Роман, написанный кровью

Продумав план, мы решили - я играю на сцене бедную овечку. Он пытается меня поймать, но спрыгиваю нее и хватаюсь руками за канат, который затягивает занавес (я не знаю какого лешего он именно там) и улетаю в закат. Потом привязываю к чему-нибудь. Дальше топаю помогать Инку. Занавес даст мелкую гарантию, что нас не заметят, мы сможем пользоваться силами и может добить моего отца. На крайняк просто наберем полицию. Переглянувшись с Инком, я выплыла на сцену. Делая вид, что мне страшно, я краем глаза наблюдала за отцом. Пока не повелся. Сев на край сцены я задумалась, а на хуя мне это? Умерла бы спокойно в подвале и дело с концом. Нет, не нужно уклоняться, притворяться трупом и становится киллером чтобы дожить до восемнадцатилетия, а потом уже умирать спокойно. Сзади скрипнул пол. Я молча повернулась к отцу. Он попытался меня поймать, но я прыгнула спиной вперед, оттолкнулась руками от пола (чуть их не сломав) и умудрилась схватиться за канат. На такое я и не рассчитывала, думала, что ебнусь с высоты сцены и наконец умру. Привязав этот шнур к специальной штуке, пошла помогать Инку, не обращая внимание на то, как на меня смотрят. Ну как не смотреть на такую красотку: мальвинка растрепалась и торчала в стороны фейерверком, вперемешку с искусственными лепестками, платье завернулось оголяя ногу, перчатки сползли немного показывая шрамы, да еще только что со сцены слетела - красавица, не правда ли? И как я успела так растрепаться? А, пофиг. Забежав за занавес, я увидела такую картину - радужный лежит на полу истекая кровью, в стороне лежит огромная кисть, а над всем этим нависает мой отец и ржет как наркоман. Сам красноглазый выглядел так, будто он тут чаек попивал, а не сражался. Я стою со спины - это преимущество. Но, пока он меня не заметил, надо действовать. Выпрямившись, я закрыла свои глаза и попыталась найти магию внутри себя. Обычно все быстрее, но сейчас надо действовать осторожно и продуманно. Проведя пальцами по щекам, почувствовала как вокруг вокруг них обмотались мои нитки. Тихо опустив руку, я стала нитями обвивать тело отца, пока не сильно соприкосаясь. Есть, в ловушке. —Так, так, так, кто это тут?—он с яростью в глазах повернулся ко мне и попытался напасть. Сжав кулак я заставила нити впиться в его кожу, разрывая в тех местах костюм и оставляя глубокие протезы на коже,—Я тоже рада тебя видеть. А пока отец болтается в нитках, я решила помочь соратнику. Заглянув за спину убийцы, я увидела, что Инк уже встал и рассматривал моего отца держа на готове гигантскую кисть. Помощь даже не понадобилась. —Ты мне все объяснишь, все до последней капли,—сказал Инк, смотря на меня испепеляющим взглядом. Я молча кивнула. —Не окажешь услугу?—поняв, что я имею ввиду, он кивнул и подошел. Кисть в руке стала похожа на обычную. Инк подошел и провел ее волосами по рту и носу. Только я хотела спросить, что он делает, как и носа и рта стала вытекать кровь. Потом и из ушей. —Чаго блять? —Тшшш,—шикнул радужный. Босс нашелся. В конце концов вся кровь стекла в колбочку. В мелкую, высотой с мой указательный палец. —Если я правильно помню, то в человеке 2 литра крови. Как ты, блядь, запихнул эти чертовы 2 литра в эту склянку!—тихо крикнула я. —Магия, сцуго,—прошипел Инк,—теперь нам надо валить отсюда. —Нет, нет, нет, мы остаемся,—он посмотрел на меня как на дуру,—по крайней мере я. Просто нанеси мне несколько ран, я тоже нанесу, будет выглядеть, будто я дралась с убийцей,—быстро выложила мысль я. —Ладно, но сначала,—мокнув кисть в краску, радужный нарисовал рядом с трупом пятно. Кровавый художник. Это было ожидаемо. —Мне тоже надо,—и взяв нить я положила ее на пятно. —Кукловод?—только догадался? И как с таким IQ он убил столько народу? —Нет, блять, балерина!—шикнула я,—Атакуй, копы близко. Молча Инк послал на меня волну из чернил. Снесло хп доволно много. —Уходи,—тихо сказала я,—Прощай,—звучит слишком пафосно. —Слы,—я подняла глаза,—Может встретимся…, завтра? Кое что обсудить,—сказав это, он покрылся румянцем. Странно. —Эх ладно, продлим договор, оке?—он молча кивнул,—Терь все, вали! И он скрылся за кулисами. Сразу стало немного одиноко. Основа это чувство, эх, я все же наступила на эти грабли. Сняв перчатки, я создали кость и сделала несколько порезов на теле, руках, ногах, прошлась по щеке. Испарив кость, я легла на пол и притворилась мертвой. А потом заснула, такие дела. ***