О дружбе, маникюре и немного парнях

Инна набрала в чайник воду и поставила его на плиту, посматривая на настенные часы. Тамара позвонила, спрашивая, дома ли она и можно ли заглянуть, где-то минут десять назад, а значит, уже скоро должна была подтянуться. Всё же от театра, где подрабатывал её младший брат — на выступление которого Тамара и ходила, за бесплатные билеты грех было не сходить — до дома Инны было минут пятнадцать, не больше. Тамару в их устоявшееся с первых классов трио привёл Шурик. Спортивная, умеющая держать себя по каким-то красивым стандартам благодаря отцовским дрессировкам, Тамара почти сразу предстала чуть ли не полной противоположностью Инне, не особо ладящей с физическими нагрузками и порой ядовитой на язык из-за друзей-мальчишек и конфликтов с другими мальчишками из-за них. Однако несмотря на то, чтобы первое знакомство не очень задалось, в последнее время общение наладилось, чему Инна была даже рада. Хотя в гостях у неё Тамара была до сих пор всего пару раз, исключительно когда они собирались всей компанией, захватывая и её братьев заодно, если не успевали показательно разбежаться по делам. В остальном же они обычно встречались где-нибудь в городе, прогуливаясь по магазинам или по кафе, обсуждая последние новости и иногда парней со своих факультетов, хотя последние Тамару не очень-то интересовали, она с куда большим желанием заводила разговор о каких-нибудь приближающихся соревнованиях. Звонок в дверь прозвучал, как раз когда Инна крутилась в коридоре перед зеркалом, пересобирая хвост. Обнаружившаяся на пороге Тамара в ответ на бодрое «Привет!» как-то странно, словно бы натянуто улыбнулась. Впрочем, да, улыбка, и правда, была именно натянутой — в конце концов, что-то внутри Тамары сейчас истошно кричало и умирало от смущения. А ведь она ещё даже не переступила порог. — П-привет, — ответила она, кивком принимая приглашение войти. Взгляд Тамары непроизвольно упал на руки Инны, закрывающей дверь, и она отчего-то потупилась ещё больше. И какой чёрт её дёрнул? С самого детства на первом месте у Тамары стояли результаты: школа, спорт, младшие братья, снова школа, снова спорт. Внешность её интересовала только в тех случаях, когда это было необходимо, на отцовских встречах или пресс-конференциях, например. Однако чья-то невзначай брошенная в женской раздевалке реплика об ухоженных руках и парнях, которым это нравится, почему-то засела глубоко в подкорке мозга. Волейбол даёт не слишком-то большой простор для творчества, когда дело касается ногтей, но Тамара твёрдо решила хотя бы попробовать. Легко скинув босоножки, она последовала за Инной вглубь квартиры. — Случилось чего? — поинтересовалась Инна, никогда не любя ходить вокруг да около, особенно если ситуация действительно выходила за рамки привычных. Можно было, конечно, сначала притащить в зал чай и оставшиеся с завтрака вафли, но у Инны ещё с раннего детства слова обгоняли предварительное обдумывание и тактичный подход в целом. — Просто ты так внезапно позвонила… Обычно после Колькиных выступлений вы собираетесь всей семьёй его игру пообсуждать. Тамара выглядела какой-то слегка пришибленной и, усевшись на диван, принялась бездумно смотреть в экран выключенного телевизора. Инна почти взялась пошутить, что нормальное зеркало всё-таки лучше, но на это раз всё-таки вовремя прикусила себе язык. — С Гришей, что ли, опять поцапались? Гриша, второй младший брат Тамары, был подростком сложным, как, собственно, почти все школьники в выпускном классе. Только если ребята его возраста обычно излишне активничали, Гриша чаще уходил в себя и очень ревностно относился к любому посягательству на личное пространство. Даже случайному, из-за чего как Тамара, так