Момент, изменивший жизнь

      Детство…       Что для вас значит это слово?       Радость? Веселье? Безмятежность? Улыбки?       У меня этого не было… Разве что… когда я была совсем маленькой. Даже если так, то я мало что помню…

***

— Эй, Белла, смотри, папа пришел домой! — качая на руках маленькую девочку, говорила Лили. — Привет, радость моя! — Джеймс Поттер подхватил свою дочь и начал тереться своим носом о нос дочери.       Маленькая девочка засмеялась. Лили подошла к мужу с Гарри на руках и вся семья прошла в гостиную. Весь вечер они играли, до тех пор, пока Гарри и Белла не заснули на руках у родителей. — Я люблю тебя, Лили! — О, Джеймс, я тоже люблю тебя!

***

      Помню маму и папу, которые бегали от меня к моему брату… Помню, как они играли с нами… Как вечерами они болтали с друзьями…

***

— Сириус, тише ты! Детей разбудишь! — О, Лили, не волнуйся, я почти уверен, что они не спят! Ну можно я посмотрю на своего крестника и Беллу? — Они спят! — отвечала Лили, которая стояла на своем. — Лилс, я буду тише воды, честное слово! Джеймс, ну хоть ты скажи! — А что я? — Как всегда! — сказал Сириус и повернулся к Лили.       Бродяга посмотрел на свою подругу щенячьими глазами. Та лишь улыбнулась. — Я не могу противостоять твоим глазам… Ладно, уговорил, только тихо!

***

      Но всё это смутно, я была слишком мала, чтобы помнить всё в мельчайших подробностях… Но я отчетливо помню тот самый день… Когда моя жизнь в корне изменилась…

***

31 октября 1981. Хэллоуин.

—Так малышка, сегодня ты погостишь у наших друзей, хорошо?       Маленькая девочка лишь улыбнулась, что означало «Да».       День был солнечный. Достаточно тепло для последнего дня октября. Беллу уже забрали.       День подходил к концу. Небо затянуло тучами. Вдали слышались раскаты грома и сверкали молнии.       Белла плакала, она как будто чувствовала, что произойдёт что-то плохое. Она хотела к маме и папе, к брату.

***

      После того случая, своего брата я увидела только в 11, почти позабыв о его существовании… В тот день меня забрали близкие друзья мамы и папы, а Гарри остался с родителями. Очень долгое время друзья моей семьи, что стали мне родными после того случая, скрывали от меня, что случилось с моими родителями и братом…

***

— Вы мне когда-нибудь расскажете, что с ними случилось? Пожалуйста, я не могу жить в неведении! — Белла, поговорим об этом позже. — Ты мне говоришь это уже 5 лет! Я могу знать, что с ними случилось! — Ты не понимаешь! — Так расскажи мне, чтобы я поняла, пожалуйста… Я хочу знать… Прошу тебя… — Ты слышала мать, сейчас не время об этом говорить! — в наш разговор вмешался «отец». — А когда будет время?! Когда?! — Точно не сейчас, Изабелла! — Не называйте меня так никогда! — крикнула уже давно плачущая девушка и убежала к себе в комнату.

***

      Конечно, они пытались меня уберечь от всех жестокостей этого мира. Я улыбалась своим «родителям», конечно, они сказали, что мои настоящие родители погибли, но я чувствовала, что от меня что-то скрывают. Я попыталась принять мою жизнь, то, что я волшебница, они мне сказали, но вот про брата — ничего. Честно, они всегда любили меня больше. У них не было своих детей, а они всегда мечтали о девочке. Я исполнила их мечту, они были счастливы и иногда не замечали, как мне плохо и что я нуждалась лишь во внимании.

***

      Ну вот опять. В порыве гнева я хлопнула дверью и закрыла дверь на ключ. Хочу побыть одна. Хочу поговорить с ними…       Девушка сидела на кровати и рассматривала колдографию. Вытирая слёзы, беспрерывно капавшие из глаз. — Я так скучаю, мама, как я хочу обнять вас с папой и просто поговорить с вами. Особенно с тобой, мам… Я так хочу отправить тебе сову с письмом, но понимаю, что это невозможно. Уже скоро мы пойдём в Косой переулок, я поступаю в Хогвартс. Я так была рада, когда получила письмо! Я думаю, вы бы тоже были рады. Может хоть там я найду то, чего мне не хватает. Мне не говорят о причине вашей смерти и меня это раздражает! Сегодня я опять поругалась с ними из-за этого. «Ещё не время», этот сухой ответ я получаю каждый раз, заводя разговор о вас. Также я не знаю, что с моим братом. Я так хочу верить, что он жив! Так как об этом мне тоже никто не говорит. И это убивает! Я люблю вас, мам, пап. Я надеюсь, что вы счастливы. Я хочу, чтобы вы были счастливы!       Девушка легла на кровать в обнимку с фотографией и уснула.

***

      Нет, они безусловно любили меня, они дарили мне любовь и я безумно им благодарна за то, что они не бросили меня и не отдали к моим дяде и тёте, как сделали с моим братом. Каждый месяц, ночью, в день того случая, я рыдала в своей комнате и не пускала никого, я закрывалась в себе, а на следующее утро делала вид, что всё хорошо. Улыбка… Смех…       Всё это было так фальшиво. Я старалась не доставлять им боль… Старалась всё испытывать сама, не посвящая их в свои страдания… Моя «мама» всегда спрашивала, всё ли со мной хорошо. Мой ответ всегда был прост, сух и краток: — Всё нормально, мама. — Белла, милая, я вижу, что тебе больно, расскажи мне, тебе непременно станет легче. — Всё хорошо.       Убегая после этих слов в комнату, я закрывалась на ключ и плакала, смотря на колдографию, которую мне подарили на Рождество. Это, наверное, лучший подарок. Мама и папа обнимались. Когда я смотрела на эту фотографию, я пыталась вспомнить те дни, которые мы провели вместе, но ничего не получалось… Как будто все стерли Обливиэйтом.