Солнце существует для всех! Выбор есть всегда!

      День 192. Время 14:50. Через десять минут откроется дверь, и в комнату зайдет Антонио. Посмотрит на меня с наивысшей степени презрения, плюнет в очередной раз в пол, предварительно назвав меня «сучкой господина», и только после небрежно поставит поднос с обедом на тумбочку, разлив пол кружки с хорошим черным чаем. Если повезет и настроение у Антонио будет нейтральным, то он просто пнет тумбочку и с чувством выполненного долга покинет мою тюрьму.       Каморка десять квадратных метров, замечу, обустроенная коморка, с мягкой кроватью, тумбочкой и свежепоклеенными обоями, была моей крепостью и спасением от господина Дарио. И сейчас, единственное, чему я была сейчас рада за последнюю неделю — мои приступы притупились, как и посещение особой разлагающейся гнили в лице моего господина.       Время 15:05. Странно. Сегодня особенный для меня день, почему его до сих пор нет? Страшно ведь… Я все спланировала, ведь да? Всё-всё… Смогу же, да?       Поправляю выбившийся из култышки волосы, и проверяю, спрятанную за поясом платья вилку, после чего вновь в панике смотрю на дверь. Где же он? Где? Но не успеваю я прикусить от страха нижнюю губу до крови, как слышу торопливый топот ног. Мгновенно успокаиваюсь, взяв себя в руки. Или нет?       Ключ не попадает с первого раз в скважину, что означает, человек за дверью нервничает. Спустя отсчитанных мною десяти секунд, раздаётся щелчок и дверь с силой распахивают, являя моему взору разгневанное лицо Антонио. Инстинктивно закрываю свой живот руками, от страха выпячивая глаза на грозно нависающего надо мной смотрителя.       — Сучка! — бьет по лицу, да так, что я прикладываюсь головой об стену. Тошнота резко подходит к горлу, но пришлось сдержать её. Лучше потерплю, чем потом мыться в ледяной воде. — Вилку, живо!       С трудом фиксирую взгляд на Антонио, после чего поднимаю правую руку, указывая в правый угол комнаты. Он разворачивается ко мне спиной… Вот этот момент! Я резко достаю свое единственное оружие и с яростным криком заношу вилку, целясь в голову. Черт! Попадаю ему в глаз! Антонио падает на колени, хватаясь за лицо и срывается на крик. Маты, угрозы, страх и ярость полились рекой. От увиденной крови на лице смотрителя, закружилась голова и меня в конце концов стошнило рядом с ним.       — Тварь!       Мужские грубые руки тянуться к моей шеи, но я чудом выскакиваю из комнаты и несусь по длинному, дорого украшенному, коридору, ища луч надежды на спасение. Позади слышится рык гончей собаки, Антонио, но дышащая смерть прямо в мой затылок не помогает мне ускорить темп. Живот болит, перед глазами все плывет, поэтому очередной раз наткнувшись на красивую тумбочку, на которой стояла явно дорогущая ваза, я падаю на колени, хватаясь за живот. Больно… Не могу… Больно…       Но стало ещё больнее, когда со всей дури меня схватили за волосы и потащили по полу. Я заорала во весь голос, с силой впиваясь ногтями в руку Антонио. Ему надоедает это, поэтому резко откидывает меня к стенке и начинает с упоением бить. Я сворачиваюсь калачиком, с трудом защищая свой живот от тяжелых, кожаных ботинок Антонио, который не жалея дорогущей обуви, покрывал их моей кровью.       — Сучка! Да как ты посмела поднять на меня руку! Я разделаюсь с тобой так же, как и когда-то с твоей матерью! И даже господин не остановит меня, слышишь, тварь?!       Мне разбивают нос, спину обхватывает огнем, как и горло. Что-то хрустнуло… Перед глазами появились темные пятна и, ещё бы чуть-чуть, я была готова провалиться в долгожданную тьму, как все внезапно прекратилось. Слух уловил ужасающий хруст костей, и что-то мертвым грузом упало неподалеку.       Я не могла пошевелиться, заставить себя повернуть голову, но этого было и не нужно. Мягкий, спокойный, женский голос, теплые руки, прикоснувшиеся ко мне, оборвали ниточки страха, позволяя подумать, что это конец. Я умерла. Я ведь могу теперь спокойно уйти к маме? Да?       — Как тебя зовут?       — Ан-на.