и Коля периодически с ним подолгу не разговаривали и пропадали из дома на весь день. В противном случае, складывалось впечатление, что Гриша старательно и вполне успешно проклинает их мысленно, уж слишком тяжёлым бывал его взгляд и как-то неприятно начинало от этого взгляда сосать под ложечкой. — Нет, ничего такого, — как-то не сразу отреагировала Тамара, перебирая пальцами. В голове вертелась навязчивая мысль извиниться и убежать куда подальше, пока не поздно. Быстро сомкнув пальцы в замок, она выдохнула и посмотрела на подругу. — Я мальчиков домой отпустила. Решила, что было бы неплохо к тебе зайти… Ну, знаешь… Посидеть… Поболтать, может… «Боже, какой бред я несу», — подумалось Тамаре, когда она снова перевела взгляд на черный экран телевизора. Инна же прекрасно знает, что Тома не фанат таких посиделок, чего голову морочить? Поэтому, решив, что надо просить, пока запал не иссяк и желание сбежать не перевесило упорно подавляемое женское «я», Тамара почти подскочила на месте и повернулась к Инне, складывая руки у груди: — Ин, ты же умеешь ногти делать? — Накладные, в смысле? — удивлённо переспросила Инна. Тамара, как-то не сразу поняв, о чём речь, замотала головой. За накладные ей тренер вставит по самое не балуй, того гляди и от игры отстранит. — Нет, ну… Просто, чтобы красивые были. Короткие. — А. — Инна несколько раз растерянно моргнула, а после решительно кивнула. — Ну да, умею. Мы с Сонькой на этом собаку съели, денег-то на маникюр жалко, он дорогой, зараза. Соня страшно не любила, когда её имя превращали в это дурацкое созвучие плейстейшн-приставки, и в ответ рифмовала имя самой Инны со свиньёй… Но раз Сони сейчас рядом не было, можно было и оговариваться. — Чего, кстати, спрашиваешь? Есть на примете кто-то, кому я могу за символичную плату чего наколдовать? Если что, я за, лишние карманные никогда не помешают. Тамара, растерянно потянувшись руками к хвостикам, чтобы покрепче их затянуть, тихо ответила: — Можешь мне сделать?.. — И, тут же передернувшись, затрясла руками, будто в каждом было по вееру. — Я заплачу, ты не думай! И сложного не надо ничего, просто… В порядок привести, что ли. На это раз на какое-то время слегка подзависла уже Инна. Выкинув перед собой руку и выдав многозначительное «Щас!», она умчалась на кухню, погремела там дверцами настенных шкафчиков и доставаемой посуды, притащила в зал две кружки с чаем и опасно покачивающееся на одной из них большое блюдце с вафлями… И только водрузив это на компьютерный стол у окна, вновь повернулась лицом к Тамаре. Та наблюдала за её передвижениями с той же внимательностью, с которой обычно следила за летающим туда-сюда через сетку волейбольным мячом. — Падай туда, — указала Инна на компьютерный стул, а сама ещё раз умчалась на кухню, себе за табуреткой. Тамара, проморгавшись, повернулась в сторону указанного стула. «Сбегать уже поздно», — пронеслось в голове, и она, набрав в грудь побольше воздуха, перебралась к окну. Кружку хотелось осушить залпом, а потом бы ещё чего-нибудь для храбрости… Но Тамара заставила себя остановиться на вафлях, и исчезали те довольно стремительно. Следующей явно вошедшая в раж Инна водрузила на стол вытащенную из нижнего ящика деревянную шкатулку. Причём водрузила с каким-то особенно торжественным «Та-да-аам!», после чего гордо вскинула подбородок и уткнула руки в боки, предлагая Тамаре самой открыть шкатулку, чтобы увидеть хранящееся в ней заветное нечто. Тамара сглотнула, готовясь узреть содержимое, и потянулась пальцами к крышке. Она даже успела бросить быстрый взгляд на Инну, прежде чем открыть «волшебный сундучок», а потом обомлела, уставившись на различные пилочки, кусачки и прочие принадлежности, от количества которых