Без стеснений ....

— Как прошли грустные, лишённые всякого смысла часы в отсутствии меня? — с явным азартом тараторил парень, искоса поглядывая на брюнетку. — Пристегнись, Розали. — следом же командует ведьмак, добавляя: — Как маленькая, честное слово. — Ну, помимо того, что Алек чуть не убил меня стрелой, непредусмотрительно выпущенной из лука — ничего особенного. — тяжело вздохнув, отвечает Роуз, вынужденно пристёгивая ремень безопасности. — Сестра не смогла, попытался братец? — открыто рассмеялся Паркер, взглянув на недоумевающую девушку. — Они сговорились что ли? Осознание слов, сказанных ведьмаком, пришло практически моментально, и эмоция удивления тут же скользнула по миловидному лицу брюнетки. — Откуда ты знаешь? — младшая Паркер смутилась, хмуря свой аккуратный носик. — Оо, в тот день я зашёл на кухню совершенно случайно. — хмыкнул парень, загадочно блеснув глазами. — Ты ушла готовить кофе, а я спустился уже позже. Хотел прихватить с собой мармеладки. Но, вместо любимых мармеладок меня ждали вы. Чёрт, так круто, когда за тебя девчонки дерутся! — ведьмак порывисто ударил по рулю, не прекращая самодовольно улыбаться. — С чего ты взял, что из-за тебя? — наигранно прыснула со смеха Розали, вымученно закатив глаза. Желания, чтобы Паркер ещё больше зазнался, у девушки не было. — Брось, Роуз, я всё слышал. — ведьмак расплылся в наглой ухмылке, увидев на лице Паркер эмоции, подтверждающие его слова. — Но знаешь, это довольно мило. Даже приятно. Я раньше не думал, что ревность такая классная штука. — Это была не ревность. — А что тогда? — ехидно улыбнулся Кай, осторожно сжимая правой рукой тонкую кисть Розали. — Я просто обозначила своё. — глядя прямо в серо-голубые глаза Паркера, отчеканила девушка, от накатившей злобы и напряжения сильно сдавив руку ведьмака. И реакция Кая вновь непредсказуема: он глубоко выдыхает, переводя взгляд обратно на дорогу, на мгновение замирает, словно что-то обдумывая, а после подносит ладонь Розали к своим тёплым губам, оставляя еле ощутимый поцелуй на нежной коже девушки. Они подъезжают к месту назначения уже через несколько минут. Кай паркует автомобиль на одной из прилежащих стоянок, параллельно ругаясь на какого-то «злыебучего недоводилу», который, опять же цитирую: " — занял на своём корыте сразу два места». — Кай, ругаешься, как сапожник. — закатывает глаза девушка, отстёгивая всё тот же злосчастный ремень. — Оставь несчастного в покое. Ты и так его уже на три столетия вперёд проклял. — Не умеешь водить — не садись за руль. — не переставая злобно бурчать, парень пинает заднее колесо автомобиля в надежде, что сработает сигнализация. — Кай, хватит. Мы сюда не для этого приехали. — устало закатывает глаза Розали, складывая руки перед собой. — И вообще, что мы здесь забыли? — девушка бегло осматривается по сторонам, пытаясь понять причину их пребывания. — Ты только посмотри, у этого барана даже сигнализации нет. — Паркер словно и не слышит Розали, продолжая обследовать автомобиль. Парня редко можно увидеть таким заинтересованным, он сейчас, как настоящий хищник, исследует свою жертву. — Кай, ещё одно слово об этой машине, и я уйду. — Роуз снова включила холод, размеренным баритоном пытаясь достучаться до ведьмака. Она прекрасно знала — Паркера не волнует ничего, что выходит за рамки его интересов, но если это касалось её самой… — Ладно-ладно. — Кай капитулирует, вскидывая ладони в сдавшемся жесте. — Повезло тебе… — еле слышно шепчет ведьмак, проходя мимо автомобиля в сторону насупившейся блондинки. — А ты, принцесса, безжалостный манипулятор. — парень ухмыляется, приобнимая девушку за плечи, медленными шажками уводя её в сторону своего сюрприза. Розали глубоко вздыхает, молча поднимая пронзительный чёрный взгляд на Кая. Этот человек неисправим… Под непрекращающийся галдёж сами знаете кого, пара огибает злосчастную парковку, ставшую камнем преткновения в этих непростых отношениях, обходят торцевую часть трёхэтажного здания, которое Розали видела впервые, и минуя вход, останавливаются прямо напротив центральной лестницы. Кай наконец отлипает от Роуз, оставляя девушку одну в полном замешательстве и отходит на несколько метров вперёд, поднимаясь на первую ступеньку. — Та-дам! — во