Терапия

Возможно, в этой главе Локи слишком ООСный, либо же он просто очень хорошо провел ночь xDDD Чем дальше, тем эпичнее, гарантирую ^^

Гиердис честно пыталась мучиться угрызениями совести, но это получалось с трудом, если учесть, как Локи сгреб ее в охапку, обвив руками и ногами, заснув с довольной физиономией. Как бы она не старалась воззвать к самолюбию или чести, выходило плохо. А что, Один сам разрешил ей прийти сюда, так что, в принципе, это и не ее вина. Что делать с Эберхильдом и грядущим замужеством, они подумают позже. Точнее, Локи подумает, потому что это в его интересах, чтобы валькирия осталась с ним. Так что девушка решила перестать беспокоиться по пустякам и наконец выспаться. Но для этого ей просто необходимо было перевернуться на другой бок и желательно отлепить от себя трикстера, который умиротворенно сопел ей в ухо. С одной стороны, это дико приятное ощущение сильных рук, которые тебя обнимают, но необходимость личного пространства еще никто не отменял. - Куда собралась? – Стоило ей шевельнуться, как принц усилил хватку, буквально прижав валькирию к кровати без возможности вырваться. - Пусти, мне так неудобно. - Зато мне хорошо. – Он приоткрыл глаз, с нескрываемым наслаждением наблюдая за недовольством девушки. – И ты не в том положении, чтобы ставить мне ультиматумы. - А если кто-нибудь зайдет сюда? - Мне кажется, Один ясно дал понять, что кроме тебя никто этого сделать не может. Он даже страже приказал покинуть пост. - Чтоб тебя… - Пробормотала валькирия, еще раз попытавшись вырваться из его рук. Но как-то без надежды. – Мне жарко. И очень неудобно, будь добр, держи все свои конечности при себе. – Заметив очередную глумливую ухмылку трикстера, Гиердис лишь закатила глаза. – Локи! - Звучит как вызов. – Его пальцы начали поглаживать ее бок, но девушка извернулась и укусила его в плечо. От неожиданности Локи разжал руки, и валькирия юрко отползла на другой край кровати, не забыв завернуться в одеяло с ног до головы. – Эй! - Как говорил Всеотец: «Хорошего понемногу»! И вообще, я заслужила хоть пару часов нормального сна. - Но… - Нет. - Это нечестно! Я хочу… - Мне плевать. - Гиердис! – Трикстер резко сел на кровати, возмущенно глядя на валькирию, которая с довольным вздохом улеглась с краю, закутавшись в одеяло. - Локи? - Прекрати сейчас же. - Только после тебя. Учти, если попробуешь снова ко мне приставать, я уйду. - Это шантаж! - Ага. У тебя научилась. Скажи, это неприятно, да? - Ах ты… - Я внимательно слушаю. – Она демонстративно зевнула, еле подавив довольный смешок. Дождавшись возмущенной тишины с другого края кровати, она обернулась. – Лучше подумай над тем, как бы тебе выбраться из темницы. - И как избавиться от твоего будущего муженька? – Хмыкнул он, изогнув брови. - С этим я сама разберусь. – Холодно произнесла Гиердис и отвернулась, спрятавшись от него за складками одеяла. - Сколько от этого не бегай, тебе придется ему все рассказать? - Не лезь, это тебя не касается! - Ой да неужели? Позволь напомню, ты изменяешь своему вояке со мной! И всю вину как обычно свалят на меня. Поэтому путем несложных умозаключений можно сделать вывод, кого он первым делом придет вызывать на бой. - Ты так испугался этого? - Нет.