Запретная любовь

Эта ночь прошла просто ужасно. Солдаты ходили из коридора в коридор, стараясь понять причину постороннего шума. Вплоть до самого утра Эрен просидел в той комнате, крича от удовольствия. Когда взошло солнце, в помещение зашёл Аккерман с довольной ухмылкой. Перед его глазами открывался чудесный вид: Эрен, что так сильно дрожит от возбуждения и «Игрушки» в своей заднице, выкрикивает имя Аккермана, при этом называя его не «Леви», а «Ривай». С каждым стоном он выкрикивал его имя всё громче и громче. Если было бы возможно, то Леви бы так и продолжал любоваться этим представлением. Но вскоре, вдоволь насмотревшись, он отключил вибратор и, подойдя к Эрену, вытащил его. Избавившись от дискомфорта, Йегер долго пытался отдышаться, но дрожь не покидала его. По телу бегали мурашки, а на лице и рубашке были свежие следы спермы. — Понравилось? Хотя, можешь не отвечать. Я и так вижу, что понравилось, — Аккерман потрепал парня по голове и начал отцеплять того от стула. Освободившись, Йегер направился в камеру к своим друзьям, забыв про поход в душ. Сказать, что его сокамерники были в ахуе, ничего не сказать. Мешки под глазами, остатки спермы на подбородке, следы от кандалов на руках и ногах, ну и в общем-то всё. — Так, Эрен, давай по порядку. Что случилось? Что это за белая хрень на твоём лице, и почему ты выглядишь так, словно в тебя пихали двадцатисантиметровый хуй или ещё хуже — вибратор? На эти вопросы парень лишь промолчал, а когда лёг на койку и вовсе вскочил от боли, сами знаете где. Пришлось лежать на животе. — Мужики, нам нужно срочно спасать свои задницы! — начал Жан. — Поооздно… — продолжил ещё один какой-то человек, после чего Марко даже водой подавился, — Ой, уже и пошутить нельзя! — Наша задача: не отдавать Йегера солдатам любым способом! Начинаем операцию «20 колючек»! — Или «20 сантиметров»… — всё так же продолжал добавлять какой-то человек. На следующий день за Эреном снова пришли, да вот только не нашли. Ночью, пока тот спал, сокамерники дружно сделали из кроватей, столика и постельного белья шалаш и запрятали туда Эрена. И ведь действительно помогло, ведь солдат даже тревогу поднял. — Спасибо, пацаны… — тихо произнёс Йегер, выглядывая из шалаша, — Тут довольно уютно. — Да без проблем, главное, чтобы за это наши жопы не пострадали. Так сколько, ты говоришь, сидел на стуле с…сам знаешь с чем? — Весь вечер и всё ночь… Я чуть не помер! — по телу прошла дрожь, — Как-то даже вспоминать не хочется.