все тридцать два улыбается Кай, презентабельно вскидывая руками. — Не вижу особой радости, Роузи. — парень медленно, с тяжело скрываемым напряжением вновь возвращается к брюнетки, приобнимая её за плечи. — Что-то не так? А Роуз только и остаётся, что с открытым ртом наблюдать за возбуждённым, в хорошем смысле ведьмаком, быстро хлопая ресницами. — Наверное то, что ты до сих пор не объяснил мне, что мы здесь делаем. — Точно. — спустя несколько секунд замешательства хлопает по лбу Паркер, устало закатывает серо-голубые глаза. — Из головы совсем вылетело. — Кай осторожно подталкивает девушку вперёд, следуя за спиной. — Может наконец расскажешь? — Роуз резко оборачивается через плечо, с явным удивлением наблюдая за его живо сменяющейся мимикой. — Какая же ты недогадливая… — усмехается Паркер. — Я ведь как-то обещал сделать так, чтобы ты не скучала пока меня нет дома. Вот. Теперь ты художник местного музея. Я показал им твои работы, они оценили. Да и место как раз освободилось… — последнюю фразу ведьмак скорее просвистел, чем проговорил, поднимая блестящие глаза к небу. — Чего? — глаза девушки ползут вверх догоняя брови. — Роуз, ну не тупи да. — желчью ведьмак ещё не брызжет, но чувствуется, что парень уже на грани. — Ты же сама мне… — Да нет! — радостно вскрикнула Розали, прерывая очередную пылкую тираду Кая. — Я помню, просто это… неожиданно… Спасибо! — воскликнула девушка, бросившись обнимать довольного Паркера. — Спасибо-спасибо! — брюнетка порывисто отстранилась, оценивающим беглым взглядом пробегаясь по зданию музея. — Наконец-то! Как же я устала сидеть без дела! Она радовалась, словно маленький ребёнок, прыгая и хлопая в ладоши от одной лишь мысли, что хоть кому-то было не наплевать на её просьбы, на её переживания, о которых Роуз редко с кем-либо делилась. А Кай помнил, всё это время… Местами жестокий, эгоистичный и порой до невыносимости грубый Кай запомнил, ничего не говоря и не требуя взамен. — Нуу… — обиженно протянул парень, сложив руки на груди. — Я рассчитывал хотя бы на поцелуй… А Роуз и думать забыла о какой-то там телесной благодарности, предвкушая момент встречи с искусством. Она медленно обернулась в сторону Кая, состроившую такую грустную гримасу, без слёз взглянуть было невозможно. — Прости… — виновато прошептала девушка, сократив расстояние между ними. По свойски заключив Кая в омут своих чувств, Розали мягко коснулась губ Паркера, оставляя нежный, лишённый всякой страсти поцелуй, не похожий на все предыдущие. — Не думала, что ты помнишь… — Да я сам не думал. — хмыкнул Кай, притягивая Роуз к себе, обхватив тонкую талию. М-да, довольно странное заявление для человека, который несколько последних дней только и думал, как преподнести такую, на его взгляд «помпезную» новость. — Рад, что мои старания не прошли зря. — финальный штрих от Кая Паркера — огласить силу своих отчаянных стараний, чтобы угодить той, что ему небезразлична, тем самым набив себе цену и поселив в голове Роуз чувство благодарности. — Конечно не прошли! — радостно прощебетала девушка, порывисто чмокнул парня в губы. — Давай зайдём. Мне не терпится всё там увидеть. — не дожидаясь ответа, Розали потянула Кая за собой. — Стоп, Роуз. — буркнул Паркер, вновь притягивая брюнетку к себе. На немой вопрос в тёмно-карих глазах девушки, парень продолжил. — Сегодня музей закрыт. По… техническим причинам. Давай я привезу тебя завтра и ты всё здесь посмотришь, идёт? Роуз молча кивнула несколько раз головой, словно самый послушный попугайчик, с детской радостью в глазах глядя на ведьмака. Роуз всегда была обделена вниманием, сколько себя помнит. Родителям не было дела до нежеланного ребёнка, родственники тоже никогда не горели желанием с ней общаться, одна лишь бабушка, да и та слишком рано её оставила. И вот сейчас, когда ей исполнилось восемнадцать, когда она приехала в нежеланный по-началу дом, когда… чёрт возьми влюбилась в сумасшедшего ведьмака, который являлся её близким родственником, девушка поняла, какого это быть нужной… И Паркер ведь не просил ничего взамен. Жестокий, странный парень, не чувствовавший ничего прежде, кроме злобы, искренне желал, чтобы девушка, которую он знал всего лишь несколько месяцев, не считая детства, улыбалась… Ему