Ливень

Летний дождливый вечер. Энн Ширли возвращалась домой со своего выпускного вечера, окутанная тёплыми воспоминаниями о былом детстве. Впереди яркая, неизведанная жизнь, которая пугала девушку с каждым днём. Вспоминая, что было с ней в прошлом, Ширли чувствовала себя неуютно. Ее сердце охватила судорога. Эйвонли изменил девушку в лучшую сторону. Если бы не Катберты, то жизнь Энн была бы заточена в клетке приюта. Трудно было ей жить в таких условиях, где все тебя унижают и смотрят на тебя, как на крысу, которая не имеет чувств и эмоций. Перед глазами вспыхнула нелицеприятное воспоминание, которое бросило в дрожь юную девушку: «Тёмная комната, окутанная густым полумраком, заставляла маленькую девочку сжаться от страха и на ее глазах начали выступать слезы. Где Ее мама? Папа? Почему их нет? Почему они не могут забрать Ее из этого ада, которое почему-то называют «приютом». В своей жизни Энн не получила ни капли любви и сострадания. Лишь боль. Всепоглощающую боль, которая беспощадно разрывала Ее изнутри. — Опять ревешь, ведьма? — услышала вдруг Ширли голос в дверном проёме, на фоне омерзительного скрипа старой двери, — Скучаешь по мамочке? — Оставь меня. — просипела рыжеволосая, вжавшись в угол комнаты. — Они за тобой не придут. Они умерли, дура. За тобой никто не придёт.» Ширли, не понимая зачем она все это вспоминает, вдруг оказывается в холодной, вонючей грязи, что выбивает Ее резко из колеи, когда та осознаёт, что разорвала своё единственное красивое платье. Ноющая боль резко ударила в руку ,и та тихо заныв, закрыла глаза. Обойдя сосну, Гилберт обнаружил на горизонте некое тельце и через секунду осознав кто это, бросился на помощь несчастной девушке. — Энн? Энн, ты меня слышишь? — воскликнул тот, испугавшись, что Катберт пребывает без сознания. Девушка так и не очнулась и даже не откликнулась на голос брюнета. Ее разум словно окутало дымом и то ли боли, то ли от шока, не могла произнести ни слова. Парень не понимал, что ему делать. Куда идти? Кто ему может помочь в этой глуши? Брюнет не может тихо стоять и смотреть, как мучается его любимая. Та, которую он так любит, с которой он хотел бы провести всю свою жизнь. Парень решается взять ее на руки, но не знает как ему это сделать, ведь он впервые так близок с девушкой своей мечты. Тихо издав стон, Энн затуманенным взглядом видит знакомый лик и чувствует, как приятные и сильные руки вдруг захватывают Ее в жаркие объятия. Такие родные, но при этом незнакомые губы, прикладываются к лбу и та неосознанно улыбнулась. — Держись. Ты в безопасности. — слышит та над ухом и прижавшись к намокшей от проливного дождя рубашке, чувствует умиротворение по всему телу. Сквозь пелену мыслей и ливня, Ширли вдруг услышала вдалеке звуки нескончаемого дождя за треском захлопывающейся двери и тепло вдруг окутало юную девушку. Оказавшись на мягкой софе, она краем глаза наблюдала на суматохой и грохотом, который создавал перепуганный Гилберт Блайт. Сладко потянувшись, Энн разомкнула глаза, все ещё ощущая слабость и тихо просипела: — Ты чего так носишься? — Тише, Энн. Не напрягайся. Я… я сейчас осмотрю тебя, хорошо? Дотронувшись до тонкой спины девушки, он аккуратно провёл вдоль позвоночника, проверяя все ли в порядке. Энн, не ожидая такого жеста, неосознанно выгнулась, прикрыв глаза. — Больно? — испуганно прошептал тот. — Нет… — прошелестела та, положив голову ему на плечо, позволяя парню осматривать Ее дальше. Парень проводил своей холодной рукой по ее телу. По коже Ширли бегали мурашки, от них девушка расслаблялась все сильнее и сильнее, поддаваясь под ласки брюнета. — Энн… я… мне придётся снять платье. Если ты не против. — Продолжай. — протянула та, вздохнув полной грудью, заставив Гила покраснеть от смущения. Дрожащими руками снимая одежду с Энни, Блайт нервно сглотнул, пытаясь сфокусироваться на том, что делает это в медицинских целях. Боже, ну зачем он спросил? Соблазнительные очертания тела девушки, заставили его ускорить процесс и не выдержав, брюнет поспешно накинул на неё тёплый плед и дрожащим голосом