Слишком знаменит, чтобы оставаться девственником (Too popular to still be a virgin )

Джеймс вошёл в спальню мрачный как туча. Ремус и Питер видели его таким слишком часто, и предпочли бы отправиться по постелям, пока не зашел разговор о поттеровском свидании, которое, похоже, закончилось полным провалом. Но, конечно же, Питер просто обожал нарываться на неприятности. — Как всё прошло? — невинно поинтересовался он. Джеймс, стягивая футболку, устремил на него чрезвычайно выразительный взгляд: — А ты как думаешь? Петтигрю поджал губы и оглянулся на Ремуса в поисках поддержки. Однако Люпин, как всегда, делал вид, что происходящее совершенно его не касается. — Для начала она стала болтать Мерлин знает о чём, и всякий раз, как я пытался перевести разговор на то, что мне интересно, снова принималась лопотать о себе! Честно говоря, за всю жизнь не встречал настолько самовлюблённого человека, — раздражённо заметил Поттер, надевая пижаму. — Похоже, вы просто созданы друг для друга, — вполголоса пробормотал Ремус. Джеймс не услышал его, или просто сделал вид, и направился в ванную. Дверь за его спиной с грохотом захлопнулась. Однако не успели Ремус и Питер улечься, как в спальню вошёл радостно ухмыляющийся Сириус. — Всем привет! — Ты чего такой довольный? — спросил Люпин и тут же пожалел об этом. Чему бы ни радовался Сириус Блэк, Ремусу не хотелось знать причины и уж тем более подробностей. — Разве не может человек просто быть счастлив? — невинно вопросил Блэк, неторопливо шествуя к своей кровати. — Приходя с отработки у Филча — нет, — парировал Питер. Сириус улёгся на постель, скрестив руки под головой. Вид у него был весьма самодовольный. — Ну, когда я уверен, что мой близкий друг, возможно, переживает лучшие моменты в своей жизни, мне кажется, я имею полное право быть счастливым. Ремус сел и вздохнул: — Боюсь, Мягколап, что это не так. Блэк вскинул бровь и прищурился: — Это ещё почему? Ремус указал на дверь ванной и довольно сердито посмотрел на Сириуса, но Сириус уже соскочил с постели и метнулся в ванную. Открыв дверь, он увидел Джеймса: тот чистил зубы. Внезапное появление Блэка застало его врасплох, и Поттер испуганно посмотрел на друга. — Привет, Мягколап, — пробормотал он, не прерывая своего занятия. — Сохатый, какого хера?! — завопил Блэк. Подняв брови, Джеймс вынул щётку изо рта: — Чего? — Ты почему не на свидании? — рявкнул Сириус. Джеймс вздохнул и быстро прополоскал рот. — Не сработало, — объяснил он, выпрямляясь. — Да почему, блин? — Да потому что просто не сработало. Сириус подбоченился и процедил сквозь зубы: — Постой, я правильно понял? Я застолбил тебе свидание с самым доступным в школе человеком… — Не считая тебя, — перебил Джеймс. Сириус равнодушно посмотрел на него и закончил: — И ты облажался? — Я не облажался, — возмущённо нахмурился Джеймс. — Ну так ты её трахнул? — Нет. Сириус вытаращил глаза, и вид у него был ужасно разозлённый: — Ты хочешь сказать, что я забил свидание с девчонкой, которая даёт себя пощупать за кулёк печенек, а ты вернулся с него девственником?! Джеймс торопливо захлопнул за Сириусом дверь, прислонился к ней и, полоснув Блэка взглядом, прошипел: — Потише! Сириус махнул рукой: — Да будто они не знают. — Я не хочу говорить об этом так… так легкомысленно. — Легкомысленно? Господи боже, Сохатый, ты уверен, что не гей? — поднял бровь Сириус. — Был бы я геем, так, наверное, трахнулся бы с тобой. Уж ты-то ни одного симпатичного педика в двадцати милях вокруг Хогвартса не пропустил. Сириус закатил глаза: — Не надо ненавидеть меня за то, что я пользуюсь успехом. — Одно дело, когда ты пользуешься успехом, а другое — когда трахаешь всё, что ходит на двух ногах. — Не обязательно. Помнишь ту тётку, которая попала в жуткую катастрофу и ещё так забавно прихрамывала? Джеймс прищурился: — Помню. Блэк кивнул: — У неё деревянная нога. — Откуда ты зна… Сириус посмотрел на него, и Джеймс моментально покраснел. — Ай, да какая разница. — Блэк махнул рукой. — Вы, мистер Сохатый, тоже личность известная, так что понятия не имею, почему ты до сих пор никого не трахнул. — Мне никто не нравится настолько, — пожал плечами Поттер. — И что?! — возмутился Сириус. — Мерлиновы подштанники, Джеймс, тебе шестнадцать, а ты всё ещё девственник! И это бы полбеды, но ты же