучше вещи. Всю дорогу до кинотеатра они идут под жалобы Жени на отца. — Он появляется в моей жизни тогда, когда это не нужно. Как будто без его советов я не смогу решить, что мне делать. Я его отчество уже забыл, а имя помню, потому что это мое отчество. — Эрнест слушает внимательно, что-то хочет сказать, но останавливает, потому что не знает. У него хорошая семья, они редко ссорятся и их образ жизни подходит под стереотипное представление идеальной семьи. Настолько, что иногда ему самому становится неприятно, учитывая положение Жени. — Прости, что нагружаю. — Извиняется Грезев, когда они поднимаются по ступенькам. Эрнест хлопает его по плечу, они подходят к стеклянной, крутящейся двери, проходят внутрь здания. — Лифт? Эскалатор? — Ангелов поворачивает в сторону, а друга рядом уже нет. Он разглядывать витрину прилавка с различными игрушками для детей и дешевой косметикой. — 3д ручка, вот это тема. — Заключает подросток, перед тем как отойти. Эрнест не может сдержать улыбку. Женя такой…хороший? забавный? милый? Все сразу, но ничего из этого. Женя особенный, какой-то слишком-слишком, но почему Ангелов узнает об этом только сейчас? Почему он хочет смеяться над каждой глупостью, и чтобы никто не знал настоящую причину этого смеха? Стеклянный лифт. Много людей, никто не хочет выходить, несмотря на перегруз. Женя тянет его, опять тянет. Но в этот раз за руку. Эрнест ощущает это так, будто его обожгли. — Хочу читос. — Грезев звучит так, будто хочет добавить еще что-то, но взглянув Эрнесту в глаза, передумывает. В магните, что открылся совсем недавно, они покупают три пачки читос. С кетчупом, в форме усов со вкусом пиццы и спиральки со сметаной и луком. — Куда нам это? — Возьмем в школу, будем есть на переменах, никому не дадим. — Это очень похоже на Женю, это в какой-то степени грубо, но это и мило. В этом весь Женя. Честно, весь поход в кино не был ради кино, он был ради Жени, его тупых шуток, ругательств во время того, как он решает, какую пачку съесть первой. Поэтому они идут на фильм, название которого не читают до конца. Почти пустой маленький зал, последний ряд, скучный фильм, который спасает только Женя. Он смешно комментирует, ругает персонажей, передразнивает их забавным голосом. Эрнесту в какой-то момент становится так смешно, что слезы собираются в уголках глаз. Так хорошо, спокойно на душе. А чего он волновался, верно? Вот они сидят, им весело, нет неловкости, нет недосказанности. Лучшие друзья, какими стали еще полгода назад. Все хорошо, верно? Ангелов тянется за чипсами. Он не смотрит, потому что на экране началось что-то хоть немного интересное. Он лезет в пачку, но вместо чипсов находит руку Жени. — Прости. — А вот это неловко, но от того, что Грезев отдергивает руку сразу же, как чужие пальцы его касаются. — Ничего. — Но это «ничего» заметно отличается от всех предыдущих слов Жени. Интонации какая-то не та, верно. Но Эрнест не хочет придавать этому большое значение, он хочет запомнить этот вечер таким, как он начался. Уютным, с тупыми шутками и громким смехом. Такими бывают идеальные свидания, да? Из зала они выходят молча, две пачки читос падают в мусорку, а за ними пустая бутылка колы. — Тебе понравилось? — Видно, что от вопроса Женя вздрагивает. — Хуйня, но у меня отличная кампания. — Говорит он это точно таким же веселым тоном, как и начал их встречу. Ангелов, который хотел скрыть все свое беспокойство внутри, выдыхает. Он ничего не испортил, все хорошо. Зимой, осенью в это время в городе уже темно, но сейчас весна, а значит солнце светит так, словно это ранее утро. — Я провожу тебя? — Эрнест живет недалеко отсюда, Женя же значительно дальше. Грезев пожимает плечами. — Почему бы нет. — От такого ответа сомнения в том, что их вечер прошел ужасно исчезают. — Почему я ни разу у тебя не был? — Тишина не давит, но хочется разбавить ее непринужденной беседой. — Ну, — Женя явно не знает, что ответить, — моя мать все время дома. Я не хотел бы вас знакомить, знаешь, это будет неловко. Эрнест кивает. — К тому же она