Задыхаюсь без твоего запаха

Он вошёл в комнату, освещённую лишь светом уличных фонарей, что проникали сквозь бордовые шторы. Уставший, немного взмокший из-за подъёма по неудобной лестнице, парень тихо положил ключи на узкую тумбу у стены. Воздух квартиры, слегка спёртый без проветривания, напоен тягучим ароматом какого-то ликёра и сигаретного дыма. Он снова проклинал себя, что приехал. В который уже раз. Да, она не брала трубку два дня, но он знал, что она жива и в порядке. Чувствовал. Она была его наркотиком. Без которого не получалось. Он пытался бросить её, но снова льнул, как к животворящему источнику, в котором вместо воды яд. Она прогоняла его, но потом звонила и стонала в трубку, что умирает. И он ненавидел себя ещё больше, когда сдавался и приезжал. - Ты быть хоть окна открыла, - буркнул он в душную темноту. - Я же говорила, что придёшь... - раздался в ответ чуть хриплый низкий голос. - Ненавижу тебя... - откликнулся парень, которого уже потряхивало возбуждением только от осознания, что она здесь, слегка поддатая и явно не одета. И этот голос... В дальнем углу комнаты раздались тихие шаги. Она шла грациозной походкой кошки, плавно виляя бёдрами, одетая лишь в полосатую рубашку с закатанными рукавами. Слишком большую для её стройного тела. Неужели... Это ведь его рубашка! Та самая, которую он оставил здесь два дня назад, когда уходил после ссоры, накинув лишь куртку на голый торс. Она проследила за его взглядом и улыбнулась: - Задыхаюсь без твоего запаха. Не снимаю её всё время, чтобы хоть так ощущать тебя рядом, - промурлыкала она, не отводя блестящих в темноте глаз, в которых всегда, как красное вино в бокале, плескалось желание. Он сжал кулаки, соскабливая в себе остатки силы воли. А затем рывком притянул её к себе и со стоном "сучка" набросился на пахнушие сладким ликёром губы. Он ненавидел их обоих за то, что сгорали в этом чёртовом пламени страсти, понимал, что эти отношения погубят его, что эта девушка станет его могилой. Но также и не мог признаться, что она - его воздух, без которого - не дышать.