Не По Плану

Прошло около недели POV Рита        Мы с Сашей стали проводить больше времени вместе после школы. Мать, кажется, всю эту неделю пребывала в трансе. Она не интересовалась Сашей, не задавала лишних вопросов. Её взгляд был безразличным и холодным.        Я могла это описать тем, что на прошлой неделе мы встретились с папиной содержанкой. Где-то среди недели я слышала, как она ссорилась со своим любовником. Я не поняла причины, но вроде он ушёл от неё тоже. Мне было жаль матушку иногда, но затем я вспоминала, как она вела себя со мной эти годы.        В моём детстве мать часто пропадала на светских тусовках. Иногда она была дома, но вместе со своими подружками — жёнами папиных партнёров. А со мной часто сидела нянечка, я её до сих пор помню. Я её называла тетя Люба. Она читала мне сказки перед сном, играла со мной, проверяла уроки. Три года уже как её не стало. До сих пор часто вспоминаю её добрые голубые глаза и мягкую улыбку. Эта женщина всегда заботилась обо мне, когда я болела. Я никогда не помнила маму такой.        Отец никогда не проявлял ко мне любви. Он всегда был занят работой, встречами с партнёрами по бизнесу. Перед гостями мы изображали идеальную и крепкую семью, но после их ухода мы даже не разговаривали. Мне было тяжело видеть, как первоклассников встречали родители со школ, обнимали и целовали их. Я думаю, что выбрала себе парня постарше из-за отсутствия родительской любви. Зато сейчас я чувствую нужную мне заботу и тепло от Саши.        Всё же иногда странно осознавать, что он мой учитель. Я никогда не думала, что буду встречаться с учителем. Когда он пришёл к директрисе с увольнительной, она попросила его остаться пока они не найдут нового учителя по биологии.

***

       Я шла в школу, когда ко мне подбежала Юля. — Привет, — с явным оскалом проговорила бывшая подруга. — Привет, — сказала я, — можно пройти, я в школу тороплюсь. — Не к своему ли ёбырю торопишься, — к моему удивлению, девушка достала фотографии, где мы с Сашей идём по улице и целуемся. Лица очень чётко видно, поэтому я не видела смысла врать. — Делай что хочешь со своими фото, — устало вздохнула я.        Юля опешила, в недоумении уставившись на меня. Она, наверное думала, что я тут устрою концерт, встану на колени перед ней, лишь бы нас не раскрыли. Но мне самой осточертела эта конспирация, Саша пытался уволиться, ему директриса не дала этого сделать. Если даже меня поймают за связь с учителем, они вызовут родителей, а те не против. Так что, это бессмысленно. Единственное, что меня немного беспокоило это реакция моих одноклассников. Они всегда были безмозглыми одноклеточными, всё останется по-прежнему.        Кажется, Юлька разболтала всем про наши отношения. Всё косились на меня, иногда позволяли себе выкрикивать что-то типа «учительская подстилка». Ну и чёрт с ними.        У концу дня меня позвали к директору. Я сразу поняла причину. Когда я зашла в кабинет директора, там же сидел и биолог. Директриса окинула меня слегка презрительным взглядом, затем попросила присесть за стол.        Вскоре начался этот цирк с расспросами, нравоучениями и вызовом родителей. Пришли мои мать с отцом с довольно похуистичным настроем. Сама директриса, кажется, охуела от этого. Но вскоре она начала подлизываться к моему отцу, мол он очень уважаемый человек и всё такое. Мне уже было тошно смотреть на то, как она поёт баллады о его великих делах. — Давайте вернёмся к делу, — смело перебила её я.        Их реакция была бесценна. Директриса аж опешила, но позже, казалось, у неё сейчас пар из ушей пойдёт. — Ваша дочь, Рита, была замечена в связи с учителем, — уже вполне серьёзно сказала директриса, — всю вину она признаёт, но не раскаивается. Вы должны сами понимать, она дочь таких уважаемых людей, отличница, ей не следует допускать такое. — Мы знаем о её отношениях с Александром. И полностью одобряем их, — с некоторым злорадством сказала мать. Она любила иногда позлить людей, но сейчас мстит директрисе за то, что та всегда подлизывалась к её мужу, — у вас есть ещё что-то? Или мы можем идти?        Сказать, что директриса охуела, ничего не сказать. Сам биолог тоже, кажется, был в таком состоянии. Директриса не смогла больше ничего сказать, даже не грозилась уволить Сашу. Она поняла, что бесполезно что-либо говорить.        После школы Саша подождал меня, и мы поехали к нему. Родители разрешили мне по пятницам ходить к нему, но с условием высокой успеваемости.        Мы ехали на его машине, как вдруг послышались выстрелы. Они задели заднее стекло. — Блять, — послышалось от Саши. — Ты знаешь, кто это? — спросила я осевшим голосом.