сказал: — Я приготовлю тебе ванну. Жди. Дойдя до ванной комнаты, брюнет задумался о Ширли. Ему казалось, что она его притягивает к себе. Возможно это какая-то магия. Он ощущал себя прекрасно. Ему было слишком приятно, даже может быть чересчур, но главное, что ощущал себя рядом с ней, как в теплом, уютном доме Но это было неправильно. Он не должен думать о ней в этом смысле. Это неприлично, ужасно. Нужно убрать эту чертовщину из своей головы и покончить с этим. Набрав целую ванну тёплой воды, парнишка наполнил воду душистой хвоей и лавандой, которая поможет Энн расслабиться и даже получить удовольствие. Рыжеволосая лежала неподвижно на диване, укутанная в теплом и пушистом пледе. Она так сладко спала, что Блайт не хотел будить ее, он был готов смотреть на нее как она спит, но нет. Девушку надо привести в себя, и к тому же… Гилберт! Что ты творишь? Почему ты думаешь об этом? Не смей! Даже не думай про нее так! Слыша шум воды, Энн судорожно поджала к себе колени. Что с ней происходит? Почему она позволяет ему дотрагиваться до себя, говорить «продолжай» и издавать тихие, как шелест листьев стоны? Запуталась. Мысли, словно паутина, окутали Ее разум и та заслышав шаги брюнета, поспешно притворилась спящей. — Ты спишь? — прошептал тот, проведя кончиками пальцев по мокрым рыжим прядям, утопая в ощущениях, которые он ощутил впервые. Блайт пялился на Ширли очень долго. Он смотрел как она дышит, слушал ее вдохи и выдохи, он был одержим ею. Вдруг парню пришло в голову, что вода остынет и придется греть ее снова, поэтому он лёгкими движениями руки стал будить красавицу, но та вовсе не спала. — Я… просто задремала… — сладко улыбнулась та, протянув ему свою ледяную ручку. — Иди скорее, ты же заболеешь! — охнул юноша и легонько подтолкнув, повёл в ванную. Аромат ударил в ноздри девушке и та блаженно закрыла глаза. — Как хорошо… — протянула та, — Ты же ну уйдёшь далеко, мил… Гилберт? — о Боже, что с ней? Ширли, соберись. — Да, я буду рядом. Халат в шкафу на средней полке. Зови, если что. — протараторил тот, не в силах обводить взглядом Ее голые плечи. Дождавшись, когда дверь закроется, Энн сняла с себя остатки одежды и опустив ногу в воду, вздрогнула, будто бы от разряда тока. Горячо. Опустившись туда полностью, девушка прикрыла глаза и шумно вздохнула. Надо убрать из своей головы Блайта. Нет, он ей не нравится. Она не любит юношу. Она не хочет, чтобы Его мягкие пальцы нежно мяли Ее плечи после долгого и тяжёлого дня, ей не хочется, чтобы парень целовал Ее ключицы и щеки, в надежде, что та улыбнётся. О Боже. О нет. Влюбилась? — Нет! — вдруг закричала во все горло та, как вдруг в комнату ворвался Блайт, и сквозняк заперев дверь с жутким грохотом, заставил испуганно взвизгнуть Энн, а Гилберт от шока потерял равновесие и упал к Ширли в ванну. — О Боже, не смотри, не смотри на меня! — парень был в таком шоке что не мог сделать с собой ничего, он знал, что ему пришёл конец. Если он хоть еще раз посмотрит на Рыжеволосую, то для него это закончиться смертью. Парень старался вылезти из ванны с закрытыми глазами, но все получалось безуспешно. — Какого черта сюда приперся, идиот?! — заверещала рыжая, пнув ступней его в бок, отчего Гил болезненно застонал. — Прости меня Энн!.. Я. Я не хотел этого, честно! Я… я просто испугался за тебя, думал, что что-то случилось. Не хотел тебя беспокоить. -повернув к Энн голову, юноша расширил глаза от ужаса и удивления. Он никогда в жизни не видел абсолютно голую девушку перед собой. Не в силах оторвать от неё взгляд, Гилберт удивленно разинул рот, а Энн изумлённо уставившись на него, даже не прикрывалась, оцепенев от шока. Блайт не хотел смотреть на обнаженное тело своей возлюбленной, он не знал что сделать, как отвлечь себя от этого, чтобы она не чувствовала дискомфорт, который он ей предоставил. Чтобы не обращать на ее тело, парень решил закрыть глаза и поцеловать Ширли. Энн была в ярости от того, что Брюнет видит ее обнаженной, да ещё и поимел наглость поцеловать Ее. Девушка пнула его ещё раз, но сильнее. Ей хотелось рыдать, она хотела задушить парнишку, но тот сидел в ванне в полном шоке и не понимал, что с ним происходит. Рыжеволосая не выдержала и высказала все ему в лицо, а тот смотрел на нее и разглядывал в полнейшем ужасе. «Господи, что я творю? Зачем я смотрю на ее тело? Она что-то говорит, но я ее не слышу, что мне делать?»  — подумал брюнет. — Ты урод, Блайт! Тебе не стыдно? Я тут голая, а ты еще разглядываешь меня! — ударив его мочалкой по лицу, девушка громко кричала на юношу, стараясь не заплакать от обиды. Как он смеет? Какое он имеет право смотреть на неё в таком виде? — Пошёл вон! Уходи, я не хочу тебя видеть. Даже не смей ко мне больше приближаться, извращенец! Гильберт был в растерянности. Он не знал что ему делать, куда идти, куда смотреть, он сидел в ступоре и укрывался от избиении обнаженной Катберт. Юноша старался не смотреть на ее изящное, трясущее от истерики тело, он старался смотреть ей в глаза. — Ненавижу тебя! — воскликнула та и задержала дыхание, насторожившись его испуганных серых глазах, которые не отводили от неё свой взор, — Прекрати смотреть мне прямо в глаза. — А куда мне ещё смотреть? — прошептал тот и Энн сорвавшись с места, наклонилась к нему и яростно поцеловала. Брюнет был в ужасе от того, что девушка прижалась к нему в объятия и поцеловала его. Он получал от этого удовольствие. Он хотел, чтобы это продолжалось вечно, но вдруг Гилберт осознал, что нельзя так поступать с девушкой, тем более с Энн. . Он чувствовал вину, думал что он и есть та причина, по которой Ширли решила так поступить. — Стой! Что ты делаешь Энн? Зачем? — Гилберт! Прости меня, прошу! Я не хотела этого. — Энн, не переживай. Ты многое сегодня пережила. Просто переизбыток эмоций. Все нормально. — Нет, Гил, не нормально. Я… я Люблю тебя. Боже…зачем я… просто давай забудем об это — парень застыл от удивления, что его любовь была все это время взаимна. — Энн! Ты серьёзно? Ты меня любишь? — Да. — прошептала и по Ее щеке потекла хрустальная слеза. Наклонившись к девушке, юноша обнял Ее за лицо и прошептал: — Я тоже. Все это время. Все эти секунды. Ты… удивительная. — наклонившись, Гил впился в губы возлюбленной, обхватив тонкую спину тёплыми ладонями. Целовалась влюблённая пара очень — очень долго. Прозрачные капли падали с волос на голую спину девушки, создавая невидимые дорожки. Гилберту было все равно в каком она виде и что на ней надето. Точнее отсутствие одежды. Руки Энн, немного дрожа, обнимали сильную шею юноши и та была настолько счастлива, что не заметила, как некогда горячая вода превратилась в ледяную. — Энн… — вдруг услышала девушка тихий шелест, сорвавшийся с губ Блайта. — Да? — Я подожду тебя внизу. Ты так простудишься, если будешь долго сидеть тут. Парень был счастлив, что получил доверие со стороны Ширли. Он не ожидал такого поворота в своей жизни. Спустившись вниз в свою холодную, сырую комнату, Гил решил переодеться в что-нибудь сухое. Снимая с себя мокрую одежду, он не мог сбросить с своей головы внешность и тело девушки. Казалось бы, все осталось позади, но не воспоминания о ней. Нет, он слишком сильно Ее любит. Он не имеет права думать о девушке в таком смысле. Гилберт Блайт не сотворит с ней такое. Он не мог не думать ни о чем другом кроме нее. Вспоминая как Рыжеволосая прижимала к нему своей обнаженное тело, парень улыбался как дурачок. Забудь, Блайт. Она не такая. С этими мыслями в голове брюнет вошел на кухню и не ожидая увидеть девушку там, парень вздрогнул. На ней был белый халат его покойной матери. Он сидел на ней прекрасно, словно его сшили именно для нее и ни для кого больше. Он смотрел на нее с влюбленными глазами и это было заметно. — Я нашла это в одной из спален. Если тебе не нравится я могу сня… — Не стоит, он тебе идет. -улыбнувшись, произнес эти слова Гил. Смущенно заулыбавшись, Энн заправила волосы за уши и пошла в гостиную. Плюхнувшись на мягкое кресло, девушка грустно вздохнула и откинула голову назад. — Ты не голодна? — спросил Ее парень. — Нет. Я больше пить хочу. — ответила Ширли и через несколько минут перед ней была