(Возможно я люблю тебя) Мы слишком молоды для любви

[будущее — 8 лет]

Фраза «давай поговорим», как правило, не очень хороша. Фраза «давай поговорим о твоем «вроде как бывшем» — ещё меньше. И в ту минуту, когда фраза «давай поговорим о Чонгуке» слетает с уст Чимина, Тэхен, лежа на спине на полу с бесстрастным выражением лица, использует мудрость пословицы «с глаз долой, из сердца вон» и поворачивает голову, так что вместо его слегка раздраженного лучшего друга он смотрит в стену. — Как насчет того, чтобы не делать этого? — с надеждой предлагает Тэхен. — Конечно, но не хочешь вместо этого послушать историю? Тэхен ворчит: — Не очень. — Отлично, — Чимин делает глубокий вдох, — Итак, есть парень... — Я сказал, — Тэхен свирепо смотрит на него, — Нет. Очень. В смысле, нет. Совсем. Я не хочу слышать эту историю. — Ну... очень жаль, — фыркает Чимин, — Я все равно расскажу тебе об этом. Тэхен закатывает глаза. — Так какой же тогда был смысл спрашивать меня, чего я хочу? — Обычная вежливость? Не знаю. Но так или иначе, когда-то давным-давно жил этот парень. — Мне уже кажется, что это довольно дерьмовая история. — Заткнись и слушай, — Чимин быстро пинает валявшегося на полу Тэхёна под ребра, — Так вот он, этот парень, верно? — Да, — простонал Тэхен схватившись за бок, — Ты уже говорил это... — Я сказал, слушай, — Чимин снова пинает его ногой, — Вот этот... — Да, я понимаю. — ...там есть... — Угу. — ...этот... — Классная история. — Парень, — Чимин скрипит зубами выглядя таким раздраженным, что Тэ наконец замолкает, — У этого парня была куча дерьма, которое он собирался сделать. Но он никогда не осознавал, чего по-настоящему хочет и когда становилось трудно, вместо того чтобы бороться, он убегал. — Мило. — Типа, каждый раз. — В буквальном смысле? — Да, так было каждый раз. — Похоже, это мой тип парней. — Да, согласен. Особенно с тех пор, как он часто разочаровывался, часто совершенно непредотвратимыми вещами. — Аккуратный. — Но это не так. — Согласен не согласиться. — Нет, я определенно не согласен. — Что ж, я согласен не согласиться с вашим несогласием. — Ты не можешь согласиться со мной, если я не соглашусь с этим соглашением. — Просто смотри на меня. — Что? Нет. Ты буквально не можешь в одностороннем порядке согласиться на что-то, соглашение по определению принимает две стороны... — Ты отвлекся от истории. — Все кончено, — моргает Чимин, — Это конец. Он кончает как грустный, разочарованный во всем парень. — И это все? — усмехается Тэхен, — Правда это довольно дерьмовая история. — Соглашусь, — пожимает плечами Чимин, — Но она основана на реальном человеке. Хочешь узнать, как зовут этого парня? — Я уже знаю, — Тэ резко поворачивает голову к Чимину и свирепо смотрит на него, — Это все я. — Какая интуиция, — Пак поднимает брови и ухмыляется, — Хочешь услышать вторую часть этой истории? — Ты имеешь в виду ту часть, где я умираю грустным и одиноким? — парень прищуривает глаза, — Спасибо, не надо. — Дело не в этом, а в удивительных друзьях этого парня. — У меня есть друзья? — Да, — Чимин поднимает голову, — И им надоело смотреть, как этот парень попадает в железнодорожные катастрофы. — Ты знаешь, каково мое решение на этот счет? Не смотри на меня. — Довольно сложно не смотреть, когда ты все время даешь мне место в первом ряду, — Чимин зло смотрит на него, — А хуже всего то, что ты не единственный, кто это делает. Ты даже не представляешь, как это больно... с самого начала смотреть на тебя и на... Острая боль пронзает грудь Тэхёна и Чимин замечает это прежде, чем