С любовью для тебя

- ...ну и вот, поэтому я смылся оттуда, - тихо шепчет Минхек, не глядя на Хенвона. Идет перекличка. Они на паре физической культуры. - Кстати, Ынби спрашивала про тебя. Я сказал, что ты воешь на Алеске с дикими псами, - тихо усмехается Минхек. - Черт, ты так оригинален, - закатывает глаза Хенвон. - Ты не против, если я с ней почилю? - Да пожалуйста. Зачем меня-то спрашивать? - Че, Ли, - командует голос преподавателя по физической культуре. Парни обращают к нему свои взгляды. - Да, преподаватель Ли, что-то не так? - Минхек быстро ориентируется. Он всегда быстрее в этом, чем Хенвон. - Я бы не советовал вам так сильно расслабляться. У вас неважно с посещаемостью, - их преподаватель молодой, широкоплечий Ли Хосок, пришедший на смену уже немощному старику Кван Хеджину. Однако, несмотря на все свое физически иссохшее состояние, чрезмерно деспотичному. Новый преподаватель был не строгим, отчасти робким. К каждому ученику находил индивидуальный подход, каждого знал по имени. Безобидный и заставивший половину университета выдохнуть с облегчением. - Простите, преподаватель Ли! - Минхек низко кланяется, демонстрируя свое уважение. Хенвон лишь кивает головой. Их взгляды ненадолго встречаются, и Че чувствует легкий укол вины. У их преподавателя ужасно добрые глаза. - Вернитесь в строй, - говорит он, вставая посередине зала. Преподаватель Ли ровняет всех и дает указание бегать в течение десяти минут. Хенвон умирает уже на второй. Он сильно краснеет и появляется одышка. Минхек же успевает и бегать, и болтать с их одногруппницей. Хенвон думает, что тот просто чёрт. Его ноги сами останавливаются на третьей минуте. Он переходит на медленный шаг. К нему тут же подбегает преподаватель Ли, выглядя обеспокоенным. - Че, с тобой все хорошо? Голова не кружится? Я же сказал, что каждый бегает в своем темпе по мере своих возможностей. Твои старания похвальны, но не стоило так перетруждаться. - Я присяду? - Хенвон указывает на скамейку, стоящую в углу спортзала. Он тяжело дышит. - Да, идем, - преподаватель обхватывает его плечи. Хенвон думает, что тот перегибает палку с заботой, но ничего не говорит. Сев на скамейку, Хенвон чувствует похлопывание по плечу, жгущее и словно остающееся на коже еще на какое-то время. Вон откидывается, расслабляясь. Когда Минхек пробегает неподалеку, парень слышит от него: - Лох! - и отвечает Ли средним пальцем, проведя тыльной стороной ладони по лбу. Под нос себе говорит: - Вот же уебок. Через какое-то время преподаватель Ли дает ему влажное полотенце, прикладывая ко лбу. - Тебе легче? - Да, спасибо, преподаватель Ли. - Если что, я попрошу кого-нибудь проводить тебя до медпункта. - Спасибо, преподаватель Ли. Во второй половине пары Хенвон возвращается к занятиям, слыша громкие смешки Минхека, стоящего в кругу одногруппников. Опять какие-то шутки с каких-то вписок травит. Минхек ведь пьет как черт и с тусовок не вылезает, а в такой относительно хорошей физической форме. Они тянутся. Хенвон встает в пару с таким же худым и высоким парнем. Правда, он более жилистый, что ли. Они тянут друг друга, стоя спина к спине, поднимают. Хенвон чувствует, как сильно хрустит его спина, что и пугает напарника, потому что он тоже слышит. - Че, ты в порядке? - Да, все хорошо, не беспокойся, - через какое-то время он понимает, что ему надоело и решает сжульничать, сказав многозначительное: - Ким, тебе лучше поискать другого напарника. Я сейчас разойдусь по швам. - Надо позвать преподавателя Ли, чтобы он дал тебе освобождение. Ты, кажется, не в очень хорошей форме, - отзывается Ким и, похлопав по плечу Хенвона, отходит в поисках тех, к кому он может присоединиться. Странно, но его прикосновение не отпечатывается на плече. Хенвон снова прохлаждается на скамейке. Это замечает преподаватель Ли, но ничего не предпринимает. Зато подзывает его к себе после занятия, дожидаясь того момента, когда все покинут зал, и просит передать следующей группе, чтобы пока не заходили. Хенвон сидит напротив. - Че, возможно тебе нужно получить заключение врача? Ты в очень плохой физической форме, и это меня беспокоит. Я просто не знаю, какая нагрузка для тебя допустима. Конечно, совсем лишать спорта себя не нужно, но, возможно, то, что мы делаем для тебя - это перебор. Я волнуюсь о твоем здоровье, - его брови слегка сдвигаются к переносице. Хенвон замечает, какого цвета на нем футболка. Она черная. Ничего необычного, но почему-то до этого момента Хенвон не обращал внимания. Он даже не помнит, какая футболка на Минхеке. А какая на нем самом? Преподаватель вздыхает. - Я не хочу со своими студентами никаких конфликтов и стараюсь входить в положение каждого. Я иду тебе навстречу. Но совсем другой разговор - твоя посещаемость. Я должен сдавать ведомость с посещениями в ваш деканат. Боюсь, у тебя могут быть проблемы. Я также понимаю, что физическая культура не самый важный предмет для тебя, но, пожалуйста, пойми меня. Тебе нужно отработать все свои прогулы. - Простите, преподаватель Ли, я могу отработать их, написав в университетской газете колонку о спортивных секциях или... - Мне жаль, но это на себя уже взял Ли Минхек. Перед парой он подошел ко мне с просьбой, - Хенвон думает, что Минхек чертов суетливый говнюк. - Тебе придется ходить ко мне с другими курсами в разные дни, когда тебе удобно. Я дам тебе свое расписание. - Спасибо, что вошли в мое положение, преподаватель Ли, - кивает Хенвон, принимая от мужчины бумагу. Тот улыбается. И Хенвону кажется, что у него очень теплая улыбка. - Я всегда рад. Попроси ребят со следующего курса заходить, хорошо? - Да. До свидания, преподаватель Ли. - До свидания, Че.

***

Хенвон сидит за одним столом с Чангюном и Минхеком. - Ну что, подсуетился уже, да? - безэмоционально глядя в свою тарелку с зеленью. Чангюн усмехается, жмурясь, даже не зная, о чем идет речь. Он восхищен заранее продуманностью Минхека. - Да перестань, он все равно поставит тебе все пары. Ты вообще видел его? - Вы про вашего молодого препода? - спрашивает Чангюн, жуя огромный кусок говядины. Он сначала смотрит на Хенвона, но потом, поняв, что от него не будет никого ответа, переводит взгляд к Минхеку. - Да. - И как он? - Минхек жмет плечами, запивая омлет колой. Странное сочетание, конечно. - Добрый. Такой, ну, типа, хочет быть со студентами друзьями. Но это ненадолго. Скоро он поймет, что ему садятся на шею, и перестанет. - Я слышал, что он красавчик, - усмехается Чангюн. - Девчонки только и треплются о нем. - Да, он определенно красавчик. Эй, а ты чего молчишь? На меня дуешься? - Минхек несильно бьет под столом Хенвона по колену. Тот поднимает взгляд, жуя овощи. - Что он тебе сказал? - Отрабатывать. Ходить к нему чуть ли не каждый день. - У препода просто идеальная посещаемость, - добавляет Минхек. - Ну, по части девчонок, конечно. Хотя и парни многие к нему ходят, Хенвон опять отличился. - Я отличился? Ты тоже к нему не ходил, вместе прогуливали, - Минхек шутливо грозит пальцем. - Это было три раза. У меня три прогула. У тебя их восемь. Интересно, как это он тебя вообще запомнил? - Может, все красавчики запоминают красавчиков в лицо? - усмехается Чангюн. Минхек усмехается ему в ответ. Хенвон смотрит на их улыбки и думает, что они не такие теплые, какими могли бы быть.

