Трижды очарован

— Д-докладываю! Цзян Чэн и Цзян Яньли сразу же посмотрели на вошедшего адепта, склонили головы и сложили обе руки вместе, приветствуя человека в пурпурных одеждах, что были пропитаны потом. Адепт всё еще пытался отдышаться, а его грудь непрерывно вздымалась и опускалась. Мадам Юй была на тренировочной площадке, наставляя несчастных адептов на ежедневных тренировках, что было вздохом облегчения для членов семьи, собравшихся в зале. Цзян Чэн листал книги, а Цзян Яньли наливала чай своему отцу, когда тот сидел за своим рабочим столом. По прибытии ученика чернильная кисть в его руке перестала двигаться, и мужчина посмотрел на докладчика, спрашивая: — Говори. Видя, что ему дали разрешение, тот ответил: — До этого ученика дошли слухи, гуляющие по Безночному городу. Глава клана опустил кисть: — Продолжай. — Да, господин, — продолжил адепт, перейдя к сути вопроса, — в Безночном городе видели Цансэ Саньжень. Услышав знакомое имя, Цзян Чэн, до этого просматривающий книги на полках, посмотрел на ученика: — Цансэ Саньжень… Мать Вэй Усяня?! — Да, этот ученик лично пошел посмотреть, правда ли это, — ответил он без каких-либо колебаний. — Когда это было? — Отвечаю на вопрос главы клана — день назад, — он сделал паузу, чтобы перевести дух, — этот ученик видел их этими глазами и немедленно вернулся, чтобы доложить. Цзян Фэнмянь приподнял бровь, глядя на него: — Их? — на ум сразу же пришёл муж Цансэ Саньжень, Вэй Чанцзэ. Но его надежды были мгновенно разбиты, когда ученик покачал головой: — Ее видели идущей вместе с учеником из клана Гусу Лань. Глава почувствовал, как в висках начинает пульсировать. — Это не имеет смысла, — Цзян Фэнмянь устало потёр виски. Внезапно услышать ее имя после стольких лет уже было крайне странно. Но чтобы её увидели рядом с учеником клана Гусу Лань? Пропавший Вэй Ин и так доставил достаточно хлопот, и теперь, после многих лет молчания, и его мать решила появиться? — Ты знаешь, кто этот ученик? — задал следующий вопрос Цзян Фэнмянь, хотя знал, что вероятность положительного ответа была крайне мала. Ученики клана Лань, как правило, были сдержанны и редко находились в центре внимания, поэтому многим было трудно запомнить имена или то, как они выглядели, — в конце концов все они были известны своей красотой, — за исключением немногих, кто стоял во главе клана. Однако это не помешало спросить. На этот раз Цзян Фэнмянь был рад, что сделал это. — Да. Это был младший из двух Братьев Нефритов клана Лань, Лань Ванцзи. Плеск. Травяной чай, который наливала Цзян Яньли, полился мимо чашки и растёкся по всему столу, и её отец поспешно поднял свиток, в котором писал, инстинктивно убирая его, чтобы тот не намок. — Простите, отец! — она поспешно поставила чайничек и схватила в руки тряпку, чтобы вытереть всё со стола. Цзян Фэнмянь просто поднял руку, одарив дочь улыбкой, чтобы показать, что все в порядке, прежде чем повернулся к адепту: — Спасибо, ты хорошо поработал, — сказав ему идти, глава Цзян поднялся. Цзян Чэн сунул книгу обратно на полку, осторожно спросив: — Отец, вы пойдёте? — на что тот кивнул головой. — И куда же ты собираешься идти? Все трое напряглись, услышав голос, раздавшийся в помещении. Сколько она там простояла? — Матушка, — поприветствовали её Цзян Чэн и Яньли, Цзян Фэнмянь лишь нахмурился, когда женщина вошла, сложив руки, будучи явно раздражённой. — Ты только вчера вернулся со встречи в Безночном городе, по какой же причине спешишь вернуться? А? — пронзительный взгляд был прикован к мужу. — Разве ты не видишь, сколько бумаг осталось неразобранными? — Цзян Фэнмянь сжал руки в кулаки под рукавами. — Матушка, отец просто… — Помолчи, А-Ли, — закричала она, повышая голос. — Разве ты не ошибаешься в своих приоритетах в последнее время, муж мой? — она даже не потрудилась скрыть злость в своем голосе. — Ты глава клана Юньмэн Цзян! Или у тебя всё ещё остались чувства к той негодной заклинательнице?! — Ты не видишь сути, жена моя, — отказываясь отступать, Цзян Фэнмянь настаивал на своём. — А-Ина всё ещё не нашли, этот слух может привести нас к нему, если мы проверим… — Снова этот сын слуги! — прорычала Юй Цзыюань. — Всегда, всегда ты уделяешь больше внимания этому мальчишке! — Не в силах сдержать неконтролируемый гнев, Юй Цзыюань закричала. — Он никогда больше не вернётся! И в тот момент, как последнее слово слетело с губ женщины, Цзян Фэнмянь занёс было руку для удара, но внезапно остановился. Оглядываясь через плечо, он увидел, что Цзян Яньли схватила его за руку, слезы текли у нее из глаз, она закричала: — Матушка! Отец! Прекратите драться! Огонёк горечи вспыхнул в глазах Цзян Фэнмяня, когда он перевел взгляд на дочь. Его сердце заболело при виде плачущей дочурки и замершего неподалёку сына. Медленно опуская свою руку, он коснулся головы девушки, мягко поглаживая по волосам: — Все в порядке, отец не будет никого бить, А-Ли, пожалуйста, не плачь, — утешал он её, в то время как Цзян Чэн теперь стоял между ним и его женой, которая, казалось, пыталась подавить свой гнев: во взгляде, с которым она смотрела на своего мужа, плескалось неприкрытое отвращение. — Если отец не сможет пойти, — Яньли ​​отстранилась от отца и вытерла слезы, — тогда я пойду! — заявила она достаточно громко, чтобы все в комнате услышали. Мадам Юй была первой, кто возразил: — А-Ли, а как же твоя свадьба с Цзинь Цзысюанем? И твой уровень совершенствования слишком низок, чтобы ты могла отправиться в одиночку… — Кто сказал, что я пойду одна! — перебив свою матушку, Яньли схватила Цзян Чэна за плечи. — А-Чэн пойдет со мной! Ты всегда используешь свадьбу, как оправдание, Цзинь Цзысюань может и подождать, а вот мой пропавший брат — нет. — Ха?!

