И это все в моей голове

      Я вздрогнула от внезапного стука в дверь. Подумав, что это может быть доктор, я начала поправлять свою прическу, ведь будет неудобно, если он узнает, что гость уснул на койке пациента. Когда дверь открылась, в проеме стояла медсестра, а за ее спиной кто-то еще. Я не смогла разглядеть.       - Ох, у него уже посетитель. Если не против, тоже можете зайти.       Пройдя мимо медработника, в палату вошла молодая девушка с длинными крашенными в лавандовый цвет волосами. На ней было одето расклешенное длинное платье ниже колена, при этом с откровенным декольте, демонстрирующие грудь. Ее лицо и стиль выбора одежды показалось мне весьма знакомым.       - Я вас оставлю, - сказала медсестра, закрыв дверь.       Девушка, зайдя в палату, не обращала на меня никакого внимания, она стояла рядом и грустно смотрела на больного. Заметив мое присутствие, она удивилась:       - Линда?..       А?       - Линдо-очка-а, давно не виделись!       - З-зенри?! Не обнимай меня так крепко... задушишь ведь.       - Это ведь правда ты! Я так рада, мы с тобой так давно не виделись! Я вижу, ты покрасилась в голубой цвет, стала носить очки... М~ я вижу ты и здесь чуть подросла, ня-ня-ня-ня~       - Зен... кх-х-х...       * Минуту обнимашек позднее       - Какой приятный сюрприз тебя здесь увидеть.       - Это... взаимно, - поправляя очки, выдохнула я.       Зенри Байши. Моя бывшая одноклассница. После того как я перевелась в другую школу, мы не виделись с ней около года, сначала мы переписывались, иногда созванивались, но позже перестали, не помню почему. Зенри, как я помню, была знаменитостью нашей школы. Она всегда занималась активной школьной деятельностью, организовывала мероприятия, хорошо училась и отличалась внешностью, среди девушек. Последним она пользовалась метко, обычно кокетничав с учителями и одноклассниками, когда ей что-то было нужно.       Такая тихоня, как я, что обычно сидит в библиотеке слышала про нее многое плохое, но, познакомившись с ней лично, вся неправда отсеялась. Обычно слухи пускали девочки, что завидовали ей, конечно, я тоже была одна из них, но слухами не распространяла, а зависть была белой. Во время нашей дружбы, она ставила меня на свой уровень, где я стала #2. Мальчики начали проявлять ко мне интерес... и девочки тоже, настолько, что я перевелась в другую школу. Но Зенри такая популярность была только на руку, а издевательства она пресекала сразу же, у нее был слегка высокомерный характер.       За год многое, что поменялось, ведь мы стали старше, а приоритеты в нашей жизни начали меняться. Я начала рассказывать о себе первой. По ее лицу было видно, что ей интересно, но... я побоялась, что это очередная фальшивая маска. Хоть и считаю ее подругой, но никогда не знала, что у нее на уме. А у меня все было обыденно. Я все также училась в новой школе, подготавливалась к итоговым экзаменам и в свободное время подрабатывала в библиотеке. В последнем были свои плюсы, иногда, мне давали почитать интересную мне литературу, от чего я была рада, так как книги я поглощала часто.       - Ты уже работаешь? Это ведь здорово, Линда! По крайней мере, у тебя появились деньги на расходы. Теперь мне не придется покупать тебе обед, - хихикнула та. – Кстати, как твои родители?       - Ничего нового. Мама убирается дома, готовит, а отец... работает.       - Я слышала, что он недавно устроился в кампанию моей матери, где проработал за станком всего неделю. Его выгнали за пьянку.       - Да, это...       Говоря об этом, стало неловко, я случайно поправила волосы, после чего лицо Зенри изменилось:       - Это синяк? Этот неудачник снова начал тебя избивать, - убирая мои волосы, выдавила она. – Ты говорила, что это не первый случай, но почему он позволяет себе такое? Черт, я скоро убью его!       - Зенри... все хорошо.       - Надеюсь, он тебя только избивает, а не-       - Зенри! Все хорошо!       - Ладно, прости. Просто твой старикан выводит меня из себя. Постоянно пиздит тебя и твою маму, только потому, что слаб, чертов мусор.       