Никто

«Саске, хватит, остановись» «Хватит мне сниться, Кира, проваливай!» «Твоя чакра безумная. Ты убиваешь себя, Саске» «Ты умерла. Тебя нет. Прекрати мне сниться!» «Итачи отдал жизнь, защищая деревню! Ты не можешь!» «Могу, Кира. Я убью каждого» Я резко села на кровати, тяжело дыша, покрытая мелкими капельками холодного пота. Последнюю неделю, после того, как Учиха убил Данзо из Листа, я пытаюсь до него достучаться, но не могу. Уже поздно. Минато проснулся, сидел в углу кроватки и теребил игрушку, которую им подарил Суйгецу, и пальцы сестры, завороженно на него смотревшей. Они всегда вели себя тихо, и сегодня им исполнилось полгода. Дети росли невероятно быстро и развивались быстрее, чем должны. Малышки уже во всю садились, ползали на животе, а любимым занятием было бросать в меня игрушки. Я часто читала им книги, и Микото внимательно слушала, заглядывая мне в рот, пока Минато сопел в обе дырочки. Они очень разные, и характер уже формировался. -Испечём торт? - спросила я, но сын непонимающе на меня смотрел, обсасывая любимую зеленую погремушку. Усмехнувшись, двинулась в ванную, попутно проверяя близ лежащую территорию и периметр на наличие врагов или других людей. Чисто и тихо. Действительно гора Плача. Я вышла с зубной щеткой во рту и поставила чайник под пристальные взгляды маленьких чёрных глаз, после чего включила магнитофон со старой кассетой. Музыка заиграла, на что дочь лучезарно улыбнулась двумя зубами. Я усмехнулась. Так начиналось каждое утро. Я смогла оклематься от смерти Итачи, старалась аккуратно привести в чувства Саске через сны, так как никакого глаза Шисуи не было и в помине, и периодически виделась с Суйгецу, который докладывал мне о делах извне. А ещё отношение к детям несколько улучшилось, и я уже разбиралась, что и как делать в определенных ситуациях. Прочитала несколько книг, и стало легче с ними заниматься. Уже ближе к вечеру я испекла торт, самый простой, украсив его ягодками из ближайшего леса. Готовила без изысков, но есть можно, да и никогда на этом не зацикливалась, питаясь в основном фруктами и овощами. Двойняшки до сих пор ели «меня», а молоко у меня и не собиралось пропадать, и грудь совсем не изменилась, даже не уменьшилась после родов. Это радовало. Физическую форму тоже хотелось бы восстановить. -Кто-то приближается, - тихо протянула я, попав ложкой с яблочным пюре в маленький ротик Микото, которая с удовольствием съела порцию, сидя в кроватке. Вся наша семья состояла из сладкоежек. И Итачи тоже обожал данго. - Кажется, это Суйгецу. И зачем я сказала ему, где мы находимся? Безумная у вас мама, - ещё одна ложка, теперь уже Минато, который умудрился пустить пюре по подбородку, выдавив через губы. Закатив глаза, я вздохнула и вытерла грязную мордочку платком, совсем не удивившись. - Почему ты не можешь быть спокойным, как твоя сестра? -А вот и я, - я даже печати от входа ему показала, идиотка. Слишком не безопасно, но одиночество сказывалось. Хозуки был первым, кто заметил мой холод в сторону детей и поставил на место. Ему было плевать на мои сильные глаза, и он набил мне шишку на голове. - Ну ты и так знаешь, - Суйгецу вальяжно зашёл, снимая меч со своей спины и с горохом опуская на пол возле ближайшей стены. Третий раз у нас, а уже чувствует себя, как дома. Типичный Хозуки. -Как Саске? -А обо мне не хочешь спросить? - обижено скривил губы, но потом медленно подошёл, потирая затёкшее плечо и облокачиваясь возле меня на борт кроватки. - Стабильно хреново. Да и я тоже устал. Еле вырвался сюда. -Он