"Счастливые люди"

25 июля 2001 года Северус Снейп Час назад я выпроводил мисс Пинс из своего дома почти со скандалом. Она пришла мне сообщить, что собирается выйти замуж за какого-то бизнесмена, родителя одного из студентов колледжа (мне показалось, что она говорила о Люциусе Малфое, который и без нее на всякий случай женат). Что якобы ради нее этот человек готов пожертвовать всем (очевидная ложь, в которую при всем желании сложно поверить). Чего она пыталась этим добиться? Что я ее позову замуж? Или оскорбить и унизить? Второе ей удавалось бы с большей вероятностью, учитывая, что скорее всего половина ее истории была надуманной ложью, в которую она сама, наверно, не верила. И только я собирался выпить свое снотворное, чтобы попытаться лечь спать, как в мою квартиру раздался звонок. Что ей еще от меня надо? Я резко открыл дверь и увидел перед собой то, что ожидал увидеть в последнюю очередь. Передо мной стояла Долорес Лоу в коротком мятом сарафане, растрепанными волосами, проступающими синяками на запястьях, плечах, ногах, с опухшей щекой и потерянным беспомощным взглядом. Она не ответила на мой бессмысленный вопрос. -Сэр...- в ее дрожащих руках была скрепленная пачка долларов и чек, - я не могу с этим поехать домой. Я открыл перед ней дверь и отошел чуть в сторону.В голове крутились самые дикие мысли. У меня даже закралось подозрение, что она продает себя и какой-то ублюдок сотворил с ней такое. Я принес ей лед. И на мой вопрос "Что произошло?" она рассказала о том, что избалованный мальчишка Драко избил ее за "стукачество", а его не менее отвратительный и подлый отец всучил ей деньги за молчание, заботясь о своей репутации и репутации своей компании. И теперь Долорес собирается все спустить этим людям с рук. Я был более, чем зол на эту семью, потому что за сегодня как-то уж много неприятностей с ними связно. И дал я совет Долорес вернуть деньги скорее из личной неприязни, нежели из справедливости. -В любом случае, сейчас я вызову такси и вместе с вами отправлюсь к Вам домой, чтобы быть уверенным, что с Вами все в порядке. И кроме того,я поговорю с Вашей бабушкой, думаю, она примет правильное решение и завтра же напишет заявление. Я абсолютно точно намеревался отвезти Долорес домой. Я не настолько подвержен своим страстям, чтобы воспользоваться подобной ситуацией. Да и как потом объяснять ее бабушке, что я не отвез ее домой. Хотя маленький соблазн был с самого начала. -Нет! Я не поеду домой в таком виде! Никогда! Если собираетесь отправить меня домой, то я лучше уйду! -Куда Вы пойдете? Даже не надейтесь, что уйдете от сюда куда-то кроме дома. Она смотрела на меня огромными несчастными глазами. -Тогда позвольте остаться здесь! Но я был неумолим. -Исключено, - я намеревался звонить в такси и уже снял телефонную трубку. И ее дрожащий голос позвал меня. -Прошу Вас, сэр. Я не должен был оборачиваться, но обернулся, чтобы увидеть ее, сжавшейся в комочек и плачущей. - Я не хочу оставаться одна. Бабушка будет только бить меня и ругать за то, что я ее не послушалась. А мне и так больно...пожалуйста­. Я чувствовал злость на ее семью, на ее судьбу. Я представлял насколько она одинока и несчастна, может быть, куда больше моего. Я хотел бы ее спасти. Защитить от всего. Никому бы не позволять обижать ее. Но в итоге, разве она сама мне не скажет, что я стал худшим,что случилось в ее жизни? В итоге, разве она сама не назовет все ошибкой? Я набираю номер такси и называю адрес. Я подхожу к ней: -Поднимитесь с пола, Долорес. Она смотрит на меня, как на предателя. Я хочу протянуть ей руку, но воздерживаюсь. И она встает сама, молча, более не удостаивая меня взгляда. -Вы понимаете, что своими капризами Вы доставите мне кучу неудобств и проблем. -Я бы ни за что не рассказала, что была у Вас. Я же не дура, - немного огрызается она -Я не тот человек, кто поведется на подобную авантюру. -Я просто попросила помочь, - говорит почти теряя надежду. -Я помогаю так, как считаю нужным. -Это вовсе не помощь...