Да... это правда. Никто не знает, кроме Зенри, что у меня в семье проблемы. Отец пытается удержаться на работе, но зависимость не оставляет его, из-за чего он и пьет, а это отражается на его близких. Мама уже к этому привыкла и на нее грустно смотреть. Она стала апатичной ко всему... и ко всем, в том числе и ко мне. Но сейчас все хорошо, я стала работать, и у меня теперь всегда есть деньги на еду и прочие расходы.       - У тебя что нового, Зенри?       - Сейчас снимаю квартиру, ту, что ближе к школьному заведению. Мне неудобно добираться от родителей, сама знаешь. Продолжаю хорошо учиться и завела себе новых друзей. Это здорово, я даже организовала маленький кружок, почти как тот, когда наша кампания... ну, ты знаешь.       Зенри из богатой семьи. Она может себе позволить не то что бы снимать квартиру, а ее купить. Ее родители очень богаты настолько, что постоянно уезжают отдыхать за границу. Я помню, что у нее даже был личный водитель, которого звали Иван. Он отвозил ее до школы и забирал, а когда мы были у нее дома, постоянно над ним подшучивали. Все считали Зенри идеальной – богатая, красивая и умная девушка. Поэтому в ее жизни сформировалась куча масок, за которыми она скрывает себя настоящую.       - Я слышала от медсестры, что ты часто здесь бываешь, Зенри.       - Да, раз в неделю точно к нему прихожу. Знаешь иногда грустно так на него смотреть. Я очень сильно по нему скучаю.       - Мы все по нему скучаем.       - По этим добродушным глазам, по его нежной улыбке и по его невероятным идеям, что взбредает к нему в голову. После той ужасной катастрофы, многое что изменилось... кампания распалась, позже, ты перевелась.       Для Зенри он многое значил. Когда она красочно рассказывала про мальчика с параллельного класса, я не могла ей поверить. Но позже она раскрыла тайну своей первой любви, назвав его имя. Я удивилась и одновременно обрадовалась за нее. Даже при таких обстоятельствах, в которых он сейчас, Зенри все еще любит его, любит и ждет.       - Когда я смотрю на него, на душе становиться тяжелее и... хех. Ладно, давай не грустном, а то он тоже расплачется, хе-хе.       Она выглядела так, будто сейчас расплачется. Я решила сменить тему.       - Я сейчас очень занята, что забыла об остальных. Ты все еще общаешься с ними?       - Нет, но слышала, что Папс открыл бар на левом берегу, но одной ходить туда как то не хочется. А остальные, - она задумчиво посмотрела в окно, - они будто пропали из города.       - Может тогда заглянем к Папсу как-нибудь? Узнаем что-нибудь.       - Да, - улыбнулась девушка, - конечно.       Мы проболтали с ней около часа, делясь различными сплетнями. Она рассказала мне о своем кружке, тематикой которого является кулинария. О хороших ребятах, что там бывают. Но я многое прослушивала, смотря на ее жестикуляцию и мимику. Вспоминалось прошлое, то, где мы все вместе.       - Кстати, ты ведь не знаешь, что у меня новый номер телефона. У меня удалились старые контакты, из-за чего я не смогла тебе написать. Вот, можешь записать.       - Х-хорошо, - ответила я, доставая свой телефон.       - Если у тебя будут неприятности с твоим придурком-отцом, можешь прийти ко мне, - девушка достала из маленькой сумочки ключи с запиской, на которой был написан адрес. – Ключи, на всякий случай, если меня не будет дома.       - Зенри, я не-       - «Зенри, я» не надо. Все хорошо, Линда. Тем не менее, одной в такой огромной квартире одиноко, так что я буду рада гостям.       Зенри посмотрела на висящие часы на стене, после чего сказала, что ей нужно бежать по делам. Мы попрощались, где она оставила меня наедине с лежащим пациентом.       - Похоже, ты снова нас свел вместе.       - ...       - Что бы ты ни говорил про нее, Рикиши, она хороший человек. Я знаю, что иногда она высокомерная, местами резкая, но это лишь маска. Когда мы были все вместе, она ее снимала, становясь такой, какая она есть. Разве это не замечательно?       После всего этого, я оставила ключи от ее дома у себя, в письменном столе, как напоминание о нашей встрече. Вся эта рутинная жизнь для меня, все это время была пуста, а я все делала на автомате. Встретить старую подругу, спустя какое- то время, было для меня лучиком света, который наполнял меня надеждой. Мы стали больше списываться, а в свободное время встречаться и гулять.       Для меня это стало счастьем.