- Прошипел трикстер, мысленно проклиная упрямую девушку. – Просто твой обезумевший от горя и позора жених будет привлекать к нам лишнее внимание, а я все еще хочу отсюда сбежать. - И что ты предлагаешь? - То, на что ты никогда не согласишься. – Равнодушно произнес Локи, пожав плечами. - Локи, я хочу спать. Ты можешь оставить меня в покое хоть на пару часов? У меня нет никакого желания сейчас обсуждать все эти проблемы. - Как хочешь. – Недовольно фыркнул он и, спрыгнув с кровати, направился в ванную. – Только не забывай, что времени у нас очень мало. - Спасибо. – Буркнула Гиердис, накрывшись одеялом с головой. Ее немного отрезвили слова принца об измене – это звучало так неправильно, так постыдно. И винить в этом одного Локи нельзя было ни в коем случае – она прекрасно соображала, на что шла. Но от осознания собственной вины проблема меньше не становилась. - Глупая девчонка. – Пробормотал Локи, залезая под душ. – И что на нее опять нашло? Глубоко вздохнув, он подставил лицо теплым струям, прикрыв глаза. Вода успокаивала, уносила с собой все тревоги, лаская, как любовница, единственная, которая ни за что не предаст. Понятное дело, что Гиердис боялась, и это мягко сказано. Да она была просто в панике, хоть и старалась это всячески скрыть. Вздохнув, трикстер открыл глаза: так некстати вспомнилась фраза из одной сопливой земной книжонки. «Мы в ответе за тех, кого приручили». Вот теперь приходилось ломать голову еще и над проблемами валькирии, будто это так ему надо. С другой стороны… А что он сам к ней чувствует? Чувствует?! Он?! Ха! В который раз Локи повторил себе, что Гиердис – лишь способ достижения цели, возможно помощник, но никак не равноправный член их маленькой команды. Она – его собственность, игрушка, средство хорошо провести время. А эти безумцы вокруг твердят про какую-то любовь. Он задумался и задрал голову выше, и вода попала ему в нос. Возмущенно отфыркиваясь, принц вылез из душа, полный решимости. Присев на край кровати рядом с Гиердис, он положил руку ей на бок, рассеянно погладив и улыбнувшись. Ну что, хотя бы одной своей цели он добился. Странно лишь одно – утром валькирия даже не пыталась отнекиваться, пытаться отказаться от того, что произошло между ними ночью. Может, смирилась? Или вошла во вкус? Кажется, трикстер на нее очень плохо влияет. Стянув рубашку через голову, Локи перелез через девушку и улегся рядом, обняв ее со спины. - Отстань. – Сквозь сон пробормотала девушка, поведя плечом, чтобы оттолкнуть принца, но тот лишь сильнее прижался к ней, поцеловав в шею. – Отстань, кому говорю. Ты обещал оставить меня в покое хоть на пару часов. - Я ничего не обещал. – Тем временем ловкие пальцы уже пробирались под одеяло. - Хель тебя забери, ты невыносим! – Вспылила валькирия и резко дернула одеяло на себя, но не учла, что лежит на краю, а Локи крепко держится за ткань. Поэтому в следующий момент они кубарем упали на пол, запутавшись в несчастном одеяле. - Кажется, это входит у нас в традицию? – со смехом произнес Локи, наблюдая, как Гиердис пытается выпутаться и встать, не замечая, что ее больше держат не складки одеяла, а руки принца на ее бедрах. - Пусти! – Она села и залепила трикстеру звонкую пощечину. - Ты что творишь! – Зашипел он, пытаясь схватить ее за руки. – Как ты вообще … - Что? Как я посмела это сделать? – Валькирия гордо вздернула подбородок, отбиваясь от его ладоней. – Ох простите, Ваше Высочество! Нет мне прощенья! – Она все яростнее отбивалась, так что теперь их возня больше походила на драку. - Высочество? А накануне ты меня царем называла. – Усмехнулся Локи, и валькирия замерла, тяжело дыша. – Что, ответить нечего? А теперь замолчи и внимательно слушай. Тебе придется забыть о своей пресловутой гордости, самомнении и прочем. Может, ты еще не поняла, так просвещаю: ты теперь моя. А это значит, что ты обязана мне подчиняться. И не ври, что тебе это не нравится. - О да, выполнять приказы сумасшедшего преступника – мечта любой девушки. То есть, даже надеяться на равноправие нельзя? – Гиердис с укором смотрела на трикстера, который вальяжно разлегся под ней на полу, закинув руки за голову. - Нет. Так что лучше тебе сразу снять с себя всю