не следил за тобой? - протягивая ложку Микото. - Ам! Вот молодец. Научи и брата своего так есть. -Нет, не следил. Но скоро мы уходим на поимку Восмихвостого, поэтому не знаю, когда увидимся в следующий раз. Дай мне покормить! Для Суйгецу дети были словно игрушки, а те и рады ими быть, хлопая в ладоши при виде зубастой ухмылки. Сначала мне становилось страшно только при одной мысли, что Хозуки протянет к ним руки, но позже я привыкла смотреть, как те радуются ему и теребят белые волосы возле плеч. Об отце детей речь не заходила ни разу, да и Суйгецу не хотел вникать в такие подробности. -Кира, - я отрезала кусок торта, положив его на тарелку перед другом, который плюхнулся на стул, прижимая одну ногу к груди. - ПараМи уснули. -ПараМи? -Ну да. Пара Микото и Минато. Тебе не нравится? - я засмеялась, отворачивая лицо. Суйгецу вжился в роль дядюшки. - Чего ты ржешь? - сам усмехнулся, краснея и поедая торт с превеликим удовольствием. Они, наверное, совсем не едят домашнюю еду, так как до этого блондин уже навернул тарелку жареных овощей и миску супа. - Слушай, Кира. Может все таки стоит сказать Саске? -Нет. Это опасно для детей. Неизвестно, что произойдёт после этого. -Он сходит с ума и совсем запутался. Собирается убить даже своих друзей, - ладони сами сжали горячую кружку, и часы слишком громко тикали в повисшей тишине. Мне было стыдно говорить все это другу. - Мы не можем его остановить, и просто следуем за ним. -Если он узнает, что я жива, то захочет убить меня и детей, - сомневалась, но рисковать нельзя! -Да с чего ты взяла? Эти дети... -От его брата, Суйгецу. -Что? Снова тишина. Я отпила из кружки, проглатывая с силой обжигающий горло чай. Пара фиолетовых глаз сверлила моё лицо, и вилка воткнулась в кусок торта, глубоко врезаясь в бисквит. -Я даже спрашивать не буду, как это произошло, - сердце бешено колотилось, и я все больше посвящала в свою жизнь человека, который находится возле Саске постоянно. Рискованно. Но Суйгецу никогда и не желал, чтобы я была с Саске, и вовремя наших тренировок сильно бесился, что мы так близки. Он не хотел, чтобы я доверяла Учиха, а теперь сам следовал за ним. - А ты... Любила его? -Наверное. Ты не представляешь, как я запуталась. Думаю, что да, - горько улыбнулась, вспоминая время, проведённое с Итачи. Даже то, что я была изначально часть его планов не расстраивало меня. Мои легкомысленные действия, связанные с пророчеством, тоже были мерзкими. Так уж сложилось. - Я вдова. «Чёрная» - дополнила в мыслях. -Ты стала его женой??? -Да. Я Учиха, - Суйгецу не унимался завороженно поглощать торт, не спуская с меня большущих шокированных глаз. - У меня особо не было выбора, - чуть не засмеялась, вспомнив, как смущенный Итачи протянул мне мои первые документы. Так себе предложение руки и сердца. -Ну, они его племянники. Не думаю, что Саске тронет их. Он же узнал правду о Итачи. -Я не могу доверять ему, он безумен и... -Или не хочешь ему доверять? Он читал меня, как книгу, и как бы сильно не хотелось избавиться от мыслей, что я не подпускаю к себе Саске, у меня ничего не получалось. Возможно, это неправильно. И, наверное, абсолютно не тактично. Но страх оказаться растоптанной не собирался покидать моего тела. Да ещё и дети. Злость поутихла, ненависть к нему осталась, хотя всеми силами я пыталась помогать ему выбраться из ада. Правда, делала это не напрямую, косвенно через сны, но помогала, как и хотел Итачи. Не думаю, что он бы обрадовался моему безрассудному поведению и появлению на поле боя. -Мне