наша школьная звезда и капитан квиддичной команды! Господи прости, да у Питера больше опыта, чем у тебя! — Ничего подобного! — нахмурился Джеймс. — Ну да! Он, между прочим, уже переспал с девчонкой! — Всего один раз! Сириус поднял брови: — А ты ни разу. Вздохнув, Поттер взъерошил волосы: — Быть девственником в шестнадцать лет так уж плохо?.. — Для тебя, дружище, — Блэк улыбнулся и положил руку на плечо Джеймса, — для тебя это просто позор. Джеймс снова вздохнул, признавая своё поражение. — Но не переживай, — Сириус заухмылялся ещё шире и встряхнул Поттера. — Теперь я возьму дело в свои руки и прослежу, чтобы ты расстался с невинностью. Джеймс с тихим ужасом уставился на Блэка, выходящего из ванной. — Не волнуйся, Сохатый. Я найду способ сорвать вишенку с твоего пирога. * * * Весь следующий день Джеймсу от стыда хотелось провалиться сквозь землю. Сириус таскал его по коридорам и обращал внимание на каждую девицу, которая казалась хоть чуть-чуть заинтересованной в квиддичной звезде. — Как тебе эта? — прошипел Блэк, указывая на девчонку с чёрно-розовыми волосами до плеч. На её юбке и гольфах красовались разрезы, скреплённые булавками. — Которая? Вот эта чокнутая панкушка? — скривился Поттер. — Ничего она не чокнутая, — возразил Сириус, и добавил: — Тебе же всё равно нравится маггловская панк-музыка. — Да, но я не одеваюсь так, чтобы все это заметили. Блэк нахмурился, уставившись на рюкзак Джеймса, покрытый нашивками «Sex Pistols» и значками «Ian Dury and the Blockheads». — Ну да, конечно, — пробормотал он и, оглядев коридор, вдруг указал на высокую блондинку, которая выглядела как настоящая супермодель: — А эта? Поттер быстро глянул, поморщился и покачал головой. — Почему? — удивился Сириус. Джеймс махнул рукой: — Она слишком… красивая. — Слишком красивая? — завопил Блэк. — Окей, тогда скажи мне, какие тебе нравятся, и я буду работать в этом направлении. — Сириус, это правда не так уж необходимо. — Фигня. — Блэк обнял Джеймса за плечи и они пошли по коридору. — Я обещал тебе трах, и ты его получишь. Поттер вздохнул. — Давай, опиши мне свой идеал, — не отставал Сириус. Джеймс остановился и прикусил губу, раздумывая. — Ладно, — начал он, и лицо Сириуса приняло нетерпеливое выражение. — Она должна быть забавная. — Любит пошутить, — кивнул Блэк. — И чтобы… чтобы не слишком много говорила о себе. — Не зацикленная на себе, так… интересуется тобой, — повторил Сириус. Поттер покачал головой и слабо улыбнулся: — И чтобы не повёрнутая на правилах. Терпеть не могу пай-девочек. — Ага, немного оторва. — Сириус кивнул снова. — С характером мы разобрались, теперь внешность. Джеймс пожал плечами: — Мне без разницы. — Да ладно! Те же девчонки тебе не понравились из-за того, как выглядят или одеваются. Давай, выкладывай. — Э… — Поттер нахмурился, размышляя, и поскрёб щёку. — Ну, мне нравятся высокие. Не так чтобы выше меня, но… высокие, в общем. — Понял. Карлики пролетают. — Сириус поднял палец, словно подытоживая сказанное другом. — Матушку профессора Флитвика из списка вычёркиваю. Джеймс фыркнул и продолжил: — С тёмными волосами. — Блондинки — нет?.. А рыжие? Джеймс пожал плечами: — Да мне всё равно. Но тёмные мне нравятся больше. — Хорошо… Блондиночек долой, а вот рыженьких отложим на всякий случай. Поттер едва сдерживал улыбку. — И ещё мне нравятся красивые глаза. — Красивые — это какие? — Не знаю. Красивые, и всё. Блэк бросил на него раздражённый взгляд: — Мне это не поможет. Ты хоть объясни — большие или широко открытые? Голубые? Карие? Зелёные? Нежные? Блестящие? — Без понятия. Хотя… яркие такие, наверное. Чтобы цвет можно было разглядеть. — Цвет какой-то определённый? Джеймс снова пожал плечами, и Сириус вздохнул. — Да не знаю я, Мягколап! — взмолился Поттер. — Наверное, тёмные глаза мне нравятся. — Хорошо. — Сириус кивнул. — Значит, нам нужен кто-то, кто будет тебя веселить, интересуется главным образом тобой, высокого роста, с яркими глазами, тёмными волосами — и к чёрту правила? — Верно. — Знаешь, вряд ли это будет так трудно, — с сарказмом пробормотал Блэк. * * * Джеймс впервые в жизни был рад, что на зельях оказался за одной партой с Питером. Профессор Слагхорн достаточно недвусмысленно высказался о том, что не доверяет Поттеру и Блэку котёл, который можно взорвать. А вот Сириуса