было этого достаточно. Её счастливая улыбка порождала в сердце ведьмака приятную дрожь, в которой он до сих пор не мог разобраться. И, если Роуз, пусть даже себе, но призналась, что влюбилась в этого чёртового Кая Паркера, то парень всё еще метался от крайности в крайность, пытаясь понять, что с ним происходит. Ведь Кай Паркер не умеет любить, правда? … Они сели обратно в машину, вновь пристегнули свои ремни и выехали с парковки городского музея, направляясь обратно домой. — Кай… — Розали правда не знала, как начать этот разговор. Алек был для Кая красной тряпкой для быка. Паркер не мог спокойно реагировать на любое упоминание Лайтвуда, а если в этом упоминании встречалось имя его Розали… пиши — пропало. Ревность — чувство для Кая новое и странное. Всех тех, кого он раньше использовал для своих утех на одну ночь Кай никогда не ревновал. Что за глупость? Это ведь тоже самое, что обвинять проститутку в неверности. С Роуз было всё по-другому. С того самого момента, как они встретились, Кай и думать забыл о других, оставив свой титул «похотливого бабника» на дальней полки комнаты. Конечно, знакомых девушек, желающих провести ещё одну ночь с ведьмаком было и после этого не мало, но, так называемый «фитилек» не загорался, пока в мыслях была другая. И пусть Роуз со своей стороны тоже не позволяла себе ничего лишнего, растворяясь в обоюдном сумасшествии и безумии, которым они была заразились, наблюдать за тем, как она общается с Алеком или вовсе остаётся с ним наедине было настоящим испытанием, которое Кай не мог пройти. И сейчас, когда Роуз всё-таки согласилась на давнее предложение Алека сходить куда-нибудь, по большей степени из-за приличия, и уже потом из-за какой никакой симпатии, девушка по-настоящему боялась признаться в этом Каю, реакция которого могла быть реально не предсказуемой. — Что за траурная пауза, малышка? Умер кто-то? — усмехнулся парень, переплетая пальцы свободной руки с дрожащими от волнения пальцами Розали. Готова поспорить, она и сама уже несколько раз пожалела, что напомнила Алеку о том предложении. — Я… в общем… — брюнетка мямлила, с трудом подбирая слова. — Лайтвуд позвал меня в кино. — закончив короткую, но нервную тираду, девушка глубоко выдохнула, сильнее сжав пальцы Кая. — Ты отказалась. Всё хорошо. К чему этот мандраж? — Паркер говорил уверенно, он словно и не сомневался в ответе Роуз на подобного рода предложение. — Я не сказала нет, Кай. — переходя на полушёпот, ответила брюнетка. Гневный взгляд ведьмака с дороги резко перевёлся на саму девушку, нервозность которой до сих пор не прошла. — Пойми, он звал уже давно. Я всё время его либо избегала, либо отказывалась… Мы с тобой всё время проводим вместе. Если Алек не дурак, то он в скором времени поймёт, что мы не просто родственники, которым нравится проводить время друг с другом. — напряжение чувствовалось в каждом моменте, в каждом взгляде, вроде бы брошенным случайно. — Но, если ты скажешь… — Не скажу. — резко оборвал Кай, натянув на лицо злорадную усмешку. — Если это надо для нас, то, конечно, иди. — Ты серьёзно? — вспыхнула девушка, чрезмерно выпучив свои чёрные глаза. — Да. — легко ответил Паркер, загадочно улыбнувшись.

***

После того, как Кай и Розали вернулись домой, они больше не виделись, по наставлению Кая расставшись до самого вечера. — Тебе нужно собираться, малышка… — последнее, что Роуз услышала от ведьмака, когда он скрылся на стенами своей комнаты, даже не поцеловав брюнетку на прощание. Его поведение в целом сильно настораживало девушку. Он не устраивал ей сцен ревности, не угрожал убить Алека, и даже не «советовал» ей остаться дома, до боли странно улыбаясь, словно его нисколько не задело то, что Розали согласилась. И видит бог, она уже миллион раз пожалела об этом. — Мы кого-то ждём? — нервозно улыбнулась Розали, обернувшись назад в сторону Алека. Последние несколько часов, затея сходить в кино с Лайтвудом уже не казалась такой хорошей, как некоторое время назад. Совесть мучила. Поведение Кая заставляло поистине задуматься. По-хорошему, уже хотелось, чтобы всё это псевдосвидание быстрее закончилось и жизнь вновь вошла в привычное русло, где безумный дядюшка-любовник и сумасшедшая, фальшивая семья. Но Алек даже не