успевает стереть гримасу со своего лица. — Да, ребята, вы так похожи, я вам это уже говорил? В основном ты похож на одного определённого человека и самоуничтожаетесь вы почти одинаково. Представь, что Любовь Всей твоей сука Жизни тоже будет... — Ладно, послушай, — Тэ приподнимается на локтях и хмурится, — То, что у нас была интрижка вовсе не означает, что он хоть отдаленно близок к тому, чтобы стать любовью всей моей жизни, я думаю, что люблю себя немного больше, чем этого... — Неужели? — он поднял бровь. — Ага, — язвит Тэхен, а затем добавляет, когда Чимин не опускает брови, — И кроме того, я совершенно забыл о нем. Пак на мгновение замолкает, его глаза до краев наполнены осуждением, прежде чем он снова открывает рот: — Хорошо. Ожидая драки, Тэхен немного опешил и поэтому с вызовом повторяет: — Да. — Ладно, — пожимает плечами Чимин, — Круто. — Круто, — медленно опускается Тэхен, подозрительно глядя на Чимина. — Почему ты так на меня смотришь? — Чимин щурится на него. — Я просто не могу поверить, что ты сдаешься. — А чему тут верить? Я сдался. Дело сделано. — Да, я знаю. Но странно, что ты просто... — Тэхен взмахивает рукой, — Пусть все идет своим чередом. Именно так. — Сделай уж одолжение, — смеется Чимин, немного повозившись в тишине со своим телефоном, а потом вдруг выпрямляется и моргает, — О, да, кстати, ты слышал новости? — Насчет чего? — Насчет него. — А это кто? — Ким выбалтывает ответ слишком быстро, чем того хотел. Чимин на секунду замирает, потом говорит имя: — Чонгука. Это так глупо, что даже упоминание его имени заставляет сердце Тэхёна пройти через Золотую гимнастическую процедуру, и он даже не в силах с этим что-то сделать, но раз за разом прокручивает все жизнеспособные сценарии, которые могут быть связаны с пересечением имени «Чонгук» и словом «новости». — Мне все равно, — Тэ изо всех сил старается казаться беспечным. — Неужели? — Чимин приподнимает бровь — потенциальный признак чего-то плохого, — Потому что он только вчера сказал мне, буквально вчера, что начал с кем-то встречаться... —ЧТо, — извергается прямо изо рта Кима, прежде чем он это осознает. Его сердце непроизвольно падает прямо в желудок, а внутренние уголки бровей уже опускаются в смятении. Лицо Чимина медленно расплывается в зловеще-самодовольной ухмылке, и все, что Тэхен может сделать, это со страхом смотреть, как оно растет. — Что это за реакция такая? —хихикает Пак, — Я думал, тебе все равно. — ...блять, — Ким кашляет, пытаясь вернуть себе самообладание, — Не знаю, я хотел сказать... а, правда? — наигранно (для Пака) удивляется Тэ, — Круто. Рад за него. Вообще-то, это здорово. Ух ты, какой мужчина. — Ты, кажется, действительно его забыл. — Да, — Тэхен отскакивает от Пака, вместо этого впиваясь взглядом в лепнину на стене, — Стараюсь изо всех сил. — Неужели? Что-то не похоже на это. — Да, это так, — мрачно отвечает Тэхен ковыряя ноготь и через секунду выплёвывает, — Нахуй иди. — Нет, ты пошел нахуй, за то, что разбил сердце парня, в которого был влюблен, — Чимин бросает испепеляющий взгляд на Кима, — Какого хрена чувак? Ты никому не делал одолжений, и даже меньше для себя. Тэ ты был полным козлом, когда делал это... — Ладно, я не знаю, что он тебе сказал, — Тэхен внезапно садится, его голос низкий, глаза прищурены с горящим в них разочарованием и первыми вспышками гнева, — Но, во-первых, я уверен, что он не поделился с тобой той частью, где он сначала перешел в режим полного придурка и продолжал давить на меня всю гребаную неделю после того, как я изначально сказал