очень любит поговорить, а ты нет. Если не вытянет из тебя всю информацию, буду страдать я. А я тоже не знаю, почему ты сюда переехал. — Мы с семьей хотели чего-то нового. Город получше, побольше. Женя издает смешок. — Побольше это понятно, но получше? Серьезно? — Да, ты просто привык к тому, что у тебя есть. — Атмосфера между ними как никогда теплая и располагает к общению, что хочется говорить обо всем, говорить только правду. — Нет, это ты не жил здесь сколько я. Год назад, зимой, я шел на почту. Передо мной с балкона первого этажа выпал мужик в трусах со стаканчиком пива в руке. Он встал на ноги и зашел обратно в подъезд. У вас такие часто бывало? Женя говорит совершенно спокойно, не стараясь смешить. Но Эрнест смеется в голос, от чего ему немного неловко. — Такого не бывало, но согласись, у вас все лучше с образованием. Да и мест, куда сходить, гораздо больше. — Что мне это образование, я иду на повара. Повисает пауза. — Скажи, что ты шутишь. — Шучу, если на программиста возьмут, то туда пойду. — Так ты уходишь после девятого? — Этот факт неприятен. Эрнест будет сидеть в школе еще два года, а в школе без Жени как-то не очень. — Да, я же тупой. — Усмехается как-то грустно. Эрнесту и это обидно. — Ты самый умный парень, которого я знаю. Женя смеется громко, наиграно. — Звучит как лесть. — Вовсе не так. Дует ветер, поднимает песок. Солнце светит, от не греет. Ожидаемо, что Женя жалуется то холод. Эрнест предлагает дать ему куртку, в ответ получает: — Подкатываешь? — И свои красные щеки. Закат красивый. Это еще одно отличие нового города от старого. В прошлом месте Ангелов никогда не смотрел на небо, а здесь глаз оторвать не может. Такое фиолетово-розовое, где-то синие. Вот бы сидеть и смотреть на него весь вечер. Интересно, а Женя любит закаты? — Чел, мы все. — Эрнест и не замечает, как они подходят к нужному дому. — О, да. — Он опускает голову, быстро собираясь с мыслями. — Прекрасно провели время. — Неплохо. — Грезев поднимается по ступенькам к двери подъезда. — Зайдешь? Ангелову тоже холодно, но об этом он не говори. Есть много причин, чтобы он принял предложение. Для Жени это: — Почему бы и нет. — Для него дело в погоде, но он лишь хочет скрыть все внезапные надежды и желания. В подъезде теплее, никого нет. Пахнет сигаретами и мочой, как не странно. Стены исписаны ругательствами. «Аня Л. — шлюха» — сообщает автор одного из них. Эрнест усмехается, знает он одну Аню Л, странная она. — Так и что? Продолжишь стоять? — Женя достает из кармана пачку. — Зачем позвал, если стоять нельзя. Грезев усмехается. — Курить один не хочу. Он делает затяжку за затяжкой, молча смотря на стену. Как он успел так измениться с начала недели. То был обычным, хорошим другом, но простым пацаном, а теперь какой-то слишком красивый, приятный парень. — Мне не понравился фильм. — Вздыхает Ангелов, делает шаг вперед. — Еще бы, такое говно. — Женя не замечает его действий. — Да, но с тобой хорошо. Повторим? Можно посмотреть что-то у меня дома. Женя кивает. Эрнест делает еще шаг. Для чего был весь этот поход? Чтобы понять, что чувствует Ангелов. Что в итоге? Ох, ну…у него в животе нет тех самых бабочек, но сердце быстро бьется, руки слегка дрожат. Он понял, что фильм полный отстой, только когда прочитал его описание на маленькой брошюре, что они взяли возле выхода. А все почему? Женя был рядом. Его глупость, комичность. Он такой хороший, слишком хороший. И что же в итоге? Соня лучшая подруга Эрнеста, они общались по интернету до того, как он переехал сюда. Он бесконечно ее любит, но это не то, что он думает о Жене. Женя что-то другое, гораздо большее. Что? Женя нравится ему, вот. Эрнест делает еще шаг. Он ненавидит говорить, это так сложно порой. Нет ничего лучше поступков, которые показывают все эмоции. Вот и сейчас. Ему нужно наклониться (разница в росте), вдохнуть и прикоснуться губами к чужой щеке. Для чего? Чтобы Женя отпрыгнул, отталкивая его в сторону. — Ты чё? Они оба в полном шоке. — Разве ты не этого хотел? Женя смотрит пустыми глазами в ответ.