одежду. - Что? Ну уж нет, извини, мне надо идти. Меня могут искать. – Ее платье было до неприличия мятым, а про остатки нижней рубашки и говорить не приходилось – они еще вчера были отброшены под стол. - Гиердис, прекрати ломать комедию. – На его щеке все еще алело пятно от пощечины, и девушка наклонилась, заглянув трикстеру в глаза. - Я даже не начинала еще. Тебе бы научиться контролировать свои желания, а то я пойму, что могу тобой манипулировать и буду этим нагло пользоваться. - У тебя нет ничего, чем ты можешь … - Его прервал быстрый поцелуй. - Разве? А как же это? – Узел шелковой ленты быстро распался, и платье соскользнуло с плеч валькирии. - Будем считать это моей единственной слабостью. Иди сюда. Всю дорогу до Ванахейма Эберхильд не находил себе места от беспокойства. Плохое предчувствие мучило его несколько дней, он с трудом взял себя в руки, потому что нутром чуял: что-то в Асгарде не так. - Я благодарен господину Аскулфу, что он позволил мне сопровождать тебя в твоей поездке. – Важно кивнул Яфнехар, следовавший за ванахейцем на своем коне. – Признаюсь честно, я подал заявку на должность помощника посла Асгарда при вашем дворе. - Поздравляю, это ответственный шаг. Скажи, ты ведь был начальником Гиердис на границе? – Эберхильд даже не обернулся, предвкушая, как отомстит этому скользкому типу за все, что он сделал с валькирией. Да, после долгих уговоров она рассказала всё, что произошло, и ванахеец не стал препятствовать, чтобы Яфнехара отправили с ним. - Да, и, при всем уважении, не могу сказать, что она была послушным подчиненным. Их делегация уже подъезжала ко дворцу, скрытом среди невысоких, но довольно отвесных скал. Подав знак остальным следовать вперед, Эберхильд остановился на краю уступа и наконец посмотрел на асгардца, который на мгновение почувствовал укол паники. Он до последнего верил, что Гиердис не проболтается своему жениху о том маленьком инциденте. Но воин молчал, задумчиво оглядывая окрестности родного города. Солнце только робко выглядывало из-за горизонта, мягкими лучами освещая луга вдалеке. Верхушки гор окрасились персиковым цветом, и серебристая листва лесов у их подножия еле слышно звенела. - Ты ведь в курсе, что мы познакомились с Гиердис именно тогда, когда она служила под твоим началом? Когда она пренебрегла всеми запретами и спасла меня, выходила в госпитале. - Да, помню. Она ослушалась приказа и за это понесла наказание. Но кто же знал, что у вас так сложится. Я сожалею, что вышло то недоразумение… - Кому-то в Ванахейме было невыгодно, чтобы я выжил, и они приложили все усилия, чтобы предотвратить мое возвращение. Если бы не она… - Эберхильд спешился и отпустил коня пощипать траву. Яфнехар помешкал и неловко спрыгнул на землю, стараясь подавить дурное предчувствие. Не может быть, чтобы о его махинациях кто-то прознал! Господа обещали ему полную анонимность, когда он принимал от них достаточно крупную взятку за то, чтобы убедить валькирий не спасать Эберхильда. Но все эта строптивая девчонка! Мало того, что спасла этого великана, закрутила с ним роман, так еще и чуть не сломала самому Яфнехару спину, когда он попытался склонить ее к более близкому общению. - Да, кто бы знал, что ее непокорность даст такие неожиданные результаты. Как все замечательно обернулось! – Довольно нервно воскликнул асгардец, замерев под тяжелым взглядом Эберхильда. - Мерзкая тварь! Ты продался за мешок золота, пытался изнасиловать девушку, оклеветал ее и еще имеешь наглость ехать со мной в Ванахейм, говоря о должности посла. - Что? Я… Нет, господин Эберхильд, быть такого не может. – Но он быстро замолк, когда ванахеец в два шага преодолел расстояние между ними и схватил за грудки, слегка встряхнув. Ноги