- упрекает она. -В таком случае Вы выбрали не того человека, чтобы обратиться за помощью. Она больше не спорит. Разочарована. Я не чувствую сожаления, разве что - немного. Я могу лишь пофантазировать, чтобы могло произойти: я бы положил ее спать на диване, а сам бы закрылся в своей комнате. Она могла бы постучаться в мою комнату, а я бы не открыл. Я бы мог даже выставить ее обратно в гостиную. А Вы думали, я кинусь на нее с поцелуями? Или может стану подглядывать за ее переодеваниями? Да я даже переодеться бы ей не дал, а в душ бы и тем более не пустил. Не сейчас. Разве Вы не видите, что все это не месту? Я похож на животное, которое бросится на эту девочку, как на кусок мяса? 10 лет назад я совершил такую ошибку по своей же глупости. Сейчас все иначе. Я уже переоделся в повседневное, ожидая такси. Ночью на улице стало значительно прохладнее и шел дождь. Она грустно смотрела в окно. -Вы дадите мне что-нибудь накинуть? В машине тоже может быть холодно. Конечно, я заметил, что она в одном сарафане, но предложить ей что-то из своей одежды показалось мне неуместным в данный момент. Я подал ей чистый свитер треугольным вырезом, который я часто носил на работе. Она нырнула в него головой и просунула тонкие ручки в широкие рукава. Такси приехало. Мы вышли на улицу под моросящий дождь. Я закрыл дверь в дом. Долорес стояла возле меня. Я первый спустился с короткой лесенки, подошел к машине и открыл дверь, поторапливая свою подопечную взглядом. Она апатично залезла в машину. Я закрыл дверь изнутри. -Сколько времени займет дорога? - холодно спросил я у водителя. -Минут 30. Нужно побыстрее? -Нет, в такую погоду не стоит торопиться. Я сидел у окна, усыпанного каплями дождя снаружи. Дождь расходился. Долорес сидела по середине сиденья, даже ближе ко мне. Она закрыла глаза,и выглядела скорее вымотанной, чем сонной. Я смотрел на время. 20 минут так много и так мало. Через 5 минут ее белобрысая головка опустилась мне на плече.Молча, осторожно, робко. Я знал, что она не спит и даже не дремлет. Ее рука лежала в сантиметре от моей руки на сиденье. Через минуту в миллиметре. Через мгновение я мог чувствовать соприкосновение нашей кожи. В этом еще не прослеживалось конкретного действия, все это еще можно было списать на случайность, усталость и прочее. Но так она искала тепла, искала меня и способа меня коснуться. И вот такой способ она выбрала. Самый правильный способ. Еще 5 минут прошло, и словно вся моя чувствительность, все ощущения были сконцентрированы в моем плече и на краю моей кисти, уходя в мизинец. Я хотел бы продлить этот момент. Я чувствую, как немного дрожащий мизинец Долорес робко и неловко перебирается поверх моих пальцев. Она знает, что я чувствую это. Она знает, что я позволяю. Она смелеет и ее ладонь накрывает мою руку гладящим движением. Я раскрываю ей свою руку, переворачивая кисть ладонью вверх. Я чувствую, что она испугалась моего движения, думая, что я заберу свою руку и оттолкну ее. Но я медленно сплел ее пальцы со своими и плавно сжал ее руку. Я слышу, как изменилось ее дыхание. Она выдерживает неподвижность ровно минуту, а потом начинает гладить мой большой палец своим, увеличивая амплитуду. Ее пальчик томно проводится по перепонке между указательным и большим пальцем. Постепенно это приобретает все более эротический характер. Она ласкает каждый мой палец характерными