посмотерл в её сторону, устремив весь свой взгляд за спину Розали. — Приветики. — раздался совсем близко, до боли знакомый голос. У младшей Паркер перехватило дыхание, а в памяти начала воспроизводиться странная манера и ехидная улыбка Кая, когда он давал добро на эту встречу. — Что вы здесь делаете? — буркнул Алек, скрестив руки на груди. От одного только «вы» сердце девушки защемило, вынуждая её резко обернуться назад, выпучив свои и без того большие чёрные глаза, сливающиеся сейчас с вечерним мраком. Трудно представить, сколько эмоций сейчас испытывала Розали, увидев всего лишь в нескольких метрах от себя Кая, нежно обнимающего Иззи за талию. — Как ты видишь, мой недогадливый друг, решили сходить в кино. — съехидничал Паркер, переводя взгляд со старого друга на Роуз, всё еще пребывающую в ступоре. — Удивительно, что наши желания совпали, правда Роузи? Кстати, отлично выглядишь. — одним уголком губ улыбнулся ведьмак, беглым взглядом осматривая племянницу. — Что не могу сказать о твоей спутнице. — пробурчала Розали, состраивая гримасу отвращения, при виде чересчур вульгарной, как и всегда Иззи. — За тебя говорит отсутствие вкуса? — нагло усмехнулась Изабель, прижимаясь к Паркеру всё ближе. Будь Кай безвольным, она бы не стесняясь запрыгнула на него тут же, при всех, стоя на тротуаре возле кинотеатра. Обида в перемешку со злостью закипела внутри Роуз с новой силой. Хотелось выплеснуть все свои эмоции прямо здесь, при толпе свидетелей, воплотив давние обещания. Рвущаяся наружу магия подтолкнула младшую Паркер вперёд, но её грубо остановил Лайтвуд, потянув на себя. — Я предлагаю не портить никому вечер и мирно разойтись, тем более что наш сеанс уже скоро начнётся. — протараторил Алек, выступив в ситуации миротворцем. Одним единственным, кто сейчас не имел цели позлить кого-то. — Разойтись? — вскинул бровями Кай. — Я думал мы объединимся, раз уж встретились. Что думаешь, Иззи? — Я не против. — пролепетала девушка, подняв свои, полные надежды глаза на Паркера. В ней тоже ещё не утихло желание отомстить за один из инцидентов, произошедших вечером на кухне. — Роуз? — спросил Алек, устремив свой взгляд на девушку. — Не против. — сквозь зубы ответила Паркер, разворачиваясь на все сто восемьдесят и в одиночестве уходя в сторону кинотеатра. Остальная часть компании последовала за ней, не произнося ни слова. Ладонь Кая быстро соскочила с талии Изабель, получая обиженный взгляд, адресованный в пустоту. Розали стояла отстранённо и даже не обернулась, когда Лайтвуды и Паркер вошли во внутрь. — На какой фильм пойдём? — осторожно подошёл Алек, полушёпотом задав вопрос. Смена настроения девушки ему была абсолютна непонятна. И хотя он знал, что Розали и Иззи не особо ладят, поверить в то, что именно из-за его сестры настроение брюнетки так резко изменилось, парень не мог. — Мне без разницы. — холодно ответила брюнетка, проигнорировав всякое внимание парня. — Выбери сам. Коротко кивнув своим собственным мыслям, Лайтвуд отошёл к кассе, не решаясь задать явно обозлённой Роуз вопрос. — Кай… — воодушевлённо начала Иззи, но ведьмак её резко перебил. — Я сейчас подойду. — улыбчиво ответил парень, останавливаясь рядом с Розали. Хотя Изабель и не была рада тому, что Паркер лишил её такого нужного внимания, адресовав его другой, пусть даже племяннице, но промолчала, уходя в сторону касс, где уже стоял её старший брат. — Выглядишь не особо счастливой. — хмыкнул Кай, искоса глядя на Роуз. — Неужели я испортил вечер? — Нет, что ты. — нервно усмехнулась младшая Паркер, продолжая взглядом прожигать противоположную стену. — Уже решили, куда пойдёте после кино? Снимите номер в отеле или трахнетесь прямо в туалете? — Интересно, что из этого вы с Алеком выбрали? — хоть Кай и пытался скрыть свои чувства за маской безразличия и надменной улыбки, его слова, его взгляд выдавал совершенно другое. Эмоции сдержать не удалось. Резко обернувшись в сторону парня, Роуз резко занесла ладонь для удара, но в последний момент не успела, ощутив свою кисть в грубой хватки ведьмака. — Ты зачем пришёл сюда? — громче, чем хотелось произнесла Роуз, обозлённо глядя в серо-голубые глаза Кая. — Позлить меня?! Ну конечно, ты ведь знаешь, как мне больно видеть тебя в компании