Эльф в трехкомнатной квартире

– Вставай! Вставай! Финрод открыл глаза. Кто-то теребил его за плечо, но пока что перед взглядом всё плыло и разглядеть будящего не удавалось. Финдарато сонно потянулся и... обнаружил, что может пошевелиться в других положениях. Этот некто отковал его. Артафиндэ сел – теперь это не составляло труда. На краю стола сидел мужчина лет пятидесяти, в форме. – Есть хочешь? – спросил он. Инголдо неуверенно кивнул, всё ещё ища в этом всём подвох. Он вдруг вспомнил, что, последнее, что он ел – это картошка, которую жарила Лера. Человек протянул ему кусок хлеба. – Прости, всё, что смог забрать из столовки. Думал сам съесть, но тебя так жалко стало. Вообще послали тебя разбудить, – он указал рукой на стоящее недалеко ведро воды, – но не захотел будить так жестоко. И как же тебя, такого молодого, угораздило попасть в такую ситуацию?! – Ну, если уж на то пошло, то я не так уж и молод. Мне попросту нельзя умереть от старости. – Да? – человек уставился на него. – Ну и дары бывают у людей. – Это не дар, а всего лишь судьба. Да и я – не человек, ибо люди не привязаны к миру, в чём, возможно, им повезло гораздо больше. Я – один из эльдар – эльф, если тебе будет проще. – Эльф? – мужчина удивился ещё больше. – Да нет, блефуешь! Финрод усмехнулся и спокойно сказал: – Sina na' anwa.* – Ладно, верю. Просто... Не каждый день такого встретишь... А тот рыжий тип тоже не человек? – Да. Он майа, один из Айнур. Вам это, наверное, ничего не говорит, но во всяком случае... – Да нет, что-то такое припоминаю. Был у меня один товарищ, тащился от этой темы... земля ему пухом... Некоторое время молчали. Потом человек сказал: – Ты прости, но... Мне нужно надеть на тебя наручники, – и для достоверности показал их. – Меня кто-то боится? – со вздохом спросил Инголдо, покорно заводя руки за спину. – Потому что Саурон – тот рыжий – точно знает, что я уже никуда не попытаюсь сбежать. – Ну если кто-то и боится, то это наш новый командор. Противный такой тип, скажу тебе честно! – Я верю, – Фелагунд нервно вздрогнул, когда защёлкнулись наручники. – Самому повезло с ним познакомиться. При неприятнейших обстоятельствах. – А с ним при других обстоятельствах не знакомятся. Ладно, пойдём на этот ваш поединок. Интересно, как вы там сражаться будете, интересно посмотреть. "Скорее послушать", – усмехнулся про себя Финрод и встал на ноги. Человек взял его за предплечье и они вдвоем вышли. На входе их ждал ещё один человек. Путь они продолжили уже втроём. – Слышь, Иваныч, – вдруг спросил человек, который будил Финрода, – а не знаешь, где Маринка? – Кто, Петрович? – не понял Иваныч. – Ты, глушман! Маринка, дочка моя! – А, Маринка! Так её же как Виктор Андреевич отправил на разведку, так она до сих пор и не вернулась. Эх, Виктор Андреевич... – Да, хороший был человек. – Может помянем потом, Петрович, а? – Мы же уже поминали... – Ничего, ещё раз помянем! – Ой, Иваныч, тебе абы повод найти выпить. Финрод тем временем задумался о предстоящем поединке. Если победит Саурон, то исход очевиден: если он не умрёт во время поединка (что вполне возможно), Гортхаур лично предаст его мучительной смерти. "А всё, что от тебя останется, я брошу на съедение волколакам..." Интересно, а что от него вообще останется? Финрода передёрнуло от жутких мыслей. А если победит он, Финдарато? О, тогда не понятно, чем всё кончится. Скорее всего плохо, потому что даже в случаи проигрыша Саурона он останется один в толпе врагов. Зачем он вообще загадал этот поединок? Хотя... Ведь это была не его мысль. Как будто кто-то подсказал ему это. Тот, кто знал, как всё закончится. И Финрод уже ничего не изменит. Всё, что ему остаётся сделать – это сделать всё возможное, чтобы победить. Иначе никак. Наконец они подошли к выходу. Финдарато очень удивился, увидев тот самый холм, на котором расло Нуменорское древо. Тут Петрович сказал: – Наверх, надеюсь, ты сам доползёшь? – Само собой, – Финрод машинально потянулся растирать освобождённые запястья. – Ну тогда лезь, – Иваныч ободряюще похлопал его по плечу. Инголдо