как раз не увлекала перспектива сидеть с Ремусом, поскольку это мешало ему продолжать выпытывать у Поттера подробности его личной жизни. Ирония заключалась в том, что именно по этой причине Джеймс был счастлив оказаться от него как можно дальше. — Так что надо сделать с листьями кларины? — спросил Петтигрю и уже приготовился их резать. — Нет! — вскрикнул Джеймс. — Не трогай, Хвост. Их надо добавлять целыми. — Ой, — пробормотал Питер и слегка порозовел. — У вас проблемы, мистер Поттер? Услышав эти слова, Джеймс подумал было, что к нему подошел Слагхорн, но голос показался слишком знакомым, и Поттер, подняв взгляд, увидел ухмыляющегося Сириуса. — Почему вам не сидится за своим собственным столом, мистер Блэк? — спросил он. Улыбка Сириуса стала ещё шире. Он склонился к Поттеру и зашептал. Питер тут же озадачился перечитыванием списка ингредиентов, отлично зная, что этот шёпот предназначался только для ушей Сохатого. — Я себе всю голову сломал — думал про то, с кем бы тебе заняться сексом. — Это обязательно обсуждать сейчас? — прорычал Джеймс. — Да, — кивнул Сириус, сияя. — И что? — Поттер поднял брови. Сверкнув улыбкой, Блэк заявил: — И я пришёл к кое-какому выводу. Повисла напряжённая тишина. Джеймс ждал, что Сириус скажет дальше, но тот молчал, и Джеймс нетерпеливо потребовал: — Ну? — Ну, — ухмылка Блэка стала возмутительно широкой. — Я решил, что ты предъявляешь слишком высокие требования и ожидаешь от партнёра слишком многого. Джеймс моргнул. — Это и есть твой гениальный вывод? — А я не говорил, что он гениальный. — Ты не говорил, но улыбался, как будто так и есть! — возразил Поттер. — Что поделать! И вот я понял, что надо просто заставить тебя перестать вести себя по-девчачьи и уже просто трахнуть кого-нибудь. — Мягколап, — поинтересовался Джеймс, — почему для тебя это так важно? Улыбка Сириуса стала мягче. — Потому что ты мой лучший друг, и я хочу, чтобы ты понял, что теряешь. Джеймс вздохнул и пробормотал: — Быть не может, что это настолько хорошо. Блэк выпрямился и хлопнул его по спине: — Вот слова настоящего девственника. — Мистер Блэк, вам что-нибудь нужно? — поинтересовался Слагхорн, стоящий у доски. — Я просто спросил Поттера, не приласкает ли он меня после урока, — невинно улыбнулся Сириус. — Это правда, сэр. Он сделал мне гнусное предложение прямо посреди класса. Это просто позор, — кивнул Джеймс, пряча улыбку. В классе засмеялись. — Вернитесь за свой стол, Сириус, — велел Слагхорн. Ухмыляясь, Джеймс посмотрел на Блэка, но тот не улыбнулся в ответ. Скорее наоборот — уходя, казался ещё более задумчивым. * * * За гриффиндорским столом в Большом зале Джеймс сидел рядом с Сириусом, который был непривычно тих. Напротив Ремус и Питер торопливо поедали свой ужин. — Эй, полегче, — заметил Поттер. — Если вы оба подавитесь, что тогда? — Умрём, наверное, — ответил Люпин с набитым картошкой ртом. — Что за спешка? — Нам побыстрее нужно в библиотеку, — отозвался Петтигрю. Джеймс нахмурился: — Зачем? — Делать домашнюю работу по истории магии. Поттер покачал головой: — Никогда не пойму, зачем вы вообще выбрали этот предмет. — Я бы тоже предпочёл, чтоб мы его не выбирали. К завтрашнему дню надо написать сочинение на пять футов, — ответил Ремус и отхлебнул тыквенного сока. Джеймс присвистнул: — Господи Иисусе. А когда вам его задали? — Сегодня! — Питер чуть не плакал. — Представляешь? Джеймс потянулся через стол и похлопал расстроенного друга по руке. — Ну, успокойся, Хвостик. Всё будет хорошо, — успокоил он. — Тебе легко говорить, Сохатый, ты-то не будешь допоздна торчать в библиотеке и строчить про гоблинские войны! Сириус, впервые за вечер, поднял голову: — Так вы сегодня весь вечер не придёте, получается? — Да, — кивнул Люпин. — Когда библиотека закроется, мы, наверное, ещё посидим в гостиной. А что? Блэк не ответил; он быстро схватил свою сумку и поднялся. — Мягколап! — воскликнули остальные Мародёры. — Увидимся позже, — быстро ответил Сириус и почти выбежал из Зала. — Что на него нашло? — поинтересовался Петтигрю у Джеймса. Поттер покачал головой, глядя, как Сириус исчезает из виду. Что с ним такое? * * * Войдя в гриффиндорскую гостиную, Джеймс обнаружил толпу студентов, болтающих с друзьями. В одном углу комнаты четверокурсники оживлённо играли в подрывного дурака, а за