Если только ты слышишь

Тор дрожит. Не осознавая, он делает шаг к стеклянной перегородке, борясь с безумным желанием сломать, сокрушить эту прозрачную стену. Ракета дергает его, тянет на себя, что-то лихорадочно нашептывая, но Тор не слышит ни слова. Там, за стеклом, стакан в очередной раз подлетает вверх, чтобы снова быть пойманным ловкой рукой его младшего брата. Живого брата. Зеленые глаза Локи устремлены на стакан, который он подкидывает со своей особой ленивой элегантностью. Он расслаблен, никого не ждет, но все же в любой момент он может чуть повернуть голову и увидеть тайных визитеров Асгарда. Ракета напрягает все силы, чтобы увести Тора, но тот словно врос в землю. Расширенными глазами он смотрит на бледное лицо брата, пытаясь задушить рвущийся из груди отчаянный крик. Как ты посмел?! Все то, что он долгие пять лет истово пытался забыть… Все чувства, старательно спрятанные в самый дальний, темный уголок его души, вырываются наружу при виде спокойно лежащего на кровати Локи. Локи, что предавал его бессчетное количество раз, невообразимо наглого, хитрого, язвительного, коварного… не знающего, что совсем скоро ему предстоит погибнуть. Как ты посмел уйти?! Почему позволил убить себя?.. Отчаявшись сдвинуть Тора с места, Ракета взбирается по его одежде, настойчиво, быстро бормочет ему прямо в ухо. Он говорит, что надо идти. Что они должны забрать камень, и это важнее всего. Что им нельзя попадаться на глаза Локи из прошлого. Что брат за стеклом – всего лишь ожившее воспоминание. Что Локи не вернешь. Сжимая кулаки до полного онемения, Тор машинально кивает, но не может найти в себе силы уйти. Неистовая тоска по брату разрывает его грудь в клочья, заставляет задыхаться. Вот же он, совсем рядом! Локи живой, его легкие наполняются воздухом, лоб хмурится, губы изгибаются в легкой улыбке, в голове наверняка зреет очередной коварный план. Но стоит Тору отвернуться – и младший брат исчезнет, растворится в прошлом, случившемся когда-то. Он снова потеряет его. Совсем рядом, и так далеко… И это убивает. Ненавижу тебя! Ты обещал, что солнце снова воссияет над нами, разве нет? Где же оно? Где ты сам? Ты лжец, Локи… Опять обманул меня… Но я бы простил тебе все, если бы в этот последний раз твои слова оказались правдой. Ракета со всей силы отвешивает Богу Грома подзатыльник. Удар енота для Тора не страшнее касания, но он каким-то образом возвращает часть его сознания к реальности. Тор позволяет другу тянуть его в укрытие, медленно отступает, не переставая вглядываться в брата, словно стараясь запомнить каждую черточку. Они исчезают за углом за секунду до того, как Локи бросает взгляд в сторону стекла. Тор делает два нетвердых шага и замирает возле двери комнаты Локи. – Тор, нет! Нельзя этого делать! – в панике шепчет енот, явно не зная, то ли продолжать увещевать, то ли уже браться за оружие. – Мы пришли за камнем! Громовержец закрывает глаза и прикасается лбом к теплой деревянной поверхности. Перед глазами возникает лицо Локи, умирающего у него на руках… «– Отец все узнает. Поверь, он простит! – Я сделал это для тебя». О Боги, ну почему?! Все эти пять лет… Тор напивался до такого состояния, что не мог стоять на ногах. Он уничтожал тонны продуктов, день за днем превращаясь в злую пародию на Большого Лебовски, теряя доверие и уважение своих людей, вызывая насмешки. Все только для того, чтобы забыть свой провал… и стереть из памяти пронзительный взгляд зеленых глаз брата, которого он не сумел спасти. Не смог защитить. Уткнувшись в дверь, Тор едва слышно шепчет, словно его слова могут дойти до ушей того, кому они предназначены. Ненавижу тебя! Ты всегда хвалился, что умнее меня, а сам… Кинулся на Таноса со своим смешным ножичком… Как в детстве, когда ты обижался и пытался совладать со мной собственной подушкой. А я, смеясь, одной рукой ловил тебя, не позволяя даже приблизиться. Ты жутко злился, и это смешило меня еще больше, но я старался ненароком не причинить тебе боль, а он… А он сломал тебя, как куклу. Будто в забытье, Тор продолжает говорить, быстро и горячо. Ему все равно, насколько жалко он может выглядеть в глазах Ракеты, да и вообще всего мира. Воспоминания бурным потоком увлекают его за собой. Темноволосый мальчишка несмело улыбается, с благоговением принимая из рук Тора свой подарок – старинную книгу… Двое подростков смеются до слез в пустом коридоре… И совсем другая улыбка на бледном лице – безумная, яростная… Темно-бордовая струйка крови стекает изо рта изломанного, пустого тела без души… Локи брат… враг… предатель… спаситель… Лицо Тора кривится от сдерживаемых слез. Брат, ты столько раз пытался меня убить… Почему же не позволил Таносу просто раздавить меня, взорвать мою голову на том корабле? Ты же Бог Обмана и Хитрости, как ты мог купиться на этот шантаж, пожертвовать своим желанным Тессерактом? Почему не позволил мне умереть вместо тебя? Перед его глазами все расплывается. Тор сбился со счета, сколько раз он оплакивал брата, а потом собственноручно хотел его убить за его проделки. Сколько раз Локи выставлял его дураком, заставляя поверить в собственную смерть. Ты не умер, нет. Ты здесь, всегда со мной. О, ты оправдываешь свое имя! Какая изощренная месть, заставить меня мучиться до конца дней… Блестящая слезинка медленно катится по его щеке. И неожиданно для самого себя Тор вдруг понимает, что за мучительной болью, за холодной пустотой в его сердце теплится слабый, почти не заметный огонек надежды. Железная резная панель на стене сминается под его пальцами, горячее дыхание толчками вырывается из груди. Если ты только слышишь меня, Локи… Где бы ты ни был… Локи! Голос Тора срывается. Он зовет брата так отчаянно, как будто от этого зависит его собственная жизнь. Ты же маг, брат. Ну давай, соверши еще одно чудо! Ты способен на это, я знаю. Клянусь, я больше ничего и никогда не попрошу у тебя. Просто сделай это снова! Просто… живи. Тор не знает, сколько времени он стоит, прижимаясь лбом к двери, снова и снова, как заклинание, повторяя свою последнюю мольбу, которую Локи уже не сможет услышать.