этой суки, которая только мечтает переспать с тобой! Повисла тишина. Звенящая, тяжёлая. Кай молчал, всё также сдавливая кисть девушки и абсолютно пустым взглядом глядя на неё исподлобья. Роуз дёрнулась, когда Кай медленно наклонился к ней, всё также сдерживая ладонь, норовящую ударить. — Надеюсь, теперь ты поняла, что чувствую я. — прошептал Паркер, грубо отпуская руку девушки и удаляясь в сторону Лайтвудов, о чём-то яро спорящих. «Надеюсь, теперь ты поняла, что чувствую я.» — эти слова крутились в голове Розали ещё долго после того, как Паркер ушёл, оставив ее в одиночестве со своей совестью и мыслями, жрущими сознание изнутри. Она поняла. Весь этот цирк, где главной героиней была она сама, был создан ведьмаком специально. Кай хотел проучить. С той самой секунды, как согласился, как отпустил её, этот зловещий план крутился у него в голове, и сейчас, той самой красной тряпкой выступала Иззи — девушка, которую Розали тихо ненавидела. Паркер вызвал в ней ревность, позволил ощутить то, что он сам ощущал там, сидя в машине и держа её за руку, без всякого намёка на то, что ему неприятно это слышать. — Идём? — спросил подошедший к Розали Лайтвуд, в пригласительном жесте протягивая ладонь. Роуз молча прошла мимо, не подняв и взгляда, наблюдая за тем, как впереди идут Кай и прижимающаяся к нему Иззи, о чём-то мило общаясь. О, да. Паркер знал, что Роуз всё еще смотрит, знал, что ей больно, но продолжал продавливать свою правду, играть на самолюбие и проснувшийся ревности девушки. Она должна была осознать, однажды и навсегда понять — Кай Паркер не намерен делить её с кем-либо. Она либо с ним, либо не с кем. Они сидели рядом, по краям от своих «спутников», не особо вдумываясь в смысл какой-то мелодрамы, выбранной Изабель. Смотрели, но не видели, утопая в мыслях друг о друге. Слова, брошенные Каем несколько минут назад больно резали по ушам, она снова и снова слышала его голос, красные следы о пальцев Паркера ещё горели на её руке. Роуз не могла дождаться окончания сеанса, не могла больше держать в себе всё то, что накопилось, ей не хотелось наплевать на всё, схватить Паркера за руку и увести куда подальше, в попытке объясниться, сказать наконец, всё то, что она к нему чувствовала… Но вместо этого… она продолжала терпеливо сидеть в нескольких сантиметрах от него, глупо пялясь в экран, и лишь изредко бросая косые взгляды в сторону Иззи, плотно жавшуюся к плечу Кая. И, в отличие от Паркера, который всё также продолжал играть на самолюбие девушки, что-то периодически нашёптывая Иззи, то Розали держалась сдержанно, сейчас даже боясь посмотреть или прикоснуться к Алеку. Ей было паршиво, стыдно за то, что она, подобно своей же семье не думала о чувствах Кая, не думала, что своим общением, своим неосознанным метанием от одного к другому делает «бесчувственному» Каю больно… Блондинка вздрагивает, когда слышит противный, приторный смешок Изабель. Она невольно бросает взгляд в сторону видя, как тонкая ладонь девушки скользит вверх по чёрным брюкам Кая, как вторая свободная рука младшей Лайтвуд касается груди Паркера, а пухлые губы касаются его виска… Нет-нет-нет… Она терпела всё: их объятия, бесконечные касания, странные перешёптывания, но смотреть на это Роуз не могла, как и не могла поверить, что ради того, чтобы проучить её, Кай способен на это… Из последних сил борясь с дрожью, что пробивала каждый миллиметр от пальцев ног до головы, Розали крепко сжала кулаки, наспех приподнимаясь со своего места. — Извини, я отойду не на долго. — прошептала девушка, осторожно склоняясь над Лайтвудом. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Алек, аккуратно коснувшись её ладони. — Здесь душно. — натянуто улыбнулась брюнетка, с трудом не позволяя своим эмоциям вырваться наружу прямо при всех. — Хочу подышать воздухом. — Тебя проводить? — Не нужно. — чересчур резко ответила девушка, освободив кисть из хватки парня. Её сейчас разорвёт от злости, а он своей дурацкой учтивостью. Покинув кинозал неспешным шагом, стараясь не привлекать внимание других, оставшийся пусть до туалета Роуз бежала, в прямом смысле этого слова. Ей не хватало воздуха, эмоции душили. Она уже давно забыла, что такое слёзы, и сейчас, когда они были так необходимы, чтобы