асгардца не доставали земли, а сам он практически висел над пропастью. - Какое несчастье случилось с несостоявшимся послом Асгарда – по дороге во дворец он совершенно случайно свалился с обрыва, такой неуклюжий. Яфнехар задергался от страха, вцепившись в руки Эберхильда, но его пальцы скользили по металлу наручей. - Нет, подожди. Хорошо, я признаюсь во всем, только пощади. Будь благороднее. - Не тебе взывать к моему благородству! – Прорычал Эберхильд, сжимая руки, пока не затрещала ткань камзола асгардца. - У меня есть весьма интересные сведения о твоем милом волчонке. – На мгновение его лицо исказила безумная ухмылка. - Я не желаю выслушивать очередную гнусную ложь про нее! Ты не достоин даже имя ее произносить! – Он встряхнул мужчину еще сильнее, и несколько камней сорвалось с края обрыва из-под ног трепыхавшегося Яфнехара. - Это касается ее весьма своеобразного наказания. – Он с той же ухмылкой наблюдал, как вытянулось лицо ванахейца. - Что ты имеешь в виду? - Общение с трикстером обычно до добра не доводит. - Говори! – прорычал Эберхильд, но оттащил асгардца подальше от обрыва. - Я всегда считал, что связи ценнее денег, поэтому у меня так много знакомых как в Ванахейме, так и в Асгарде. - Ближе к делу! - Так вот. – Он нервно облизнул губы. – Твоя милая пташка очень много времени проводит в подземелье с весьма опасным преступником. - Он в клетке. - Да, но ты должен знать о красноречии принца, он может уговорить кого угодно. - К чему ты клонишь?! – Эберхильд рассвирепел и еле сдерживался, чтобы не столкнуть лжеца вниз. - О, мой господин, как ты наивен! Ведь это был ловкий ход Всеотца – подсунуть Локи смазливую буйную девчонку, чтобы отвлечь его, зацепить, привязать к ней, чтобы потом выведать все, что потребуется. - Ты сейчас говоришь о моей невесте, мерзавец! - И неужели у тебя не возникало ни одной позорной ревнивой мысли? – Он истерично рассмеялся. - Я слишком уважаю ее, чтобы оскорблять такими подозрениями! Она… - Ты сам спросил. Позволь продолжить. – Ванахеец замер, уставившись на мужчину, который презрительно фыркнул. – Дворец в Асгарде кишит моими шпионами, а ты должен понимать, что в столице и у стен, и полов есть уши. И, кажется, стекло пару раз да пропустило нашу пташку в клетку к зверю. - Ты врешь! Всеотец обещал, что стекло нерушимо! Он не мог так с ней поступить, она не какая-нибудь уличная девка, чтоб ее вот так подсунули под Локи! – Эберхильд снова с силой встряхнул асгардца, который жалобно всхлипнул. - Что ж ты тогда так злишься? Послушай, я лишь передаю тебе слухи! И стоны из темницы были весьма красноречивы. Не знаю, как ей удалось попасть за стекло, магия или еще что, но факт остается фактом. Она там была. И еще… Мой внучатый племянник прислуживает Локи, убирает в его покоях, и ты не поверишь, что он недавно там нашел. Эберхильд тяжело дышал, раздувая ноздри, словно бык, пытаясь прийти в себя. С отвращением оттолкнув от себя усмехавшегося воина, ванахеец закрыл лицо руками с тайной надеждой, что это все ему просто снится. Яфнехар с трудом поднялся с земли, отряхивая пыль и мелкие растения, прилипшие к его одежде. - Не хочешь посмотреть? – Он извлек из внутреннего кармана маленький сверток и протянул его блондину. Развернув, Эберхильд обнаружил на тонкой темной ткани небольшое серебряное изделие, искусно сделанное, сверкавшее в свете восходившего солнца. Широкое колечко с красивым узором, которое обычно девушки вплетают в косы. Единственное украшение, с которым Гиердис почти никогда не расставалась – его подарил Эберхильд, в тот день, когда его отпустили из лазарета. - Это ничего не доказывает. Она могла обронить это где угодно во дворце. - Ты можешь и дальше пытаться обмануть