***

Хенвон сидит на подоконнике, рисуя в углу тетради птицу, сидящую на тонкой ветке дерева за окном. Видно не очень хорошо, но зато есть простор для фантазии, а пропорции все равно примерные, поэтому в этом нет ничего криминального или мешающего. Хенвон отпивает немного из стаканчика с зеленым чаем, когда ему говорят, что он следующий в очереди. После сдачи анализов и тестов он идет медленно, созерцая вокруг себя прекрасное. Красивое мартовское ясное небо, по которому плывут ничтожные обрывки облаков-ваты, свежий воздух и пение птиц. А потом вечером он отправляется с Минхеком на какую-то вписку, где они набухиваются до несостояния вообще. Ну, точнее, это Минхек набухивается, а Хенвон, выпив два-три бокала шампанского, едет домой, равнодушно здороваясь с отцом, идущим по коридору, чтобы покурить. Засыпая, Хенвон думает, что его жизнь, возможно, слишком пуста и суха. Но это не мешает ему крепко уснуть. А когда он просыпается, выполняет обычные утренние процедуры и одевается, завтракает и едет на занятия. Сидит на парах. В кафетерии. На подоконнике. Везде смех Минхека, который, наверное, никогда не страдает похмельем. Везде как тень Чангюн - его усмешка и вопросы хену. На самом деле, это Хенвон тень. Хоть и чертовски красивая и эстетичная тень, с которой хочет встречаться добрая половина универа. Хенвон смотрит на мимо идущих и не запоминает их лиц. Он в океане лиц. Думает, что один среди них человек, а в следующую секунду уже сомневается. - Хен, ты пойдешь на отработку сегодня? - спрашивает Чангюн, когда они встречаются у расписания. Хенвон вспоминает про отработку и не хочет идти. Анализы только на следующей неделе. - Иду, - говорит он, но думает, что все-таки нет. - Ты смотри, Хенвон, сильно не старайся. А то еще вдруг в форму придешь, станешь на человека, а не на скелет похож, - Гюн усмехается, а Вон пропускает мимо ушей замечание Минхека. Он испытывает ощущение отдаления. Он отдаляется ото всех людей, которых знает. Он все меньше тепла чувствует от них. Он не чувствует даже того, что человеческое тепло есть в нем самом. И он словно улетает, подхваченный сильным потоком ветра. Чувствует, как выпадает из своего тела. В подобном состоянии он слышит внешние звуки, как будто находясь под водой. И двигается словно наугад, по памяти. Минхек и Чангюн активно ведут разговор, а он кое-как ведет себя. Ничего не чувствуя, прощается, а после ноги сами заворачивают к спортивному комплексу, где идет занятие преподавателя Ли. Хенвон слишком долго сидит в раздевалке, слушая, как бьется собственное сердце. Оно гулко бьется о грудную клетку. Че поднимает себя неизвестно какими силами и ведет из раздевалки. Преподаватель Ли наблюдает за бегущими по кругу студентами, отдавая команды. Хенвон видит, как девчонки в коротких шортиках переглядываются между собой и кокетливо хихикают. Че мысленно закатывает глаза. Взгляд преподавателя останавливается на нем, и его темные глаза по-доброму улыбаются. Ли Хосок подходит к нему. - Здравствуйте, преподаватель Ли, - кланяется Хенвон. - Здравствуй, Хенвон. Честно сказать, не ожидал, что ты действительно будешь отрабатывать. Ты меня приятно удивил. Я дам тебе комплекс несложных упражнений, будешь заниматься отдельно от курса. А пока два кружочка легким бегом, - его рука похлопывает Хенвона по спине, и тот чувствует тепло. Его лопатки чувствуют тепло. Ноги невольно ускоряются, переходя с шага на бег. Он оглядывается и видит за своей спиной преподавателя, одобрительно кивающего, скрестив руки на груди. На нем обтягивающая белая футболка с логотипом "Каппы", свободные спортивные штаны и "найки" в сеточку с сочетанием серого, белого и черного. У него мощная грудь, думает Хенвон. У их преподавателя действительно надежный вид. И он представляется удивительно добрым человеком, идущим навстречу. Наверное, в компании друзей он внимательно слушает и очень чуток. Хенвон представляет, как тот, сидя напротив, добродушно заглядывает в его глаза, возможно, просто молчит, но они устанавливают достаточно крепкий эмоциональный контакт. Хенвон, пребывая в этих мыслях, не замечает, как пробегает два круга. После преподаватель показывает ему упражнения, которые тому нужно выполнять. Че смотрит, как он старается объяснить, на какие группы мышц они нужны, для чего полезны и все такое. А еще Хенвон смотрит на это тело древнегреческого бога и чувствует внутри себя отклик на это. Ему приятно видеть, как мышцы перекатываются, как напрягается грудь. Но больше ему приятно видеть улыбку на лице, видеть в его глазах одобрение и чувствовать привычное похлопывание по плечу, даже сквозь ткань формы остающееся на коже теплом. Хенвон работает намного меньше, чем вполсилы, при этом пристально наблюдая за Ли. За тем, как он помогает студентам, особенно девочкам, а те специально строят из себя беспомощных, зовя его через каждые полминуты для помощи. Он терпелив и помогает каждой. Хенвон отводит взгляд. Он сидит на своем коврике, прижимая колени к груди. Он медленно погружается в толщу воды (снова), из-за чего все внешние звуки искажаются и становятся приглушенными. Он опускается все ниже и ниже, пока на его плечо вдруг снова не укладывается теплая ладонь. Студент резко вскидывает голову, вздрагивая. Напротив улыбающиеся глаза преподавателя с первыми морщинками у уголков. Наверное, у всех людей, которые часто улыбаются, появляются эти морщинки? - Тебе нехорошо? Я видел, что ты занимался, молодец. - Я просто решил немного передохнуть, - Хенвон разлепляет свои губы, чтобы сказать: - Вы не посмотрите, как я делаю? - по абсолютной глупости. И почему-то сердце начинает биться чаще. - Конечно. Что ты хочешь мне показать? - Хенвон думает, что упражнения - меньше всего. - Растяжку, - говорит он, поднимаясь на ноги. Он встает на скамейку, чуть расставляя ноги, а после тянется вниз. Его колени невольно сгибаются. Преподаватель подходит к нему и его ладони мягко нажимают на колено, заставляя выпрямиться. Он проводит по всей длине руки, несильно надавливая на поясницу. - Вот так, расслабь шею, она слишком напряжена, это может оказаться травмоопасным. Ничего, если у тебя не получается нагнуться слишком низко. Это все дело практики. Просто нужно этим заниматься, тогда получится. Почувствуй, как твои мышцы тянутся, почувствуй, как постепенно это перестает быть больно, становится приятно, чувствуешь? - Да, - врет Хенвон. Ну, точнее, он согласен с тем, что ему приятно, но приятно от прикосновений преподавателя. - Вы можете помочь мне наклониться ниже? - голос Хенвона немного нервный, но преподаватель думает, что это из-за того, что тому тяжело выполнять упражнение. - Только немного. Ты слишком стараешься для первого раза, тут нужно быть осторожным, - и Хосок снова опускает свою ладонь на поясницу, надавливая. Губы Хенвона слегка приоткрываются, он закрывает глаза, потому что футболка задирается вниз и он чувствует руку преподавателя на голой коже. Сердце начинает биться чаще, и он теряет равновесие. Ли помогает ему, ловко поймав легковесного студента. Старший безобидно хихикает: - Осторожнее. Нужно держать равновесие, - Че не хочет, чтобы эти руки отпускали его, но они слишком быстро исчезают с его тела. - Что-нибудь еще? - Отжимания, - пересохшими губами еле говорит Хенвон. Его лицо слегка покраснело из-за притока крови. - Хорошо, давай, - Хенвон устраивается на коврике, расставляя руки, его тут же поправляет преподаватель, касаясь рук и щиколоток, чтобы поставить в ровную позицию. Хенвон делает два отжимания и падает. - Ничего страшного, - но он падает специально, Вон все еще может отжаться хотя бы раз пять, но не делает этого. - Преподаватель Ли! - старший поворачивается на зов, а у Хенвона портится настроение, он понимает, что эти девчонки сейчас уведут преподавателя. Остаток занятия Хенвон выполняет легкие упражнения, даже вроде как добросовестно. Конечно, делает перерыв. Ли снова подходит к нему и, улыбаясь, говорит, что ему нужно закончить свою тренировку растяжкой, так его мышцы не будут болеть на следующий день от внезапной нагрузки на организм. Хенвон раздвигает ноги и тянется руками вперед, наклоняя корпус. Хосок, видя, что его колени приподнимаются, обхватывает своими ладонями их, слегка придавливая. - Тебе нужно следить за своими коленями, - ласково говорит преподаватель Ли. Хенвон понимает, что ему было бы куда интереснее последить за самим преподавателем.

