Ты закроешь глаза, и тебе станет легче.

Ибрагим Паша, Я не знаю, с чего начать. Наверное, начну с конца. В конце концов, я женщина. Логика и порядок не всегда мне подвластны. Но не об этом речь, ведь правда? Поразительно, Паша. Видел бы ты меня сейчас. Растрепанная, зарёванная, сижу на полу на балконе и пишу тебе эти строки. Сам факт того, что я решилась излить душу хотя бы на этом жалком листе пергамента, который ты никогда не увидишь, уже говорит о том, что что-то пошло не так. Я не зря начала со слов "я женщина". Потому что смотрю в твои коричневые глаза и вижу в них бездонное море из чувств. Я вижу тебя насквозь, Паша. Я вижу, как ты играешь в войну. Именно, играешь. Потому что в тот самый момент, когда я произношу что-то, что провоцирует у тебя желание задушить меня, как мне должно казаться, ты наклоняешься ко мне, так забавно сдвигаешь свои густые брови и хватаешь меня за плечо. А я в это время успеваю прочитать тебя, как открытую книгу. Ни разу я не хотела, чтобы ты отпустил меня. Больно? Да, но эта боль, которую приносят твои руки, меня исцеляет. Это очень страшное чувство, Ибрагим. Я, освобождённая Повелителем и ставшая его женой женщина, не чувствую себя свободной на самом деле. Каждую секунду я пытаюсь выжить. Ты же понимаешь меня. И только твой мрачный взгляд в мою сторону, твои музыкальные пальцы дают мне ощущение свободы. Я улыбаюсь, когда ты злишься на меня. А как иначе? Мы ведём с тобой эту войну, ведём очень давно. Упорно, насмерть. Нельзя проигрывать. Но почему ты сдаёшься? Когда я вижу тебя, я не боюсь смотреть, не отрывая взгляд. Вижу, что тебе это нравится. Ты считаешь меня достойным противником, ибо мы с тобой похожи. Оба вырвались из пучин плена и рабства на самый верх. Ты - моя чума, и моё лекарство от неё. Я умираю почти счастливой в твоих взглядах. Почему почти? Потому что нам никогда не суждено помириться. Грань между ненавистью и любовью тоньше ниточки. Если ниточка порвётся, быть беде, ты же знаешь. Паша, ты вряд ли представляешь себе, что я могу написать такие строки. Поэтому ты их никогда не прочитаешь. Та крепость сил, построенная кровью и ядом, не должна разрушиться от записки. Война скоро закончится, обещаю. Ты закроешь глаза, и тебе станет легче. А пока я готовлю покушение на тебя. Сейчас ведь мой ход конём. Прости. Хюррем.