нужно идти, и я обязательно вернусь, чтобы дослушать твоё «увлекательное путешествие», - кавычки показал пальцами в воздухе, утрируя. Моё ледяное лицо грустно смотрело ему в спину, пока тот не закинул на неё свой Обезглавливатель. - Эй, не грусти. Иначе я приведу сюда Учиха и точно тебя развеселю! -Только попробуй! Заливистый громкий смех и румянец на щеках заставили мою душу замереть, запоминая каждую черточку. Мой друг вернулся, и я не хотела снова потерять его и остаться одна. Это тяжело. Слишком. «Учиха, приди же в себя! Ты поступаешь не разумно» «Какое тебе дело до меня, Кира? Ты будешь донимать меня каждую гребаную ночь?!» «Итачи не хотел этого. Он защитил целый мир, а ты с тем, кто его разрушает» «Раз ты такая умная, почему же сейчас тебя нет здесь? Он даже тебя защитить не смог, работая с тобой! Этот мир заслуживает того, чтобы заснуть навсегда» «А ты уверен, что я мертва?» «Что?» -Эй, девушка! - я обернулась на голос знакомого торговца за прилавком, замечая тяжесть детей на своей груди. Пора придумать другое средство передвижения для них. - Слышала новость? Тебе не стоило бы ходить по улице с такими малютками. Да и эвакуация скоро, - не веря своим ушам, я осмотрелась. Действительно, улицы почти пустовали, и даже прилавки на рынке распродавали последние продукты. -Что случилось? Неужели... -Война, девочка моя, - дедушка рядом грустно покачал головой, опираясь на трость. Дыхание перехватило к чертям, и сердце бешено застучало, разнося боль по всей груди. Может, стоило прикончить Тоби ещё тогда? Нет, я не должна вмешиваться. - Пару дней назад объявили. Скоро будут эвакуировать людей в Лист, так что не теряйся. -Шиноби совсем с ума посходили, - женщина мокрым взглядом осмотрела товар, который начинал подгнивать от нехватки клиентов. Солнце никого не щадило. - Некуда силу девать. А о нас, мирных людях, и думать забыли. Куда смотрят Каге? -Нам сейчас нужно только на них и надеяться. -Все будет хорошо, - я решила приободрить их, но тут же вспомнила о Асуке в стране Мороза, а по мнению Итачи именно там будет разгар сражений. - Что с другими странами? Мороз? -Тоже будут эвакуировать в Коноху. Посмотрим, к чему это приведёт. После этого разговора, я медленно шла домой, и перед самым входом в логово отпустила детей на траву возле себя. Решила, что им стоит посмотреть на мирное небо над головой, пока оно ещё существует. Я понимала, что Саске на стороне Обито, и все это могло очень плохо закончится. Дети уже вставали на ноги, и скоро начнут ходить, а я совсем без формы и не подготовленная к сражению. Только на глаза и могла расчитывать. -Ма...ма! Я подняла взгляд, полный изумления. Микото, смотря на меня большими чёрными глазами, снова повторила: -Мамама! Улыбка расползлась на губах, и руки предательски задрожали, заставляя зажмуриться от нахлынувших чувств. Только мои дети приносили в мою жизнь радость, и если раньше видя их черты Учиха, становилось беспощадно больно, то теперь вид чёрных волос и идеального овала лица вызывал восторг и тёплые воспоминания. Минато не давал сестре покоя, теребя её за волосы, и я спохватилась их разнимать, заметив одну очень важную деталь. -Микото..., - приблизившись, разглядела белую прядь на идеально чёрных волосах. - Ну слава богу, а то будто только папа и старался. Сама пошутила, сама посмеялась, тут же хватая голову сына и пытаясь обнаружить тоже самое. Ну надо же! Нашла. У дочери слева, у сына справа. И появились они очень быстро и неожиданно, ведь ещё вчера в ванной ничего не было. Я не