***

Хенвон рисует добрые глаза у себя на бумаге. С его волос стекает редкими мелкими капельками вода после душа, попадая на лист, пачкая его. На нем свободные штаны и футболка. Он рисует добрые морщинки у глаз, слегка приподнятые брови и топорщащиеся уши, мягкие губы и вытянутое лицо с высокими скулами. Легкие тени на щеках от ресниц и кончиков волос. Доброе и красивое лицо. Глаза внимательного слушателя, понимающего человека, не осуждающего, принимающего. А дальше... сексуальное тело, широкие плечи, крепкие руки, скрытые под обтянутой футболкой. Мощные бедра, скрытые под свободными спортивными штанами. Что под этой футболкой? Что под этими штанами? Что под всей этой одеждой? Что скрывается там, где не видно? Хенвон сглатывает непонятно по какой причине горькую слюну, чувствуя на своем лбу испарину. Он откидывается на спинку стула, запрокидывая голову и закрывая глаза. Тело слегка потряхивает внутренне, и он ощущает легкое волнение, трепет и ожидание. Пальцы забираются под ткань домашней кофты, проходятся по впалому животу, выше, к груди, касаясь напряженных сосков, выше, к шее, он вожделенно выдыхает из легких весь задержанный до того воздух. Он касается пальцами линии челюсти, своих раскрытых нежно-персиковых губ, мягких, но сухих. Спина немного прогибается, ноги разъезжаются в разные стороны, между ними растет напряжение. Ох боже. Минхек и Чангюн не знают о том, что он гей.

***

Все это время он ходит к Хосоку на занятия. Чувствует, как тело приходит в какой-никакой тонус. Хенвон отрабатывает все занятия, и врачебное заключение гласит о том, что ему, на самом деле, физические упражнения полезны лишь в особо дозированных порциях. Но Хенвон продолжает ходить. Он больше нигде не чувствует столько тепла, как в этом спортзале, хотя и ненавидит всеми фибрами души весь скапливающийся там народ. На нем шорты вместо длинных штанов и футболка без олимпийки. Он специально порой неверно выполняет упражнения только для того, чтобы преподаватель коснулся его. В сумке Хенвона в каждой тетради полным-полно набросков тела и лица Хосока. В одежде и без. Улыбающегося открыто и более сдержанно, и везде эти потрясающие добрые глаза. Которым Хенвон хочет рассказать о себе. Рассказать о себе все. Показать себя, чтобы они увидели. В спортзале почему-то тишина. Хосок отжимается в пустом помещении. Услышав чьи-то легкие шаги, он отвлекается, обращая внимание к Хенвону. И снова эта добрая улыбка. - Здравствуйте, преподаватель Ли, - Хенвон кланяется, прикусывая язык. Он чуть не назвал преподавателя по имени. - Тихо у вас сегодня тут, - на лбу преподавателя сверкает испарина, кончики волос слегка влажные. Он подходит ближе и приобнимает Хенвона за плечи. - Здравствуй, Хенвон! Да, у меня отменили занятие, ректор отпросил первый курс на какую-то экскурсию. Ну, как там твое врачебное заключение? - Хенвон еле заметно придвигается чуть ближе, чтобы оказаться теснее. Учитель на полголовы меньше, это кажется милым. - Я вполне здоров, - врет Хенвон. - Небольшое искривление, прописали витамины и массажи всякие... ну, какие-то массажи, - он немного запинается, но Ли, ничего не заподозрив, кивает, направляя парня к матам. - Ну что, тогда пять кружочков для разминки? - Да, - кивает Хенвон. - Я, пожалуй, тоже с тобой побегаю, - почти по-дружески говорит старший, высвобождая студента. Че чувствует холод и, превозмогая леность, переходит на бег. Он бежит сзади, преподаватель куда быстрее младшего, а самое главное - видно, что бег дается ему куда легче, чем Хенвону. Че откровенно пялится на ягодицы и бедра, сглатывая обильно выделяющуюся слюну. После бега растяжка. Хенвон добивается в этом определенных успехов. Он чувствует, что мышцы растягиваются и, не теряя координации, наклоняется куда ниже. - Вау! Ты молодец! - восхищенно восклицает Хосок. Хенвон поднимает голову и, глядя на лицо преподавателя, уже в который раз называет мужчину по имени. Хенвон отжимается, падая после седьмого раза. Хосок просто внутри торжествует. Вон принимается за качание пресса. Преподаватель, заметив, что колени студента слегка приподнимаются, крепко сжимает их, не позволяя выполнять упражнение неверно. Хенвон так и остается в сидячем положении, когда понимает, в какой оказывается близости от лица Хосока. И Хосок, задержав дыхание, принимается рассматриваться его лицо, каждую черточку. Стоит ему задержаться на губах на секунду-полторы дольше, чем положено, Вон, не теряя времени, быстро запускает свои пальцы в его волосы, притягивая его лицо ближе и чувственно целует. Они оба чувствуют частое взволнованное дыхание друг друга, когда Хенвон немного отстраняется. И Хосок уже сам впивается в губы студента. На этот раз целуя уже совсем по-взрослому. Таких поцелуев было не так много в жизни Хенвона, поэтому его просто захлестывает, когда язык преподавателя оплетает его собственный. После нескольких попыток Че все-таки удается подстроиться под темп старшего, руки которого смыкаются в замок за его плечами. Движимый желанием, Хенвон неуверенно проводит ладонями по мощным плечам, ощупывает крепкую грудь и как-то непроизвольно стонет, когда преподаватель Ли касается голой кожи спины, где задралась футболка. Это отрезвляет Хосока, и он мгновенно отстраняется. Че с разочарованием замечает панику и непонимание в его глазах. Он ужасно растерян, а Хенвону совсем не хочется видеть его таким, вместо того чтобы продолжить, что они начали. - Преподаватель Ли, - Хенвон спешит подняться на ноги за Хосоком, тот делает два шага назад от него. - Ничего страшного в этом нет, - Хенвон видит, что в лице старшего ничего не меняется. Тогда он пытается еще раз: - Вы мне нравитесь, преподаватель Ли, - и это действует. Брови Хосока поднимаются вверх. - Что? Нет-нет, ты что? Что ты такое говоришь, Хенвон? Это неправильно! Ты студент, меня уволят с работы! Я!.. Ох, боже, - он закрывает глаза ладонями, протирает глаза, особенно сильно надавливая подушечками пальцев на веки. - Иди, Хенвон, ты уже отработал все занятия. Приходи теперь только со своим курсом, - вздыхает преподаватель. - Но преподаватель Ли!.. - Хенвона быстро обрывает Хосок, отрицательно качая головой и направляясь к выходу.

***

Хенвон смотрит в потолок своей комнаты. Из его головы никак не выходят воспоминания о поцелуе. Он раз за разом прокручивает прикосновение губ преподавателя, как сплетались и касались друг друга их языки. Мокро, горячо, сладко, волнительно. И внизу живота так приятно тянет, так приятно и больно вспоминать об этом. Телефон звонит и звонит, но Хенвон слышит его очень далеко, хотя тот лежит практически у самого уха. Хенвон закрывает глаза и видит лицо Хосока. Он слышит в своих ушах стук сердца, и словно какая-то часть этого звука отделяется и получается еще один. Два биения, создающие диссонанс, разрывающие слух, а потом, внезапно разбушевавшись, они успокаиваются и снова становятся одним. Губы Хенвона приоткрываются, он чувствует легкое головокружение, как после легкого опьянения. Дыхание на его лице. Руки на небольшом участке обнаженной кожи. И ветер... Ветер? Хенвон открывает глаза, уже глубокая ночь, и через открытое окно в комнату проникает сильный поток ветра с мелкими капельками дождя.