себя отговорками. Или можешь принять правду с достоинством. - Пока я не увижусь с ней, никаких выводов делать не собираюсь. – Жестко произнес Эберхильд, подзывая коня. – Ты можешь ехать со мной в Ванахейм, но можешь не надеяться на теплый прием. Я добьюсь того, чтобы ты понес наказание за все свои злодеяния. И учти, я все еще помню, что ты пытался изнасиловать Гиердис. И предупреждаю, моей мести тебе следует опасаться в первую очередь. – Вскочив на коня, он направился к своим воинам, которые поджидали неподалеку, спешившись под деревьями. Сжимая в руках сверток, Эберхильд выпрямился в седле, стиснув зубы. Это какая-то ошибка! Ну не могла, не могла Гиердис так поступить… Но с другой стороны, она так странно себя вела в последнее время. То ластится к нему, как кошка, то не позволяет касаться себя, словно стыдится. И почему он ничего не предпринял, когда она заступилась за Локи перед советом? Все верно, трикстер ее обманул, нашептал каких-то гадостей, смутил , воспользовался ее молодостью и желанием помочь. Ну ничего, он еще пожалеет об этом. И как только он вернется в Асгард, он заберет Гиердис и увезет ее в Ванахейм навсегда. Подальше от этого клубка змей, собравшихся в золотых чертогах. - Господин Эберхильд. – За его спиной снова раздался самодовольный голос Яфнехара. - Что еще? - Мне кажется, тебе будут полезны мои услуги. - Вот уж вряд ли. - То есть, тебя совсем не интересует, что творит твоя невеста, пока тебя нет в Асгарде? - Я не опускаюсь до такого. - Разве у тебя есть выбор? Я понимаю, ты зол, но сейчас тебе нельзя терять контроль. С каждой секундой Локи опутывает ее все более прочными сетями своей лжи, и тем сложнее будет вернуть прежнюю, твою, Гиердис. - Какая тебе от этого выгода? - Я лишь хочу доказать, что прошлого не вернуть и не исправить, надо жить дальше. Поэтому я хочу завоевать твое расположение. - Шпионя за моей невестой? - За преступником, который нагло использует ее положение. - Что ты предлагаешь? Никогда еще дорога домой не давалась Эберхильду с таким трудом. - Во имя Хель, где ж ты раньше была?! – Рассмеялся Локи, пытаясь отдышаться. - Ты так говоришь, словно у тебя такого ни с кем не было. Хотя, кто добровольно с тобой бы спал? – Усмехнулась девушка, но тут же получила шлепок по ноге за свои слова. – Эй! - Следи за языком. - Какие мы обидчивые. – Фыркнула валькирия и с видимым трудом поднялась на ноги, завернувшись в одеяло и со скорбным видом оглядев злополучное платье. – Мне надо спешить, не хочу, чтобы меня кто-нибудь в таком виде заметил. - Почему ты не можешь остаться? - Потому что, судя по всему, я своим присутствием сбиваю тебя с мыслей о побеге. – Собрав платье в охапку, Гиердис важно прошествовала в ванную под смех трикстера. С горем пополам перебравшись на кровать, Локи с довольным вздохом опустил голову на подушку. Проснулись они посреди ночи, а сейчас, судя по всему, было уже раннее утро. Да, ей действительно нужно спешить, иначе как она объяснит такой растрепанный внешний вид. Внезапно в дверь постучали, и в темницу заглянул слуга, прикрывая глаза ладонью. - Ваше Высочество, Вы уже проснулись? Я бы хотел прибраться. – Парень давно прислуживал Локи, еще до событий в Ётунхейме, поэтому был допущен к темнице после длительного разговора с Одином. - А, это ты, Ингвар. Ладно, заходи. Только быстро. – Трикстеру и в голову не пришло отправить слугу прочь, хотя в ванной комнате была Гиердис, и шум воды пробивался сквозь закрытую дверь. - Ваше Высочество, вода… - Я хочу принять ванну. Вот жду, пока наберется. – Хвала богам, ему хватило совести прикрыться одеялом. Мельком оглянув комнату, он убедился, что вещей девушки нет, и продолжил валяться. Слуга прекратил расспросы и принялся