беспокоилась о них, так как чакра в маленьких телах еле чувствовалась, а здоровье находилось в полном порядке. Но стоило ли вообще чему-то удивляться в этом странном мире шиноби? -Нам пора, - подняв детей с земли, я двинулась в убежище, ставшее нам домом ещё на долгие два года. «Кира...? Ты здесь?» Я молчала, как партизан, боясь хоть слова произнести. Упертый болван умудрился связаться со мной, хотя чакра в моем теле и так была занижена до предела и вся уходила на поддержание печатей вокруг логова. Связь между нами висела на волоске, разорванная мной много месяцев назад техникой, и я никак не могла оборвать её до конца, сколько не пыталась. Может, и к лучшему. Кто его знает. «Идиот. Просто сон» Моё тело содрогнулось, и я уже собралась ответить, как почувствовала приближение очень знакомой чакры и резко подскочила на месте. Тёплая, ласковая. Еле уловимая. -Это же не может быть... Война шла полным ходом, взрывы не прекращались, и я отбивала белых клонов Зецу от убежища пару раз в неделю стабильно. Этот ублюдок знал, что я жива, и пытался добраться до моих глаз и детей, всячески пробивая печати, но ни разу у него не вышло даже немного к ним приблизиться. Но сейчас не об этом. Чакра Итачи действительно ощущалась, и мои сенсоры отреагировали, покрывая кожу по всему телу гусиной кожей. Я не хотела с ними мириться, не верила ни единой капли, так как знала, что клоны, которые напитаны моей энергией с лихвой ещё со времён моего заточения, могли копировать чакру и внешность. Уже убедилась, разрезая «Суйгецу» напополам одним взглядом. Дверь открылась, и я со страхом ринулась в сторону кроватки, хватая детей и запирая их в шкафу. ПараМи вчера исполнился год. -Мама? -Сидите тихо, - я прислонила палец к губам, и они знали этот знак, вжимаясь в угол и зажимая ладошками рот. Смышлёные. Повернувшись, я застыла. Итачи. Проглотив комок боли, я достала кунай, сама не понимая, зачем, но готова атаковать всем, чем придётся. Его лицо выглядело странно, покрытое трещинами, а глаза абсолютно чёрные, с двумя ярко-красными шаринганами. Бардовый плащ, и эта нежная улыбка, заставили меня всхлипнуть, но я тут же сжала челюсти, выставляя холодное оружие перед собой. -Я рад тебя видеть. -Заткнись, - мне нужно было напасть, но я просто не могла этого сделать. Даже риннеган не отличал подлинности, благодаря клеткам Первого Хокаге. - Я не поведусь на такие уловки. -Почему же не нападаешь? Сердце с силой ударилось о грудную клетку, и я быстро проморгалась, ощущая пелену слез на глазах. «Никаких, мать его, слез!» -Это я, Кира. Нечестивое.... -Заткнись! - я кинулась на него с кунаем, не в силах применить против него свои глаза. Посуда на столе разлетелась на осколки, и я подчинила себе выброс чакры, чтобы не сломать что-нибудь ещё и не навредить детям. Но что произошло? Он даже не увернулся. Лезвие разрезало его грудь, и та медленно, аккуратными листочками, собралась обратно. Я почувствовала невозможное ощущение пустоты и смерти. -Что происходит? Какого черта?! -Не подвела меня. Защищаешь их до последнего, - эта улыбка заставила мои ладони задрожать, и кунай с гербом Учиха упал на деревянный пол, разнося характерный звук по всей комнате. -Ты... Итачи? Такие непривычно холодные, но родные руки обняли меня за плечи, и я больше не могла сдерживать слез. От боли мне разрывало грудь, а тело так дрожало, что муж содрогался вместе со мной. Кулаки сжимались. Голова кружилась. Время застыло, как камень. Даже часы не тикали. -У меня очень мало времени. Идём, - прикоснувшись губами моего лба, он отстранился и двинулся к выходу, пока я не могла сдвинуться с места и просто смотрела ему в след. Мой мозг отказывался верить в увиденное. - Оставь клона. Нам хватит пары минут. -Ку...