***

Минхек начинает встречаться с девушкой, которая неравнодушна к Хенвону. Она, повиснув на плече Ли, смотрит своими грустными и чуть не плачущими глазами на Че, желая сказать ему что-то, но молчащая. Они идут рядом. Хенвон, Минхек, Ынби, Чангюн и его однокурсник, кажется, Чжухон. Хенвон не видит глаз Ынби, он будто бы вообще ничего не видит, даже не моргает. Минхек ласково поглаживает девушку по плечу, а та прижимается к нему теснее. Они оба все понимают, но ничего не говорят. - О, смотрите, - усмехается Гюн, листая что-то в телефоне. Чжухон тут же приклеивается к нему, они очень неплохо сдружились с ним в последнее время и почти не расстаются уже практически четыре дня подряд. - Что там? - лениво интересуется Минхек, все еще поглаживая девушку по плечу. Удивительно, но рядом с противоположным полом он переставал вести себя как скотина и был очень даже заботливым, чувственным и понимающим. - Тут в группе курса у нас один чувак активно сливает сплетни про симпатичного препода, который у вас физ-ру преподает. - Сплетни? Какие? - Хенвон слышит, как это говорит Минхек. У него учащается сердцебиение, он старается изо всех сил не подать интереса. В висках болезненно стучит. - Ну, что типа его заметили с кем-то. - Ого? Да неужели? Его все-таки какая-то девчонка совратила? - Чангюн на это иронично усмехается. - Да если бы, - отвечает за него Чжухон. - Говорят, что это был парень, - Хенвон не дышит. - Чего? Парень? - Минхек произносит это так громко, что идущие мимо оглядываются на него. - Да тише ты, чего орешь? - парирует Им. Ынби более внимательно принимается рассматривать Хенвона. Она замечает в его лице какую-то перемену, но не очень уверена в том, что видит. Хенвон, ничего никому не говоря, поворачивает влево, когда им всем нужно идти прямо. Он слышит, как его с недоумением зовут Минхек и Чангюн, бросая в его спину вопросы, но не обращает на них внимания. Он быстро добирается до спортзала, где пока еще никого из студентов нет. Че видит, как преподаватель Ли что-то оттирает от пола, активно работая руками. И Хенвон бы засмотрелся в любой другой ситуации, но не теперь. - Преподаватель Ли! - он быстрым шагом подходит к Хосоку. Тот приподнимает голову, чтобы увидеть пришедшего. - Это не я! Я ничего не делал! - Я знаю, - кивает он, возвращаясь к своему занятию. - И не виню тебя. - Что... что вы делаете? - Хенвон пытается разглядеть какую надпись Хосок пытается оттереть, но по оставшимся светло-красным палочкам тяжело понять, что это. - Ничего, не волнуйся, все в порядке, - Хенвон засматривается, он все-таки засматривается на мужчину. На его лицо, руки и грудь. И снова ощущает внутри себя вдохновение. Он долго молчит, чем привлекает внимание преподавателя. - Что такое, Хенвон? - они смотрят друг другу в глаза. Хенвон садится на пол, прямо напротив Ли. И очень тихо, почти шепотом, мечтательно говорит: - Вы очень сильно мне нравитесь, преподаватель Ли. - Тихо! - шипит он, испуганно оглядываясь по сторонам. - Тихо! - Вы нравитесь мне, - говорит Хенвон еще раз. Тогда Хосок закрывает его рот свой мокрой рукой и Че закрывает глаза, слыша запах моющего средства. - Пойдем, поговорим, - тихо произносит Хосок, поднимаясь на ноги. Хенвон плетется за ним следом. Он видит, как преподаватель вытирает свои руки о края спортивных штанов, оставляя на них еле заметные следы. Как только Хосок закрывает за ним дверь, где хранится добрая часть спортивного инвентаря, Хенвон тут же старается сократить между ними расстояние, но преподаватель не позволяет этого сделать, быстро реагируя и отходя в сторону. - Я твой преподаватель, Че Хенвон. Произошедшее недоразумение может стоить мне работы. Сейчас очень тяжело найти работу, даже если у тебя... - Но это не было никаким недоразумением, - твердо перебивает Хенвон. - Это были чувства, преподаватель Ли, - Хенвон видит, как сильно теряется старший, и пользуется этим, хватая его руку. Тот вздрагивает и резко одергивает ее. - Преподаватель Ли, вы мне нравитесь. - Хенвон, ты еще слишком юн и это все неправильно. Я твой преподаватель, более того, я мужчина и... - Вы ненамного меня старше, преподаватель Ли. Вам даже нет тридцати лет, - Хенвон заправляет прядку за ухо мужчины, рассматривая его лицо влюбленными глазами. - Я не знаю, кто распускает эти слухи, но у него нет доказательств. Возможно, нас тогда никто и не видел, - Хенвон переходит на шепот, наклоняясь чуть ближе к уху Хосока. Старший не противится. Это еще больше подталкивает Хенвона к мысли, что он тоже нравится преподавателю. Он напирает: - Скажите, преподаватель Ли, если я вам противен, то почему вы тогда ответили мне? - Ты мне не противен! - Хосок резко вскидывает голову, их взгляды снова встречаются. Они одновременно подаются друг к другу, касаясь губами, долго и протяжно целуясь. У Хенвона, конечно, был небольшой опыт и сравнивать было особо не с кем, но так его еще никто не целовал. Его захватывает это занятие целиком и полностью, он перестает думать и ощущать что-то, кроме губ и рук преподавателя под своей рубашкой. Хенвон чувствует разочарование, когда Ли отстраняется от него. При практически насильном рассоединении их губы смачно чмокают. Младший настойчиво тянется к преподавателю, чтобы снова слиться с ним в поцелуе. Хосок лишь успевает выдохнуть: - Хенвон, нам правда нужно перестать... - но в итоге снова целует Хенвона, переползая своими губами на его шею. Он целует достаточно аккуратно, но чувственно, вырывая из груди Хенвона томные тихие выдохи. Он млеет, когда руки Ли сжимают его крепче, позволяя ощутить на себе всего лишь малую часть той силы, коей он обладает. Хенвон неопытен, хотя учитывая возраст и всех поклонниц уже давно мог таковым стать. Поэтому тот немного сжимается, смущаясь и чувствуя волнение от новых ощущений, когда преподаватель, вероятно, забывшись, сжимает его ягодицы, придвигая ближе к себе. Че вздрагивает. Хосок открывает глаза и резко отстраняется. - Вот видите, - не унимается Хенвон. Ему не мешает даже дикое смущение. Его щеки чертовски красные, а пухлые губы... что ж, неважно. Он вытирает их тыльной стороной ладони. - Преподаватель Ли, никто не узнает, - Хенвон перестает слышать себя. То, как умоляюще он звучит. Он просто смотрит в глаза преподавателя, наблюдая в них растерянность и испуг, и Вону становится больно от этого. Ему хочется подобрать слова, которые поддержат Ли, которые ему хоть как-то помогут. - Хенвон, это все неправильно. Я провожу тебя умыться и... - его глаза опускаются в пол, ища там хоть какой-нибудь ответ. Хенвон тоже опускает глаза, но не в пол, а на промежность преподавателя. То, что он там видит, вызывает в нем постыдные желания, провоцируя стать более настойчивым и проявить больше напора, но он лишь сглатывает скопившуюся во рту слюну, не чувствуя облегчения, а только наоборот, еще больше вязкости. - Преподаватель Ли, вы мне действительно нравитесь. Хотите, я вам кое-что покажу? - Хосок тут же округляет глаза, уставляясь на Хенвона. - Нет-нет! Тебе нужно умыться и прийти в себя! Я не буду ничего смотреть и!.. - Хенвон думает, что тот, кому сильнее нужно воздействие холодной воды - это сам преподаватель. А еще он совершенно точно понимает, что Хосок гей. Да, он определенно гей. Он даже не бисексуален. Он как Хенвон. И ему, наверняка, больно точно так же, поэтому отпускать его хочется все меньше. - Вы меня неправильно поняли, преподаватель Ли. Я хотел вам показать свои рисунки. - Рисунки? - воспылавшие щеки преподавателя зачаровывают Хенвона, он млеет. Возбуждение немного спадает. Хенвон осторожно кивает. - Ваши рисунки. Я рисую. - Мои? - Хосок округляет глаза, явно не зная, что сказать. И снова Хенвон кивает, находя свою сумку, валяющуюся у подножия огромной корзины с мячами. Вон вытирает пот тыльной стороной ладони, открывая сумку и доставая скетчбук. Своими влажными пальцами он открывает его на первом попавшемся наброске, протягивая книжку Хосоку. Тот неуверенно забирает его, рассматривая самого себя, утопающего в листьях и цветах. У него слегка прикрыты глаза и в слабой полуулыбке приоткрыты губы. Взгляд направлен прямо, в отражении глаз искорки. Хосок удивленно смотрит на Хенвона, тот отводит взгляд. Преподаватель садится на пол, принимаясь рассматривать все наброски и рисунки Хенвона. Они молчат, слышен лишь шелест страниц скетчбука. Когда младший заглядывает в книжечку, то видит, на каком из рисунков остановилось внимание преподавателя. Это наброски глаз, рук, адамова яблока, губ и обнаженного торса. Много мелочей, каждая деталь. - Ты очень внимательный, - тихо говорит преподаватель. - Ты можешь сесть, - добавляет он. И Хенвон тесно присаживается к нему, касаясь бедром и чувствуя даже от такого незначительного контакта удовольствие. Хенвон подтягивает свои колени к груди. - Вот здесь, - преподаватель опускает свой указательный палец на бумагу, указывая на пупок, - у меня небольшая родинка. - Нарисуете ее? - Хосок кивает. И Хенвон, не поднимаясь на ноги, дотягивается до сумки и достает оттуда карандаш, протягивая его старшему. Тот неуверенно касается стержнем белой поверхности листа, оставляя у самого пупка небольшую точку. - Вот здесь. И есть несколько на спине, но точно мне не нарисовать. - Я могу нарисовать вас прямо сейчас, - тихо шепчет Хенвон, чувствуя, как тяжело разлепляются губы. Хосок заглядывает ему в глаза, их взгляды снова встречаются. Младший видит в них больше нежности и тепла. Его глаза успокоились. Подушечки пальцев Хенвона мягко касаются скул, притягивая ближе к себе. Они снова целуются. Не спеша и полностью отдавая себе отчет в происходящем. - Ты очень красиво рисуешь, Хенвон, - тихо говорит Ли, поглаживая по спине. Они прижимаются друг к другу теснее, оказываясь в теплых объятиях. - А что вам понравилось больше? - Хосок отстраняется, чтобы открыть книжечку на страничке с первым рисунком, который ему показал младший. - Я могу отдать вам его. Вы хотите? - Ты можешь нарисовать для меня свои руки? - неуверенно выговаривает Хосок, то опуская взгляд, то на короткий миг заглядывая в глаза студента. - Руки, запястья, твои глаза, как тут, - он находит страницы, где наброски частей тела преподавателя. - И мой обнаженный торс? Вы хотите? - преподаватель дышит прямо в его губы, мажет по ним своими, оставляя на них поцелуй. Их взгляды снова слишком близко. Издалека слышится гул и шум студентов. - Мне уже нужно идти, выйди через эту дверь в раздевалку, я открою ее для тебя. Там теперь наверняка никого нет, - старший поднимается на ноги, доставая из кармана спортивных брюк ключ. Отодвинув шторку, он открывает дверь и, приложив силы, толкает дверь. Засохшая краска крошится и дверь со скрипом открывается. - Иди, Хенвон. - Подождите, - Хенвон наспех поднимается, кидая в сумку скетчбук. - Я хочу оставить вам свой адрес, чтобы вы сегодня пришли ко мне, - Хенвон спешно роется в сумке, чтобы найти ручку, но Хосок уже выталкивает его за дверь, закрывая. В его руке карандаш Хенвона. Он на несколько секунд закрывает глаза, прислушиваясь к тому, как бьется его сердце. Хосок как чувствовал еще с самого первого взгляда, что с этим студентом у него будут проблемы. Он слишком привлекателен и... он так смотрит на Хосока. Хосок влюблен в него. А тем временем у него недомытый пол с надписью "пидр" в самом центре зала. И орущие студенты. Пора идти.