ему, что не хочу ничего серьезного, а во-вторых, это было не так просто. Ты лучше всех должен это знать... — Да, я знаю, — жесткие линии лица Пака смягчаются, а жалость хлещет через край, — Но вы, ребята, делали друг друга такими счастливыми. Сердце Тэ глухо стучит в груди, пока он пытается найти слова, чтобы ответить. Из смятения в его груди ничто не выходит победителем, поэтому он безучастно смотрит в стену. — И еще, — через мгновение продолжает парень, — Вот почему я так расстроен на этот раз.. — А почему именно ты расстроен? — Тэхен резко возвращается к жизни и хлопает ладонью по земле так сильно, что Юнги отрывает взгляд от телефона, — Чимин, они преследовали меня. — Да, — парень опускает глаза в землю и складывает руки вместе, — Я знаю, но... — Но что же? — Ким недоверчиво смеется, — Почему я должен так жить? Вы, ребята, говорите так, как будто эти отношения нормальны, и я должен просто пойти на это, потому что это заставило нас чувствовать себя счастливо, и потому что он хороший парень или что-то такое. Но все кажется игнорируют ту часть, где меня вовлекли в эту волну чистого безумия, они... они копались в дерьме той жизни, которую я думал, что похоронил, до того, как СМИ откопали её. Ты видел, что они сделали с Национальной Милашкой, а у меня даже нет иммунитета от СМИ, типа, я настолько сумасшедший или для него это не такая большая просьба, блять, чтобы просить? — Да... — внезапно вздыхает Чимин опустив плечи, — У меня нет решения. И я действительно согласен с тобой. — Так в чем же тогда блять проблема? Зачем нам вообще нужно разговаривать? — Я имею в виду... Ладно, — Пак делает глубокий вдох и складывает руки вместе, — Нам еще многое нужно рассказать. Как мне вообще начать? Конечно, было так много дерьмовых вещей, которые ты не мог контролировать, но я искренне верю, что ты лжешь себе, если думаешь, что справился со всем лучшим способом. — Какого хрена ты имеешь в виду под лучшим способом... — Для самого себя, — тихо вставляет парень. — Обычно я позволяю себе такое дерьмо, тем более что ты прав в том смысле, что вся ситуация далека от того, чтобы быть просто черно-белой. Но я наблюдаю, как ты гоняешь поезда с утесов с того самого дня, как мы познакомились, и думаю, что в кои-то веки было бы неплохо, если бы ты был честен с самим собой. Вы не можете просто продолжать выгорать и сбегать. — Я... — Я имею в виду, что когда ты глубоко заглядываешь в суть проблемы, то на самом деле в этом нет ничего нового, верно? Например, как она достигла критической точки. Это та же самая чертова проблема, которая всегда была у тебя. Вы начинаете все без какого-либо реального плана или мысли... ты логически задумывался о том, что произойдет, когда вы начнете отношения... — Отношения? Мне казалось, что мы просто трахались, я понятия не имел о том, что он чувствовал в то время, и я не думал, что люди будут сука копаться... — Вот тебе три факта: ты вступил в интимную связь с кем-то, кто признался тебе, — парень поднимает палец, а затем второй, — И у этого человека есть фанаты, — Чимин медленно поднимает третий, — Ты не посмеешь мне сказать, что в какую-то минуту не потрудился остановиться и серьезно задуматься о потенциальных последствиях любой из этих вещей и о том, как ты справлялся бы с ними, пока ущерб, которого ты так боялся, уже не был нанесен. Тэхен замолкает и медленно оседает. — Видишь, это часть твоей проблемы. Ты лезешь в дерьмо, не задумываясь о том, насколько сложно может быть, пока движение не начинает становиться жестким, а затем ты вертишь