выпустить всю свою боль наружу, их как на зло не было, лишь чувство безысходности рвалось изнутри. Он там, с ней. Продолжает играть в игру, в попытке проучить Розали, которая и так уже давно всё поняла. Поняла, что ей никто не нужен кроме Паркера. Поняла, какого ему было видеть, как Алек, словно хищник, осторожно кружит над своей добычей. Поняла, разобралась со своими чувствами, осознала то, что пытался донести Паркер. Алек оказался рядом с Роуз, когда ей было плохо, сразу после ссоры с Каем. Он был полной его противоположностью. Чутким, нежным, заботливым. Это то, что Роуз привлекло в Лайтвуде с первым минут знакомства. Она никогда прежде не знала этих чувств, не знала какого это, когда тебя ценят и любят, поэтому её так и тянуло к Алеку, несмотря на голос разума. — Перепутала туалет с улицей? — а вот и голос разума, который девушка никак не ожидала услышать. Она стояла прямо у зеркала, вцепившись пальцами в раковину и тяжело дышала, пытаясь успокоиться. — Это женский. — первое, что пришло в голову ответила Розали, взглянув на парня через отражение в зеркале. — Странно было бы застать тебя в мужском. — усмехнулся ведьмак, оторвавшись от косяка и сделав несколько шагов в сторону Роуз. — Нуу… если только вместе со мной. — Что тебе нужно, Паркер? — прошипела брюнетка, наблюдая за каждым хищным движением парня. — Опять пришёл меня учить? Если да, то не стоит. Можешь возвращаться к своей шлюхе, она явно уже заждалась. — Малышка-Роуз обиделась? — съехидничал ведьмак, подобравшись к Роуз вплотную. — Неужели? А из-за чего? — Не трогай меня! — вскрикнула брюнетка, отбросив руки Паркера со своих ягодиц, норовивших проникнуть под платье. Резко развернувшись к парню лицом, Розали продолжила, жгучим взглядом ненависти глядя на ведьмака. — Чего ты добиваешься, Кай? Хочешь, чтобы я призналась?! Хочешь, чтобы сказала, что полюбила тебя?! Что в жизни не испытывала чувства больших, чем к родному дяди, который то заботится обо мне, то боль причиняет?! — Роуз кричала ведьмаку прямо в лицо, не контролируя то, что говорит. — Это ты хотел услышать, чёртов Кай Паркер? Кай хоть и ждал чего-то подобного, расчётливо понимая, к чему приведёт его сегодняшнее представление, но в реакцию столь бурную поверить не мог, стеклянным взглядом серо-голубых глаз прожигая Розали насквозь. Сейчас они словно поменялись местами. Всепоглощающим огнём сейчас горела Розали, готовая испепелить любого, кто был способен им помешать. Она призналась во всём, чего так отчаянно боялась. Призналась себе, окончательно разобралась в том, что чувствует. Кай видел, как губы Розали вновь размыкаются, и девушка вновь пытается что-то сказать, распаляя себя снова, но ведьмак не позволяет. Резко поддавшись вперёд и коснувшись ладонью лица, Кай порывисто притянул девушку к себе, накрывая пухлые искусанные губы своими. Роуз вспыхнула, словно спичка, поддаваясь вперёд. То безумие, которое исходило от ведьмака со скоростью света передалось и ей, снося все барьеры и преграды к чёрту. Схватив парня за край чёрной куртки, девушка обеими руками притянуло его к себе, сокращая и без того небольшое расстояние между их дрожащими телами. Освободив фарфоровое лицо из собственной хватки, горячие ладони Паркера резко опустились на бёдра племянницы, задирая и без того короткий подол платья. Розали вздрогнула, когда её разгоряченная кожа коснулась холодной поверхности раковины, на которую Кай резко её усадил, разводя ноги в сторону и пристраиваясь между них. Девушка не сумела сдержать громкий стон, когда губы парня прикусили кожу на её шее, словно в попытке наказать за всё то, что брюнетка сказала. Но Роуз была уверена, это было не последнее наказание, которое ей нужно было стерпеть за всю свою непокорность. Но самое страшное, что ужаса собственные мысли не вызывали, скорее невыносимое возбуждение, от которого сносило крышу и сводило живот. Нехотя оторвавшись от ласк ведьмака, которые тот доставлял, целуя и прикусывая каждый миллиметр тела, Розали схватилась за края его куртки, которая всё никак не давала ей покоя, и нервно потянула вниз, стараясь как можно скорее избавить парня от этой лишней детали гардероба. Куртка без слов полетела в сторону, а Роуз вновь притянула губы Паркера к