Твой уход

Утро ознаменовалось прохладной и серой погодой за старым, чуть скрипящим окном. Поднимаясь с постели, Вэй Ин натянул на себя белый свитер с широкими узорами шерстяных косичек по рукавам и груди. Его названная сестра подарила год назад на годовщину отношений. Три года. Три года, как они с Цзинь Цзысюанем вступили в официальные отношения, и заявили своим семьям об этом. Янь Ли, по идее будущая супруга «ненавистного» Цзиня, радовалась за младшего брата, как за саму себя. — Ты нашел свое счастье, А-Ин, — прошептала она ему на ухо, когда обняла. Он, конечно, не назвал бы эти отношения великим даром. Потому что начались они еще в университете на втором курсе, парни взаимно невзлюбили друг друга. Ни один день не прошел без едких подколов и насмешек в адрес друг друга, ни одна неделя не пролетела без живописных синяков под глазами и ярко-фиолетовых гематом под ребрами. И как их тогда только не отчислили? Вэй Ин прошел на кухню, ежась от морозного холода. Осень. Пора теплых свитеров, горячего какао и объятий любимого человека. Он посмотрел на сидящего парня за компьютерным столом, и чуть улыбнулся. «Пожалуй, сегодня завтрак приготовлю я». Грязная посуда небольшой горкой скопилась в маленькой раковине, а на столешнице остались красные кровяные разводы. Усянь досадливо цыкнул: он не любил наводить порядок, а в особенности мыть посуду. Но сегодня он сделает исключение. Все-таки он провинился. Не так давно, дня два назад, они сильно повздорили. Но ведь это нормально для молодых пар: устраивать скандалы, выяснять отношения, бить несчастную посуду. Но Вэй Ин перегнул самую малость палку, и теперь Цзинь Цзысюань не хотел с ним разговаривать. — Уверен, он простит меня, если я приготовлю ему завтрак, — улыбнулся Вэй Ин мыльным рукам. Парень долго и выверено, подсматривая в Интернете, готовил яичницу, жарил тонкие полоски бекона. Хорошо наточенный нож привычными, легкими движениями разрезал свежие овощи, почему-то отдающие сладковато горьким ароматом. Но Вэй Ин не обратил на это внимания. На вид они были вполне съедобны. Две тарелки опустились на стол в кухне-столовой. Тихий стук керамики разнесся по комнате еле слышимым эхом. Надо же, он никогда не замечал, как здесь бывает тихо. Вэй Ин не любил тишину. Потому донимал друга/сокурсника/любимого разговорами, пока его не затыкали самым романтичным из всех способов. Тепло улыбнувшись воспоминаниям, Вэй Усянь горестно подумал: «Мне так не хватает этих разговоров и его тепла. Не думал, что буду так от него зависеть». — Что же ты не ешь? — робко спросил Вэй Ин. Поднял и поставил тарелки прямо на стол перед открытым ноутбуком. Экран светился окнами неизвестных приложений и открытой соцсетью. «Я хочу, что бы он понял, как мне стыдно за мой поступок». — Послушай, я готов поговорить с тобой…давай все обсудим, как взрослые люди, м? — парень положил ладонь на худое и острое плечо. Цзысюань никак не отреагировал. «Обижается еще», — заключил про себя Вэй Ин. Покинув личное пространство и пространство «личного кабинета», что был отделен высокой тонкой резной стеной, Усянь направился в зал. Кровать встретила его холодными простынями. «Он будто чужой теперь» Их совместный отпуск они явно планировали не так провести. В тишине. Кровать без любимого человека под боком казалась жесткой, неудобной, матрац под ним весь сбился и простыни слезли на пол. Одеяло в такую холодину не грело, а отопление дадут не скоро. Уснуть удалось только ближе к восьми часам вечера. Вэй Ин подскочил, когда на часах было давно за полночь. Взгляд бешено заметался по комнате, и остановился только на резной перегородке. Оттуда еще шел свет включенного ноутбука. В кромешной темноте на пол падала большая чуть подернутая дымкой тень. «К черту гордость!» — Любимый, поговори со мной. Я не хочу больше спать один…снова. И твое молчание меня пугает! — взвился молодой человек, подходя все ближе и ближе. Кровь отлила от лица, а кожа мерцала в неверном полумраке, глаза лихорадочно блестели. — Ну прости, я виноват, — зашептал он на ухо любимому, — Я всегда рядом и ты можешь поговорить со мной, как будешь готов. — Я не устану ждать, — руки аккуратно обвились вокруг холодной шеи, обнимая. Вэй Ин ласково поцеловал чуть припухлую кожу на щеке и провел пальцем по всаженному по самую рукоять ножу, торчащему из опустевшей глазницы.