многочисленными столами некоторые делали домашнюю работу; кое-кто писал сочинения по истории магии. Блэка среди них не было, и Поттер, внезапно потерявший к происходящему интерес, поднялся по лестнице. Дверь в спальню, разумеется, была заперта: Мародёры никогда не оставляли её открытой, поскольку в спальне они обсуждали все свои секреты. На третьем курсе они даже придумали особый стук, но он не прижился, потому что Питер постоянно его забывал. Войдя, Джеймс увидел Сириуса, стоящего у его кровати. Заметив Поттера, он, казалось, вздрогнул. — Сохатый! — Мягколап? — Джеймс попытался повторить Блэковский преувеличенно обрадованный и удивлённый тон, но прозвучало это просто вопросительно. — Ты как, нормально? — Отлично, — быстро кивнул Сириус и подошёл к кровати Поттера. — Джеймс, сядь. Заинтригованный, Поттер бросил сумку на пол и присел на краешек постели. Сириус сел рядом с ним и ухмыльнулся от уха до уха. — Что случилось? Блэк глубоко вздохнул, и улыбка его стала ещё шире. Джеймс подумал про себя — как за последние дни лицо Мягколапа ещё не треснуло пополам? — Я тут обдумывал твою… э… ситуацию, — начал Сириус. Джеймс застонал: — О, только не начинай снова! — В общем, мне кажется, я кое-что придумал, — быстро сказал Блэк. — Ты о чём? — Понимаешь, Сохатый, мне кажется, у тебя большие проблемы с тем, чтобы доверять кому-то, и поэтому тебе так трудно найти… ну… партнёра, — ухмылка Сириуса угасла. Джеймс прищурился: — Ты думаешь, что у меня проблемы с доверием? — Да, — кивнул Блэк. — Признай, что по-настоящему ты доверяешь только немногим. — И что? — нахмурился Поттер. — А то. Кому из этих немногих ты доверяешь больше всего? — спросил Сириус, и лицо его вдруг показалось Джеймсу каким-то напряжённым. — Тебе, конечно, — тут же ответил Поттер. Блэк расслабился и снова улыбнулся. — Вот поэтому я и предлагаю тебе свои услуги. И он развёл руки, будто демонстрируя себя. Джеймс уставился на него широко открытыми глазами. — Я… ты… Что?! — пролепетал он. — Кто подходит тебе лучше? — ухмыльнулся Блэк. — Сириус! это… это же безумие! — завопил Поттер. — Почему? — Что значит — почему? Потому что ты — парень! — А что это меняет? — Блэк поднял бровь. Джеймс сжал губы: — Не все такие как ты, Мягколап. Для большинства людей пол партнёра имеет значение. — Не имеет, если этот человек кажется тебе привлекательным, — парировал Блэк. — Вот, предположим, ты. Я кажусь тебе привлекательным? Поттер фыркнул. — Я знаю, что ты красивый. — Это совершенно другое, — покачал головой Блэк. — Кто угодно может сказать про кого-то, что он красивый. Я хочу знать — я тебя привлекаю? Я нравлюсь тебе, хоть чуть-чуть? Джеймс отвёл взгляд и раздражённо вздохнул. Однако его молчание было для Сириуса достаточным ответом, и тот улыбнулся ещё радостней. — Отлично. — Блэк схватил Джеймса за руки и развернул его к себе. — Что ты делаешь? — спросил Поттер. В голосе его слышался страх. Сириус только усмехнулся, перебрался на середину кровати, поджал ноги и жестом велел Джеймсу сделать то же самое. Тот неохотно подчинился, и через несколько мгновений сидел лицом к лицу с Блэком, касаясь коленями его колен. — Мягколап, что мы делаем? — снова спросил он, стараясь говорить строго. — Мы потихоньку начинаем, — ответил Блэк и положил ладони на ноги Джеймса. Поттер уставился на них так, будто это были не ладони, а два рассерженных гиппогрифа, и прошептал: — Не уверен, что этого хочу. — Почему? — прошептал в ответ Сириус, легко поглаживая бедро Поттера; тот сглотнул, и Сириус едва сдержал улыбку. — Давай для начала попробуем поцеловаться, ладно? Просто соприкоснёмся губами. Джеймс поднял взгляд и уставился на друга: — Сириус, я умею целоваться. Не надо мне рассказывать, как и что делать. — Это не чтобы научить тебя, придурок. Так мы сможем привыкнуть прикасаться друг к другу. Не только по-приятельски. — Понятно. — Джеймс слегка покраснел, и Блэку это показалось очаровательным. — Точно. Сначала быстро поцелуемся. — В губы? — спросил Поттер. Усмехнувшись, Сириус кивнул: — В губы, Сохатый. — Хорошо, — пробормотал тот. Блэк склонился вперёд, и Джеймс, помедлив, последовал его примеру. В конце концов их губы встретились на полпути в быстром, целомудренном поцелуе — всё равно что поцеловать на ночь свою бабушку. Потом друзья отстранились. — Видишь, это