Запретная любовь

— Я люблю тебя, капитан~, — вырвалось из уст Йегера. Сказать что Леви был в шоке — ничего не сказать. Ривай потянулся к Эрену и нежно провёл рукой по его щеке. — Я тебя накажу~, — с небольшой отдышкой произнёс Аккерман, продолжая гладить Эрена по его красной от смущения щеке. — В кого, я по-твоему, влюбился, идиот? Теперь настала очередь Эрена офигевать. Взаимная любовь? Да ещё и врагом народа. Молодец, нарушил все стереотипы. — Ты…аа срань сраная, ты любишь меня?! — на глазах Йегера начали наворачиваться слёзы. Да не абы какие, а слёзы счастья. Парень впился в губы Ривая, жадно целуя их, и отстранился только когда воздуха стало не хватать. — Так, куда мы собирались идти изначально? — Ну… меня с утра мучал стояк, потому что кое-кто приснился мне. Вот я и хотел выебать тебя в лесу! — Ты теперь доволен? — улыбнулся Эрен. — Абсолютно~. Как же парням повезло, что рядом находился ручей, где они смогли спокойно отмыть следы недавних «игр». Закончив, Эрен залез на спину Аккермана и так они начали добираться до штаба. Добрались быстро, аж за пять минут, не за десять. Леви, каким-то волшебным образом, протащил Йегера через охрану в его камеру. Попрощавшись, Ривай ушёл, а Эрен зашёл в помещение и поприветствовал своих дружбанов. — Я не понял! Вы уже жрёте, и без меня?! — Не парься, твоя порция на койке. — Ну хоть за это спасибо, — сказал Эрен, забирая свою порцию и начиная есть. Закончив трапезу, Йегер «развалился» на койке. Жан лежал на полу смотря в потолок, а Марко пил водичку. Ну хоть один адекватный человек, не считая Эрена. Повисла неловкая тишина, которую нарушил Жан. — Пацаны, пацаны!!! Я бабочка! — вскрикнул Кирштайн, поднимая руки и ноги вверх. — Жан, на тебя так гороховый суп подействовал?! — смеясь спросил Эрен, перевернувшись на живот. Раздался звук бьющейся посуды. Все замолкли и посмотрели на Марко. Парень сидел с разбитым стаканом, а на полу была разлита вода. — Марко… Я конечно всё понимаю, туалет засран, но это не значит, что надо выплёскивать всё на пол! — Эрен и Жан не сдержались и заржали во весь голос. Эрен даже умудрился со второго яруса грохнутся. — Ярик, ой тьфу! Йегер! — всё никак не унимался Кирштайн. — Каскадёр херов! — Завались, Жан! — а Йегеру было насрать. Ему было смешно. Смех прервался, когда в камеру зашёл охранник и застал такую картину: Жан, лежащий на полу, держит свои конечности вертикальном положении и Эрен, лежащий на каменном полу, ногами к верху. Ну и, конечно же, Марко с лужей возле себя. — …Без Аккермана тут не обойтись, — сказал охранник и ушёл. Снова повисла тишина, которую снова нарушил пронзительный хохот. В «кабинет» Аккермана ворвался охранник. — Стучать не учили?! — рявкнул на того Ривай. — Извините, Сэр! Но там пленники взбунтовались. — Номер камеры? — 104! При упоминаний этих цифр, перед лицом Ривая всплывало изображение головы Йегера. Да, вам не послышалось! Совершенно точно, голова Йегера, без смс и регистрации! Ой, так о чём это я? Ах, да! — Свободен. Я разберусь чуть позже. — Хорошо! — охранник ушёл, оставив Леви наедине со своими развратными фантазиями.