***

Цзян Чэн приложил ладонь ко лбу, голова болела от всего того, что происходило вокруг. Он сидел в повозке, колёса которой то и дело скрипели, когда повозка проезжала по неровной ухабистой поверхности. Дело было совсем не в том, что ему хотелось лететь на мече, что, вероятно, сэкономило бы час-другой. Он просто не мог. Всё бы ничего, если бы Цзян Ваньинь был один, но вместе с ним была его сестра, которая не могла лететь, и у него не было никакой гарантии того, что он не исчерпает свою выносливость на полпути, если они полетят вдвоём. Таким образом, повозка была лучшим вариантом. — Прости, А-Чэн, — сестра протянула ему несколько конфет в качестве закуски, чтобы компенсировать своё своеволие. Младший брат тяжело вздохнул, хотя все равно потянулся к одному из деликатесов и положил его в рот. — Это была фальшь, не так ли? — Хм? — Твои слёзы только что, — продолжая жевать закуску, Цзян Чэн нахмурился и посмотрел на девушку. Яньли игриво высунула язык: — Ты поймал меня, — она криво усмехнулась. — Как еще я могла заставить матушку и отца отпустить нас? — Родители слишком любят тебя, — посетовал он, потянувшись за другой сладостью, но промахнулся, поскольку Яньли закрыла крышку коробки с закусками. Она протянула: — Ты что-то сказал? Я тебя не совсем расслышала, — её аура потемнела, несмотря на улыбку на лице. — Что ты самая лучшая в мире сестра, — быстро сказал он, и Цзян Яньли удовлетворенно улыбнулась, снова открыв коробку. «Это ей определённо досталось от матушки», — по спине Цзян Чэна пробежали мурашки, и он взял еще одну конфетку, бросая ее в рот, наслаждаясь сластью, пока родственники направлялись в Безночный Город.