совсем не трудно, — улыбнулся Сириус. Поттер только кивнул — похоже, он старался не дышать. — А сейчас давай чуть подольше, но тоже просто прикоснёмся губами. Не будем открывать рот и всё такое. Джеймс кивнул, и на этот раз подался к Блэку так же быстро. Когда их губы встретились, его поразило, какой нежный у Сириуса рот. В первый раз он этого не понял, но сейчас ощутил мягкость и гладкость. Блэк медленно отодвинулся. Теперь они почти соприкасались носами. — Нормально? — почти прошептал он. Джеймс снова молча кивнул. Они так и сидели неподвижно, пока Сириус не предложил: — Теперь с открытым ртом, но без языка. При слове «язык» у Поттера слегка остекленели глаза и закружилась голова, и он уже ничего не понимал. Однако прежде чем Джеймс пошёл на попятную, Блэк поцеловал его. Этот поцелуй был ещё решительней, чем предыдущий. Сириус медленно приоткрыл губы и накрыл ими губы Джеймса. Ощущая, как сердце бьётся где-то в горле, Поттер тоже открыл рот. Почувствовав тёплое дыхание Блэка и влажное прикосновение, Джеймс едва удержался, чтобы не скользнуть языком в манящий жар этого рта. Сириус склонил голову набок, чтобы Джеймсу было удобнее, и Поттер вцепился в одеяло, пытаясь не углубить поцелуй, пока Сириус не разрешит. Однако тот, казалось, не испытывал желания прерваться — целовал Поттера все более энергично и напористо, и, прижимаясь к его губам сильнее, застонал. Потом быстро отодвинулся, но только для того, чтобы торопливо сказать: — Давай с языком. Поттер, не открывая глаз, кивнул; они жадно поцеловались, и, ощутив податливую мягкость, Джеймс застонал и втянул язык Сириуса в рот. От удивления у Блэка вырвался сдавленный звук, однако он не противился и позволил Поттеру целоваться взасос. Спустя несколько минут он отстранился и выдохнул: — Разденься. Джеймс снова бездумно кивнул и трясущимися непослушными пальцами начал искать пуговицы. Блэк помог ему, и, расстегнув рубашку наполовину, стянул её с Поттера через голову. Вместе с рубашкой соскользнули очки, и Джеймс близоруко прищурился, привыкая. Пока Джеймс терзал пряжку ремня и возился с пуговицами, Сириус снял рубашку. Джеймс неуверенно посмотрел на него, но Блэк, голый по пояс, только ободряюще кивнул и взялся за брюки. Он скинул штаны быстрее, чем Поттер справился с «молнией», и бросил их на пол рядом с кроватью, а потом стащил трусы и предстал перед другом во всей красе. Несколько бесконечных секунд Джеймс разглядывал его полувозбуждённый член, и Сириус не мешал ему и сидел молча. Внезапно Поттер задернул полог, а потом тоже снял брюки и трусы. Усмотрев в этом добрый знак, Блэк улыбнулся. Чтобы не смущать друга, он старался не пялиться на его член слишком долго. Джеймс порывисто потянулся к Сириусу, жадно поцеловал и, громко застонав, повалил на постель. Сириус удержался на локтях, мягко оттолкнул друга и проговорил, задыхаясь: — Подожди. — В чём дело? — Поттер насупился и обеспокоенно сжал губы. Блэк коснулся его груди ладонью и погладил, успокаивая: — Я знаю, что у тебя в следующий раз всё будет иначе. Поэтому тебе не обязательно трогать меня там, где обычно трогают. — Это где? — нахмурился Джеймс. Сириус посмотрел вниз, на свой уже твёрдый член. Джеймс проследил взглядом его взгляд, а потом, нахмурившись ещё сильнее, снова посмотрел другу в глаза: — Сириус. Я всё сделаю как надо. — Да, я знаю, но тебе же не нравятся парни, и… — Мягколап, — перебил его Поттер. — Я собираюсь заняться с тобой сексом. Это мой первый раз и я хочу всё сделать как надо. Блэк облизнул губы. Его дыхание потяжелело, и он кивнул: — Хорошо. — Хорошо, — твёрдо сказал Джеймс и потянулся поцеловать Сириуса, но тот снова придержал его. — Если хочешь, чтобы всё было как надо, тогда… — Он потянулся к стоящей рядом с кроватью тумбочке и высунулся из-за полога. До Поттера донёсся стук выдвигаемого ящика — Сириус искал что-то на ощупь — а потом Блэк вернулся обратно с видом одновременно возбужденным и робким. В руке он сжимал какой-то тюбик. — Это что? — спросил Джеймс, не обращая внимания на то, что касается сидящего рядом Мягколапа кожей. Сириус прикусил губу и показал Поттеру то, что держал в руке. — А! — прошептал Джеймс, прочитав надпись, и залился краской. Блэк невольно ухмыльнулся. — И что я должен… Что мне надо сделать? Сириус взял его