себе, впиваясь в них отчаянным, страстным поцелуем. Не отрываясь от желанных губ, Паркер скользнул руками вверх, наконец решив пощадить, состоявшие уже напрочь из отметин бёдра, с жутким треском ткани, освобождая Розали от платья. Следом последовал чёрный бюстгалтер, который парень просто стянул с плеч и опустил вниз, не решив дрожащими пальцами вступить в неравный бой с застёжкой. Розали стонала, а Кай даже не думал сдерживать её, горячими ладонями сжимая тяжело вздымающуюся грудь, соски, горящие от желания. Ей хотелось чувствовать его, хотелось стать единым целым, прямо здесь, в грязном туалете, поведавшем не мало бед. — Решила кончить без меня? — его шёпот раздаётся совсем близко, прямо над ухом, в которое Паркер тяжело выдыхает, пальцами касаясь мокрых трусиков, из которых сочилось отчаянное желание. Роуз не отвечает, не может, задыхаясь от собственных эмоций и касаний, которые совершает Кай, нарочито медленно отодвигая насквозь мокрые трусики в сторону. Розали до крови царапает его плечи под футболкой, когда ощущает, как он входит в неё, но лишь наполовину, а затем тут же выходит, дразня раздражённую брюнетку. Девушка громко шипит, от бессилия примыкая губами к шее ведьмака, и сильно кусает, в попытке унять желание. — Ты мой, Кай… — словно в бреду шепчет Роуз, ладонями спускаясь по дрожащему от её прикосновений торсу. — Только мой… С трудом различия её слова, Паркер вновь входит в девушку, но уже не для того, что раздразнить. Кай Паркер тоже не железный. Её стоны, касания, поцелуи, её грудь в его руках и податливое тело… Он и без того долго держался, в ситуации критической пытаясь продлить прелюдию. Для Розали всё, как в тумане. Её глаза заволокла непросветная пелена. Каждый раскаленный нерв, каждая мышца содрогается от его прикосновений, чувство наполненности и единства прибавляют и без переполняющих тело ощущений, и кажется, что кроме Кая для Роуз мир перестал существовать. Она бессовестно кричала его имя, когда он раз за разом входил в неё так глубоко, как только это было возможно, приподнимая девушку, позволяя держаться практически навесу. Кай вбивался в её тело с такой силой, что мышцы начинали ныть, а ноги и руки, которыми Розали цеплялась за ведьмака — дрожать. Паркер больше не пытается заглушить её стоны и не заставляет замолчать, когда девушка вновь вскрикивает, крепко вцепляясь в его плечи. Ему плевать на всё. И даже если сейчас кто-то решит войти, он ни на секунду не оторвётся от Роуз, не удостоит даже взгляда в сторону той бедолаги, что неожиданно для себя застала их совокупляющиеся тела. Он не думал ни о ком, как не вспоминал и о Лайтвудах, которых чита Паркеров оставила одних с миллионом мыслей в их несчастных головах, и вновь скрылась где-то вдвоём, осуществляя свой очередной маленький секрет. Плевать было, что они подумают. Плевать, если они вломятся прямо сюда, услышав стоны, доносившиеся из туалета. Кай не боялся быть раскрытым. Он здраво понимал, что рано или поздно, каждый из семьи узнает о их с Розали связи, и это не пугало ведьмака. Скорее наоборот, забавляло. Увидеть их отмороженные от шока лица, застать врасплох, не позволяя воспротивиться, закрыться. Нелюбимая дочь, которой досталась сила несравнимая с их всех вместе взятой и местный выродок, который и вовсе не удостоился собственной силы. Забавно. Кай ждал этого момента, отсчитывал часы, когда справедливая кара в его лице настигнет их прогнившую семейку, когда каждый из них поплатится за свою ненависть к ним. Розали вцепляется в Кая так крепко, как только может, ногтями царапая плечи, чувствуя, как ведьмак ускоряется, как его движения становятся рваными, а руки, сжимающие её бедра, сжимают кожу с такой силой, что обязательно останутся синяки. Розали несдержанно вскрикивает, сквозь пелену в глазах пытаясь найти влажные губы Кая, в попытке хоть немного унять ту приятную дрожь, что содрогала девушку подобно конвульсиям, пока Паркер, продолжая крепко держать брюнетку, входил в неё последние несколько раз, задыхаясь от перевозбуждения. Их губы вновь смыкаются, когда Паркер изливается в девушку, делая последние толчки на грани своих сил. Касания отрывистые, но не лишённые чувственности. Уставшие и обессиленные, продолжают трепетно целовать