большими пальцами, позволяя своим проблемам расти, пока они не достигнут критической массы и не сломают тебя. И пока это происходит, ты не пытаешься решить ее или поговорить с кем-то. Вместо этого притворяешься, что все в порядке, а затем бежишь прямо в последнюю минуту, прежде чем все взорвется, — Пак начинает набирать обороты с раздражение выдавая каждый факт, — Не так ли произошло с оцениванием, с ситуацией YGM, с подталкиванием Чонгука в BTD, а теперь это. — Но я- — Видишь, как друга меня это очень расстраивает, — продолжает Чимин, —Потому что это все равно, что смотреть, как ты бьешься головой о стену снова, и снова, снова проебываешься. В то время, как ты все это время вслух удивляешься, почему у тебя болит голова, — с горечью смеётся парень, — Может быть, я бы чувствовал себя иначе, если бы ты хоть раз попытался что-то с этим сделать. Но ты никогда этого не делаешь. Ты просто продолжаешь совершать одну и ту же ошибку. Не обдумывая бросаешься головой вперед, принимая выгоды, но не думая о последствиях, а затем удивляешься, когда все начинает обрушиваться на тебя. После ты убегаешь, пока все не стало совсем плохо, и потому никогда не учишься на ошибках. Это расстраивает, это действительно так. Особенно... — Пак колеблется, — Особенно когда ты втягиваешь в это других людей и в конечном итоге причиняешь им боль. Поражённый таким откровением Тэхен, тихо отворачивается. — Честно говоря, иногда я жалею, что ты не отверг его в ту ночь, — бормочет Чимин, — Интересно, были бы вы, ребята, счастливее друг без друга? Особенно когда я вижу, как вы оба были несчастны с тех пор, как расстались и как непримиримы вы, ребята, сами по себе. — Несчастны? — Тэхен усмехается, собственное неверие заполняет уши неискренностью, и поэтому он делится небольшой честностью для облегчения, — Я — может быть. Но он выглядел так, будто все в порядке... — Может по телевизору и да, но в течение нескольких месяцев после Гавайев он был... — Он выглядел словно пришел в себя после того, как получил свою новую девушку, — быстро перебивает Тэхен друга, — Если уж на то пошло, то она была огромным апгрейдом в отличии от меня, — Тэ глухо смеется подтягивая ноги ближе к груди, чтобы попытаться сдержать нарастающую боль, — Запрыгнула в список знаменитостей, пока он там был и действительно сделала себе имя. Я посмотрел несколько его выступлений, он выглядит очень счастливым во всех них. И, да, хорошо, признаю, что не совсем продвинулся вперед, зато это сделал он. И я думаю, что всё, что он потерял со мной, он получил обратно в десятикратном размере, так что... — Конечно, он сильный парень, — тихо говорит Пак, — Но он также очень хороший актер. Ты действительно его заебал. Не знаю, понял ли ты это. — Я... — губы Кима подводят его. — Он ушел из-за тебя. Я думаю, что любой другой человек у которого есть глаза, мог бы сказать тебе это, — Пак делает паузу, взгляд его скользит в угол, прежде чем он возвращается к парню, в его голосе звучит осторожность, — Он был так влюблен в тебя, что... даже несмотря на все случившееся он... всё ещё очень сильно влюблен. Сердце подскакивает к горлу прежде, чем он успевает понять, и успокаивает себя с дрожащим смехом: — Это не смешная шутка. Чимин выглядит таким усталым. — А это вовсе и не шутка. — Значит, ты называешь его мазохистом? — Нет, я называю его тупицей. Но я также не думаю, что ты понимаешь, кто ты для него. То, как много ты значишь для него, что именно ты сделал для него, как он понимает то, как далеко ты зашел ради него, особенно тогда, когда