поставлена кружка с малиновым чаем, — Водички было бы достаточно. — Пей, — улыбнулся Блайт, — Это мой любимый чай. Потянувшись к чашке, рыжеволосая поморщилась и откинувшись назад, потёрла болезненно плечо. — Черт. — зашипела та. — Болит? — Да. — подойдя к ней, парень дотронулся до халата и застыл в ожидании разрешения. Девушки кивнула головой, и парень понял, что это знак согласия. Блайт убрал ее рыжие, мокрые волосы вперёд, чтобы те не мешали ему массажировать ее прекрасную спину. Увидев бледную и хрупкую спинку, парень боялся, притронуться к ней, ведь одно движения и ему казалось, что он ее сломает. — Тебе не больно? Я могу остановиться. — Нет, все нормально, продолжай. — ответила Ширли на вопрос парня. Ей хотелось чтобы он не останавливался. «Что ты со мной делаешь, Гил?»  — в мыслях подумала рыжеволосая. Проводя кончиками пальцев по тонкому плечу, Гил дотронулся до постепенно высыхающих волос Энн и услышал тихий стон. Девушка, осознав, что выдала себя, испуганно расширила глаза и покраснела. Сердце застучало с бешеной скоростью и девчушка отвела взгляд. О боже. Как же это неловко, как же нехорошо вышло перед Гилбертом. — Черт, мне … я, боже. — мысли путались и она вдруг услышала тихий шорох и к Ее плечу прислонились мягкие, тёплые и податливые губы, отчего каждая клеточка Ширли взорвалась бурным фейерверком. Шумно вздохнув, Энн улыбнулась. Чувствуя тёплые губы Блайта на своей плоти, девушка блаженно закрыла глаза и откинула голову, поддаваясь под незатейливые ласки, как вдруг нахлынувшие воспоминания побоев в детдоме, заставили Катберт испуганно отпрянуть от юноши. — Стой, я не могу! — Энн, все в порядке? Прости, мне не следовало… — Все хорошо, просто… я не знаю что на меня нашло. — прошелестела рыжеволосая. — Тебе надо расслабиться. Ты пожалуй полежи, а я пой… — Стой! — вдруг она перебила парня тем самым удивила его. — Не оставляй меня одну, прошу! Брюнет был рад слышать это. Он сел рядом с Энн и продолжал смотреть на нее и думая о том, какая же она прекрасная. — Словно кусочек солнца упал на эту землю, чтобы осветить весь мрак на этом свете. Энн, покраснев, положила голову на плечо Балайта. — Мне никто не говорил столь романтичных слов. — Ее бирюзовые глаза столкнулись с серебристыми, — Ты первый. — Надеюсь, что я буду твоим первым, раз и навсегда. — усмехнулся тот и девушка, растрогавшись поцеловала его. Ширли была одурманена поцелуями Гила. Она получала удовольствие от страстного поцелуя. Ее тонкие губки тёплых губ брюнета. Поцелуи парня снижались все ниже и ниже, были слышны тихие стоны рыжеволосой. Он целовал ее шею властно, но при этом даря нежность, ведь он это умеет. Энн ухватилась за его шею своими острыми ногтями. Она понимала что причиняет боль, но по другому не могла. Затуманенным взглядом, девушка окинула Гилберта, коготками легонько царапая его плечи сквозь белоснежную и эластичную рубашку. — Почему именно мне достался такой чудесный человек, как ты? Почему я? — Знаешь… я тоже не понимаю, чем заслужил такое чудо, как ты. — шепнул он ей и его дыхание шелохнуло немного высохшие волосы рядом с ухом. Вздрогнув, Энн, закусила губу и наклонившись к его губам, поцеловала. Каждая клеточка рыжеволосой, каждый кусочек Ее сознания и тела, сгорало от каких-то непонятных ощущений и та рывком опустив Блайт на спинку кресла, оторвалась от него и посмотрев в немного удивленные глаза, дождалась в них разрешения и снова припала к губам. По телу Парня бегали мурашки. Она его целовала. Блайт ощущал ее всю. Он хотел продолжить, но мысли в голове останавливали его. — Энн! Ты не понимаешь что мы делаем. Ты уверена, что хочешь этого? — Заткнись. — зашипела та, остатаяляя поцелуи на его лице и губах. Гилберт был в недоумении от своей возлюбленной. Он восхищался ею. Ему понравилось как рыжеволосая ответила на его вопрос. — Любимая. — прошептал тот в ушко Ширли. Девчушка, покраснев, лишь самодовольно хмыкнула, проведя нежно ладонью по его кудряшкам. Гилберт Блайт был настолько задумчив и увлечён, что не заметил, как холодные и тонкие пальцы Энн