руку, выдавил немного любриканта и размазал его по пальцам и ладони Джеймса. — Хорошенько подготовить меня для того, чтобы… ну… — тихо сказал он. Поттер сглотнул, а когда Блэк опустил его руку вниз, у Джеймса перехватило дыхание. Сириус устроился поудобнее, развёл ноги, и, внимательно наблюдая за его лицом, потянул руку Поттера к себе. Прежде чем дотронуться, он прошептал: — Всё нормально, Сохатый? Неотрывно глядя между раздвинутых ног Блэка, тот молча кивнул, коснулся ануса, и дыхание Сириуса сбилось. — Давай, вот так, — подбодрил он. Поттер по-прежнему не отрывал взгляда, позволяя Блэку управлять ситуацией. Потом он почувствовал, что Сириус снова тянет его руку: — Чуть-чуть посильнее, Джеймс. Поттеру показалось, что голос Мягколапа звучит как-то неестественно, однако он повиновался, надавил на кольцо мышц, которое поглаживал, и палец скользнул внутрь. — Да, вот так, — прошипел Блэк. Джеймс в первый раз поднял взгляд на лицо друга, и вдруг ощутил, что при виде полузакрытых глаз Сириуса в груди всё сжалось, а член дрогнул. Не дожидаясь подсказки, Поттер толкнулся глубже, и с губ Блэка сорвался стон. Он внимательно посмотрел на Джеймса: — Хорошо, а теперь давай кое-что поменяем. Джеймс уставился на Сириуса широко открытыми глазами. — Теперь член, Сохатый, — успокоил тот, взяв в руки тюбик с любрикантом, и выдавил немного себе на руку. Джеймс молча наблюдал за его действиями. — С девчонками делать этого не придётся, — объяснил Блэк, коснулся болезненно возбужденного джеймсова члена, и Поттер зашипел. — Обычно, когда девчонка завелась, у неё там уже влажно, и любрикант не потребуется. Если ты, конечно, не трахаешь матушку Флитвика. — Заткнись, — простонал Джеймс. От удовольствия у него ехала крыша. Глядя на Сохатого и сжимая в руке его твёрдый член, Сириус усмехнулся. Это было прекраснее, чем он представлял. — Как скажешь, — прошептал он и убрал руку, а потом легко поцеловал Поттера. Джеймс попытался сунуть ему в рот язык, но Мягколап быстро увернулся. — Вот, теперь ты готов. — Он внимательно посмотрел Джеймсу в глаза. — Ты точно хочешь это сделать? Джеймс, тяжело дыша, встретил его взгляд и кивнул: — Да. Сириус посмотрел на его губы, склонился и нежно поцеловал. Он позволил Поттеру углубить поцелуй и, в конце концов, лёг на спину, увлекая за собой Джеймса. Они гладили и ласкали друг друга, впервые ощущая нежность кожи и твёрдость мускулов. Джеймс игриво сжал сосок Блэка, и Сириус застонал, выгнулся под ним, и, оторвавшись от его губ, хрипло сказал: — С девчонками это тоже иначе, Сохатый. С ними ты просто скользнёшь внутрь, и не надо будет… не надо втискиваться. Поттер повис над Сириусом, опираясь на руки, и слегка испуганно уставился на него: — Втискиваться? — Это не так страшно, как звучит, — быстро откликнулся Блэк, поглаживая предплечья Джеймса. Тот нахмурился. — Я ведь… я не сделаю тебе больно? Лицо Сириуса тут же смягчилось, и он слабо улыбнулся. — Нет. Больно ты мне не сделаешь. Поттер неуверенно поморгал, а потом кивнул. Блэк развел ноги, и Джеймс устроился между ними. С жадным нетерпением Сириус смотрел, как член Сохатого исчезает из виду. — Вот так. А теперь давай потихоньку, — прошептал Сириус. — Просто введи. Джеймс кивнул и, закусив от волнения губу, направил член между ягодиц Блэка. Головка коснулась ануса, и Сириус, тяжело дыша, подался бёдрами навстречу. Поттер толкнулся внутрь, и член беспрепятственно проник в тело Блэка. У Джеймса перехватило дыхание от ошеломительного ощущения тесноты. Ничего подобного он и представить себе не мог. — Отлично, Сохатый, — прошептал Сириус. — Теперь давай ещё немного. Не глядя на него, Поттер медленно продвигался, наблюдая, как член всё глубже входит в потрясающее тело Блэка. Потом, обхватив раскинутые бёдра Сириуса, Джеймс подтянул его ближе и погрузился в восхитительный жар. Почувствовав, что не может протолкнуться дальше, Поттер притормозил — он не хотел причинить Мягколапу боль. Джеймс посмотрел на Сириуса и заметил, что Блэк возбуждён уже не так сильно и потихоньку дрочит себе. — Ты как, нормально? — задыхаясь, спросил Поттер. Сириус кивнул и облизал губы: — А ты? Как тебе? С трудом переведя дыхание, Джеймс прикрыл глаза и простонал: — Охуеть. — Ну, это же здорово? — улыбнулся Блэк. У Поттера задрожали руки. Он закусил