за работу, внимательно оглядывая каждый угол. Вот что не учел Локи, так это родственные связи, которые в Асгарде переплетены самыми немыслимыми способами. И этот самый Ингвар, который прислуживал трикстеру столько лет, являлся вышеупомянутым внучатым племянником Яфнехара. И юноша, отвернувшись от своего господина, победно ухмыльнулся, заметив у ножки стола под ворохом наполовину сожженного балдахина кусок тончайшей ткани, расшитой искусным кружевом. Совсем маленький кусочек, который так много может сказать. - Ваше Высочество, я все. Будут еще поручения? – Находка надежно спрятана в кармане, а руки для вида нагружены мусором. - Завтрак попозже занеси, часам к 12. И отправь этой… Гиердис послание, чтобы не торопилась. Я допоздна читал, выспаться хочу. - Будет сделано, господин. Стоило слуге скрыться за дверью, Локи подскочил на кровати и тихо пробрался ванную комнату с хитрой ухмылкой, явно намереваясь напугать валькирию. - Тебе лучше поторопиться. – Произнес он, залезая к ней в ванну. – Приходил слуга убираться, значит, скоро и остальные проснутся. - Что?! Он ничего не заподозрил? – Девушка резко поднялась из воды и схватила полотенце. – Локи, ты с ума сошел! Он же мог…. - Ой да брось ты так переживать. – Он вальяжно откинулся на бортик ванны и приглашающе похлопал по фаянсу, скользя взглядом по обнаженной фигуре девушки. – Иди сюда. - Слушай, мне кажется, у тебя мозг опустился на метр ниже, потому что последние два дня ты ведешь себя очень странно. Или для того, чтобы вернуть твое хорошее настроение, надо было просто подсунуть тебе девушку на всю ночь? – Она уже в голос смеялась, вылезая из ванны, с удовольствием отметив, как разозлился Локи, запустив в нее мочалкой. – Ладно, я пойду. Хоть отдохну от тебя наконец. - Ты вечером придешь? - Нет. Я могу хоть одну ночь провести одна? - Нет. Не забывай, у нас времени мало. - Вот именно. У тебя будет возможность подумать над всеми проблемами, и никто не будет тебя отвлекать. – Запечатлев на его лбу легкий поцелуй, она скрылась за дверью, оставляя влажные следы на полу. Трикстер рассеянно уставился на дверь, раздумывая над последними словами Гиердис. А ведь она отчасти права – в последние несколько дней он думал только о том, как заполучить ее в свои руки, и остальное почему-то отошло на задний план. Да, Всеотец был прав – он приложил столько усилий, чтобы всего лишь затащить какую-то девчонку в постель…. Но, кажется, валькирия полностью отреклась от старых клятв ради него, значит, его план осуществлен. Осталось придумать, как она поможет ему выбраться из темницы. Что они будут делать дальше, он как-нибудь придумает. Кое-как приведя себя в порядок, Гиердис выскользнула из темницы, моля всех богов, чтобы по дороге ей никто не встретился. На ней было лишь длинное верхнее платье, хоть и застегнутое на все пуговицы, но, тем не менее, под ним ничего не было, а без рубашки оно слишком прилегало к телу. Волосы она собрала в тугой хвост, но в глазах плясали слишком озорные огоньки, которые могли ее с легкостью выдасть. До своих покоев валькирия добралась без приключений, закрыла дверь на все замки, наслаждаясь умиротворяющей тишиной комнат. Без Эберхильда все здесь казалось пустым и слишком вычурным, но таким теплым и родным. Это не то, что холодный свет подземелья с его каменными стенами и стеклом повсюду. Воин сильный, переживет, хотя скандал будет грандиозный. С другой стороны, Всеотец ведь позволил этому случиться, значит, все идет правильно. Так валькирия и утешала себя, вертя в руках кольцо, которое ей когда-то дарил Эберхильд. А в это время гонец тайными тропами уже спешил в Ванахейм, спрятав за пазухой еще один драгоценный сверток. Дипломатия – штука сложная.