***

Хенвон хмурится, когда слышит от каких-то ребят сплетни про Хосока краем уха. Кто-то активно распространяет слухи, в процессе их приукрашивая, и они становятся куда хуже того, что Хенвон услышал от Чангюна два дня назад. Сегодня у них с Минхеком пара у Хосока, и Хенвон может думать только об этом. Он не спал всю ночь, вспоминая их поцелуи и легкие прикосновения. То, как Хосок сжал его ягодицы. И то, как он на него смотрел. Как изменился его взгляд после того, как он увидел собственные портреты и наброски частей тела. Хенвон действительно видел его таким. - Где витаешь? - спрашивает Минхек. На его плече подобно сумке по привычке повисла Ынби, смотрящая исключительно на Хенвона, которому по-прежнему было глубоко наплевать. Он думал лишь о том, как было бы здорово, если бы они с Хосоком могли познакомиться поближе, ничего не боясь. Свободно смотреть в его глаза и все такое. Разговаривать о том, что кому нравится, что нет. - Ты что-то спрашивал? - Спросил только, где ты витаешь, - повторяет Минхек, оглядывая своими внимательными глазами всего Хенвона. - А, ну это я уже услышал. Пойду куплю себе чего-нибудь выпить, - говорит он. Но только потому что хочет отвязаться. Ынби чуть не срывается следом за ним, но, опомнившись, прячет свое лицо на груди Минхека, который ласково поглаживает ее по голове, глядя вслед Хенвону. Хенвон понимает, что уже свернул ближе к спортзалу. Он слышит чужие голоса. И не удерживается от того, чтобы пройти и посмотреть. Пока студенты дурачатся, Хосок что-то оттирает от стены. Хенвон понимает, что ему оставляют всякие гадости в зале. Какая-то крыса пробирается в зал и пишет это? Хенвон понимает, что ему нельзя входить хотя бы потому, что это может навредить Хосоку, вызвав подозрения. Он кое-как себя сдерживает, уходя. Вокруг него вода.

***

Хенвон специально бежит медленно и изображает немощного. Он хочет к себе больше внимания, не вызывая подозрения. Все в группе знают, что он слаб здоровьем и хил, если дело касается спорта, поэтому ничего не будет, если он притворится, что на грани обморока, чтобы преподаватель под предлогом помощи приобнял его за плечо, чтобы оставить на скамейке и вручить холодную бутылку. Хенвон пользуется моментом, тихо шепча практически одними губами: - Хочу быть с вами, преподаватель Ли, - Хосок быстро отстраняется, боясь быть пойманным. Он не обращает больше никакого внимания на Хенвона, и это убивает младшего. Потому что он так сильно хочет этого внимания. Конечно, разум к Хенвону возвращается и он осознает всю опрометчивость своих поступков. Поступков, которые могут стоить его преподавателю работы. Он закусывает губу и подавляет все свои желания. Уже ближе к концу Хосок подходит к нему и дает рекомендацию по упражнениям и необходимым витаминам, которые ему все-таки нужно согласовать с врачом. В его болтающуюся руку двумя пальцами проталкивается какая-то бумажка. Сердце ёкает, и Хенвон быстро хватает ее, сжимая в кулаке. Когда он выходит в туалет, игнорируя Минхека, заваливающего его бесполезной и неинтересной информацией, разворачивает маленькое послание с адресом. Хенвон чуть не целует смятую маленькую бумажку с почерком преподавателя. Аккуратным почерком. - Да что с тобой? - спрашивает Минхек, когда они вдвоем оказываются в раздевалке. - Ты дуешься на меня из-за того, что тебе пришлось отрабатывать? Или дело в Ынби? - Мне нет дела ни до первого, ни уж тем более до второго, - Минхек немного мрачнеет. - Мне кажется, что я совсем тебя не знаю, - надевая чистую футболку, говорит старший. - Думаю, что тебе не кажется, - Хенвон спешно выходит из раздевалки, торопясь. Чем вызывает в Мине новую волну удивления. Потому что Хенвон обычно никуда не торопится.

