Скажи моё имя

       Дороро не знает, когда это началось и когда это прекратиться. Эти чувства обжигают похлеще огня. Она идет рядом с Хяккимару и понимает, что не хочет этого испытывать. Совсем. Но этот комочек тугой боли под сердцем никуда и не думает уходить. Поэтому воришка просто смиряется с ним как с неотъемлемым фактом, что толку бессмысленно сотрясать воздух и отрицать. Разбойница вынуждена принять эту болезненную привязанность к братцу, но она об этом ему не скажет ни за что. Им же и так хорошо. Верно?        В этот раз им повезло и они ночуют в уютном маленьком домике на окраине деревушки. Старая женщина гостеприимно приютила их на ночь. Хотя Дороро знала, что обычно таится за таким радушным приемом, поэтому припрятала пару камешков. Да и ее братец уж точно всыплет любому демону, учитывая его способности, у них есть весьма весомое преимущество.        Та старушка по краткому ответу ронина не является демоном. Может ей удастся наконец поспать одну ночку по человечески? Кто знает.        — Отлично. Отдохнём, а завтра разузнаем водится ли здесь нужная живность или нет. Ронин не ответил. Девушка и не рассчитывала. У нее самый молчаливый спутник и внимательный слушатель (когда ему нужно)        — Дороро… Воришка оборачивается. В последнее время он достаточно часто начал произносить ее имя.        — Да, братец. В чем дело?        — Хяккимару, — он говорит собственное имя и его мёртвые красные глаза глядят прямо в ее будто он действительно способен видеть. Разбойница не скрывает своего удивления не совсем доверяя своим ушам.        — Скажи моё имя, — просит ее ронин хотя другому могло бы показаться, что требует. Он всегда говорит коротко. Длинные фразы ещё сложны для него. Девушка понимает и уже рада тому, что Хяккимару говорит с ней. Его просьба проста. Всего лишь назвать его имя. Болезненный комок разрастается, неприятно царапая внутренности.        — Зачем? Девушка хочет услышать причину хотя уже догадывается о ней.        — Хочу услышать. Скажи. Простое любопытство. Не более. Дороро качает головой.        — Нет, братец. Да и вообще, с это ты вдруг будто имени своего не слышал.        — От тебя нет. Ни разу. Почему? Вот же упрямый. Сказали нет, значит нет! Дороро выдохнула. Значит придется все же признаться в этом! Черт!        — Я всегда хотел иметь старшего брата и повстречав тебя подумал, о том что…им можешь стать ты…        Ее щеки заалели даже учитывая того, что разбойница сказала полправды это не отменяет, того что признаваться в этом было крайне неловко. Она со страхом ожидала ответа поскольку Дороро пребывала в неведении кем же она является для нелюдимого Хяккимару.        Юноша по прежнему не сказал ни слова. Видимо они несколько зацепили его и он серьезно размышляет над этим.        — Я не хочу быть братом Дороро.        — Тогда кем? Дороро старалась, чтобы ее голос не дрожал.        — Имя. Дороро. Имя. Скажи. Хяккимару не ответил. Разбойница больше не пыталась узнать. Видимо ронин еще сам не разобрался. Для того, чтобы по настоящему понять требуется много времени особенно Хяккимару. Человека похожего на зверя, который только только начал выходить из тьмы. Дороро игнорирует стягивающую боль в районе груди. Перетерпит. Не в первый раз.        — Хяккимару Дороро не скрывает эмоции, вкладывая в его имя то, что испытывает на самом деле. Девушка произносит его с нежностью. Боль слегка притупляется. Становится немного легче.        Его лицо абсолютно безэмоциональное застывшее в холодном мертвенном спокойствии больше походило на маску.  Лишь спустя какое-то время воришка могла различить отголоски тех эмоций, что таились в нем. За все время их путешествия она ещё не разу еще не видела его настоящей улыбки. Сейчас то оцепенение спало, он словно отошел от очень долго сна. Его черты лица утратили, ту привычную отстраненность, стали мягкими. Пустые глаза имеющие блеклый цвет засохшей крови словно бы чем-то насытились стали ярче.        — Дороро Хяккимару постарался, чтобы его голос звучал так же.