да? -Быстрее, Кира. Время. Дрогнув пальцем, я создала трёх водяных клонов, все ещё ошарашенными глазами глядя на спину близкого мне человека, который точно был мертв. Мышцы отказывались меня слушаться, и прийти в себя оказалось слишком тяжелым занятием. Повиноваться Итачи было для меня привычном делом, и я обернулась, открывая шкаф с детьми и присаживаясь на корточки. -Мама вернётся через минуту. Сидите тихо, - повторилась, снова поднося палец к губам, но они и без этого держались за ручки и прижимали ладони к лицу, чтобы тише дышать. - Если кто-нибудь приблизится, кричите. Они выглядели спокойными и уверенными, покорно слушаясь каждому моему слову. Двери задвинулись, и я быстро устремилась на улицу, приказав клонам защищать малышей. Собирался дождь, небо ужасно заволокло. Я запечатала вход и устремила своё скованное дрожащее тело следом за мертвым мужем. Мне становилось страшно. Никогда ещё я не находилась так далеко от детей. -Что происходит? -Нечестивое воскрешение Кабуто. Многие восстали из мертвых, и подчиняются воле призывающего. Глаз Шисуи сработал на мне, и я отправил клона из воронов в сторону убежища Кабуто, и скоро сам последую туда. Нужно остановить его. -Ты должен скорее идти туда! Куда ты меня ведёшь? -Здесь, - он остановился, и перед нами открылся просто ужасный вид, убивающий во мне каждую живую клеточку. Я пожалела, что не убила Обито, видя трупы множества людей и слыша взрывы совсем близко. Кровь, куски мяса, искаженные лица в приступе боли. Кишки. Моя нижняя губа тряслась, и чакра подступала к глазам, пока я не почувствовала одну маленькую деталь. Очень слабый, но такой сильный, единственный поток на сердце одного из тел на земле. Итачи тут же склонился над мужчиной, и аккуратно положил его себе на плечо. Рана на животе шиноби была точно не совместима с жизнью, и он не дышал. Сердце не билось. Но что-то внутри ещё держалось за жизнь. -Передай ему чакры, - я беспрекословно подошла и сделала это, делая поток сильнее, но чтобы завести его сердце и заставить органы работать, мне нужно больше времени. Режущая боль охватила мой живот и грудь, и все ранения мужчины отразились на мне, словно меня пронзили несколькими орудиями одновременно. - Ты в порядке? -Да, - сильно морщась, выпрямилась. - Нужно срочно возвращаться. Учиха рванул с места, и я последовала за ним, держась рукой за грудь и переживая сильную боль. На меня волной нахлынуло чувство долга. Защита друзей. Надежда на будущее. Самопожертвование. То, что чувствовал шиноби перед самой смертью. Возле входа в логова томились и пытались пробраться внутрь сразу три клона, и я обогнала мужа, встав прямо перед ним и привлекая внимание белых ублюдков. Стоило мне поднять руку, как злость одолела меня, вырываясь огромным потоком чакры из глаз. Клонов разорвало на части, словно глину. Итачи напрягся, и я почувствовала, как он волнуется за моё состояние, но мне совсем не хотелось об этом думать. Сложив печати, я сбежала по лестнице вниз, чувствуя детей в абсолютном порядке в шкафу, и смахивая все осколки со стола на пол, которые раньше назывались посудой. Мой муж положил шиноби на стол, и я распахнула зелёный жилет, разорвав на нем кофту. У него оставалось пару секунд, и он точно канет в небытие. -Тебе будет сложно, но попробовать стоит, - приятный голос Итачи вселил