ты- — Любой на моем месте сделал бы это, — прерывает его Ким, — Даже ты мог бы быть дерзким подростком, ищущий мести и дать ребенку пару уроков пения и танцев, чтобы посмотреть, сможет ли он разъебать систему. В этом нет ничего особенного. — Ты же знаешь, что я не об этом говорю, — Пак смотрит так будто видит душу, — Ты все время притворяешься, будто никогда этого не делал, но на самом деле ты почти все бросил, чтобы позволить ему войти в состав BTD. — Я делал все это дерьмо не потому, что был хорошим человеком, я наставлял его, потому что хотел поиметь систему, ты же знаешь, ты был там. — Ладно, да, я говорю о голосовании. Но давай поговорим и о менторском дерьме, потому что это звучит так, как будто ты обманываешь себя. Ты напрасно веришь в то, что это было всего лишь частью какого-то длинного мошеннического плана, — парень закатывает глаза, — Послушай, ты нянчился с ребенком, которого случайно подобрал, когда сам едва мог справиться. В течение девяти месяцев, пять из которых не было никакой гарантии, что у него будет шанс, тем более, что он даже не хотел быть там. Ты тусовался с этим парнем, чтобы он чувствовал себя как дома, ты пригласил его в НАШУ группу друзей, чтобы дать ему систему поддержки, а потом ты заставил всех нас помогать ему тренироваться, когда у нас едва хватало времени на самих себя. Но, кто так делает? А потом во время отбора, ты не спал до четырех утра каждый чертов день держа чертову руку над телефоном... — Это случалось не каждый день. — Это блять было каждый гребаный день, — фыркает Пак, — Я знаю это, потому что ты не давал мне спать. Учитывая все то дерьмо, что нависло над тобой, я бы никогда не сделал и половины того, что сделал ты, будь я на твоем месте. Я имею в виду заговор мести, что угодно, но ты пошел намного выше и дальше, чем было необходимо, чтобы подготовить этого парня к тому, чтобы уничтожить Ублюдка. Ты сам создал этого монстра, блять, заебываясь с ним, наверное больше, чем его собственные родители. Плюс голосование, в котором ты жопу рвал, чтобы включить его в состав BTD, — вот это дерьмо, которое заставило его влюбиться по уши. Может быть, ты и не думаешь так о себе, но для него ты был почти, что святой. Так что иди и верни его обратно, потому что я ненавижу видеть вас такими, ребята. Таким, каким ты должен быть. Серьезно, просто проснись... Тэхен сжимает подол рубашки в своих руках, ткань сгибается в его побелевшей руке, когда он останавливается, чтобы выждать время, — Послушай, даже если я... если бы я гипотетически захотел, он все равно не захочет... он все еще ненавидит меня за то, что я сделал и это совсем не стоит того. — Да ёб твою... — Чимин начинает притворно бить кулаком воздух, распаляясь, — Я только что, что тебе сказал? Что он не ненавидит тебя... он сука влюблен- я... пиздец! Вы, ребята, просто невыносимы. Вы оба так блять тупы, что я не могу этого сделать, мне нужна поддержка, — внезапно Пак поворачивается и кричит на дремлющего Юнги, — Я пытался. Теперь твоя очередь. — А-что? — Юнги резко просыпается. — Теперь твоя очередь говорить с ним, — Чимин машет рукой и начинает крутиться на стуле, — Он из ума выжил. — Ох, — сонно моргая хмурится Юнги, — Хм. И о чем это я должен говорить? —Ты знаешь, — шипит Чимин, — То, о чем мы говорили до приезда сюда. — О, — говорит Юнги смущение все еще виднеется на его лице из-за того, что он во время разговора задремал, — Гм, о, — лицо Юнги внезапно просветлело, и он повернулся лицом к Тэ, — Итак, мы шлём нахуй BigCube и сваливаем. Хочешь с нами? — Э-э... чего? — Тэхен