***

Спустя несколько часов. Цзян Чэн поблагодарил извозчика, передав несколько монет в качестве оплаты, после чего брат и сестра прошли через главные ворота города. Безночный город всё так же был полон жизни - как и тогда, когда они посещали его несколько лет назад: голоса торговцев, бегающих по улицам детей, сплетничавших дев — атмосфера была совершенно иной, отличной от той, что была в Юньмэне, который, без сомнения, был гораздо умиротворённее и проще по сравнению с той безвкусицей, которую мог предложить этот город. — С чего мы начнём? — Цзян Яньли уже была несколько обескуражена размерами города. Но ради своего младшего брата она не собиралась сразу сдаваться. — Отец сказал, что Цансэ Саньжэнь всегда там, где есть проблемы, — он вспомнил слова отца перед их отъездом, — мы должны начать оттуда. — Ох, как же благородно с ее стороны. Должно быть, А-Сянь унаследовал это от своей матери. — А-Цзе… она не решает проблему. Она её создаёт. От этого заявления лицо Цзян Яньли побледнело. Чего и следовало ожидать от матери Вэй Ина, всё передаётся по наследству. И им не пришлось долго искать зацепку. В конце концов, собравшуюся толпу было не так уж и сложно заметить даже среди моря других людей, снующих по улице туда-сюда. Спрыгнув с меча после того, как осмотрел сверху, Цзян Чэн провел свою сестру по улицам: — Я видел где-то здесь толпу, — он повел ее через переулки и привёл в место, которое, вероятно, было городской площадью. — Это Цансэ Саньжэнь? — Цзян Яньли указала на женщину рядом с заклинателем в белом ханьфу. — А-Чэн, мы должны подойти к ней? — Не сейчас, — Цзян Чэн сосредоточился на атмосфере вокруг них. Толпа людей, возможно, не заметила этого из-за того, что они не являлись совершенствующимися, но в воздухе витал слабый след жажды кровопролития. Напротив Цансэ Саньжэнь и Лань Ванцзи стоял Вэнь Чао, которого Цзян Чэн мог легко узнать, поскольку как-то раз Вэй Ин описал его как «масляная голова». А за молодым господином клана Вэнь стояли ещё несколько адептов и скандально известная женщина, вцепившаяся в его руку. Взгляд Ваньиня и Яньли был прикован к мальчику на руках Цансэ Саньжэнь. — А-Цзе, если это Цансэ Саньжэнь, может ли быть, что ребенок, которого она держит, это Вэй Ин? — прошептал Цзян Чэн, когда они смешались с толпой. — Но это ребенок, — нахмурилась девушка, глубоко задумавшись над этим вопросом, — если только… с ним что-то не случилось за эти два года. — И он снова стал ребёнком? Цзян Яньли кивнула в ответ на его предположение, думая, что такое вполне могло произойти, но была не совсем уверенная в этом. Ходячее недоразумение. Несмотря на то, что они слились с массой людей, они все еще были довольно далеко, и из-за ракурса Цзян Чэн и Яньли не могли точно разглядеть лицо ребенка, которого женщина держала на руках. Так что им оставалось только ждать и наблюдать.

