Приставка не поддерживает мультиплеер

Девушки сидят на открытом поддоне какого-то замызганного пикапа. Внутри было слишком душно и воняло сосной, а вот снаружи – самое то. Утренняя темнота, волчий холод. Картина маслом. – А кем ты мечтала быть? – Э-э... Живой? Сытой? Без понятия. Хмурится, но скорее всего – прекрасно знает, о чем речь. Ведь знает же. – Да нет, до всего... Этого вот. Мэйрис машет руками, обозначая всё вокруг – и всё ещё пасмурно-сумрачное небо, и светлеющие вместе с зарёй кромки деревьев, и оглушающе-громкую бессверчковую тишину природы. Голоса девушек тихие – нечего перекрикивать. И Мэйрис, неожиданно, это нравится. – У меня и до этого все было не особо в шоколаде. – Ну а ещё до этого? Тинейджерские сахарноватные мечты же были? Ну или брутальные, хм, челюстевыбивальные? – Да ну-у, – фыркает Кобб, но потом отводит взгляд. И со вздохом отвечает, подворачивая под себя ноги: – Моделью. Очень-очень давно я хотела быть моделью. – И? – полюбопытствовала Мэйрис. – Что "и"? Ходила в агентства. Каждый год. Меня там слали на все четыре, всегда им было чего-то недостаточно. Я уходила, отшивала всех, кто пытался поставить мне мозги на место, ну, что мне это всё не нужно... Я думала, что знала лучше. – Серьёзно? – не поверила Мэйрис. – в смысле, они серьёзно не брали тебя? – Издеваешься. – глаза Бланки были на мокром месте, но смотрели зло, а щёки покрывал бледный румянец стыда, видный даже через грязь на лице. Мэйрис торопливо замотала головой, при этом таращась на Бланку во все глаза и, кажется, стараясь даже не моргать. – Нет, я серьёзно... Ты очень красивая. И я бы... Ну, то есть, очень. Могу на мизинчике, если не веришь, что я считаю тебя просто восхитительной. Блондинка застыла. Она, наверное, впервые не раздражалась тем, что Мэйрис на неё "пялится". А открыто пялилась в ответ. Слёзы быстро высыхали, а вот румянец... Румянец пока никуда не девался. Если только не становился ещё ярче. – Ну, вообще, мне всё равно... если что. – напоминает Бланка (кому только?), разрывая зрительный контакт и усаживаясь к Мэйрис боком, вытягивает одну ногу, вторую небрежно сгибая. – Я знаю, – кивает Кэтчер, тоже переставая смотреть и садясь рядом, и прислоняется плечом к её плечу. – Но все равно я думаю, что ты выглядишь потрясающе. Вообще. Если что. Плечом к плечу. Они сидят так до самого рассвета.