***

      POV Хару.       — Врой, Миура! Да ты совсем совесть потеряла!       — Мусор, заткнись.       — Травоядное…       — Ку-фу-фу, Хару-чан, и кто же дал тебе разрешение идти на это задание? Савада?       — … .       — Тсуна обиделся, — ласково улыбнулась я, не отрывая своего взгляда с муженька, упорно смотрящего в окно. — Это мое окончательное решение, — обратилась уже ребятам, — поэтому Ску, вводи в курс дела или я самостоятельно разнесу особняк Дарио.       — Врой! Миура, объясни какого черта ты поехала с нами? — все никак не мог угомониться Ску. Как же я его люблю, так переживает… мило.       — Боже, — возвела глаза к крыше машины, поправляя на руках свои черные перчатки. — Я же уже говорила, что эта сволочь торгует девушками. Я просто уверенна, что недавнее похищение Хром было спланировано именно им! Не помните что ли, как господин Дарио заглядывался на неё месяц назад, когда приезжал на общий сбор? Он мне с первого взгляда не понравился. Пузатое «чмо», рожа извращенца — сразу видно, что он имбецил.       — Твоя логика не перестает поражать меня, Миура, — усмехнулся Кёя.       — Не суть, — отмахнулась. — Я две недели копала на него информацию, а Мукуро в живую видел, чем промышляет этот человек!       — Ку-фу-фу, — глаза Рокудо совершенно не улыбались. Еще бы! Уже были неоднократные случаи, когда на Хром заглядывались пузатые дядечки, пытаясь притронуться к ней, да только Мукуро и Кен ломали тем конечности быстрее, чем милая Хром осознавала происходящее. — Наркотики, эксперименты, живая торговля…. Продолжать?       — Поэтому, Ску, давай без вопросов и ора, рассказывай план.       — Черт с тобой, Миура! В общем, — Скуало достал схему особняка и стал показывать и рассказывать план захвата, при этом напоминая, что все собравшиеся в данной машине, в лице Хибари, Мукуро, Занзаса, Скуало, собственно меня и Савады, всегда не действуют по плану. Одним словом - импровизаторы хреновы! И я с ним была солидарна. Действовать по плану не в нашей привилегии, но не в этот раз. Ситуации оказалась очень сложной, из-за чего на это задание собрались самые сильнейшие люди в нашей семье.       Все началось с того, что в союзных семьях Вонголы стали пропадать девушки в возрасте от 15 до 24 лет. Атмосфера нагнеталась, так как продолжительное время разыскать похитителей никому не удавалось. А что делают люди, когда не могут справиться с решением проблемы? Правильно! Обвинять! Но, Слава Господи, мы успели предотвратить ненужные кровопролития. Правда, все попытки разобраться с этим делом были провальны. Не было ни одной зацепки, пока Хром не попытались стырить у нас из-под носа. Хром, как хранительницу тумана Вонголы, никто не из доверенных лиц не знал. Эта информация была строго конфиденциальна по просьбе Мукуро. Да и, как ни странно, Хром была ниже травы, тише воды, в отличии от меня. Сложно оставаться в тени, когда ты являешься женой Десятого. Но я не просиживала штаны, а строила надежные отношения с другими семьями и пройдя через тяжелый труд, заслужила их доверие и уважение. Так вот, эти идиоты, неудачливые похитители, не проверили хорошенько информацию и позарились на члена семьи Вонголы! Похитителей, конечно, расспросить мы не успели. Их застрелили! Кто? Не понятно. Но зацепку мы все же получили. Точнее моя внимательность.       К чему я вообще веду? Как я уже сказала, мне пришлось две недели безвылазно сидеть в кабинете, перерывая тонны информации и подпинывая задницу Мукуро, отправляя того на расследование! Савада, ясень пень, был недоволен моей ТАКОЙ работоспособностью, ведь я нахожусь уже на третьем месяце беременности, когда мне полагается сидеть в доме и готовиться к материнству. Да и не только муж бурчал, но и дяди. Брау, неведомым мне образом, поругался со мной и ушел в запой на два дня, пока я, упрямая коза и неуравновешенная беременная с частыми перепадами настроения, сидела в кабинете и жаловалась Хибари о своей несчастной судьбе. Кёя продержался ровно тридцать минут. Не выдержав моего бубнежа, он закинул меня на плечо и, выбив дверь кабинета моего мужа, до усрачки перепугав Хаято, кинул меня в сильные руки моего любимого, сказав: «Выполняй супружеский долг, травоядное», и ушел. Савада просьбу выполнил. Успокоил и приласкал, да только, когда я сообщила, что еду на разборки с ними, психанул, и ушел к Брау за компанию. Слава дяде Висконти, который привел этих двоих в чувство и выпнул работать. Обиду на меня они держали, но мудро молчали в тряпочку.       — Миура, ты слушаешь? — переспросил Ску, на что я задумчиво кивнула. Мы с Рокудо на славу постарались, найдя все говно господина Дарио, но вот одного я понять не могла, для чего ему нужны были девушки знатных мафиозных семей, которые находились в союзе с Вонголой? Это же чистое самоубийство связываться с нами! Что-то тут не чисто и это больше всего меня беспокоило…       — Хибари, ты пойдешь со мной, — сказала я, заметив вдалеке виднеющийся особняк Дарио. — Попытайтесь не убить нашу цель, и не взорвать к чертовой матери особняк. Мы должны найти девушек.       — Врой! И без тебя знаем!       — Ку-фу-фу, пытки в моем вкусе.       — Чертов мусор…       — Травоядные…       — Хару, — впервые за три часа поездки Тсуна позвал меня, и взяв меня за руку, переплел наши пальцы. В груди потеплело и стало легче дышать. Беспокойство ушло на задний план. Я послала ответную волну тепла пламени, прося прощения за мой эгоизм и упрямство.       — Не беспокойся. Я в любой момент могу позвать Накл-сана. Да и Алауди-сан подстрахует.       Тяжелый вздох, и Тсу кивает. Как он только не запер меня в особняке? Мое любимое чудо.       — Приехали.