***

— Молодой господин Вэнь… что всё это значит? — глядя краем глаза на Вэй Ина, Ван Линцзяо даже и не пыталась скрыть своего отвращения к стоящей перед ней женщине. У той была точёная фигура, осиная талия и безупречный цвет лица, — за который многие девушки готовы были убить, — пара изогнутых бровей и длинные ресницы. «Цансэ Саньжэнь» теперь стояла чуть позади Лань Ванцзи, за его широкой спиной, бок о бок со вторым из списка самых красивых господ, они оба казались парой, буквально спустившейся с небес. Ван Линцзяо раздражённо прикусила губу и решила: эта девчонка ей ни капельки не нравилась. В её глазах разгоралась неистовая зависть. — Э-э-э… она просто… — Вэнь Чао судорожно пытался найти слова в своё оправдание, но на ум совершенно ничего не шло. Направив свой взгляд на одного из близстоящих учеников, он ясно дал понять, что всё довольно безнадёжно и требуется помощь. — Госпожа Ван, она просто давняя знакомая Второго молодого господина Вэнь, — бесстрастно произнёс адепт, поклонившись. — Они просто вспоминали старые времена. — Д-да, всё именно так! Она просто давняя знакомая! — добавил Вэнь Чао, активно кивая. «Сначала они присвоили себе убийство в пещере Сюаньу, а теперь лгут обо мне прямо передо мной», — Вэй Ин рассмеялся, а затем тихо, голосом, который мог слышать только один человек, произнёс: — Лань Чжань, предоставишь это мне? Тот колебался, видя озорной блеск в глазах напротив, и всё же прикрыл глаза, тяжело вздохнув: — Мгм. Выйдя из-за спины Лань Чжаня, он опустил Вэнь Юаня на землю. Маленький мальчик явно не желал, чтобы его отпускали, и всё ещё тянул ручки к Вэй Ину, но тот просто погладил и взъерошил волосы ребёнка, и с губ слетели слова: «Смотри на меня». — Ты сказал… что силён, не так ли? — Вэй Ин растянул свое предложение и решительно шагнул вперёд. — Хм? — отведя взгляд от груди Ван Линцзяо, Вэнь Чао не сразу понял, что Вэй Ин обращался к нему. Он ответил уверенным смехом. — Ха-ха-ха, да, конечно! — и с гордостью похлопал себя по груди, Ван Линцзяо нахмурилась. — Если я не сильный, то на этой земле нет сильных людей! Вэй Ин внутренне ухмыльнулся. — Я люблю сильных людей, — кокетливо играя со своими волосами, он поймал похотливый взгляд Вэнь Чао. — Но… Ты сильнее его? — добавил Вэй Ин и подмигнул. Вэнь Чао проследил за взглядом Вэй Усяня, который указывал на… Лань Чжаня. Под пристальным взором толпы он не мог позволить себе потерять лицо ради клана Вэнь, да ещё и в собственных владениях. Сжав челюсть, Вэнь Чао нервно рассмеялся: — Этого адепта Гусу? Хм, я могу расправиться с ним в два счёта! — но холодный пот, скатывающийся по его лицу, не ускользнул от внимания Вэй Ина. — Даже сейчас? — ухмылка была очевидна для всех, Вэй Ин повернулся к толпе зевак. — О! Все это слышали? Второй молодой господин Вэнь — самый сильный на этой земле! Среди толпы некоторые гримасничали, некоторые оставались бесстрастными. Цзян Чэн и Цзян Яньли были тише воды и ниже травы, но, будучи детьми, выросшими с Вэй Ином и игравшими вместе с ним с ранних лет, отметили, что «Цансэ Саньжэнь» перед ними была ужасно похожа на ходячую катастрофу, которую они искали. — Т-ты! — Кто-нибудь хочет увидеть, как доблестный Второй молодой господин Вэнь, самый сильный на этой земле, сразится против младшего из двух Нефритов? Эй, кто-нибудь? — спросил Вэй Ин тоном, который не был ни громким, ни тихим, однако был более чем достаточным для того, чтобы все, кто был рядом, ясно услышали его каждое произнесённое слово. До этого молчаливая толпа тут же разразилась возгласами в ответ. «Я так и знал. Люди изголодались по сплетням», — Вэй Ин был искренне удивлен, что один из его свалившихся с неба планов прошёл так гладко. Манипулирование толпой действительно было навыком, которым он должен был овладеть и воспользоваться тогда, в прошлой жизни. — Подожди, подожди! Я не соглашался на это! — Ван Линцзяо вздрогнула, когда Вэнь Чао прижал её к себе и запаниковал. — Я не соглашался на поединок! — Но ты же сказал, что ты самый сильный? — Вэй Ин тут же состроил обиженное выражение лица. — А может ли быть… что доблестный Второй молодой господин Вэнь боится проиграть? — Чушь собачья!