друг друга, словно боясь прервать эту нежную ласку, будоражущую сердце. — Не хочу… — Роуз всё еще задыхается, утыкаясь лицом в шею ведьмака. — не хочу возвращаться к ним… — её губы вновь и вновь касаются его кожи, в невольной попытке оставить видимые следы на теле Кая. — Это твоя игра, малышка. Ты её начала. — в ответ шепчет Паркер, пытаясь поймать её взгляд. Крепкая ладонь ложится на тонкую шею брюнетки. Кай всё-таки вынуждает Розали посмотреть ему в глаза. — И ты должна её доиграть. Кай прав и Роуз, скрипя зубами принимает эту правду. Как бы ей сейчас не хотелось вновь возвращаться в компанию, из которой она так торопилась сбежать, не вернись они, и причём оба, возникнет слишком много вопросов, лишних вопросов, на которые девушка ещё не была готова отвечать. — Пообещай мне… — рваное дыхание, Роуз до сих пор пытается диктовать свои условия. — Я не притронусь к ней. — оборвав Розали на полуслове, отвечает Кай, заботливо поправляя прядь её каштановых волос. — Обещаю. Видеть Паркера таким сосредоточенным и серьёзным, тем более после секса, Розали ещё не удавалось. Перед ней сейчас был словно другой человек. Человек, который всегда скрывался за беззаботной маской Кая Паркера, которую так все привыкли видеть. — Идём, принцесса. Нам пора. — поцеловав Роуз напоследок в макушку, ведьмак начал заботливо помогать девушке одеваться, понимая, что переизбыток её эмоций сейчас не позволит действовать рационально. — Ты порвал платье, Кай… — вымученно стонет Розали, замечая, как ткань, что должна прикрывать её бюстгалтер сейчас напрочь оторвана, открывая вид на грудь. Паркер поспешно оглядывается по сторонам, в поисках своей куртки, которую Роуз в чувственном порыве сорвала. Найдя её свисающей на соседней раковине, ведьмак берёт её в руки, и тут же накидывает на плечи брюнетки, ободряюще улыбаясь. — Так лучше? — подняв её за подбородок, спрашивает Паркер. Розали в ответ лишь молча кивает, вновь оставляя на губах парня поцелуй. Ревностно ответив, ведьмак подхватил племянницу под бёдра, помогая наконец спрыгнуть с белой потёртой раковины. Мышцы ног не сразу удаётся подчинить, поэтому Кай ещё несколько секунд придерживает девушку за талию, позволяя привыкнуть. — Идём? — Да… идём. — глубоко вздохнув, отвечает брюнетка, примыкая к Паркеру, который тут же обнимает её за плечо, увлекая вслед за собой. — Ребят? … — удивлённый голос Алека раздаётся, стоит Розали и Каю закрыть за собой дверь женского туалета. Следом за ним, с не менее удивлённым лицом следует Иззи, взглядом обозлённым изучая прижатых друг к другу Паркеров. Сердце Розали пропускает удар, когда она взглядом встречается с Лайтвудами. Её истощённый на эмоции организм сейчас не в силах бояться, но лёгкая паника всё-таки имеет место быть в столь непредвиденной ими двумя ситуации. По ровному сердцебиению Кая девушка понимает, что он и не думает нервничать, словно на каждый вопрос у него уже заранее придуман ответ. — Что-то… случилось? — и представить сложно, что творилось у Алека, который видел их двоих, выходящих в обнимку из женского туалета. Что-то подобное сейчас испытывала и Изабель, только слов подходящих подобрать не могла, на языке вращая лишь нецензурные. — Ей стало плохо. — наигранно нахмурившись, ответил Кай. — И пока ты, дружочек-пирожочек, досматривал свой тупой фильм, я помогал своей племяннице не свалиться в обморок. — хочешь врать правдоподобно, начни верить в собственную ложь. И Кай Паркер верил, выдавая ложь за правду так правдоподобно, что любой полиграф бы сломался, не различив истины. — Господи, Роуз… — услышав то, о чём подумал в последнюю очередь, парень бросился в девушку, которая по-прежнему молчала, позволяя выступать на арене цирка сейчас лишь одному артисту. — Не стоит, Алек. — сквозь зубы прошипел Кай, бросая на бывшего друга презрительный, полный ненависти взгляд. — Твоя помощь больше не нужна. Я сам отведу Роуз домой. Кай больше не замедлялся и не останавливался, уводя опустошенный силуэт Розали подальше от проблем, лишних вопросов, двойственных взглядов… Изабель провожала их подобно брату — молча. И, если Алек делал это из чувства вины перед Роуз, то девушка из-за лёгкой задумчивости, на которую её внезапно натолкнули красные отметины на шее Кая.