у неискушённого зрителя могла закружиться голова. Тамара была неискушённой. К тому же, в памяти услужливо всплыла профессия отца подруги, так что опасаться было чего. — Точно пытать меня не будешь? — попыталась пошутить Тамара, чтобы разрядить обстановку. — Этим? — задумчиво промычала Инна. Она потянулась к шкатулке и, пошаманив над ней пальцами, взялась за самые, по её мнению, устрашающие кусачки. — Вот честно, этим никогда не пробовала. Папа только иголки под ногти правильно загонять научил. Мама всё сокрушается, что куда-то все цыганские подевались… Шутка эта была уже очень старой, Инна использовала её класса с третьего. Тогда ещё можно было попугать народ звучным «У меня папа в полиции работает, преступников ловит и признания из них выбивает». — Да ладно тебе, Том, эта штука не кусается, — показательно щёлкнув «зубами» адского предмета перед лицом подруги, добавила Инна. — И потом, у тебя красивые руки, я ж сама себе не прощу, если вдруг случайно напортачу. Невольно дернувшись от щелчка прямо под носом, Тамара недоверчиво покосилась на остальное оружие, лежащее в шкатулке. Ох, это будет рискованно. — Ну, давай начинать тогда, что ли? * * * Инна колдовала над руками Томы уже добрые полчаса, постоянно выуживая из заветного «сундучка» какие-то неясные приспособления. Тамара, вначале жутко смущенная и встревоженная, неожиданно для себя успокоилась. Инна работала размеренно, со знанием дела, так что непредусмотренный массаж рук разморил стойкую спортсменку окончательно. В голове появились какие-то ненужные, но приятные мысли. Вспомнилось, как Гриша, искренне пытаясь сблизиться с сестрой, показал ей, как цветут кактусы у него на окне. Тамара ещё тогда подумала, что они очень похожи на её младшего брата — колючие с первого взгляда, но совершенно великолепные, если дать им время и заботу. Коля, днями сидящий в своей мастерской в театре, каким-то невероятным образом закрыл последнюю сессию, чему переживавшая за него Тома очень радовалась, а родители — и подавно. А когда мысли о братьях кончились, в голове Тамары всплыл чей-то другой образ. Собственно, что её побудило так неожиданно заявиться к Инне? Именно он... — Ин, — протянула Тамара тихо, — а ты думаешь, это кто-нибудь заметит? Ну, то, что ты делаешь сейчас… Кроме меня, конечно. Думаешь, оценит? — Уверена, Шурик точно оценит, — придирчиво осмотрев свою работу, кивнула Инна. — А если ещё и лак подберём тебе подходящий… Тамара нервно повела плечом и почти вырвала руку, но Инна, несмотря на внешнюю расслабленность, всё-таки держала крепко, как если бы заранее предвидев подобный порыв. И её переходящее из деловой сосредоточенности в несомненный азарт «Я ещё не закончила» только лишний раз подлило масла в огонь. — С чего ты взяла, что именно Шурику точно должно понравиться?! — совсем небраво поинтересовалась Тамара. И вот стоило ведь только подумать об этом… этом… Она, что, сильно задумавшись, сболтнула вслух лишнего, сама того не заметив? Иначе с чего вдруг Инна взялась оценивать свою работу именно через реакцию Шурика. — О, так всё-таки ради него стра… стараешься? — Улыбка на лице Инны стала ещё шире, чем за мгновение до этого. Тамара почувствовала, как у неё начинают гореть щёки и уши. Конечно, от Инны точно не стоило ожидать безобидных намёков или молчаливого понимания, она всегда и всё высказывала сразу в лицо… Но хоть капля милосердия в ней ведь должна была быть! Всё ещё с крепко удерживаемой рукой, желая провалиться сквозь пол из-за прямого взгляда ожидающей устного подтверждения Инны, Тамара издала даже ей самой непонятный утробный звук и уронила лоб на столешницу. Завтра обязательно выяснит, кто именно из их волейбольной команды так (не)удачно ляпнул про