Музыка спасает мир

Когда Клаус сказал, что знает, как остановить Ваню — ему никто не поверил, и велели оставаться на стрёме. Когда Клаус спокойно подождал, что все уйдут, то хрустнул пальцами и пошёл искать чёрный вход, игнорируя бубнёж Бэна, что это самоубийство. Когда Клаус споткнулся на сцене об кем-то брошенную виолончель и привлёк к себе внимание исключительно братьев, вот тогда стоило забеспокоиться. Начался обстрел, но до Вани пули не долетали, зато Клаус увидел по ту сторону сцены — фортепьяно. Впервые в жизни Клаус Харгривз точно знает, что делать. — Клаус, это ужасная идея, — говорит Бэн, когда они оказываются у скромно стоящего в углу инструмента. — Если ты заиграешь собачий вальс — я сваливаю в Ад, — успел сказать брат под неодобрительное фырканье Клауса. — Не боись, я что зря полгода курил с пианистом? — Это было восемь лет назад! — Как велосипед. — Ты и на нём не умеешь ездить, Клаус. — Бэнни, солнце, заткнись, — осадил его брат и резко ударил по клавишам. Через пять секунд Бэн узнал мотивчик песни и чуть не застонал в голос. — Ты серьёзно?! Клаус играет знаменитую и приставучую «Somebody once told me». Кажется, что даже выстрелы стихли от недоумения. Играли две совершенно разные песни, но упрямства Клаусу хватало за троих и он начал напевать слова. Где-то в зале искренне офигевал Диего, кидая нож в приспешника Комиссии, а где-то рядом с ним материализуется Пятый. — Какого…. — успевает произнести он, но тут же пригибается от пуль. Бэн держится с минуту и начинает подпевать, а через ещё полминуты сдаётся и Ваня, подхватывая ритм мелодии. Ох, не зря Клаус спал с тем музыкантом, не зря. А Лютер честно не понимал, каким образом Клаус спас мир, и где он научился играть?