пробрались под его полурастегнутую рубашонку. Подхватив Ее на руки, парень смог дойти до ближайшего дивана, так как уходить куда-то подальше уж не было сил. Сердце Катберт сильно заколотилось, когда та приземлилась на мягкий диванчик, а Ее волосы распластались в разные стороны. Брюнет навис над ней и аккуратно поцеловав, нежно дотронулся до Ее щеки. Оголенные ноги девушки обхватили талию юноши, а ловкие руки успели до конца расстегнуть рубашку. Была тишина. Лишь дикий и нескончаемый ливень бил в окна, заглушая звуки поцелуев, создаваемые возлюбленными. Секунда. Рубашка Гила была отброшена назад, задев вазу на столе, которую купила Мэри. Рыжеволосая хихикнула и обняв парня, прижалась к нему всем телом, неразборчиво целуя. Зашипев, Блайт наконец потянулся к поясу на халате и вскоре девушка почувствовала знойный холод по всему телу. Он целует Ширли жадно, словно кто-то заберет ее у него. Он подчинял ее своим объятием и ей это доставало приятный комфорт. Медленно Гил стал снимать свои брюки, но мысль о том, что Энн представит боль, решило остановить его. — Я не могу. Я боюсь сделать тебе больно. — отпрянул от неё тот, сев на краешек. — Гил… я люблю тебя. Очень. Я бы не сделала бы это, если бы не любила и не доверяла тебе. Я… примерно знаю, что надо делать. Я… черт, прости, мне… — медленно наклонившись, Блайт поцеловал Ее и укутав пледом, заметив Ее подрагивающие плечи, прижал к себе, опуская обратно вниз. — Я просто не хочу тебе… — Я знаю. Я готова. — шепнула та. Энн была готова, что парень ее мечты возьмется за это дело. Казалось бы, словно вчера они были детьми, которые терпеть не могли друг друга. Которые боялись подойти к друг другу, но сейчас они плавают в собственной любви. Парень взял девушку и усадил ее на колени, продолжая ее страстно целовать. Девушка зацепилась за его кудрявые, темные волосы. Она боялась навредить ему боль, держась за его волосы, но она и не могла их отпустить, так как слишком привязалась к нему. Вдруг, девушка услышала какой-то неразборчивый шёпот и резкая боль расползлась острыми ножами по всему телу. Не выдержав болезненного вскрика, Энн заплакала и прижалась сильнее к Блайту, который заметив гримасу боли на Ее лице, стал нескончаемо извиняться. Постепенно, колющая боль переходила к волнам удовольствия, от которых кружилась голова. Слезы высохли, болезненное шипение изменилось на нечто положительное и вскоре, боль ушла восвояси. Нет возможности коснуться. Нет возможности поцеловать. Единственное, что оставалось это — шептать его имя: — Гилберт! — ногти впились в расцарапанные плечи юноши, а тяжёлое дыхание становилось громче. Мир шёл кругом, поэтому Энн зажмурив глаза, поддалась чувствам, которые окутали Ее, словно волны на том песчаном пляже. Никто из них не знал сколько это длилось. Никто из них не знал сколько времени. От незабываемых эмоций, очнулись молодые люди, лишь тогда, когда дошли до конца и за окном появилось ослепляющее солнце. Накрыв возлюбленную пледом, тяжело дышащий юноша обнял девушку со спины и почувствовав Ее бешеное биение сердца, нежно поцеловал в макушку. — Я люблю тебя. — прошептал тот, — Я всегда любил тебя. — Энн повернулась к ему лицом и потеревшись носом о его щеку, прошептала: — Теперь мы навеки вместе. Проснувшись, Энн почувствовала, как сильные руки обнимают Ее за талию и кое-кто очень Милый сопит у неё под ухом. Чмокнув спящего брюнета в щечку, Энн блаженно прикрыла глаза, как вдруг из сладостной ауры Ее вывел резкий стук в дверь. Тихо встав, девушка недолго думая, открыла входную дверь быстро придумав в голове отмазку и увидела на пороге Чарли, который держал какую-то огромную коробку. — Блайт, я тебе… Энн? Что ты тут делаешь? — Моюсь. — уверенно ответила та, — Я руку повредила, когда упала во время ливня. Гилберт мне помог. Он сейчас спит и… — Любимая, ты где? — вдруг услышала рыжеволосая и расширив глаза от ужаса, повернулась и увидела юношу в одних штанах. Черт. — Свалил отсюда, идиот! — заорала та. — Удачи, друг! — крикнул ему Чарли и убежал восвояси. Теперь об их романе узнают все.