***

Неожиданно Чангюн просит Хенвона о помощи как раз в тот самый момент, когда Че уже на пороге чужого дома. Он игнорирует сообщение, убирая телефон в карман и аккуратно открывая дверцу в чужой дворик. Домик выглядит скромно и очень ухоженно. Аккуратненькие клумбы с цветами, кормушка для птичек, а их здесь много. Поют заливисто, несмотря на то, что уже вечер. Хенвон неловко поправляет сумку на плече, когда понимает, что дверь открыта. Он неуклюже мнется у порога, решая все-таки войти. - Извините, преподаватель Ли? - зовет он, оглядываясь по сторонам. Вокруг довольно чисто и пахнет выпечкой, из-за чего во рту скапливается слюна. Стены выкрашены в светлые тона: персиковый, нежно-голубой, салатовый. И, если честно, в доме веет присутствием ребенка, несмотря на практически безупречную чистоту и полное отсутствие каких-либо игрушек. Хенвон слышит приближающиеся шаги и очень скоро перед ним появляется сам Хосок. На нем домашняя одежда: какие-то джинсовые потертые шорты и растянутая футболка, поверх всего этого розовый фартук с зайчиками, а на руке, вероятно из того же комплекта, прихватка. - Хенвон, - он неуверенно улыбается. - Проходи, чувствуй себя как дома, - Хенвон думает, что навряд ли, потому что в его доме никогда не было так уютно и никогда не пахло так аппетитно пирогом. - Спасибо, преподаватель Ли, - Хенвон кланяется и снимает обувь. Он следует за старшим и оказывается в невероятно уютной кухне, где еще ощутимей аромат готовящегося пирога и зеленого чая. - Присаживайся, - говорит Хосок, указывая на стулья вокруг столика. Стульев всего два. Хенвон опускается на один из них, доставая из своей сумки скетчбук и принимаясь зарисовывать Хосока, хлопочущего за плитой. Он достает из печи потрясающе красивый пирог. Когда перед ним оказывается кусочек, как выяснилось, шарлотки, Хенвон отвлекается от своего занятия. - Пахнет потрясающе, - честно говорит он. Хосок робко улыбается. - Я надеюсь, на вкус вышло не хуже. Младшему так сильно хочется столько всего рассказать преподавателю, взять его за руку, коснуться его. Хенвон берет в руку вилочку и отламывает небольшой кусочек от порции, подув, тщательно прожевывает, чувствуя, как у него чуть глаза не слезятся от наслаждения вкусом. Это самая вкусная шарлотка, которую он когда-либо ел. Он откладывает вилку, чем обращает на себя внимание Хосока. - Что? Не нравится? - старший звучит расстроенно. - Дело не в этом. Возможно, это самый вкусный пирог, который я когда-либо ел. Я просто очень рад, что сейчас нахожусь с вами. Хосок не знает, что ему ответить. Он растерянно протягивает свою руку на середину стола, Хенвон с несколько секунд смотрит на нее, а потом обхватывает длинными влажными пальцами, обнаруживая, что у Хосока точно такие же мокрые руки. - Вы приготовили для меня пирог, чай, ждали меня... я принес для вас то, что вы просили. Не знаю, хорошо ли вышло, но... - Хенвон нехотя расцепляет их руки, принимаясь листать скетчбук. Он открывает на нужной страничке, доставая оттуда свернутый в несколько раз лист, и протягивает его сидящему напротив. Старший разворачивает его и смотрит как завороженный. - Вам нравится? - Хосок отрывает свой взгляд от листка только через минуту. И он смотрит на Хенвона так, как никто и никогда не смотрел. Они практически одновременно выходят из-за стола и обхватывают друг другу руками. - Я чувствую ужасное притяжение к вам. А вы чувствуете то же самое ко мне? - рядом с ним молчаливый Хенвон становился разговорчивым. Скромный становился смущающим. Закрытый становился обволакивающим и утягивающим за собой. Хосок, будучи тем еще любителем поболтать, становился молчаливым. Сильный физически человек становился слабым. Уверенный превращался в робкого. Публичный становился интимным и томным. - Я тоже, - совсем тихо. Так, чтобы в случае чего можно было притвориться, что он этого не говорил, но Хенвон уже услышал. - Хотите, я перерисую? - Ни в коем случае, - чуть громче выдохнул он, утыкаясь носом в шею Хенвона, вдыхая в себя запах кожи. - Мне нравится, как ты рисуешь. - Я хочу быть с вами. Только рядом с вами я чувствую себя спокойно, - Хосок целует его шею, прихватывая кожу губами. Хенвон зарывается в его волосы пальцами, массируя кожу головы. Парень знает, что про Хосока пишут гадости жадные до сплетен люди. Знает, как тот страдает из-за этого, точнее чувствует. Он думает, что чувствует Хосока. - Я хочу поцеловать вас. Хочу целовать вас всегда. - Тебя, - поправляет Хосок. - Я ненамного тебя старше. Поэтому, пожалуйста. - Конечно, - Хосок целует, а Хенвон отвечает ему. Они целуются, окруженные ароматами выпечки и весны, проникающей в дом через открытые окна, у всех на виду. Хенвон забирается руками под футболку, Хосок выправляет длинную рубашку из джинсов. - Хочу нарисовать тебя, - Хенвон неуверенно перебирается руками к торсу преподавателя, ощупывая кубики пресса, надавливая на них подушечками пальцев, спускаясь ниже под резинку спортивных штанов, оглаживая мощные бедра. - Твои бедра, - отрываясь от вязкого поцелуя полушепчет младший, возвращая поцелуй Хосоку. Их языки переплетаются. Старший чувственно сжимает бедра Хенвона, плавно передвигаясь к ягодицам, сминая их и подталкивая Вона к себе, раздвигая его ноги и прижимая его промежность к своему бедру. Хенвон дышит ртом, мягко, но одновременно страстно впиваясь в шею преподавателя. Он оставляет много слюны и нежных укусов, тычется носом, мечется, извивается, становится поразительно гибким, каким ни разу не был на уроках Хосока. Старший расстегивает молнию на его джинсах и, немного приспуская их вместе с трусами, обхватывает эрегированный член, медленно водя по основанию. Хенвон утыкается носом в ключицы, получая хаотичные поцелуи в висок и скулу. Его таз невольно поддается движениям руки старшего, а пальцы, находящиеся под тканью свободных штанов неуверенно двигаются к резинке трусов, забираясь без промедления под нее. Хенвон целует бесконечное количество раз его ключицы, выдыхая тихие стоны. Они неловко тычутся носами друг в друга, с первого раза не попадая губами из-за волнения и возбуждения. А потом неосторожно бьются зубами, шумно дыша и смешивая дыхания между собой. Хенвон оставляет мокрый поцелуй на кончике носа Хосока, у виска и скулы, проводя влажную никуда не ведущую дорожку. - Твоя рубашка только мешается, - выдыхает Хосок, вынимая руки из джинс младшего и принимаясь быстрыми и ловкими движениями расстегивать мелкие пуговки. А после, вернув руки на место, припадает губами к груди, заставляя Хенвона выгибаться и выгибаться, из-за чего раздается хруст костей его спины. Они оба коротко усмехаются. Младший упускает тот момент, когда поцелуи переходят на уровень его пупка, а спустя пару секунд его член уже во рту преподавателя. Он перед ним на коленях, придерживает у основания, глубоко и спешно вбирая в себя. У Че трясутся колени, он чертовски волнуется и слишком смущен. Он отталкивает от себя преподавателя, тот непонимающе поднимает взгляд вверх, уже готовясь извиняться, но не успевает, потому что Хенвон опускается на колени рядом с ним и целует. Они на полу и их поцелуй практически сразу становится чересчур жадным. И это кружит голову. Они громко причмокивают, впиваясь раз за разом в губы, сталкиваясь носами, стукаясь зубами и лбами. Пальцы на плечах Хосока сжимаются все крепче. Хенвон тихо стонет, выпуская слишком много воздуха из легких. - Я тоже хочу сделать это. Для тебя, - прерывисто дыша и с закрытыми глазами выговаривает младший. Хосок сдергивает с него болтающуюся тряпкой рубашку, снимает и свою футболку. Они на некоторое время отрываются друг от друга чтобы справиться со штанами. Хенвон путается и случайно бьется локтем о стену, болезненно шипя. Преподаватель укладывает его на пол, сглатывая слюну. Видно, что нервничает. В глазах Хенвона видится вопрос. - Ты точно хочешь сделать это для меня? - неуверенно переспрашивает тяжело дышащий Хосок. - Да, очень хочу, - старший коротко целует в губы Вона, Хенвон еле успевает коснуться его лица, как преподаватель отстраняется. - Не волнуйся, я принял душ сразу после работы, - тихо протараторил он. И Хенвон только после этого понял, к чему это было сказано. Хосок неловко перевернулся лицом к его паху, расставив колени по обе стороны его головы, а прямо перед лицом нависал член Сока с медленно стекающим из головки предэякулятом. Из-за смущения сердце забилось острее, его мгновенно бросило в холодный пот, но окончательно впасть в это состояние не дал Хосок, вобравший в рот его член. Ощущение чужого языка, извивающегося вокруг плоти, вырвали Хенвона из накатывающих мыслей, сомнения и неуверенности. Он робко обхватил член кончиками пальцев, слегка приподнимаясь. Все-таки небольшое различие в росте сказывалось, было немного неудобно в непонятной приподнятой позе, но Че благополучно проигнорировал неудобства. Он принялся активно сосать, не зная, нравится ли это преподавателю. Хенвон чувствует неуемное желание двигать бедрами, проникая в горячий рот еще быстрее, ему некомфортно, но одновременно хорошо. Хосок чертовски хорош в том, что делает, это выводит из сознания, временами заставляя забыть о том, что он, вообще-то, тоже должен работать. Че не всегда сдерживает стоны, прикосновения губами к яичкам смущает и от удивления вынуждает приостановить процесс. А потом язык проходится по всей длине несколько раз, несколько долгих чувственных раз. Из-за прохладного воздуха влажная горячая плоть ощущает каждое прикосновение более остро. Его член пульсирует, и Хенвон не может сопротивляться, все-таки поддаваясь бедрами вверх, закусывая губу. Превозмогая себя, он возвращается к брошенному занятию и старается интуитивно повторить все те движения, которые выкруживает своим языком и губами Хосок. Чмоки становятся еще громче, Хенвон откашливается все чаще из-за неумения как следует расслаблять гортань. Ему приходится работать более усердно, чтобы находиться в относительном сознании, отдавать отчет своим действиям. Потому что над ним человек, в которого он влюблен и, кажется, которому он искренне хочет доставить удовольствие, вызвать как можно больше положительных эмоций. Хенвона не может не радовать пульсация твердого члена, она для него как поощрение, показатель того, что он справляется. Но его, черт возьми, разрывает от собственных ощущений. Он снова замирает, когда чувствует на внутренней стороне бедра глубокий засос, а после мягкий укус и сверху легкий поцелуй. С еще большим трудом, игнорируя затекшие спину и шею, он рьяно вбирает в рот член Хосока, чуть не давясь собственной слюной и, придерживая у основания, насаживается на него ртом. Преподаватель не отстает от него и просто добивает, потому что здесь Че уже действительно не в силах сопротивляться. Он откидывает голову, раскрывая рот в немом стоне. Его бедра подаются навстречу, ускоряя темп, все тело покрывается мурашками. И когда он хрипло, с откуда-то взявшейся сухостью во рту говорит: - Ах, прошу, пожалуйста, быстрее, - то сам не узнает своего голоса. Он получает то, что просит, и, кончая, несколько раз мычит, под конец все-таки застонав открыто и протяжно, громко. Хенвон откидывается всем телом на пол, чувствуя усталость и небывалую расслабленность в теле. Он закрывает глаза и какое-то время слышит лишь собственное быстрое дыхание. Хосок целует его, устраиваясь совсем близко. Так, что Хенвон чувствует его член на своем бедре. Их языки сплетаются без соприкосновения губ, после все-таки сливаясь и ненамеренно громко чмокая. Несколько раз. Хенвон не дает Хосоку отстраниться, перекатываясь к нему в объятия. Их поцелуй становится с одной стороны ленивым, а с другой стороны вожделенным, так как Хосок все еще не получил разрядки. Рука Хенвона обхватывает член, активно надрачивая. Хосок мнет его ягодицы, кусая, еле касаясь зубами, нижнюю губу и подбородок. И Хенвон расслабленно стонет от наслаждения. - Я, - и ничего не договаривает вслух, хотя, возможно, проговаривает это внутренне. Хенвон спускается ниже, устраиваясь между ног преподавателя. Тот принимает сидячее положение, сразу же запуская руку в волосы Хенвона, поглаживая его, нежно оттягивая пряди. Хенвон не видит, насаживаясь ртом на член с закрытыми глазами, но Хосок смотрит на него с удивительной нежностью и влюбленностью. Младшему приходится хорошенько поработать, чтобы довести преподавателя до оргазма. Удивительно, но он с удовольствием принимает в себя его семя. Они ловят друг друга руками, оказываясь в объятиях. Хенвон слушает частое дыхание покрасневшего преподавателя и чувствует ладонью, лежащей на его груди, учащенное сердцебиение. Это делает счастливым, потому что он знает: в таком темпе оно бьется исключительно из-за Хенвона.