уверенность, и худые руки легли на холодное тело, погружая в него огромное количество чакры, пропуская все эмоции мужчины через себя. Горькие слезы полились, обрывая возможность видеть хоть что-то перед собой, и я надеялась, что печати на убежище не дадут никому обнаружить меня. Саске мог почувствовать мою чакру. Ту-дум. Сердце глухо отозвалось, и шиноби с хрипом глубоко вздохнул, заставляя меня отскочить от него в страхе. Открыв серые глаза на долю секунды, снова закрыл их, под звуки своего же сердца, тяжелыми ударами бьющегося о грудь. -Я горжусь тобой, - обернувшись, я понимала, что еле стою на ногах, и реагировать хоть как-то на Итачи становилось трудно. Сенсоры бились в истерике. Учиха собирался подхватить стремительно падающее истощенное тело, но я устояла на ногах, медленно двигаясь в сторону шкафа. Отодвинув дверь, я упала на колени, осматривая детей на предмет сохранности. -Мама... -Все хорошо, - конечно понимала, что мой видок так себе, но пока ещё есть время, стоило показать им их отца. Худые ноги оттолкнулись от пола, и я отодвинулась в сторону, но двойняшки смотрели только на меня, сидящую рядом. Я улыбнулась. Итачи сделал пару шагов и замер, на что они сразу обратили внимание. Две пары чёрных глаз блестели от тёплого света, и они до сих пор держались за руки, не понимая, нужно ли ещё прятаться. Итачи опустился на корточки, немного наклоняясь вперёд. -Я... папа, - я засмеялась сквозь боль и слезы, не понимая, себе он сказал это или детям. Совсем не знал, как вести себя с ними, а по напряженному лицу пришло понимание, что времени совсем не осталось. Первая и последняя их встреча. -Папа, - повторил сын, снова переведя взгляд на меня и ища одобрение. -Как ты их назвала? -Долго думала, но все же выбрала. Минато и Микото. В честь Четвёртого и... -Мамы, - закончил за меня, улыбаясь им, и я видела, как его глаза стали влажными. Даже Нечестивое Воскрешение не гасило яркие и тёплые чувства. -Папа, - на этот раз дочь отозвалась, пододвигаясь к Итачи, который вытянул ей на встречу руку. Та, недолго думая, схватилась за палец, от чего Учиха дернулся и нахмурился, чувствуя боль и радость одновременно. Я отвела взгляд в сторону, скрывая горькие противные слезы, стекающие по щекам. Придётся терять его ещё раз. -Мне нужно идти. Слушайтесь маму и защищайте ее. Она иногда делает безумные вещи. Всхлип с моей стороны заставил детей забеспокоиться, но я уверенно обернулась, натягивая болезненную улыбку на лицо. -Не позволяйте ей больше плакать и следите, чтобы она ела нормально. -Ты опять командуешь..., - он улыбнулся ещё сильней, и никогда я не видела его таким счастливым. Он был рад видеть их, понимать, что оставил в этом мире что-то светлое и прекрасное. Они не запомнят этой встречи, и слов тоже, но это было неважно. - Даже сейчас. -Я никудышный отец. -Ты герой, Итачи. Таким отцом они точно будут гордиться. Он дотронулся моей щеки, и его лицо похолодело. Шиноби на столе со свистом вздохнул, и я испугалась, поднимаясь на ноги. Итачи следом вскочил на ноги, нехотя убирая руку от дочери. -Папа! -Мне пора. -Я знаю. Саске... -Разберусь. Не переживай об этом, - и он исчез, переместившись за пределы логова, стремительно удаляясь в противоположную от нас сторону. Специально ушёл резко, чтобы мне не было больно расставаться, и я повернулась к малышам, прикладывая палец к губам. Те сразу закрыли рот ладошками, прячась в угол шкафа и хватая друг друга за руки, а мои ноги понесли меня к телу, которое на ближайшие месяцы будет моим испытанием.