***

      Ещё одна из служанок падает без сознания на пол, сильно прикладываясь головой об пол.       — Хибари, поосторожней, — бурчу я, проверяя не повредил ли им Хибари голову. — Они же простые люди! Не нужно им мозги отшибать. Поаккуратней.       — Миура, лучше следи за собой, — фыркнул Кея, выглядывая из кухни для слуг в коридор. — Куда дальше?       — Нам на третий этаж, — сверяюсь с картой, неосознанно поглаживая живот, что без внимания Хибари не остается. — Да-да, молчи, ежик, — улыбаюсь, замечая недовольство его в глазах. — Не будем терять времени, а то я хочу поскорее домой. Ямамото обещал приготовить свое фирменное блюдо на ужин. Да и первое поколение собирается явиться ненадолго…       — Миура, чисто, — перебил меня Кея. Он взял меня за руку и повел по пустому коридору.       Всего было три входа в особняк: южный, западный и восточный. Мы с Хибари пошли через западный, так как парни все же перестраховались и решили меня послать через комнаты обслуги, которые как раз находились в этом крыле. Лестницу наверх мы нашли быстро, поэтому со спокойной душой и, я бы даже сказала, прогулочным шагом, поднимались на следующий этаж.       — Слишком тихо, — прошептала я, прислушиваясь к особняку. Неужели я настолько привыкла к нашей неугомонной семье, что тишина кажется мне пугающей? — Может быть засада?       — Нет, сегодня просто выходной. Многие уехали отдыхать. Я проверил.       Ну да-да… Гены детектива Алауди-сана делают свое дело.       Внезапно, Кея затормозил на последней ступени и достал тонфа, напрягаясь всем телом. Я, по выработанной привычке, призвала свой посох, готовая в любой момент поставить барьер для защиты от пуль. Но странно… стояла тишина.       — Что? — приблизилась вплотную к спине Хибари, выглядывая из–за плеча. Он промолчал и не шелохнулся. Я забеспокоилась несвойственному поведению для Хибари, но прежде чем повторно спросить, услышала женский крик этажом выше. Хибари рванул стремительно вперед, поднимаясь дальше по лестнице. Я не отставала, следовала за ним по пятам. Крик сменился на жалобный вой раненого зверя, от чего мое сердце ушло в пятки.       Картина, представшая перед глазами, была ещё ужасней, чем мой страх. Крепкий, накаченный мужчина, неприятной внешности и с вилкой в глазу, со всей силой пинал ногой хрупкое тельце девушки, на которой совершенно не было живого место! Все открытые участки её тела покрывали огромный синяки и кровоподтеки. Одежда была вся в крови, как и пол.        В груди все закипело от злости, я утробно зарычала, но прежде, чем успела предпринять какие-либо действия к этому подонку, Хибари отбросил тонфа в сторону и, в мгновение ока, свернул тому шею. Ярость затмила глаза Кеи и я была бы не против, если бы он начал избивать своим оружием до смерти эту тварь. Слишком быстро отделался от расплаты.       С отвращением взглянув на мертвую мразь, безвольной куклой, валяющегося у ног Хибари, я подбежала к притихшей девушке. Пламенем солнца просканировав её состояние, меня накрыл бешеный гнев. Трещина кости в правой руке, сломана нога, разбита скула… Я могла перечислить ещё более десяти повреждений, пока не увидела самого главного. Девушка была беременна, находясь на пятом месяце!       Теперь мой гнев вышла за пределы разумного, я смогла спросить имя, неведомо, как остававшейся в сознании девушки, прежде чем повернуться к трупу мужчины. Отодвинув Кею в сторону, чувствуя подрагивание ниточек связи между Тсуной и мной, который уже спешил к нам, почувствовав мое состояние, я направила на охладевающее тело свое пламя.       — «Прощай» от Анны, тварь!       Продолжение следует…