чёртовы ногти… и будет целиться и лупить в неё мячом всю тренировку. — Как думаешь, золотой или какой поярче? Можно зелёный под цвет глаз или… Какого у тебя там цвета форма? Синего? Тамара даже не сразу поняла, к чему это перечисление цветов. Подняв голову и наградив растерянным взглядом уже сосредоточенно-серьёзную Инну, она всё-таки посмотрела на свои руки — причину всех мучений. Это… наверное, были не её руки. По крайней мере, в первые секунды Тамара в это даже не поверила. Привыкши к ногтям, состриженным почти под корень или неровным при попытках хоть как-то отрастить, чему предсказуемо мешали тренировки, было необычно видеть их аккуратными, подпиленными под одинаковую длину. На пальцах ещё слегка виднелись мелкие следы от заусениц, но это если намеренно присматриваться… А ещё от рук на удивление приятно пахло каким-то кремом, их за время работы Инны откуда-то нарисовалось на столе аж три. За тем, как маникюрные принадлежности вернулись в шкатулку, а она сама снова спряталась в нижнем ящике стола, Тамара наблюдала с облегчением. Однако чуть запоздавшие слова благодарности и такое нужное «Я, пожалуй, пойду, потом честно тебе отдам деньги» потерялись за сменившей адский «сундучок» большой косметичкой, из которой на стол высыпались разноцветные бутыльки лака. Судя по всему, так просто отпускать её Инна не собиралась. — И-иин… — попыталась воззвать к подруге Тамара. — Наверное, яркие всё-таки тебе не пойдут, — вслух рассудила Инна, ладонью отодвигая в сторону даже слишком чужие для Томы красные и лиловые бутыльки. — Может, какой из этих? — подхватив два избранных, подняла она их на уровень лица подруги. — Давай зелёный, — на автомате выбрала Тамара тот цвет, что был потускнее. Жёлтый всё-таки кидался в глаза слишком сильно, она же сама будет отвлекаться с непривычки, того гляди, из-за этого ещё и мячом в голову прилетит. Инна счастливо просияла, хотя казалось бы, куда ещё сильнее, и требовательно протянула ладонь. Тамаре только и осталось, что снова вручить ей свои руки. — Шурик, кстати, зелёный цвет любит, — прокомментировала Инна, ловко орудуя лаковой кисточкой. Тамара после всей этой смущающей экзекуции уже порывалась задать вопрос, а так ли Инне нужно было упрямо идти в криминалистику, подражая отцу, она бы могла выучиться на какого-нибудь стилиста. — Я так и подумала, — сама не заметив этого за своими мыслями, кивнула Тамара. — У него вечно свитера-рубашки зелёные. И кошелёк, вроде, тоже. Инна тихо прыснула себе под нос. Тамара, вновь чувствуя, что краснее до самых ушей, — ох, не вовремя она решила продемонстрировать свою наблюдательность! — мысленно закрыла свой рот на замок. Высыхания лака они дожидались с новыми кружками чая и под включенный телевизор. Тамара об отслеживаемом Инной иностранном сериале знала только две вещи: название и что в нём есть любовным треугольник, в котором Инна, естественно, болела за наглого красавчика, а не за второго, скромного и добродушного героя. — С-Спасибо. — Тамара осторожно надела босоножки и потопталась на месте, смущённо потирая пальцы. — Я, это… — Ой, только не говори про деньги! — взмахнула руками Инна. — Уж с друзей я их точно не беру! И ты, если что, обращайся, я всегда подсоблю, — подмигнула напоследок она. Тамара, выдавив из себя улыбку в ответ, быстро выскочила за дверь. И лишь выйдя на улицу и отойдя от дома Инны подальше, решила ещё раз хорошенько рассмотреть свои руки. Чёрт её, конечно, дёрнул на всё это подписаться, да ещё и недальновидно к Инне напроситься. Но даже если окажется, что всё это глупости, ну, про парней, любящих девушек с аккуратными ногтями и ухоженными руками… То девчонки из её команды, по крайней мере, хотя бы точно обзавидуются увиденному!