вздрогнув, садится, — Какого хрена? Валите? Но куда? —Не это! — Чимин бьет Юнги. — О, черт- ха? — Юнги машет рукой и щурится, глядя вдаль, — Ооо, подожди. Блять. Ты хотел, чтобы я поговорил об этом. — Да, — шипит Пак, — Мы говорили об этом буквально пятнадцать блядских минут назад! — Ой, — Мин сворачивается в клубок и потирает руку, — Почему ты все так драматизируешь... — Погодите, ребята, вы что, серьезно уходите? — вмешивается Тэхен, — С каких это пор? — Мы, — Юнги жестикулирует на себя и Чимина, — А также Намджун и Хосок. И подожди, о да, Джин тоже... — Джин? — сердце Тэхёна замирает. Что-то похожее на смесь опасений, смешанных с надеждой поднимается в его горле, и поэтому он сглатывает, чтобы избавиться от этого, — То есть, если Джин собирается, то он тоже...? — Еще не ответил, но мы продлили предложение, — просто говорит Юнги, прежде чем взять свой кофе и сделать большой глоток, — Если это нарушение сделки, мы можем поговорить об этом позже, но прямо сейчас, я думаю, я должен поговорить о том, о чём Чимин хочет, чтобы я говорил. — Ладно, — настороженно смотрит на него Ким. — Так что, хм, — Юнги немного поглаживает свой подбородок, прежде чем поднять палец, — С чего бы начать? Как насчет: перестать быть маленькой сучкой. Челюсть Тэхена отвисла, слегка ошеломленный (полу) неуместной атакой, просто пялясь на Юнги. — Ты просто трус, честное слово, — усмехается Юнги, — Ты действительно не заслуживаешь Чонгука, да? Ты слишком большая маленькая сучка- подожди, а? —Юнги поворачивается к Паку, — А слово «большая маленькая сучка» — это технически оксюморон? Или... — Ладно, слушай, — жилка на виске Тэхёна начинает пульсировать, — Я даже не хочу к нему возвращаться, да и после того, что я сделал на Гавайях, я вероятно, не заслуживаю его, но сказать, что я не заслуживаю его, потому что я маленькая сучка? Что? — Неужели это неправда? — Юнги моргает. — Я... — Тэхен так ошарашен прямотой Юнги, что не может подобрать слов, — Ну и что? — Я так не думаю. Опять же, он боролся за тебя с самого начала. Все, что ты сделал после его дебюта — это сбежал. Мне кажется, что это немного дисбаланс, если быть честным. — Он боролся за меня? — Тэхен фыркает, — С каких это пор? — Ну а когда о вас впервые разгорелся скандал — это отношение от HeartKing во время вашего дуэта с «Уютными разговорами», — Юнги начинает считать на пальцах, — Когда вас назвали парочкой и- — Я имею в виду, что ценю все это, — слабо говорит Тэ, — Но, честно говоря, ничто из этого не меняет моего мнения о свиданиях со знаменитостью... — Да, да, я услышал тебя еще в первый раз, — Юнги машет рукой, — И что же он должен был предпринять? Изменить твое мнение и молить довериться ему. Чтобы он вылечил рак или че? — Мне нужны, — Тэхен сжимает руки в кулаки и наконец признается, — Мне нужны гарантии, что, когда все идет плохо, в самом деле плохо, он не... — Он не собирается делать то же, что и YGM? — Чимин мягко вмешивается в разговор. — Да, — Тэхен опускает голову, — Не знаю. Я просто... Думаю, что он хороший парень, и даже несмотря на то, что он написал это письмо о HeartKing, он никогда, ну не знаю, — парень на секунду замолкает, — Если бы мы попали во что-то очень плохое для него... я не могу себе представить, что он... — Ким сглатывает и добавляет тихим голосом, — Он будет все время рядом. — Короче... Я собираюсь вырвать страницу из книги Чимина, — вмешивается Юнги и делает большой глоток кофе, — Хочешь послушать историю? — Эта история такая же дерьмовая, как и Чимина? — Гораздо лучше, — фыркает