губы, чтобы удержаться и не начать двигаться, хотя его захлёстывало возбуждение. Сириус не ожидал, что у девственника окажется столько выдержки. Однако он всё же сомневался, что Сохатого хватит надолго, и не ждал слишком многого, ведь тот был совершенно неопытен. — Давай, Джеймс, — простонал Блэк, чувствуя, как удовольствие охватывает его. — Двигайся. Голос его дрожал. Поттер кивнул и медленно выскользнул из жаркой тесноты, а потом, прикрыв глаза, снова толкнулся вперёд и вскрикнул. Сириус смотрел снизу вверх на его лицо, которое при каждом всплеске удовольствия отражало благоговейный трепет. Краем глаза Блэк заметил, как руки Сохатого сжались в кулаки, вцепившись в простыни, и почувствовал острый прилив возбуждения. Сириус выпустил нетерпеливо вздрагивающий член и коснулся ладонями бёдер Джеймса, как раз в тот момент, когда они подались назад. Пальцы осторожно скользили по коже, ощущая движение мускулов. Блэк завороженно смотрел, как Сохатый вбивается в него, потом поднял взгляд — Поттер сосредоточенно и пристально глядел ему в глаза — и прошептал: — Джеймс. Рот Поттера приоткрылся в беззвучном «о», и он с силой двинул бёдрами, словно ввинчиваясь. От этого движения у Блэка перехватило дыхание — по телу словно пробежал электрический разряд. — Блядь, — прошипел он, вскидывая бёдра навстречу движению Джеймса. — Вот так хорошо. Прикусив губу, Поттер простонал: — Сириус. — Я знаю, — тихо откликнулся Блэк. Теперь удовольствие нарастало всё быстрее. Сохатый взялся за дело с таким рвением, что Сириус подумал — надо было подрочить перед этим. Он задыхался и то и дело поскуливал, и хотел большего. Ему было мало, он никогда в жизни не испытывал ничего подобного и, наконец, подчинился этому чувству. — Ещё, — прохрипел Блэк. Джеймс неуверенно посмотрел на него. Глядя в раскрасневшееся лицо Поттера, Сириус не знал, как объяснить, чего он хочет. Тем более что он и сам этого не понимал. Мягколап провёл ладонями по бёдрам Джеймса, по спине, и притянул его к себе. Руки Поттера тут же ослабли, и он оперся на локти. — Глубже, — прошептал Блэк. От прикосновения к голой груди Сохатого у него перехватило дыхание. — Точно? Сириус кивнул, пытаясь выразить свою решимость. Джеймс быстро сунул ладони под ягодицы Мягколапа, сжал, а потом, двинув бёдрами и натягивая Блэка на себя, преодолел последний барьер и вошёл на всю длину. Он не мог бы сказать наверняка, чей вскрик удовольствия был громче — его собственный или Сириуса. — Да, — простонал Блэк, откинув голову на подушку. — Вот так, Сохатый. Не ослабляя своей хватки, продолжая трахать его, Джеймс склонился и слизнул капли пота, скатившиеся в ямку между ключиц Сириуса, а потом провёл языком по шее. Сириус заскулил снова и крепче вцепился в Поттера, прижимаясь к нему теснее. — Сильнее, — взмолился он. — Пожалуйста, сильнее! Джеймс повиновался, и его усилия были вознаграждены упоительными шлепками плоти о плоть. — Ох, Мерлин, — простонал Поттер. — Сириус! Блэк потянулся ему навстречу, чтобы поцеловать, и Джеймс с готовностью ответил на поцелуй. Движения его языка повторяли сильные, глубокие толчки члена. Сириус застонал ему в губы, и стон прозвучал словно рыдание, словно Блэк сейчас заплачет, словно он хотел, чтобы Джеймс был ещё ближе, прижался ещё теснее. Сириус вцепился в Поттера, будто боялся, что тот исчезнет, и Джеймс крепче перехватил его бёдра и со всей силы вломился в него. Блэк прервал поцелуй и вскрикнул от наслаждения. Поттер хотел улыбнуться, но понял, что не может — настолько он был захвачен жёстким ритмом, и Сириус стонал всё чаще, в такт его движениям. Джеймс отпустил покрытое синяками бедро Мягколапа, которое стискивал мёртвой хваткой, и сжал его липкий от влаги, стоящий колом член. Сириус не то заскулил, не то задохнулся, и посмотрел на Поттера широко открытыми глазами. — Блядь, Сохатый, я же сейчас кончу. — Что, правда? — неверяще прошептал тот. Блэк кивнул, яростно насаживаясь на Джеймса. Пара толчков — и он сдавленно вскрикнул: — Джейми!.. Совершенно зачарованный, Поттер наблюдал, как Сириус кончает; тёплая сперма выплёскивалась ему на руку, на живот Блэка и на его собственный. Джеймс замедлил свои толчки. Тело Мягколапа напряглось, он смотрел на Джеймса снизу вверх — такой открытый. Такой беззащитный. Сириус судорожно втянул воздух