Рождение 12 богоизбранных

      Над городом вновь раздался вой сирен. Люди, побросав свои вещи, устремились в ближайшие подвалы и станции метро, в надежде скрыться от бомбёжки, но мало кому это удалось. В одно мгновенье улицы наполнил шум разрывающихся снарядов и стоны раненых. Система оповещения сработало слишком поздно. Она всегда срабатывала поздно.       В городе осталось не так много смельчаков, готовых выбраться на поверхность, чтобы раздобыть припасов и сжечь тела убитых, пока их не поглотила чума, и с каждой вылазкой их число сокращалось в двое. Но иначе им было не выжить. Сидя в подвале ты умрешь в муках голода или же будешь сожран порожденьями чумы. Эти твари, сотканные неведанной силой из тел убитых, с множеством конечностей и голов, торчащих случайным образом из их тел, разлагающиеся на ходу, однако были живы, если это можно назвать жизнью. Единственным, что ими двигало, было чувство голода, заставляющее выслеживать и пожирать своих дел. Учитывая строение тварей, они оказались медлительны и уйти от них поначалу не составляло труда, однако чума не могла оставить своих порождений в таком положении и даровала им «глаза». Стоило кому-то столкнуться взглядом с их зелёными глазами и он уже был обречён: тело жертвы сковывал паралич, однако она оставалась в сознании и могла чувствовать боль. И тогда уже тварь набрасывалась на неудачника, медленно пожирая его, наслаждаясь его страданием. Но в их новых глазах скрылась и главная слабость тварей — как только солнце оказывалось в зените, они были вынуждены срываться в тени. Это время было наиболее благоприятным для вылазок и в это же время над городом пролетали беспилотники армии, взявшей его в блокаду. Никто из жителей не понимал, зачем кому-то нужно захватывать город, поражённый чумой, однако военные не оставляли своего наступления. Но умереть от взрыва бомбы казалось не такой плохой участью, как быть сожранным тварью, по крайней мере так считал Адриан.       Всё же у него было огромное преимущество перед остальными неудачниками, выбравшимися сегодня на поверхность. В своей голове он слышал счёт. Тик-так, тик-так, тик-так. Будто бы незримые часы всегда стучали в его голове. Тик-так, тик-так, тик-так. И благодаря этому счёту Адриан всегда знал, куда сделать шаг, чтобы увернуться от бомбы, а куда не стоит смотреть, чтобы не попасть по взгляд зелёных глаз.       Тик-так, тик-так, тик-так. Вот справа от него, шагах в двадцати упала бомба. Нужно сделать два шага вперёд и замереть и осколки пролетят мимо. Тик-так, тик-так, тик-так. Взрыв разнёс стекло витрины ближайшего магазина, чудом уцелевшее в этом аду. Такую возможность упускать нельзя. Быстро скинув куртку и обмотав ею свою руку, Адриан выбил оставшиеся крупные осколки и перепрыгнул внутрь. Ему несказанно повезло — этот магазин не успели разграбить прошлые группы мародёров. Набив свой рюкзак консервами и пачками быстрорастворимой лапши он уже направился к выходу, как услышал крик из подсобного помещения. Прокравшись так, чтобы остаться незамеченным, Адриан заглянул внутрь и увидел тварь с четырьмя головами, одна из которых явно принадлежала бродячей собаке, и несчётным количеством конечностей, склонившуюся над девочкой лет десяти, так похожей на его сестру.       Именно такой он запомнил её в тот день. До сих пор его по ночам мучали кошмары о случившемся в тот день: порождение чумы медленно пожирало его сестру, а Адриан, скованный параличом не мог никак ей помочь. До сих пор ему снились полные страданья глаза его сестры. И вот, обглодав её до последней кости, тварь разворачивается к нему, впиваясь своими клыками в мягкую плоть. В тот день он умер. Стал чьим-то обедом. С того дня в его голове разносится этот счёт. Тик-так, тик-так, тик-так. Как ужасное напоминание о том дне. И в этот момент Адриан осознал, что пора это прекратить. Вскинув руку вперёд, он призвал свою Истину.       Тик-так, тик-так, тик-так. В руке Монотонного звука появился метроном на кинжальной рукояти и в такт его счёту тварь взмыла вверх и, ударившись о потолок, разлетелась на куски. Больше никто не погибнет от клыков тварей и бомб солдат. Пора освободить этот город и остановить войну.