***

Хенвон в свободных хосоковых спортивных штанах рисует обнаженное тело преподавателя, замершее во вполне естественной позе у раскрытого окна. Тускло-горчичную занавеску нежно колышет ночной ветер. С улицы доносится ненавязчивое пение сверчков. Вокруг прохлада и умиротворение. Хенвон, уделяя внимание теням, прокручивает в голове только одну мысль: Какой он красивый. Господи, какой же он красивый. Когда он заканчивает, Хосок нетерпеливо подходит к ученику, разминая шею и плечи, чтобы как можно скорее увидеть то, над чем работал Хенвон. Его пальцы проходятся по белому листу, и он открыто смотрит в глаза Хенвона. - Я не могу быть таким красивым. - Ты еще красивее, - говорит Хенвон. - Я самоучка, поэтому, возможно, с пропорциями беда. Но атмосферу, надеюсь, я передал. - В этом рисунке... - Это всего лишь набросок, - перебивает Хенвон. - Неважно. Но в этом рисунке, в нем?.. неужели любовь? - Хенвон завороженно смотрит в глаза Хосока, не моргая. - Еще никто так тонко не чувствовал того, что я хотел передать. Ты чувствуешь любовь? - Ощущаю физически. Сразу видно, что хотел сказать своим детищем творец, если делал это с чувством. Ты вложил туда любовь. И все, что ты рисовал, ты во все вложил любовь. - Только там, где я рисовал тебя. - Ты совсем не холодный, ты совсем не равнодушный. Если добраться до тебя, если попасть внутрь, - ладонь Хосока опускается на сердце парня, тот накрывает ее своей. - Ты согреваешь. Ты теплый. Чувственный, - Хосок нежно целует его губы. - Внутри ты. Здесь ты, - он нажимает на свою грудь рукой Хосока. - Мне постоянно хочется рисовать тебя. В каждой птичке, каждом цветочке и предмете, который я рисовал в последнее время - ты. Ты - идея и двигатель всему. Я рисую тобой. Хосок любовно зачесывает лохматые волосы Хенвона за ухо. - Ты не вернулся домой. Твои родители будут волноваться, ты даже никого не предупредил, - Хенвон отмахивается. - Это неважно. Я хочу встретить рассвет вместе с тобой. Я хочу рисовать тебя всю ночь. Хосок берет его лицо в свои руки и целует в закрытые веки. - Давай будем вместе?