движениями, словно это половой орган. Вы думаете она хочет близости со мной? Ошибаетесь. Безусловно ее возбуждает эта игра, но, я уверен, что в действительности она хочет только близости наших рук. Я могу поиграть с ней немного, что я и делаю. Я заставляю ее руку перевернуться и слегка вдавливаю ее в сиденье. И среднем пальцем провожусь, слегка, но заметно, надавливая на ее ладонь, минуя все три линии, выхожу на запястье и веду движение вдоль сухожилия. Эта девушка дрожит и сжимает колени. Я даже не целовал ее. Пожалел ли я хоть на секунду, что не оставил ее дома? Нет, ни секунды. Оставалось пара кварталов до ее дома. С последним движением я убрал свою руку, давая себе и ей возможность прийти в себя. Такси остановилось. Все это время не было произнесено ни слова. Я вышел из машины. Следом за мной вылезла Долорес, и как-то грустно добавила: -У меня , кстати, завтра день рождения. Правда, у Вас вряд ли получится меня поздравить. Дверь открыла бабушка Долорес. Тучная женщина, тяжело переступающая с ноги на ногу в старом халате, с седыми тонкими волосами. Предстоял непростой разговор на пороге дома, в котором я объяснил сложившуюся ситуацию, стараясь немного смягчить роль Долорес и преувеличить "заслуги" Малфоя. После чего я передал деньги и чек, взятые от Долорес. Я хотел было порекомендовать вернуть эти деньги семье Драко и написать заявление в полицию. Но негодование утихло, и трезво я мог оценить, что это бессмысленная трата денег и сил. Я приукрасил. Моя обида на Люциуса за то, что он увел Ирму, сгладилась инициативой ласковой девочки. Мисс Лоу грубым тоном приказала Долорес зайти в дом, что та и сделала. Она выглядывала где-то из конца прихожей, смотря на меня, как будто умоляя. Я мог видеть ее через плече старой женщины на пороге. Я понимал, что эта женщина со строгим лицом определенно накажет эту девочку. Я понимал, что это было бы справедливо, ведь судя по всему Долорес пренебрегла многими установленными ее бабушкой правилами. И в то же время, я не мог внутри примириться, что кто-то посмеет причинять ей боль, даже словесно, пусть это и будет ее родной человек. Я прощался с мисс Лоу старшей, которая поблагодарила меня за всякие бессмысленные вещи. Прощаясь, я последний раз взглянул на Долорес, которая сиротливо стояла в конце коридора в моем свитере. Дверь закрылась. Я сел обратно в такси. Попросил подождать с минуту. И из открытого окна стал слышать неразборчивые крики. Я не имел права вмешаться. -Поехали. И машина тронулась с места. 25 июля 2001г Долорес Лоу Этот жестокий человек все таки вызвал такси. Бабушка убьет меня после всего. Даже после короткого спора между мной и профессором, он оставался непреклонен. Слишком принципиальный. О чем я только думала? Странно, я ждала его внимания, я надеялась, что он передумает в последний момент или хотя бы смягчится, может быть прикоснется к моему плечу. Не дождалась, конечно. Было такое ощущение, что я призналась ему в любви, но оказалась отвергнута. Но я не признавалась. Я сделала что-то хуже, что-то более постыдное. Я плакала перед ним, рассказала ему о моих отношениях с бабушкой, а еще я просила оставить меня у себя, хотя бы на ночь. Что он мог подумать? Впрочем, какая разница? В любом случае он отверг бы меня. Такова реальность. Это был лишь мой бред, что только своей молодостью можно понравиться взрослому мужчине, на деле - я просто глупая малолетка для него, просто очередная безнадежная студентка. Почему же от этого так обидно? Почему же так хочется понравиться ему? Мне кажется, что я уже физически начинаю ощущать потребность в его внимании. Но он даже не находится со мной в одной комнате. Кажется, он ушел переодеться. Посещает желание