***

— А-Цзе, — позвал Цзян Чэн сестру, глядя на ребенка в руках Лань Ванцзи. Ситуация была слишком накалена, обе стороны чуть ли не вцепились друг другу в глотки. Цзян Чэн и Цзян Яньли не смогут поговорить с Цансэ Саньжень в ближайшее время, не привлекая внимания. Но если они уйдут сейчас, то неизвестно, когда найдут её в следующий раз. Именно по этой причине они смотрели на ребенка, что ранее сидел на руках женщины и теперь стоял рядом со Вторым Нефритом. Однако они оба знали, что Лань Ванцзи будет довольно-таки непросто провести. В этот момент мысли брата и сестры словно стали одним целым. Цзян Яньли кивнула: «Отец и матушка определенно будут ругать нас за это». Она прочистила горло: — А-а-а! Лютый мертвец! Бегите! Спасайте свою жизнь! Толпа зевак содрогнулась от крика, прозвучавшего где-то неподалёку, а затем завопила от страха. Сначала запаниковал один. Затем двое. Трое… Все знали, что не смогут сделать ничего против лютого мертвеца, не имея золотого ядра, и, несмотря на то, что люди не получили обещанного развлечения, никто не хотел рисковать своей жизнью просто так — из толпы всё равно было проблематично увидеть хоть что-то из того, что происходило на площади. Почти сразу же паника приняла всеобщий характер. В море людей, толкающих друг друга и бегущих в суматохе, Цзян Чэн проталкивался, приближаясь к цели. Оказавшись от неё всего в двух шагах, он протянул руку, схватил мальчика и, стараясь не сделать тому больно, утянул в толпу. Когда Лань Ванцзи обернулся, то увидел лишь то, как пурпурная мантия мелькнула в толпе и исчезла вместе с Вэнь Юанем. В этот момент на его бесстрастном лице вспыхнуло сомнение, смешанное с чем-то ещё, прежде чем Лань Чжань решил оставить Вэнь Юаня, наблюдая, как тот полностью исчезает из виду, а затем протянул руку, чтобы схватить Вэй Ина, находящегося рядом с ним. Он не мог позволить себе потерять его снова. Но Лань Ванцзи удалось схватить еще одного человека, прежде чем тот успел убежать.

***

Вэй Ин начал удивленно озираться по сторонам, смотря на толпы людей, спешащих покинуть городскую площадь, которые разлетались в разные стороны, как кучка испуганных мышей, увидавших кошку. «Кто осмелился прервать мое веселье?!» Он раздраженно стиснул зубы. Вэй Усянь был так близок… так близок к тому, чтобы полностью уничтожить лицо Вэнь Чао на публике, но тот, воспользовавшись ситуацией, улизнул вместе с Ван Линцзяо. Тут Вэй Ин почувствовал руку на своей талии, но уже точно знал, кому она принадлежала. Он понял это так же быстро, как и то, что они кого-то потеряли. Явно заволновавшись, Вэй Ин схватил Лань Ванцзи на плечо: — Лань Чжань, где Вэнь Юань? — Кто-то забрал его, — спокойно ответил он. Чёрт. Если мальчик попадёт в клан Вэнь, то вся ситуация обернётся против Вэй Усяня; это означало бы еще больше проблем и неприятностей для него. Явно рассердившись, он начал кричать: — И ты просто позволил его забрать? Лань Чжань! — Вэй Ин хотел было продолжить… Но прежде чем он смог это сделать, Лань Чжань просто подтащил то, что крепко держал другой рукой. Теперь перед ними стояла дева в пурпурной мантии, ее воротник крепко сжимала в стальном захвате рука Лань Чжаня. — Поймал сообщника. Перед ними стояла Цзян Яньли, неловко посмеиваясь: — А-ха-ха… Привет?