***

В понедельник Хенвона в коридоре универа после первой пары вылавливает Чангюн. - Йоу, - говорит он. - Игноришь меня. - Извини. Были кое-какие дела. - Все выходные? - Гюн приподнимает брови. - Да. Так что случилось? - Очень странная штука. Я даже не знаю, как начать. И не уверен, поймешь ли ты. Но точно знаю, что если не ты, то никто, - Хенвона интригует. - Вау. Так в чем дело? - Пошли, что ли в кафетерий? Я угощу тебя чем-нибудь. В итоге Чангюн берет Хенвону холодный зеленый чай из автомата, а себе банановое молоко, и они сидят на одной из лавок во дворе универа. - В общем, на той неделе мы с Чжухоном пошли на вписку, набухались и пососались. Вот. - И? Что в этом такого необычного? С кем ты только не сосался по-пьяни, - Хенвон смотрит на Гюна, попивая чай. - Ну типа в том, что я хочу это повторить. И мы как бы вчера повторили это. Всю ночь повторяли на его кровати, обнимались и все-такое. Но не дальше. И нам понравилось. Я не знаю, что мне делать, мне нужен совет. - Это забавно, что ты просишь у меня совета, - Хенвон усмехается. Но он очень хорошо понимает чувства Чангюна. - Я не знаю, относить себя к геям или би, или я пан, но факт фактом - мне нравится быть с парнем. И я не знаю, как ты к этому отнесешься, но я знаю, как к этому отнесся бы, допустим, Минхек. Так как, что ты мне скажешь? - Ну, я удивлен, конечно. Правда, немного. Но, - Хенвон вздыхает, - я и сам гей, поэтому... как я могу реагировать на твой сомнительный каминг-аут? - Ты? Стебешь? - А похоже? - Вау, - Гюн удивляется. - А ты типа ну это, в отношениях? - Не знаю, - хотя ему впервые в жизни так сильно захотелось, чтобы "да". - Но тебе кто-то нравится? - Хенвон отвечает честно: - Да. - Вау. Никогда бы не подумал, что ты мне так просто и честно скажешь об этом. Ты закрытый, чувак. - Но ты же был со мной честен. И я захотел быть честным в ответ. И это, ты в курсе, что стал говорить как Чжухон? - Чангюн усмехается. - Да, я уже слышал. Но это типа от меня не зависит? - Он нравится тебе? - Ох, черт, ты правда хочешь меня выслушать? Кроме шуток? - Гюн выглядит серьезным. А еще Хенвон замечает наполовину торчащую из кармана пачку сигарет и сопоставляет с голосом парня, который стал ниже. - Да, конечно. Почему бы нет? И Чангюн рассказывает ему все. Они прогуливают остальные пары и так и уходят из университета, не заходя больше внутрь здания. Хенвон чувствует, что после этого долгого разговора они становятся с Чангюном куда ближе. И это приятно.

***

В один прекрасный день Хенвон понимает, что у них отменяют физическую культуру, и не только у них. Из сплетенной группки, в которой состоят Чангюн и его "близкий дружок" Чжухон, Хенвон узнает, что Хосока-таки уволили. - В смысле? - переспрашивает Хенвон. - Ну вот, уволили, - говорит Гюн. - Ага, сегодня утром. Типа они приличное учреждение и не могут навлекать на себя такие слухи, - добавляет Хон. - Ага, и типа до того, как он пришел сюда, у них было все тихо, - Гюн. - Ну. И что типа он развращает учеников и пусть пишет по собственному желанию, - говорит Хон, набивая рот мясом. - А ты чего так распереживался-то? - равнодушно спрашивает Минхек, медленно дожевывая овощной салат. Ынби вытаскивает оттуда огурец на салфетку, устроив голову на плече Минхека. Ее глаза устремлены на Хенвона и улавливают мельчайшие детали его реакции. - Хенвон-хен? - Чжухон машет рукой перед его лицом. Хенвон молча встает из-за стола, перекидывая сумку через плечо. Он торопится, но останавливается после слов Ынби: - Так это ты тот самый студент, с которым его заметили, - в один момент за их столиком атмосфера меняется и все взгляды, устремленные сначала на девушку, переводятся на Хенвона. Он оборачивается. - Хенвон? - неверяще усмехается Мин. Но его выражение меняется, когда он более внимательно осматривает лицо Вона. - В смысле, ты педик? - его брови ползут вверх. - Да, это был ты. Ты тот самый студент, про которого говорят, - подтвердила девушка со слезящимися глазами. Она встает из-за стола, с ее щек крупными каплями стекают слезы. В ее глазах и любовь, и ненависть, и отчаяние. - Мне нужно идти, - отмахивается Хенвон, оставляя друзей. За ним бежит Гюн, догоняя Хенвона. Старший смотрит на него с вопросом. - Прости, черт. Мне и в голову не могло прийти, что это он. Это же он? - Да, Чангюн, это Хосок тот парень, который мне нравится. И это, вероятно, я тот самый студент, - выдыхает Че. - Ты ни в чем не виноват. - Черт, правда прости. Я не хотел ничего... ты мне так помог, а я, получилось, что сделал тебе... - Эй. Все хорошо. Ты не против, я пойду? Хосок из-за этого очень сильно переживает. Я поеду к нему. - "Хосок"? - тихо переспрашивает Чангюн в спину Хенвона.

***

Хенвон переступает небольшой порог, оказываясь в маленьком садике, огражденном высокими воротами. Как всегда не закрыто, дверь нараспашку. - Хосок? - Хенвон снимает обувь, проходя в чужой дом как в собственный. Он слышит, как тихо играет музыка, что-то интимное? Приятный голос девушки. RnB? Хенвон заходит в комнату Хосока, заставая его за уборкой. Он что-то перебирает в коробках. - Хосок, - старший вздрагивает, резко оборачиваясь. На его губах появляется добрая улыбка. - Хосок, тебя уволили. - Да, меня уволили, - жмет плечами он, отряхивая руки. У него смешная повязка, из-за которой торчит челка. На его лбу легкая испарина. - Расскажи мне, как все прошло? Они знают, что это я или что-то еще? - Хенвон проходит в комнату, становясь напротив Хосока. Он смотрит немного грустно и влюбленно. Чешет затылок. - Ну, так сказать, меня "вызвали на ковер". Там были какие-то девочки, я не уверен, что они мои студентки даже. Доказательств или видео у них не было, но якобы они были свидетельницами нашего поцелуя. Одна из них - она была в маске и сильно не было видно лица, - она рассказала, что это был высокий парень с пухлыми губами, тощий и угловатый, сказала, что не знает, как его звали. Это все доказательства. И ректор сказал мне, что ему очень жаль, но уже не первую неделю ходят всякие слухи и что их университету это не нужно. Они очень заботятся о своей репутации и все такое. Ему было жаль, - Хосок жмет плечами. - Ну, я его понимаю, конечно. Он ни в чем не виноват. - Университет? Шарага, - бурчит Хенвон, отмахиваясь. - Высокомерные индюки. Ты главное не расстраивайся. Не расстраивайся, пожалуйста, - Хенвон обхватывает его лицо своими руками, заглядывая в глаза. - И не сердись на меня. Прости, это из-за меня тебя поперли с работы, но я не жалею, что мы вместе. И я надеюсь, что ты тоже не жалеешь, - Хосок берет его руку и целует тыльную сторону ладони. - Ты что, я рад, что у меня есть ты. До тебя я был очень одиноким человеком, Хенвон. У меня есть вариант устроиться тренером куда-нибудь в тренажерку или что-то в этом духе. Я связался со своим знакомым, который там работает, им как раз требуется персонал. Так что, если срастется - хорошо, нет - ничего. Тогда буду искать что-то еще. - Я тоже, - Хенвон обнимает его за плечи. Их грудные клетки соприкасаются вместе. - До тебя я был ужасно одинок. Мне все звуки, бывало, слышались как через толщу воды или как-то так. И мне кажется, благодаря тебе у меня новый прилив сил и... Мы сможем ходить по улице вместе теперь? - Теперь сможем, - улыбается Хосок, подхватывая легкого Хенвона на руки, сжимая своими ладонями его бедра и ягодицы. В свету солнечных лучей летают беззаботно пылинки. Хенвон слышит, как за окном поют птички, перебивая звучащую в комнате музыку. Он слышит свое сердце не через толщу воды. Он видит улыбку Хосока так ярко, его сверкающие щелочки глаз, в которых совсем не осталось места для грусти. Он видит перед собой человека, в которого влюблен и который влюблен в него. И все это ясно, прозрачно и кристально чисто. От этого хорошо на душе. От этого чувствуешь, что душа есть. И ты просто чувствуешь все.