одеть, что-нибудь из его вещей, что-нибудь с его запахом. На улице пошел дождь, заметила я, апатично глядя в окно. Профессор как раз вернулся, переодетый в повседневное. Маленькая хитрость, произнесенная безразличным тоном(он не должен понять мои мысли): -Вы дадите мне что-нибудь накинуть? В машине тоже может быть холодно. И я получаю его свитер. Правда стиранный, и пахнет от него стиральным порошком и кондиционером. Но я все равно с наслаждением залезаю в сильно великую мне вещь. Мы едем в такси. Я закрываю глаза, чувствую усталость, бессилие и нервозность перед встречей с бабушкой. Что-то тянет под ложечкой и я не знаю, куда себя деть, чтобы это чувство прошло. Я опускаю голову на плече Снейпу. Нервозность все еще остается, но он не прогоняет меня. Этого все еще мало. Моя рука медленно перемещается ближе к его руке. Это занимает меня на какое-то время. Я наглею и пытаюсь взять его за руку. Допустила глобальную ошибку, он сейчас уберет руку и мне будет еще более стыдно. Но он сплетает свои пальцы с моими, и мое тело все реагирует. Я чувствую, как струя возбуждения проходит по моему животу вниз, распределяясь по стенкам влагалища, простите за подробности. Я ласкаю его пальцы, намеренно возбуждая профессора. Я стараюсь делать это медленно и нежно, и вместе с тем я чувствую нетерпение. Я понимаю, что все это бессмысленно, ведь мы в машине такси. Таксист не замечает, что происходит сзади, впрочем мне становится абсолютно все равно, когда профессор делает одно движение, проводясь средним пальцем по моим ладони и запястью, вдоль сухожилия. Я невольно представляю, как бы он сделал то же самое, но уже между моих половых губ, углубляясь внутрь. Он убирает руку, как раз в тот момент, когда мне начало становиться мало этой эротики только в прикосновениях рук. Вот и дом. Я печально сообщаю о том, что завтра мой день рождения, выходя из машины. Я бы хотела, чтобы он меня поздравил,может как-нибудь потом. Я не хочу расставаться. И мне еще более жаль, что мое состояние быстро развеется криками бабушки. Выглядываю из конца коридора прихожей, чтобы увидеть Снейпа, который все еще разговаривает с моей бабушкой. Я бы хотела, чтобы он меня забрал. Бабушка закрывает за ним дверь. И грузно переступая с ноги на ноги настигает меня, я делаю шаг назад. Я знаю, что виновата, я знаю, что она была во всем права. Я знаю, что если бы я и дальше бы ее не слушала, то правда бы закончила, как моя мать. -Убирайся прочь в свою комнату! - сразу рявкает она на меня, - Чтобы глаза мои тебя не видели! Прочь! - она швыряет мне прямо в лицо скрепленной пачкой денег, - Потаскуха! Вся в мать! Один в один! Придушить мало! Я не дожидаясь больших оскорблений, убегаю в комнату и закрываюсь в ней. Я не хочу обо всем этому думать. Я ложусь в кровать и закрываюсь одеялом. И возвращаю себя мыслями к профессору Снейпу. Постепенно мои мысли полностью заполняются им, а в мое тело возвращаются те ощущения. Уже час, как я думаю об этом, о его руках. Я снимаю с себя сарафан и свитер. Снимаю все нижнее белье.Я бережно беру его кофту и прижимаю к своему обнаженному телу, представляя своего профессора. Я расстилаю свитер на подушке и встаю на четвереньки, как бы нависая над ним. Пальчиками одной руки я придавливаю и тру свой клитор. Я утыкаюсь лицом в ткань кофты и ложусь на бок. Я обнимаюсь с этой вещью, опуская ее к низу живота и продолжая имитировать движения пальцами. Кончаю, от мысли, что отдам ему вещь в обнимку, с которой мастурбировала. После удовлетворения, приходит еще и легкое чувство стыда и отвращения, но я прогоняю их. Я лежу на спине, накрыв себя кофтой. -Профессор Снейп...Се-ве-рус..­.- произношу его имя уставшим голосом.