слегка кивнул и отправился на вершину холма. Нолдо чётко осознавал, что каждый шаг приближает его к финалу. На вершине всё решится. На вершине всё кончится. А как там ребята? Финрод вздрогнул. За этот срок они так успели ему приглянуться: простой Саня, спокойный и умный Влад, отзывчивая и невероятно добрая Лера, наглая Настя. Что там с ними? Точно ли Марат отправил их домой? Марат... Фелагунд вдруг понял, что не так уже сильно злится на него. Парня можно было понять: наверняка каждый говорит, что не боится смерти, пока не столкнётся с ней. И тогда реально бесстрашных перед ней останется намного меньше, чем было изначально. Финрод улыбнулся. Даже если он сейчас умрёт, он рад, что был здесь. По пути на верх Финдарато замечал солдат и кучу каких-то ещё существ. Они были похожи на людей, но эльф чётко понимал, что никакие они не люди. Наконец вершина холма была достигнута. Рядом с дубом стоял Саурон, а возле него ещё один парень. Константин Белкин. Он же Косточка. Это не мог быть не он. У парня были длинные чёрные волосы, завязанные в хвост и невероятно бледное лицо. Его бледность оттенялась ещё и тем, что Константин оделся во всё чёрное. Саурон тоже принарядился. Рядом с этой аккуратной парочкой изрядно потрёпанный Финрод смотрелся несколько хаотично. Нолдо перевёл дыхание и сказал: – Ну так что, начнём? – Начнём, – усмехнулся Саурон. – Но только при одном условии. Мы договаривались на поединок, а потому пусть он, – Артафиндэ указал на Константина, – уйдёт. – Ему нельзя уходить, – возразил Гортхаур. – Да, нельзя, – тенью повторил парень. Финрод присмотрелся к нему. У него почему-то было ощущение, что Константин находится под каким-то контролем и не способен думать самостоятельно. – Мы должны сражаться вдвоём, – тихо сказал Финрод. – Ах вдвоём?! – сказано это было достаточно угрожающе. Саурон легко махнул рукой. Константин поднял свою руку. На ней медленно рос чёрный шар. Финрод едва успел рвануть за дерево, когда тёмный сгусток полетел в него. Он угодил в ветку и от неё по всему стволу поползла чернота. Листья под действием чар сжимались и вскоре дерево стало похожим на почерневший труп. Финрод осторожно прикоснулся к стволу. Дерево мгновенно рассыпалось в прах. В первую секунду Финдарато ужасно испугался, но тут же попытался придать лицу спокойствия (хотя это плохо у него получилось). – Прости, погорячился, – развёл руками Саурон, нагло улыбаясь. И тут до Фелагунда дошло. – Этот парень – марионетка. Ты просто используешь его способности. – Ты прав. Но так было не всегда. Сначала он просто исполнял мои приказы, но во всём провалился. И я заставил его отдать себя мне под контроль. Иначе никак. И вдруг Константин вздрогнул. На его груди начало расплываться пятно, а затем он медленно осел на землю. На холм поднялась Настя. – Здрасьте, позорник рыжих! – нагло сказала она. – Ты темноволосая, – ответил Саурон, изо всех сил сдерживая гнев. – Ничего страшного, ты всё равно позоришь рыжих. Финрод тихонько сделал жест "рука-лицо". "Настя, ты что здесь делаешь?!" "Спасаю твою... кхм... голову. Я же говорила, что не брошу тебя! Все остальные тоже пришли, просто другое делают". Тут Саурон опомнился, выхватил меч, висящий на поясе и замахнулся было на девушку. Но на его пути встал Влад. Лезвие ударилось о лезвие. – Не трогай мою сестру, – с этими словами парень выбил меч тёмного и ногой оттолкнул его подальше. Потом схватил Настю за руку и рванул вниз. Финрод огляделся. Перед солдатами командора стояли Марат и какая-то девушка с короткой стрижкой и что-то кричали; в кустах стоял Саня с мечом, а рядом с ним – Лера с большой сумкой. Дело близилось к битве. – Ты не можешь их защитить, – усмехнулся окончательно опомнившийся Саурон. – Они погибнут. А ты будешь страдать. Финрод задумался. А ведь действительно. Он так не хотел, чтобы его друзья бежали к нему на помощь. Он боялся, что они погибнут. Он не хотел их терять. Но он не даст им погибнуть. – И всё же я могу им помочь. Сразимся же на Песнях Могущества! И пусть Эру Илуватар решит, как всё закончится.