и свалился на постель. Он тяжело дышал, и Поттер с замиранием сердца смотрел на него, и чувствовал, как нарастает возбуждение. Он глубже всадил член, и стал двигаться быстрее и жёстче. А потом Блэк вскинул бёдра, погладил Джеймса по спине и прошептал: — Ну, давай, Сохатый. Острая волна наслаждения прокатилась к низу живота, Поттер вцепился в Сириуса и кончил. Это ощущение было не похоже на испытанные им раньше, даже ощущение от самой лучшей дрочки не могло сравниться с ним, и оно всё длилось и длилось. Джеймс, казалось, разучился дышать, а чтобы видеть лицо Мягколапа — удовлетворенное и даже слегка самодовольное — он с трудом заставлял себя не закрывать глаза. Наконец Поттер, обессиленный, рухнул на Сириуса, едва не вышибив из того дух. Бормоча извинения, он попытался вынуть член. — Полегче, дружище, — прошипел Блэк неожиданно. — Прости. — Джеймс осторожно отодвинулся и лёг рядом с другом, глядя на его профиль, не зная, что сказать и что вообще думать. — Ну вот, — прервал молчание Сириус. — Угадай, кто у нас больше не девственник. Его слова не сразу дошли до Джеймса — он поморгал и только потом пробормотал: — Ух ты. Сириус фыркнул и повернулся на бок, чтобы посмотреть Сохатому в глаза, и лицо его смягчилось. — Ты как, нормально? — прошептал он. — Да, — улыбнулся Поттер. — На самом деле даже лучше, чем нормально. — Здорово. Признаться, я и не думал, что ты на такое способен, это же твой первый раз и всё такое. Но, чёрт возьми, было классно. Джеймс посмотрел на него широко открытыми глазами: — Правда? — Правда, — убеждённо кивнул Блэк. — Ещё какая, блин, правда. С довольным видом Поттер поцеловал его в плечо и обнял. — С тобой тоже было здорово. На самом деле, гораздо лучше, чем просто здорово. — Вот как? — Внезапно Сириус насмешливо нахмурился: — Слушай, может, я тебя испортил? Наверное, лучше бы, чтобы первый раз был не со мной, потому что у девчонок обычно там не так узко, как у парней. — Да? — Джеймс, не слишком встревоженный, вздёрнул бровь. — Может, мне тогда просто трахать тебя, и все дела? Блэк кивнул: — Да, думаю, именно так тебе и следует поступить. Они ухмыльнулись друг другу, и Джеймс погладил влажную от пота спину друга. — Сириус… — Что? — Почему ты хотел переспать со мной? — с любопытством спросил Поттер. — Ну, то есть ты собирал всякую чушь про то, что я не доверяю людям и так далее, чтобы я согласился, но почему ты тоже меня захотел? Сириус посмотрел на него с сомнением и улыбнулся: — Если я скажу, что ты мне нравишься, это будет слишком очевидно, так ведь? — Да? — повторил Джеймс, и губы его растянулись в довольной улыбке. — А кроме того, — продолжил Сириус, — кто ещё сможет сказать, что лишил невинности Джеймса Поттера? — Только ты, — кивнул Джеймс. — Вот именно. — Сириус сиял. * * * Ремус и Питер вошли в спальню, ожидая увидеть друзей спящими за задёрнутыми пологами. Однако те бок о бок сидели на кровати Джеймса и о чём-то шептались. — Чего вам не спится? Уже поздно, — заметил Люпин, бросив сумку на пол у своей кровати. — Потому что у нас есть потрясающая новость, — Блэк едва не подпрыгивал на месте. — В самом деле? — нахмурился Поттер и быстро взглянул на него. Сириус проигнорировал этот взгляд: — Конечно. — А что такое? — спросил, подойдя, Питер. — Угадайте-ка, — возбуждённо сказал Блэк, — кто этим вечером расстался с невинностью? Люпин и Петтигрю уставились на Джеймса, который застонал и спрятал лицо в ладонях. — Что, серьёзно? — Ремус тоже подошёл к ним. — Ещё как серьёзно! — кивнул Сириус. Питер ухмыльнулся: — Поздравляю, приятель. — А с кем? — поинтересовался Люпин. — Кое-кто с нашего курса, с Гриффиндора, — ответил Сириус. — В лучших традициях факультета. При этих словах Джеймса пробрало хихиканье. — Как же у тебя всё в конце концов получилось? — поддел Люпин. — Это… ну… благодаря Сириусу, — сознался Поттер, краснея, но продолжая улыбаться. — Зачем же ещё нужны друзья! — ухмыльнулся Блэк, похлопывая Джеймса по колену. — Отлично. — Ремус направился к своей постели. — Не терпится познакомиться с ней. — Э… познакомиться с ней? — нахмурился Поттер. — Ага, — поддакнул Петтигрю, забираясь под одеяло. — С твоей девушкой, Сохатый. Глаза Джеймса широко распахнулись, и он бросил быстрый взгляд на Сириуса, который изо всех сил старался не улыбнуться. — fin —