Юнги, — Помнишь, однажды после дебюта BTD, когда они начали становиться действительно популярными, а у тебя были действительно трудные времена, потому что Ублюдок Старший в основном пытался медленно выжить из тебя всё, чтобы тебя выгнали? Не позволяя тебе участвовать в каких-либо проектах? И ты уже собрался все бросить и уехать домой? — Да? — потеряно отвечает Тэ. — И мы ничего не могли поделать? А потом мы с Намджуном чудесным образом спасли тебя в одиннадцатом часу ночи? Ты тогда попал на ту заглавную песню? — Да? — Тэхен все еще звучит и выглядит потеряно. — А что, если я тебе скажу, что мы на самом деле нихрена не делали?.. За исключением того, что назначили встречу. То есть все наши доводы провалились, они вообще нас не слушали. — Что ты имеешь в виду? — Тэхен в замешательстве хмурит брови. — То есть, конечно, мы старались изо всех сил, но ничего из того, что мы говорили, не оставляло даже видимого следа убеждённости в их мозгах. Голова начинала кружиться. — Тогда как вы?.. — Ну, для начала, там были не только мы с Намджуном. На самом деле нас было трое, и мы пытались вернуть тебя. — Трое? Юнги смотрит в пол и ухмыляется. — Я и не думал, что у него это получится, но... но он все время давил на меня, гребаный маньяк... В ушах Тэхёна начинало шуметь. Нет, это не мог быть он. — ...он угрожал уволиться, если тебя не вернут. Из-за того, что Pdogg болтал без умолку, а Ублюдок Старший орал в углу, Намджун фактически сломал стол. Затем этот парень упал на колени и начинал умолять, ударяясь головой в полный поклон, прямо на полу. Это было единственное, что заставило их передумать. Это было дико. Хах... Сумасшедший. И о да... именно в тот день я понял, что ты ценен как продюсер... Ким даже не мог предполагать, что именно тогда случилось и что такое правда произошло. — Подожди, — нахмурился Ким, — Это звучит как оскорбление. — Черт, я не это имел в виду, я имею в виду... — Юнги щиплет себя за переносицу, — Как бы это сказать? Я думаю, что у нас четверых, как у продюсеров, есть разные сильные стороны. И это хорошо. Мы не должны быть одинаковыми. А твоя сила, то есть твоя способность окружать себя хорошими людьми или скорее, ты заставляешь людей делать что-то для себя, это действительно удивительно. Я хочу сказать, что у тебя тоже есть талант, не пойми меня неправильно, но я думаю, что эта индустрия — гораздо больше, чем просто мастерство. Речь идет о людях. Потому что, подумай об этом, как продюсер: мы продаем музыку людям, мы продаем людей людям, мы производим вещи для людей, и каким-то образом ты можешь установить действительно прочные отношения с лучшими из них. Так что, хоть, возможно у тебя нет лиризма, как у RM-а, или идеального тона, как у меня, или стиля, как у Хоби, у тебя есть связи, и я думаю, что это может быть самым сильным активом из всех. Потому что, что такое успешная поп-песня в конце концов? — Юнги смотрит на него пару секунд и пальцем тычет в обивку дивана, — Песня, которая многим нравится от артиста, которого многие любят, и у тебя есть по крайней мере один из этих парней, приклеенный так плотно к твоей ладони, что ты не сможешь избавиться от него, даже если попытаешься. Так что да, если бы у меня был выбор, то я бы боролся за него, потому что он отдал Себя тебе, когда ему было что терять, а таких людей, по крайней мере я думаю, очень трудно найти. — Ох, — еле слышно произносит Ким, изо всех сил пытаясь переварить услышанное, — Я понял. — Итак, я изменил твое мнение? Тэхен выдыхает. — Кто он? А Юнги только смеется. — А ты как думаешь?